Расширенный выбор

      Добраться до кровати не получилось. Стоило оказаться дома, как Эллиот влип поцелуем прямо в коридоре.       — Я так долго хотел, Майки! С тобой, только с тобой, — он не отходил ни на шаг, жался, шарил руками, и Майкл не устоял. Снова провалился в это безумие. Подтолкнул к комоду, прижимаясь и накрывая собой, невольно копируя Адама. На пол полетели куртки, рюкзак, расчёска и всякие мелочи — Френк будет сердиться, если не убрать.       — Майки!       Эллиот не давал уйти, даже сдвинуться, сделать вдох в сторону, целовал хаотично, и Майкл поддался, забираясь ему под рубашку, растирая ладонями спину. Только в штаны залезть не смог — не после улицы.       — Элли, давай я переоденусь, а ты всё подготовишь, — искушающе шепнул Майкл, продолжая поглаживать. Ещё два коротких поцелуя в губы и щёку. Для утешения.       — Жесто-окий! Горячий и жестокий! — Элли толкнулся бёдрами, укусил за губу, а ладонями можно было ощутить, как суматошно билось его сердце.       Глаза, полные обожания, удерживали рядом, поэтому Майкл отстранился не сразу. Теперь Эллиот не мешал, только сверкал взглядом и пытался отдышаться. Оставить его было тяжело, Майкл вцепился в рюкзак и рванул в ванную, чтобы не передумать.       Из-за желания вновь прикоснуться к Элли его потряхивало, Майкл не с первой попытки нашёл ножницы и срезал с подарка бирки. Там, за дверью, его ждал Эллиот, сладкий Эллиот, и мысли путались. Но всё равно, волнуясь, Майкл не только вымыл руки, но и заскочил в душ. Ещё никогда он не принимал душ так быстро, подгоняемый тревожными мыслями. Вдруг Эллиот передумает? Вдруг уйдёт? Вдруг засомневается и позвонит Адаму?       А, точно, у него же не было номера.       Перед шкафчиком Майкл застыл, наугад выбирая чистое полотенце. Не спросил заранее, и теперь нервничал, что кого-то этим расстроит. Он ещё не знал привычки Эллиота и Френка. Но времени не было. Схватив нижнее, он торопливо привёл себя в порядок, надел стринги и пролез в пеньюар. Оборки позади тёрлись мягко и дразнили прикосновениями почти как Эллиот. Сделав глубокий вдох, Майкл щёлкнул замок на двери и прошёл в спальню босиком.       Элли не утруждал себя подбором белья — развалился на постели обнажённый и раскрытый, даже хвост на голове распустил. Рядом валялось несколько тюбиков смазки, ещё что-то в продолговатом свёртке, но Элли не дал рассмотреть, подскочив.       — Майки!       Элли подтолкнул на кровать, а сам бухнулся на колени и нырнул носом под оборки и прозрачную ткань. Так быстро. Майкл не успевал реагировать, его губы ощущались то на бедре, то на тонкой ткани, то поверх члена. А потом Элли стряхнул с головы пеньюар и щёлкнул тюбиком.       По бёдрам текло ещё до того, как Элли его коснулся. Пальцы сдвинули полоску, толкнулись, с лёгкостью въезжая по смазке, Элли выдохнул Майклу в губы и медленно слизнул его стон.       — Так хорошо, Майки? А здесь?       Пальцы повернулись боком, костяшки надавили, и вместо ответа Майкл задрожал, ахнув. Раньше он не задумывался, а сейчас ревниво осознал — в отличие от него, у Эллиота огромный опыт в развлечениях с омегами. Сколько за эти годы у него было? Чем сам Майкл мог его удивить? Кроме того, что влюбился.       Просто сидеть и принимать жадные прикосновения стало невыносимо, поэтому Майкл потянул Элли за волосы. Прошёлся заметными укусами от подбородка к плечу, стиснул внутри пальцы и полностью погрузился в одуряюще сладковатый омежий аромат. Элли кружил ему голову своей открытостью. Но не только Элли мог делать что захочет.       — Ложись на спину, — для убедительности Майкл потянул Элли, по-прежнему держа за волосы, но стараясь контролировать силу. Он же не альфа.       Элли неожиданно поддался, в его глазах вспыхнул интерес. Он послушно перетёк вверх, чуть ли не урча, и привстал на лопатках. Омежий член качнулся, и Майкл залип на нём взглядом:       — Хочешь поиграть? — Элли наслаждался его вниманием и улыбался, явно не против уступить ему контроль.       — Хочу тебя почувствовать, никуда не торопясь. Мне можно всё?       — Да.       Хотя Элли не стал его поправлять, Майкл помнил о том, что Френк сказал в первую встречу: Элли нельзя хватать за шею и мешать дышать. К любым правилам Майкл теперь относился с особой осторожностью, боясь разрушить хрупкие связи между ними четырьмя.       Первым делом он забрался поверх Элли и расставил колени. Упёрся руками, накрыл собой, и лёгкая ткань пеньюара волной повторила движение, ложась на Элли. Тот вдохнул шумно и чуть поддал бёдрами, пачкая, но Майкл тесно прижался животом и остановил.       — Не двигайся. Позволь мне.       — Как скажешь, — Элли в последний раз поцеловал сам и демонстративно завёл руки за голову.       Майкл ощутил, что ему срывает крышу почти как Адаму. Потому что целовался он также дико, кусал Элли соски и тянул жадно в рот. Прошёлся языком по рёбрам, поцеловал у пупка и притёрся щекой к члену, жмурясь. Майкл припомнил, как они с Френком двигались в Элли, и дыхание обрывалось от мысли, что сейчас он может сам. Один.       Было что-то щемяще-запретное в том, чтобы так откровенно трогать другого омегу. И даже смущение отступило. Может, потому что Майкл не ждал чьей-то ласки, а касался первым? Элли везде был восхитительным и мягким. Если лизнуть головку и прихватить губами. Если игриво куснуть у основания члена. Если отбросить последний страх и прижаться ртом между ягодиц, сглотнув смазку.       — Майки, ты что? Ма-айки!       Элли вздрагивал и тихо стонал, цепляясь за подушки, переворошив покрывало, но так и не остановил. Уложив ладони на его бёдра, Майкл медленно водил приоткрытыми губами по влажной коже, иногда оставляя короткий поцелуй. Тело Эллиота задрожало, и пришлось прекратить. Хотя Майклу нравилось вот так его мучить, эти игры можно отложить до следующего раза, а сейчас — просто наслаждаться. Он хлопнул Эллиота по бедру и мягко попросил:       — Перевернись.       Элли проморгался, явно не сразу осознавая сказанное, дыша тяжело, быстро, но всё же перекатился и встал на колени. Такой уязвимый и красивый. Майкл, не глядя, подхватил тюбик смазки и дёрнул завязки на стрингах — не альфа же, чтобы рвать. Хотелось, жутко хотелось, стянуть одежду с Элли… потом, он обязательно попросит его не раздеваться заранее.       Так непривычно смазывать собственный член. И прижиматься к другому омеге. И потянуть его, чтобы стоял на коленях и замер тесно, спиной к груди. Майкл перехватил его спереди, удерживая за плечо одной рукой, а второй вцепился в бедро. На каждом неторопливом толчке Элли продолжал стонать его имя: жалобно, просяще, иногда задыхаясь или урча. У Майкла все силы уходили на то, чтобы лавина ощущений не погребла под собой. Это безраздельное обладание кем-то — он впервые ощутил такое. Контроль. Мягкость. И любовь.       — А-ах, Майки! — Элли забился в его руках, сжался, кончая, и Майкл впился ему в шею, метя и продлевая острое, невыносимое удовольствие. Казалось, только этот укус способен передать всё, что он чувствовал. Когда они вместе рухнули на кровать, Майкл осознанней взглянул на глубокий след.       — Прости, я…       — Это было круто! — Элли подлез к нему и обнял, щекой прижавшись к груди. А потом запутался пальцами в ленте на спине и потянул. Майкл из последних сил приподнялся, помогая ему, и пеньюар полетел куда-то им за головы.       — А это что? — когда Майкл наконец устроился, вытянувшись в руках Элли, то наткнулся ногой на свёрток.       — Это… это сюрприз. Я хотел вместе попробовать, — Элли так непривычно смутился, что любопытство заставило Майкла извернуться и выше подтолкнуть ногой находку.       — О-о…       Из свёртка выпал нереально длинный дилдак, у которого с каждой стороны было по золотистой головке. А ещё в прозрачном материале виднелись сверкающие радужные вставки. Как от мыльных пузырей. Майкл с интересом потрогал мягкую головку, а потом ухватил находку в руку и взмахнул, словно мечом. Хотя с такой блестящей штукой он скорее чувствовал себя феей, а не рыцарем.       Гибкий дилдак забавно качнулся туда-сюда, они с Эллиотом серьёзно переглянулись и уже через мгновение хохотали, отбросив игрушку.       Конечно, её можно использовать. Наверняка это будет очень волнующе, вот так усесться и разделить удовольствие с Эллиотом, вжаться в его задницу своей. В следующий раз? Определённо, очень многое оставалось на следующий раз.       — Френк ещё не видел этот шедевр?       — Не-ет, — Элли мечтательно улыбнулся и прижался щекой к его ладони       — Может, устроим им с Адамом сюрприз? Как-нибудь потом. У меня столько планов на тебя и без этой штуки, — Майкл потёрся большим пальцем о его улыбку и признался: — Хочется тебя трогать и трогать. И провести побольше времени вместе, поговорить нормально и… ты мне нравишься, — повторил он дневное признание. Только этих слов казалось преступно мало. — Я влюбился.       Эллиот заметался взглядом, неожиданно шмыгнул носом, и Майкл растерялся, заметив его слёзы.       — Ну что ты… — он подался вперёд, чмокнул Элли в нос, но утешать не пришлось.       — Я просто счастлив, Майки. У меня внутри всё сверкает. Прям как в этой штуке, — Элли кивнул на игрушку, заправил прядь за ухо, и они снова улыбнулись друг другу. — Как думаешь, у наших альф тоже так получится?       Майкл задумался, вспоминая, как безумно целовались Адам и Френк. Тогда он даже на расстоянии чувствовал, что между ними горело.       — Получится. Только им понадобится гораздо больше игрушек. И мы.       — Это само собой! — Элли фыркнул и прижал Майкла к себе крепко-крепко. — Майки, а на утро у тебя тоже есть планы со мной?       — Конечно. А у тебя? — Элли радостно закивал, а после Майкл зарылся пальцами ему в волосы и неторопливо перебрал. Да, их альфы упускали столько всего интересного.