Зал двухлетнего ожидания

      Цзянь сам не понял, как оказался в столь плачевном положении. Мало того, что неизвестные люди везли его неизвестно куда, так ещё и неизвестно зачем. Он понял одно: спрашивать что-то, а уж тем более сопротивляться будет опасно для жизни, но кто не рискует, тот, как говорится, не пьёт шампанское.       — Вы куда меня везёте?! — закричал Цзянь, сурово сдвинув брови на лоб. — Это явно какая-то ошибка!       Но ответной реакции не последовало, и пришлось применить крайние меры. Набравшись храбрости, он потянулся в сторону открытого окна и, пытаясь набрать достаточно воздуха в груди, попытался закричать, но окно мигом закрыли, а самого парня быстро утихомирили.       Хорошенько осмотревшись, он приметил, что в машине было, считая его и водителя, четыре человека. Самого И' расположили сзади, между теми двумя мужчинами, что возникли перед самым его носом на улице. Их очки зловеще блестели, не внушая ничего кроме ужаса и смятения.       Родные пейзажи за окном постепенно сменялись какими-то пустырями, и Цзянь мысленно прощался со всеми своими друзьями; он прощался со своим дорогим СиСи.       «Меня убьют. Точно убьют. Если тогда, с тем стрёмным бомжом всё обошлось и меня спасли, то сейчас…» — думал парень, ёрзая на сидении автомобиля.       Он впервые в жизни заскучал по старине Цю, который всегда его защищал, пусть это и было всего лишь частью его работы. Теперь-то даже и позвонить никому не получится: любимую школьную сумку из джинсовой ткани изъяли ещё в самом начале.

***

      Чем дальше Цзяня уносило от родного городка, тем мрачнее становились его мысли. Дошло до того, что он представил себя холодным и безжизненным телом, закопанным глубоко под землю, а может и сброшенным в какую-нибудь канаву. Представил маму, которая потеряла своего единственного ребёнка, от чего сам очень сильно огорчился. В конце концов, мёртвым он больше никогда не сможет радоваться жизни, бросаться на плечи Чжамао и дурачиться как в последний раз.       Думая об этом, И' потерял контроль над собой и серьёзно запаниковал. Ему стало душно, не взирая на то, что в автомобиле на полную работал кондиционер, а места продышаться было предостаточно. Звуки и запахи перемешались, и всё вокруг стало единым целым: у Цзяня закружилась голова, и он слегка откинулся назад, на кожаную подушку, пытаясь собраться с мыслями и не упасть в обморок.       Всё, что он видел — это ровный и высокий потолок авто, в котором смутно отражались бритые головы бандюг, которые везут его на предполагаемую верную смерть.       Смирившись с этим, И' стал засыпать, постепенно теряя контроль над ситуацией. Морально истощённый и перепуганный, он потратил всю свою энергию и был готов к любым истязаниям. Более его не волновали сидящие рядом маргинальные морды, способные в любой момент выбить ему мозги. Кажется, тот, что был на переднем сидении, разговаривал с кем-то по телефону, но сонный И', ничего ровным счётом не понимая, не мог мыслить трезво.

***

      Ехать оставалось совсем немного. Когда Цзянь очнулся, он даже не понял, где они — настолько густая тьма стояла за окном после заката.       Вдали виднелись огоньки и очертания какого-то особняка внушительных размеров, обнесённого массивным, и, скорее всего, огнеупорным забором.       Усталый И' разинул рот от удивления, но у него не было времени, чтобы лишний раз расслабиться или выразить рвущиеся наружу эмоции, потому как в темноте салона его вдруг схватила большая тяжёлая рука и чуть потянула вперёд, дабы удостовериться, что бедолага вообще жив.       — У, сволочь! — отчаянно зашипел парень, в котором не осталось ничего, кроме ненависти и усталости. — Если хотите убить — так убивайте, нефиг играться со мной, как с куклой какой-то.       Умозаключения Цзяня позабавили мужчин, но от этого они не стали мягче, и держащий за шиворот мужчина своей хватки не ослабил.       Гнев подкатил к горлу И' и он покраснел, задыхаясь от злости:       — Вы чего смеётесь, будто не собираетесь пустить меня на грёбаные котлеты, м?! Я натерпелся всякого за жизнь, так что мне эти ваши шуточки до пи... — Цзянь проговорил всё на одном дыхании и прервался на последнем слове из-за недостатка кислорода в лёгких. Его голос дрожал, срываясь на крик. Брызгая слюной и отчаянно дёргая плечами, он был полностью ослеплён собственным гневом и не замечал, что автомобиль уже давно миновал те самые сверхпрочные ворота и плавно подъезжал к шикарному четырёхэтажному особняку по узенькой ровной дорожке.       В темноте сложно было уловить какие-либо особенности местного интерьера: в глазах Цзяня замелькали замысловатые фонарики в традиционном китайском стиле, осколки итальянского мрамора, столики из палисандра, расположившиеся поодаль на внушительных размеров террасе.       Когда ты утомлён, испуган и сломлен, то не обращаешь внимания на такие вещи.       — Где мы, чёрт возьми?! — из последних сил выдавил Цзянь, надеясь услышать от этих громил хоть что-нибудь, кроме: «Нет, такого приказа не было».       — В доме Господина Цзяня, — кратко ответил кто-то, и сердце И' нервно забилось вновь.       — Да кто этот ваш «Господин Цзянь»?! — не унимался парень. — Это моя фамилия, слышите? Только моя!       Пытаясь что-то доказать, Цзянь отчаянно боролся с усталостью и уже хотел махнуть на всё это рукой, но внутреннее чувство справедливости разгоралось в нём с бешеной силой.

***

      И вот, машина наконец остановилась. Широкоплечий водитель в безразмерном чёрном костюме хмыкнул и хриплым прокуренным голосом произнёс:       — Мы на месте, Господин Цзянь.       Сам И' шутку не оценил и сжал руку в кулак, пытаясь подавить агрессию. Он, осматриваясь, заметил, что возле особняка началось какое-то движение: из всех дверей сиганули тоненькие фигуры одинаково одетых парней и девушек, суетливо качавшихся из стороны в сторону. Персонал явно был взволнован, но работа требовала от них полной отдачи и собранности, так что через минуту перед машиной уже выстроились два ряда людей, покорно ждущих дальнейших указаний. Откуда-то слышался шум фонтана и пение сверчков.       Перед Цзянем распахнулась дверь автомобиля, и кто-то протянул руку в белоснежной перчатке в вежливом приглашении покинуть авто. Однако парень лишь поглядел на неё, и, немного поразмыслив, с горем пополам выбрался сам. Вечерний ветер убаюкивающе раскачивал длинные пряди светлых волос.       Отряхнувшись и как следует расправив одежду, Цзянь выдохнул и, закинув руки за голову, присвистнул, оценивая здешний шик.       — Неплохо тут у вас! — воскликнул И', повернув голову назад в поисках собеседников, которые могли бы согласиться с ним, но таковых не оказалось. — Стоп, а где?!       Не обнаружив возле себя двухметровых амбалов, что доставили его сюда, Цзянь разинул рот и жестами попытался описать их размер, но никто явно не был готов ему помочь.       Через минуту в дверях показалась статная женщина с аккуратно собранными рыжими волосами, одетая почти так же, как все эти мальчики и девочки на побегушках. Она шла прямиком к Цзяню, и вскоре он сумел как следует рассмотреть её круглое лицо, на котором особенно выделялись бойкие чёрные глаза.       — Вы и есть сын Господина Цзяня? — почтительно спросила она, одарив парня приторной дежурной улыбкой.       Не привыкший общаться в подобном тоне, И' замычал что-то невнятное и попятился назад, подобно дикому дворовому котёнку, которого только что привезли в новый дом, где всё в нём взывало к чувству страха от грядущей неизвестности.       — М-м, да. Я. Наверное... — не успел промямлить парень, как всё та же женщина уже положила руку ему на плечо и поманила в сторону особняка.