Я не верю в сказки

      Джин Симпсон не без труда поднялась холодной с земли, и в следующую секунду оказалась в крепких объятиях. Она отстранилась первой только потому, что у неё из носа всё ещё шла кровь, и с этим срочно надо было что-то делать.       — Ты… — Лола окинула её быстрым взглядом, отмечая про себя и кровь, и след на лице, который должен был совсем скоро стать синяком, и разодранные костяшки пальцев. — Стоп. Кто это сделал?       Джин взглянула на подругу так тяжело, что Лола отступила бы, не знай её лучше. Гораздо более практично было бы задавать ей вопросы, на которые можно ответить «да» или «нет», потому как обычно она не обременяла себя другими речевыми конструкциями, но у Лолы не было никаких предположений.       — Прости, — выдохнула она и обернулась туда, где стояли её ошарашенные спутники. Прежде чем Лола успела даже озвучить свою просьбу, Леголас подошёл и молча протянул ей два пузырька с прозрачной и зеленоватой жидкостями, да ещё смоченную ткань. — Веришь?.. — пробормотала Лола и получила в ответ только быстрый кивок. В следующую секунду эльф уже стоял рядом с остальными членами отряда. Она повернулась к Джин: — Мне нужно очень много тебе рассказать. И им тоже.       Короткая юбка, конверсы, колготки в сеточку и футболка с сияющей надписью Guns&Roses — сейчас, на фоне остальных, именно Джин Симпсон выглядела странным косплеером. Пока их с ней объединяли только синяки.       Лола на всякий случай — скорее чтобы убедиться, что всё это взаправду, — осторожно обняла её ещё раз, и Джин не стала возражать.

***

      — Умоляю, Небо, перестань кидаться детьми, — вздохнул Арагорн, оправившись от удивления и удостоверившись, что никого больше спасать не надо. Хоббиты дружно выглянули из-за его спины.       — Умолять Небо поздно, — откликнулся Леголас, нахмурившись. — Самое время выяснять с ним отношения. Митрандир…       — Меня не спрашивать, — отрезал маг и быстро защитил себя от дальнейших расспросов трубкой. — Сам не знаю.       Эльф закатил глаза, отходя подальше, чтобы не вдыхать горький запах столь любимого большинством народов Средиземья табачного дыма.       …Совет держали снова — и с теми же результатами. На этот раз говорила в основном Лола, а Джин стояла чуть поодаль, устало оперевшись плечом о ствол дерева, всё ещё держа смоченную тряпку возле лица, и время от времени качала головой, отсеивая неверные высказывания. Леголас почти всё это время молчал и смотрел на землю так сосредоточенно, как будто возле носков его сапог было что-то написано. На самом деле, у многих членов отряда пропал дар речи.       Через какое-то время Лола при поддержке Арагорна пролила на неё капельку той информации, которая нужна была Джин и, по мнению Фродо, не навредила бы отряду. К всеобщему удивлению, она даже не приняла их за сумасшедших. И себя тоже.       — Ясно, — только и сказала она, выслушав всё, что они хотели сказать. И Лола по её тону поняла, что ей действительно ясно.       Конечно, с появлением Джин дорога не стала легче или приятнее, но теперь, по крайней мере, Лола хоть с кем-то могла поговорить о тех невероятных приключениях, которые с ними уже произошли и ещё должны были произойти. А ещё, попить таблетки, которые её подруга, к счастью, захватила с собой в Средиземье.

***

      Слишком уж быстро приблизились горы, и отряд остановился у подножия их, едва ли не впервые получив возможность разжечь большой костёр.       Там же раскрылся интересный факт: Гимли совершенно не умел готовить. Вернее, вышло, что то ли гномьи стандарты кулинарии так сильно отличались от стандартов прочих, то ли у этого конкретного гнома действительно вышла отвратительная стряпня: даже самоотверженный Арагорн, хотя был, как и все остальные, чудовищно голоден, не смог заставить себя съесть хоть сколько-нибудь мяса максимально возможной прожарки и рубленных почти в кашу овощей. Разумеется, это привело к спору. Почти все были заняты, и сообразить что-нибудь другое из порченных продуктов поручили Лоле и Джин, но Лола честно призналась, что ничего сложнее кофе не готовила, а Джин уже в процессе готовки поняла, что дело бесполезное и не стоило даже пытаться.       — И это девушки, — высказался кто-то. Джин, как и прежде молчавшая девяносто девять процентов времени, чётко выразила своё мнение об этом ком-то матом.       — Ты бы поаккуратнее, — прыснула Лола, по выражению лица Арагорна прочитав: он всё сказанное прекрасно понял.       — Ну так если человек геюга, что я могу поделать?..       Лоле было безумно смешно, но ещё — ясно, что сейчас все они останутся без ужина и пойдут дальше злые, голодные, а перспективы поесть ещё хоть сколько-нибудь в ближайшие пять часов не предвидится, когда Сэм молча, совершенно спокойно принялся готовить.       Вместе с ним успокоились и остальные. Они расселись вокруг костра — все, кроме Митрандира и Леголаса — и почти совсем умиротворённо принялись говорить о предстоящей дороге. Однако ничего особенно хорошего она по-прежнему не предвещала, и Лола скоро устала слушать, а отряд — говорить.       Тихо потрескивал костёр. Уже пахло в кои-то веки действительно сытным ужином, когда Джин нехотя сообщила:       — У меня колено болит.       — И давно? — насторожилась Лола.       — Дня три. Я чего говорю-то… Ходить трудновато.       Будь у неё такая возможность, Лола немедленно обратилась бы к Леголасу, но эльф отправился в разведку ещё час назад и вернулся бы не раньше, чем через час; однако в отряде нашёлся проницательный человек.       — Вы чего там шепчетесь? — спросил Боромир, резкостью тона мгновенно пресекая всеобщее умиротворение. Его «учительский» голос вызвал у девушек прилив внезапной ностальгической ненависти, и Джин наверняка огрызнулась бы снова, но Лола успела ответить:       — Она ходить не может. Это, кстати, ваша проблема.