Посольство: Меж двух огней.

— Кстати, Серёг. — решил я скрасить тишину своим вопросом. — А что у тебя мнения так быстро меняются? — ...Поподробнее, пожалуйста. — Ну... Помнишь вчерашний диалог про девочку? — Ну допустим. — Ты же предлагал её на свою сторону отправить тогда, а в посылке говорил, чтоб я её отправил к Содружеству. Не объяснишь? Докуривая сигарету, Лебедев произнес: — Да я тут подумал... Некуда мне её девать. В тюрьму жалко, в детдом опасно — сбежит ненароком. Вот я и подумал, что военные с ней уж точно что-то решат. — Ага. Стенку красной краской заставят рисовать. Сергей... И зачем ты созвал нас именно сюда? Не в дом правительства, а именно на площадь? Доставая новую сигарету и делая затяжку, лидер Республики на несколько секунд замолчал, а потом сказал: — Да вот. Хотел бы напомнить. — сказал он, показывая рукой чуть левее меня. Обернувшись, я своими глазами зацепился за двадцати пяти метровые статуи двух людей, которые пожимают друг-другу руки. С одной стороны человек, одетый явно под униформу Республики, был выкрашен весь в синий цвет, а в его левой руке находилась винтовка. Своей правой рукой он пожимал левую руку красного солдата, у которого за спиной находился автомат, который был одет словно солдат Содружества, но чем больше я смотрел на эту статую, тем больше я замечал ошибок: то кокарда неправильная, то Лента Доблести на левой стороне, а не на правой. И вроде ничего примечательного в этих статуях, и ничего нового не появилось... Сказал бы я, если бы был слепым. Рядом с этими статуями стояло нечто, скрытое за накидкой, однако и без неё я могу догадаться, что находиться под ней, если рука, которая предательски не поместилась под белую накидку "скрепляла" рукопожатие двух солдат. — ...Это что. — Ну, это историческое событие "Союз в мёртвом месте". — Классно, пятёрка за знание истории, но я спросил, ЧТО ЭТО ЗА ФИГУРА? — указывая на статую, спрашивал я на повышенных тонах. Не успел лидер Республики мне ответить, как на горизонте появились три машины Содружества, которые всё быстрее и быстрее приближались к нам. Показав мне рукой знак "чуть позже поговорим", Сергей Юрьевич двинулся на стоянку, на которую и заехала делегация из машин. Я же, кивнув своим охранникам, двинулся за ним, чтобы встретить и поприветствовать лидера Содружества. — Серёг... Что мы здесь забыли? — был её первый вопрос, когда она сжала его руку, в то время кивая в мою сторону. — Ну, во-первых мы едем друг к другу не только, чтобы улучшить отношения между друг-другом, но и затем, будем честными, чтобы продемонстрировать друг-другу свои красоты." — Кхм. — кашлянул я. Но мой кашель демонстративно проигнорировали. — ...Ну так вот. Я бы хотел показать вам монумент, который воздвиг наш народ несколько месяцев назад, и который находится на финальной стадии. После этого он демонстративно вскинул руку, словно приглашая нас посмотреть на те самые статуи, к которым у меня и возникли претензии. Однако претензий не возникло у Ани, которая одобрительно посмотрела на эти статуи, с кивком, проговорила: — Классно. Нет, правда классно. — А я считаю, что не классно. — обиженно сказал я, обращая на себя недовольно-непонимающие взгляды. — ...Ну что не так? — Сергей, а тебе не жалко выделять ресурсы для создания таких громадных статуй? — спрашивал я. — Их бы на поликлиники, или на дома... — Фёдь, я бы хотел тебе напомнить, что у нас как бы и так "весёлая" ситуация. И кроме твоих "поликлиник и домов" нам нужно заботиться и о воспитании наших граждан. — чётко говорил лидер Республики. — Эта статуя — идеальный ответ на агитацию и пропаганду анархистов на тему "Неминуемой вражды между сторонами". — Поддерживаю. — вклинился в диалог лидер Содружества. — Ты сейчас бесишься только из-за того, что под простыней может быть твоя фигура. Ради всего святого, попробуй заткнуть свою совесть и стеснительность ради того, чтобы будущие поколения смогли смотреть на эту... Кстати, какое у неё название? — Союз на мёртвом месте. — Спасибо, Серый. Так вот, пусть историю по ней учат? Не в силах предоставить хоть какой-нибудь нормальный аргумент, я лишь несколько раз пытался что-то сказать, но в итоге просто махнул рукой, и мне дали возможность дальше наблюдать за "историческим событием".

**t*

— Серёг, а ты уверен? — Я тоже подписываюсь под этим вопросом. Ладно, Фёдор — посла никто не тронет. Но вот в меня может и бутылка прилететь от радикала. — Да всё в порядке. — заверил нас Сергей Юрьевич. — Дорога перекрыта, везде охрана, да и мы не через рынок собираемся идти — так, просто возле входа пройдём. — А почему бы его просто не закрыть? — спрашивала девушка, идя вслед за лидером Республики. — Неужели у вас сил не хватит закрыть банальный рынок? — Сил то хватит — народ не хотим бузить. — оправдывался мужчина. — Вот сама посуди — если я перекрою главный рынок без указания причины, то что случится? — Ну, как минимум всем станет интересно, с чего бы ради рынок закрылся. — А значит и больше любопытных глаз, а значит усиливается возможность... Кхм... "Чрезвычайных происшествий." — прокашлявшись, отвечал Лебедев. — А если просто охрану дополнительную поставить, то никто особо не удивится. — С одной стороны — умно. С другой — капец как тупо. — сказал я, переступая поребрик. — А что на машине не поехать то? — К месту переговоров ведёт лишь одна дорога, и она под таким наклоном, что не каждая машина вывезет. Поэтому давайте пешком пойдём, полюбуемся чистотой наших улиц, красотой наших белоснежных домов, и тишиной... Ха, как минимум один пункт не подпадает под его описание, так как рынок, до которого оставалось 70 метров, продолжал гудеть, невзирая на нас. — Кстати, Фёдь. — окликнул меня Лебедев. — Что, Сергей Юрьевич? — изображая подчиненного, спросил я. — Бутылка зашла? В этот момент я заметил, как лейтенант Минаев прикрыл своей фуражкой глаза. — И снова поддерживая вопрос. Попробовал мое пойло? — спросила меня Аня. А вот сейчас уже лейтенант Макаров замедлил шаг, и немного отстал от нашей группы. — Ребят... — вздохнул я. — Вы и без меня знаете, что я не пью. — Да ладно тебе, там не было даже двадцати процентов! — возмущался Сергей. — Лично из своих запасов достал. — Пха. Неужели Республика не пьёт алкоголь выше сорока градусов? — подначивая, спросила Анна Васильевна. — Чтоб ты знала, Ань, — говорил уже на повышенных тонах лидер Республики, подходя всё ближе и ближе ко входу к рынку. — эта бутылка специально выбиралась для Фёдора для того, чтобы он попробовал и не сдох на утро от похмелья. А я вот на сто процентов уверен, что ты ему прислала только то, что тебе лично нравится. — Я ему прислала... — Э, стоп! — угомонил я обоих, и ради этого наша группа даже остановилась. — Давайте если сраться, то в кабинете, а не на улице. Хорошо? Несколько секунд они молчали, но в итоге первой сломалась Горелова. — Ладно-ладно! Только можно побыстрее? — Ну так идём! — сказал Сергей и пошёл дальше. Пройдя ещё метров тридцать, я вновь решил разбавить тишину. — Серёг, а ОР не палится перед гражданскими? — Да как бы нет. Они же в форме ходят у нас, их можно легко узнать. — Это конечно классно, но я про этих товарищей имел ввиду. — сказал я, показывая пальцем на вход на рынок. Возле входа стояли два бугая в гражданской форме, которые обыскивали уже 7 человека на входе. — А, это... Это так, перегибы на местах. Не обращай внимания. — сказал он и снова двинулся вперёд. Я же, пожав плечами двинулся дальше, но... — Блин, а можно мне тоже такую отговорку использовать? — спросила у Сергея Анна. — ...Ну попробуй как-нибудь. Только не советую. — А, то есть перегибы можно делать только тебе. — Я не говорил такого. Я лишь сказал... Ох, началось в колхозе утро. Я бы мог вновь прикрикнуть, что мы снова встали, и нам надо идти, но мне это так достало, что я решил потрать свободную минуту, которая у меня появилась, на осмотр местности. И пока у входа на рынок происходили "перегибы на местах", я смотрел на белоснежные дома, которые явно покрасили за несколько дней/часов до нашего приезда. Вот что-что, а вот Республика умеет делать дома и инфраструктуру быстро и дёшево. Понятное дело, что качеством тут и не пахнет, но сейчас важнее всего построить не десять комфортабельных квартир, а сто маленьких, чтобы в каждую заселить рабочего, где он будет спать и отдыхать после тяжёлой смены на работе. Кроме домов я смотрел на чистые улицы, практические пустые улицы, на которых стояли офицеры ОР'а, да пару мимокрокодилов, которые счастливой случайностью смогли не вызвать подозрения у охраны Республики и встать возле входа на рынок. — ...ГДЕ. МОЙ. ДЕЗЕРТИР? — Да откуда я знаю? Идёт проверка, что я могу сделать? Сам с лупой бегать по местам? — Да как ты... — Как же вы меня затрахали... — прошипел я, кидая на них злобно-усталый взгляд. — Мы, блин, даже не дошли, а вы в любой момент готовы... — Но... — Никаких, блин, "НО"! Ё-маё, мы можем просто дойти до места, пройдя через двадцати пяти метровый рынок, и уже там сесть на стульчик и начать сраться, а не сраться уже по пути к стульчику! Несколько секунд я молчал, собирая мысли из своего сознания для цельного предложения, и в итоге продолжил: — Мы же объединились ради победы! Зачем сеять рознь? Давайте сначала анархистов победим, а затем уже за власть и обиды грызться будем? Не ожидая их ответа, я развернулся на месте и гордым шагом двинулся в сторону входа, как вдруг... Мощная ударная волна словно отшвырнула меня в сторону моих друзей, а осколки лишь чудом не задели меня, не долетев до моей туши нескольких метров. Я несколько раз пытался быстро проморгаться, и пока меня пытались поднять и растолкать, я, слыша белый шум, смотрел на охваченное огнем то место, где недавно стояла толпа.