Зал двухлетнего ожидания

      Все проблемы посыпались, когда наступил второй год проживания Цзяня в доме отца.       К тому времени ему уже стукнуло восемнадцать, и его голову стала потихоньку буравить унылая «взрослая» осознанность, которой так боятся все подростки. По мере взросления он растерял свою былую непринуждённость и коммуникабельность, превратившись из забавного парнишки в остроплечего и тощего, но вполне складного молодого человека, который уже умел держать оружие в руке, а язык за зубами, если в том была острая нужда. Кроме того, разного рода муштра и тренировки действительно сделали своё дело, оставив след на его теле в виде рельефных кубиков пресса и натруженных длинных ног, которые визуально всегда оставались в состоянии напряжения.       И' также понимал, что ситуация накалилась ещё сильнее, и однажды ему, вероятнее всего, придётся сделать что-то поистине ужасное, даже если это и вызовет в нём жуткий внутренний конфликт после. Как никак, частичка добродушия внутри него всё же была бессмертна.       Она была подобно цветку, который хотел распустить свои лепестки по весне, но его словно обвили нервущимися нитями, не давая свету проникнуть внутрь.

***

      Жизнь всегда расставляет приоритеты, постепенно «подгоняя» нас под обстоятельства, хотим мы того или нет. Она ломает наши крылья, но не со зла: порой это всего лишь острая необходимость, чтобы мы не подлетели слишком близко к палящему солнцу.       Цзянь И' уже давно не пытался взлететь. Он был рад стоять на твёрдой земле, преданно и наивно выжидая момент, когда заживёт прежней жизнью.       Прошлое занимало все его мысли. Это была его единственная причина улыбаться.       Сидя в одном из баров своего отца в окружении сомнительных молодых людей и длинноногих вульгарных девиц, что подобно виноградным лозам вились вокруг поблёскивающих шестов, он прикрывал глаза и воображал, что находится у себя дома. Вот его рабочее место и старое кресло, которое прогибалось и издавало странные звуки всякий раз, когда И' в него садился. Вот его жёлтые носки, что уже второй год валялись в одном месте и молили о том, чтобы их постирали. Вот, в конце концов, компьютер, а на заставке пошлая и вычурная обложка альбома какой-то английской альтернативной группы. Вот его телефон, вибрирующий от сообщений СиСи и бурных обсуждений в общем чате, которые пытаются достучаться до Цзяня, который по обыкновению спал в это время.       Грёзы рассеялись, когда бармен слишком громко и агрессивно подал виски, и хрустальный стакан ударился о барную стойку.       Моргнув, Цзянь медленно опустил глаза и с неким недоумением посмотрел на свой напиток. В его голове всё ещё жили воспоминания о том, как однажды, ещё в школьные годы, перепутал воду с водкой, отчего изрядно напился и неприятно обжёг свои внутренности. Выдержав определённую паузу, он всё же нехотя выпил виски.       Когда напиток растворился внутри него, медленно разлившись по горлу, парень отставил стакан и небрежным жестом руки поманил охрану за собой, параллельно расталкивая назойливых девиц и подозрительных парней вокруг.       Он шёл уверенно, не оглядываясь, будто держал в голове какой-то надёжный план. Узкие усталые глаза под белёсыми бровями мигали недобрым огнём.       Он не успел опомниться, как на выходе его запястье сжала чья-то сильная рука, и Цзянь мигом почувствовал сильный толчок в плечо: один из телохранителей поторопился и задел его.       — Ложная тревога, — пожал плечами он, извиняясь перед И'.       Цзянь лишь чуть нахмурил брови и форсированно выдохнул, рассекая взглядом проезжающие машины.       Немного подумав, он напрягся и сжал в зубах внутреннюю сторону щеки, как бы пытаясь отважиться сказать что-то из ряда вон входящее.       — Чэнь, закурить есть? — тихо спросил И', сверля глазами мужчину.       Телохранитель как бы на автомате начал искать в карманах пачку сигарет и зажигалку, но в какой-то момент замедлил свои действия.       — Господин Цзянь, я не думаю что Вы захотите курить такие дешёвые сигареты. Если я дам Вам их, то это будет просто непростительно.       — Я тебе не холеный мажор, который курит сигары с мундштуком по утрам, обливая себя шампанским. Дай сюда!       И Цзянь закурил, давясь грязно-серым дымом, что постепенно проникал в его лёгкие. Закашлявшись, он пошире открыл глаза, полные слёз: всё вокруг накренилось, а в горле остался неприятный горький осадок.       «Интересно, как Хэ Тянь с таким упоением вечно курил эти сигареты?»

***

      Не успел выветриться запах табачного дыма, как Цзянь уже направлялся обратно по срочному наставлению отца. Голова всё ещё не перестала кружиться, а воздух казался ядовитым, будто они проезжали мимо какой-то крупной фабрики.       «Что уже могло случиться?» — подумал парень, сдерживая накатившую тошноту.       Всё, что ему хотелось тогда, это завалиться в кровать и упасть без чувств, пока остатки неприятного дня будут покидать его сознание.       Оказалось, что проблемы были куда серьёзнее чем Цзянь подозревал, потому что прямо с ходу ему было объявлено о некой триаде, которой заправляет глава семейства Инь, и во имя их общего блага они просто обязаны объединиться...