***
— Хлоя, все в порядке? — задал вопрос Крис, шагая по улице вместе с подругой, после совместной прогулки с ребятами. — Да, а что такое? — нахмурилась девушка, поглядывая на собеседника. — Ты сегодня слишком тихая, — замялся юноша, переживая за состояние девушки. — Как ты себя чувствуешь? — Живот побаливает, — призналась Хлоя, устало вздохнув, после чего почувствовала, как рука Криса касается её спины. — Я могу как-то помочь? — задал вопрос парень, не имея представления о том, что он может сделать, чтобы облегчить жизнь подруги. — Не думаю, но спасибо за предложение, — издала легкий смешок Брайт, улыбаясь тому, как аккуратно придерживает её Крис. — На самом деле, странное ощущение, будто кто-то следит за мной. — С этого момента поподробнее, — нахмурился на этот раз уже Кристофер. — Что бы я не делала, за мной словно наблюдают, не зависимо от того, дома я или вне, — продолжила девушка. — Как думаешь, с чем связано? — решил сначала полностью выслушать девушку Хадсон. — Понятия не имею, но даже сейчас такое чувство, будто за нами следят, — не осмеливаясь оборачиваться, произнесла Хлоя. — Может ли это быть беременный бред? — Сомневаюсь, — огляделся Крис, всматриваясь в каждую видимую ему мелочь на улице, будь то поворот, мусорный бак, или что-то подобное. — Но, надеюсь, что это все-таки он. — Вот спасибо, — с улыбкой, но обиженным тоном произнесла Хлоя, после чего Крис погладил её по спине, словно извиняясь и давая понять, что это была шутка. Хоть Кристофер и перевел диалог в приятное русло, сам он знатно насторожился из-за переживаний Хлои и теперь он тоже стал ощущать, что за ними следят. После того, что произошло с Ким и её семьей, между ней и Хантером, с Джо и его мамой, Крис думал, что сложности закончились, но, как оказалось, они только начались.***
— Как обстоят дела? — задал вопрос мужчина, сидя за своим рабочим столом. Уже много времени он полностью отдает себя делу о Джонатане и его друзьях. Никому, кроме его соучастников неизвестен истинный мотив этого плана. Даже они не полностью понимают его суть, но, совсем скоро, об этом узнают все. — Замечательно, — улыбнулся мужчина, довольный результатом стараний Джеффри Купера. — Гонки всего через два месяца, поторопись. — Ну что? — склонил голову набок молодой парень, стоящий перед письменным столом в кабинете мужчины, когда тот завершил разговор по телефону. Рядом с ним стояли еще двое. — Все идет как нельзя лучше, — мужчина в костюме поднялся с кресла и застегнул пуговицу своего пиджака. — Но вы же понимаете, что решающий удар будет за Джеффри и мной, верно? — Да, — кивнул Эндрю, стиснув зубы. Ему не нравилось, когда к нему обращаются как к беспомощному и не ставят ни во что, хотя, как ему кажется, он основная сила этого плана. Он хотел мести для Хлои и Кристофера, что унизил его, а для этого ему нужно испортить жизнь Джонатану. Как и говорит мужчина, что только что вышел из кабинета: «Джонатан Мэтьюс — общее звено, связывающее нас всех вместе». Каждый соучастник этого плана каким-то образом связан с Мэтьюсом. Весь парадокс в том, что сам Джо, как бы сильно не ненавидел кого-либо, никогда не причинит ему боль и вред, но, тем не менее, ему гарантируют чуть ли не смертельный приговор. А люди, что стоят за этим, ненавидят даже не его, а то, что связано с ним, намереваясь уничтожить его, и остаются безнаказанными. Это история не с общепринятыми нормами, когда добро несмотря ни на что побеждает зло. Это суровая действительность.***
— Кей! — воскликнула Эмилия, стоя на пороге своего дома. — Что такое?! — выбежал из комнаты японец, с кружкой в руках в качестве оружия, проскользнув по полу в носках из гостевой комнаты, в которой он жил. — Зачем тебе кружка? — вопросительно изогнув бровь, задала вопрос Эми. — Если бы что-то случилось, ты бы отбивался кружкой? — А почему нет? — выпрямился юноша, осматривая кружку в руке. — Да, Япония действительно в топе самых безопасных стран, иначе ты бы знал, что кружка — плохой вариант, — с улыбкой сказала девушка и опёрлась спиной об стену. — Так что ты хотела? — поставил кружку на полку Кейджи и сложил руки в карманы домашних штанов. — Проведем тренировку, — спокойно говорила девушка, стягивая с себя один кроссовок и на одной ноге прыгая до своей комнаты, чтобы забрать сумку с вещами для тренировок. Поскакав обратно, девушка оглядела японца, что в недоумении смотрел на подругу, и недовольно фыркнула. — Ну, чо встал? У нас важное дело! — В 9 часов вечера? — взглянув на наручные часы, задал вопрос Кей. — Что случилось во время прогулки с ребятами, что ты пришла и предлагаешь мне такое? — Я не предлагаю, — поправила парня Эмилия. — Я тебе говорю, что у нас сейчас тренировка. — Иди поприседай лучше, а! Я никуда не хочу! — ворчал Аоки, грозя девушке пальцем. — У меня режим! Я испорчу себе кожу, если буду поздно ложиться и не высыпаться. — Вот вы, японцы! Ну-ка пошли! — девушка сделала пару небольших прыжков и оказалась рядом с соседом, при этом тянув его за руку к выходу. — У меня ужасная соперница, я должна её уделать! Помоги мне! — А теперь притормози, — встал, словно столб, юноша, и скрестил руки на груди. — Что за соперница? — Какая-то стерва, я не знаю, — выдохнула Эми, упираясь руками в бока. — Всего часик! — Ладно, — сдался парень, после чего глаза девушки засияли, и она подпрыгнула на месте. — Но это только потому, что в соперницах какая-то стерва. — Да-да-да, — закивала девушка, выбегая из дома. — Давай быстрее! — Симатта*, — ругнулся тихо на японском юноша и выбежал из дома вслед за Эмилией. Добежав до здания, в котором находилась студия, где Кей тренровал Эми, они поняли, что оно закрыто, ведь время было уже совсем позднее. Огорченная Эми медленными шагами отходила от здания, опустив голову вниз. — У меня совсем мало времени, — начала девушка. — А ведь она, вероятно, профессионал. — С завтрашнего дня начнем усиленные тренировки, — предложил решение проблемы Кей, пытаясь как-то поддержать Эмилию. — Не расстраивайся, ладно? — Она мне пожелала удачного провала, — негодовала девушка, расстроенная тем, что будучи замотивированной на тренировку как никогда, она не сумела провести её. Видя то, что подруга действительно расстроена и обеспокоена тем, что ей предстоит на конкурсе, немного поразмыслив, Кею в голову пришла гениальная, по его мнению, мысль. — Я придумал, — с хитрой улыбкой, Аоки спокойно поднялся с лавочки, на которой они сидели, и достал из кармана свой телефон. Напротив здания, в котором проходили их тренировки, была небольшая аллея, на которой был и фонтан, и сама она была освещена фонарями. Взяв Хейз за руку, Кей побежал в её сторону и встал перед фонтаном. — Что ты… — странно взглянула на друга Эми и продолжала молча наблюдать за его действиями до тех пор, пока он не включил музыку, под которую они ещё не тренировались, но девушка слышала её ранее. — Знаешь её? Вроде да, мы в машине Итана её даже слушали, — сам ответил на свой вопрос японец и увеличил громкость на своем телефоне, поставив песню на паузу. — Сейчас будет необычная тренировка. Я включу эту песню, а ты на ходу составляешь танец и исполняешь его так, как хотела бы выступить на конкурсе. — Подожди, что? — округлив глаза выпалила Эми, поежившись от порыва ветра. — На улице прохладно, Кей, я не го… — Вперед! — не желая слушать отговорок, парень включил песню с самого начала и отошел подальше, освобождая пространство для танца. Девушке не оставалось ничего, кроме как послушать своего негласного тренера, собраться и сделать то, о чем он говорил. Создавать танец на ходу. Ему было без разницы, насколько хорошо связаны эти движения, он лишь хотел посмотреть, как в целом справиться Эми. Сможет ли она подстроиться в такт музыки, будут ли её движения и их исполнение подходить к песне и много других мелочей, о которых Хейз и не думала, но именно в такие моменты и проявляется умение или неумение сливаться с музыкой воедино. Каждый танец — это история. То, что сейчас показывала Эми для Кея — тоже история. Песня начиналась спокойно, но в какой-то момент произошел своеобразный взрыв: музыка стала быстрой, ритмичной и слегка жесткой, какими должны были быть движения в этот момент, и Эми прекрасно справлялась со всеми задачами, который мысленно поставил перед ней Кейджи. Она показала историю соперничества, которую пережила этим вечером: спокойствие, встреча с соперником, раздражение, битва с ним и самой собой. Танец получился максимально чувственным, каким и должен быть под выбранную песню. Когда она закончилась, Эмилия приняла завершающую позицию, опустившись на колени и раскинув руки в стороны, словно освободившись от чувства соперничества в следствие победы. Кейджи продолжал смотреть на подругу, что стояла на коленях и пыталась отдышаться, закрыв глаза, до тех пор, пока телефон не переключил песню на другую, что и отвлекло японца. — Очень здорово получилось, — наконец произнес Кей, убирая телефон в карман, и сделав пару хлопков руками в качестве аплодисментов. Эми наконец взглянула на друга и устало, но довольно улыбнулась, потому что видела, что постаралась на славу. — Мы сможем уделать твою соперницу.