Я не верю в сказки

      Лола проснулась подозрительно поздно для себя — ближе к полудню. Сказывалась усталость последних дней. Леголаса рядом не было. Он обнаружился в соседней комнате и, к её удивлению, тоже только проснулся.       — Что мне теперь делать? — прямо спросила Лола. Наверное, эльф не должен был отвечать на такие вопросы, да и отвечать за неё в целом, но больше спросить было некого. Более конкретных вопросов тоже не нашлось.       — Для начала умойся и переоденься, — сильно помог Леголас. — А после… Выбирай. В Долине можно делать множество вещей сразу, или бездельничать: здесь не возбраняется почти ничто, пока ты сыт и доволен.       Это распоряжение оказалось совсем не трудно выполнить: благо, и ванная, и лишняя одежда у эльфов нашлись. Платьев Лола часто не носила, но поносить была совсем не прочь, тем более, что это конкретное — голубое, длинное, кукольное, — делало из неё без малого принцессу. Когда же кроссовки уступили место замшевым ботинкам, она вдруг почувствовала себя невероятной красавицей (что без помощи косметики случалось крайне редко). Закончив с одеждой, Лола раздобыла ножницы и какое-то время старательно обрезала разноцветные волосы, прежде доходившие до бёдер, по плечи, а потом какое-то время плакала из-за свалившихся на неё изменений, пока не ушедшего предэкзаменационного стресса и стремительно приближавшихся месячных.       — Ну, не эльфийка ли? — чуть снисходительно улыбнулся Леголас, когда она заплела то немногое, что осталось от волос, и сосредоточенно разглядывала себя в зеркале. — Чувствуй себя как дома.       — Но не забывай, что в гостях?       За всеми приготовлениями Лола даже не проголодалась особо, но эльф настоял на том, чтобы спуститься на кухню. Туда, где как раз собрались его друзья… И вид у них был премрачный.       — Вы весточку от милорда получили? — жизнерадостно осведомился Леголас, оглядев их несчастные лица. Что за «милорд» Лола пока не знала, но характер его отношений с отрядом поняла по тому, как каждый из эльфов поëжился, даже не скрывая.       — Получили, — процедил сквозь зубы кто-то. — И вы бы получили, если бы проснулись пораньше.       — О-о… В таком случае, замечательно, что я спал так долго. Милорд, Лола, это наш главный ночной кошмар.       — Вот ты шутишь, а мне он правда снится, — поморщилась рыжеволосая девушка. — И даже приказы отдаёт. Потом просыпаюсь и понять никак не могу, бред это, или мне на самом деле стоит выполнять, да побыстрее.       — Мне кажется, приказам лорда главнокомандующего стоит подчиняться, даже когда они отданы во сне.       — А мне почему-то кажется, что если это приказ купить пирожных на всех, можно и проигнорировать.       — А что…       — Так что за вести? — перебил Леголас, наливая себе и Лоле по небольшой тарелке супа. Лола не была уверена, что ей можно это есть при количестве аллергий, доставшихся в наследство от матери, но рискнула — и даже не пожалела. Еда была потрясающе вкусная, от супа до хлеба, и взрощенная на масле родимой пальмы девушка не могла не оценить этого.       — Они с королём требуют нашего скорейшего возвращения, — отчитались эльфы. — Солдат уже не хватает, каждая единица на счету, капитан ты или нет. Милорд взял почти втрое больше новобранцев, чем требовалось раньше, даже от детей советников нос не воротит.       — Мне нужно встретиться с Эстелем, — нахмурился Леголас, прервав отчёт коротким жестом. Лола поимела возможность увидеть ещё раз, каким авторитетом он обладал в своей компании и лишний раз подумать о том, как так вышло, что именно этот эльф требовал и её уважения тоже. — Без этого домой я не отправлюсь. Но могу отправить вас.       — Да, и твой отец свернёт наши ни в чëм не повинные шеи. Да что отец, сестра…       Лола особо не вслушивалась, сосредоточившись на вкусной еде и долине за окном. Эльфы говорили на том языке, который Леголас называл «всеобщим», но почти все с грубым акцентом — видно, практики было немного, — их было приятно слушать из-за интонаций. Большинство голосов звучало сдержанно, как если бы их обладатели хотели бы вложить гораздо больше эмоций, но не считали себя в праве.       Разговор прервался, когда на кухне появилось ещё одно… Существо.       — Мастер хоббит! — Леголас казался приятно удивлённым, его глаза сверкали смешливо. Существо всплеснуло руками и поклонилось:       — Господин мой Леголас!       — Ну уж я вам не господин, — тонко улыбнулся эльф. — Я слышал, вы теперь живёте в Ривенделле.       — Да, видите ли, я уже стар, сначала мне нужно было место для отдыха, а теперь и для спокойной жизни, Имладрис кажется очень подходящим, — существо всё лепетало и лепетало, но Леголасу этот лепет, казалось, даже нравился. Он сидел, покачивая длинной ногой, кивал и улыбался; большинство его компаньонов сохраняли выражения лиц бесстрастными.       — До свидания, Бильбо.       — До скорого свидания!       Дверь наконец закрылась.       — Он не эльф. Сто процентов, — выдала Лола, чем повергла всех (и себя в том числе) в истерику ещё минут на десять.       Прошло несколько дней. Ни в один из них Лола не проснулась в штатах и вынуждена была коротать время в Имладрисе. А вот отряд Леголаса потихоньку растворялся: уходили эльфы и по одиночке, и парами, и Леголас провожал всех, не оставляя никого без поцелуя перед очевидно трудной дорогой; последние двое оставшихся быстро нашли себе занятие: они принялись учить Лолу.       Насколько она понимала, это тоже была идея Леголаса.       Аж два новых языка Лола начала осваивать, как только разобралась в письме пером. Химию и физику никто преподавать не собирался (и слава богам, какие там у них), но основы математики, здорово отличающейся от привычной, ещё как преподавали. Как, кстати, и некое подобие биологии. Настояли на посещении Зала Огня, в котором эльфы Имладриса часто пели, рассказывали легенды и баллады, танцевали и играли на интересных музыкальных инструментах — словом, делали всё, чтобы у Лолы не было времени думать о прошлом.       Хотя, конечно, и здесь всё не могло быть гладко. Тем ещё челленджем оказались уроки верховой езды.

***

      — Останови лошадь, сейчас же! Tampa!       Лола принялась судорожно тянуть поводья почти совсем не дрожащими руками. Пугало всё: и обстановка, никогда не исключающая зрителей, и миниатюрная, но резвая лошадь, на которой она сидела, и даже наставница — последняя оставшаяся эллет Леголасова отряда. Невысокая, красивая как все эльфы, довольно хрупкая, она, тем не менее, умудрялась пугать не на шутку: чем бы ни занималась Лола раньше, такого внимательного учителя, как Myess, у неё ещё не было.       — Сто-о-ой, — пробормотала она почти совсем не дрожащим голосом. — Стой… Она не останавливается!       — Интересно, почему, — закатила глаза эльфийка и продолжила куда громче и суровее: — Повод набери, куда у тебя локти лезут? Ты ей сейчас на круп ляжешь, но с таким поводом не остановишь.       Лола слышала именно это уже три раза за один день. Каждый раз это работало. И теперь сработало.       — Вот и всё. Почему я должна повторять? Есть ощущение, что я здесь просто так стою.       Лола злилась — на себя и на её правоту, — и не могла ничего ответить. Больше всего после таких выговоров хотелось слезть с лошади и уйти куда подальше, но…       Но нет. Она любила этих животных, любила проводить с ними время, в какой-то степени уже почти любила ездить, хотя часто пугалась. И если Леголас настаивал на том, чтобы она училась именно у Мии… Лола не могла отказать.       Вообще-то, тренировки не были такими уж неприятными. Её хвалили, если было за что хвалить. Но чаще всё же ругали. Наставница не отличалась особым милосердием в этом плане.       — Куда галоп?!       Лола взвизгнула, почувствовав рывок, и вцепилась в густую светлую гриву, дожидаясь, когда лошадь сама догадается замедлиться.       — Лола, я всё вижу! Говорю тебе: расслабь спину, откинься чуть назад. Ты ещё больше скрючишься, в лошадь вцепишься и сидишь… Если поднимаешь в галоп, то хоть правильно и с правильной ноги, ясно?       — Она сама так побежала, ей виднее, — буркнула Лола скорее самой себе, и это окончательно вывело эльфийку из душевного равновесия.       — О-о… — протянула Мия и, прежде чем она успела бы огрызнуться ещё раз, припечатала: — Спешилась, быстро.       Лола почти свалилась на землю, немного поматерилась про себя и с нескрываемым опасением пронаблюдала за эллет, которая, отведя лошадь на конюшню, стремительно возвращалась обратно. Они были почти одного роста, но впервые это не приносило никакого облегчения: присутствие Мии, да ещё в шаге всего от неё, действовало примерно так же, как… Три Леголаса.       — …сейчас ты у меня побежишь. Зачем ты там сидишь, если лошадь всё сама делает? Портишь её, меня не слушаешь, ещё сама постоянно пугаешься.       — Я не могу не пугаться, — возмутилась Лола.       — А чего ты боишься? Упасть? Так ниже земли не упадёшь. Я проверяла. Сломать себе что-то? Можно просто прогуливаться, упасть и сломать это что-то. Бояться нельзя, страх мешает, а для того, чтобы хорошо ездить, ты должна слышать и видеть всё что происходит вокруг сейчас, и немного того, что произойдёт в ближайшем будущем.       Во взгляде Мии не было никакого сочувствия. Внимательно посмотрев на смущённую девушку, она проговорила:       — Ты только учишься, я знаю. Но это не может быть оправданием для полного игнорирования приказов. Лошади красивые, умные животные, их подчинение и доверие нужно заслужить, а ты не можешь заслужить даже моей похвалы. Бегом четыре круга, я не шутила, — и пошла наконец прочь, к скамье на другом конце манежа, бросив через плечо: — Бояться здесь стоит только меня.

***

      Лоле потребовалось всего два с половиной часа, чтобы перечистить оставленные Мией уздечки. Когда работа была почти окончена, на конюшню заглянул Леголас и, понимающе улыбнувшись, скрылся в одном из заго… Денников. Из-за которых ей уже попадало, потому что она называла их загонами. — Загоны у тебя, когда ты на лошади сидишь и просто так паникуешь, — сообщила эльфийка, очень подло исподтишка хлестнув её прутиком, — а это денник.       Леголас вывел что-то огромное и вороное. Пока он чистил коня, которого звали Чëрный, (а ведь дома она над этим посмеялась бы…) Лола вкратце поведала ему о своих неудачах.       — Не отчаивайся. У всех может что-то не получаться.       — Она так не считает, — огрызнулась было Лола — и тут же пожалела об этом.       — Мия знает всё прекрасно, — строго прервал её Леголас. — И знает, кого хвалить, а кого наказывать, и когда. Неудача — это одно, а неподчинение — другое. Вне зависимости от того, как сложится твоя жизнь, это ты должна запомнить.       Он ушёл, и Лола, понятия не имея, что ещё ей делать, расплакалась. Ещё минут через пять Мия вернулась за результатами и обнаружила её сидящей в горе сияющей амуниции, растрëпанную и заплаканную.       — Чего ревёшь? — спросила, смеясь, но без всякой издёвки. — Ну, хватит. Прекращай, говорю. Дело есть.

***

      — Gil, — эльфийка присвистнула, и через несколько секунд на другом конце поля появилась красивая гнедая лошадь. Неторопливая рысь, как видно, не устроила Мию: она усмехнулась и воскликнула: — Asca mellon!       Эллет на лошади была великолепна. Лола думала так раньше, наблюдая за ней на тренировках, и не поменяла своего мнения даже теперь. Мия обращалась с лошадью непринуждённо, каждое движение казалось одновременно лёгким и точно выверенным.       — Мне не нужно прикладывать особых усилий, просто потому что я эльф. Ни у одного человека так не получится, если он не будет тренироваться каждый день многие годы. И у тебя тоже. Поэтому учись, а не жди, что оно само выучится.       — Это несправедливо, — вздохнула Лола. — Совершенно несправедливо по отношению к людям.       — Эстель не устаёт повторять это, — рассмеялась Мия. — Но эльфам тоже нужно много учиться. Не этому, но нужно.       — Чему это? Вы же выглядите, говорите, одеваетесь как ангелы… Идеально, в общем.       Эльфийка лукаво улыбнулась и ничего на это не сказала.