В гостях у Трёхглавой Обезьяны

Молниеносная темнота сменилась яркой вспышкой. Как очень мощный взрыв. Наверно это и ощущают покойники, отдаваясь в объятья Смерти. А что до того чувства боли, то она и не вспоминалась. Был только он и тёплое тело, которое тот так крепко сжимал в своих руках. Смерть уже встретила его? Встретила с распростертыми объятиями, чтобы поспешишь показать свои владения? Как мило и весьма великодушно с её стороны. Но почему раны и порезы горят огнём, почему спина вот-вот разделится надвое, выпустив наружу позвоночник, почему ноги дрожат? Почему его уха касается сбивчивое чужое дыхание, так до безобразия обжигающее? — Чт..чт-то произошло? — тихий девичий шёпот вновь обжёг мочку его уха свирепым пламенем. Чьи-то цепкие пальцы так и не отпускали его плечи, впившись звериными когтями. — я м-мертва? —Нет, я, мы… — здравый рассудок начал потихоньку возвращаться к нему, заставляя наконец раскрыть веки и встретиться с жизнью лицом к лицу. — живы? — Живы, — тут же вяло повторила за ним девушка, также приходя в себя. Открыла глаза, пытаясь распознать окружающую среду, однако какое-то время всё прибывало, как в тумане. Встряхнув несколько раз головой, она, в конечном итоге, вернулась в этот мир, и с обескураженным лицом встретила взгляд знакомого демона. Тот по виду и вроде не понимал, что произошло, и вроде о чём-то умалчивал. Эльза ещё раз переспросила, но неуверенно: — живы, да? — Да! — не веря самому себе, воскликнул рикки, внезапно став рассматривать свои руки в перчатках. — этого просто… не может быть. Столько времени было на это потрачено. — Эй, о чём ты? Как мы не разбились? — Да телепортировался я, понимаешь? — с энтузиазмом произнёс принц, вскочив с землицы и чуть ли не набросившись на Эльзу. Та лишь чутка вздрогнула, когда Анга обхватил её плечи и слегка потрепал. — нет, ничего ты не понимаешь. — Спасибо за подтверждение, — Эльза села на землю, принимаясь разминать усталые ноги. — допустим, случилось чудо. — Да, так и есть, потому что до этого момента все мои старания над перемещением были напрасны, а выбор был небольшой. Я мало на что надеялся и думал, что мы окончательно размажемся, — Анга задрал голову вверх, дабы встретиться с головами оставшихся аборигенов, но их там не было. К счастью или сожалению, позлорадствовать не над чем. — чудеса всё-таки случаются. — Так собери все эти чудеса и отправь уже нас в пункт назначения. Вообще здорово будет, так-то не очень хочется волочиться в незнакомые земли, толком и не зная дороги. — Гениально сказать это существу, до этого ни разу нормально не использовавшему телепортацию, — рикки постановил руки по бокам, всё ещё жадно заглатывая воздух. — до сих пор не верится. — Повторить, я так понимаю, столь могущественному существу не хватит силёнок? — тихая усмешка. Уж больно она смелая стала. — Ну да, вам ведь, в рот смотрящим обывателям, и в голову не придёт, что силы, связанные с магией, не приходят к «столь магическим существам» по щелчку пальцев, тем более таких масштабов. Колдуна, неумело использовавшего перемещение, может напросто разорвать в пространстве. Но вам этого не… — Спасибо, я не нуждаюсь в твоём повторном кукареканье, какие мы слабые и ничтожные, — Эльза снова встала, поёжившись от раны на спине. — ну как попугай, ей Богу. Так ты не можешь повторить это? — Нет, говорю же, впервые подобное. Этому нужно долго учиться, что я и безуспешно делал, ещё практика. На эксперименты у меня нет времени, так что, как и планировалось, идём долгим путём, — и тут он на ровном месте подвернул лодыжку. — чёрт подери! — Даже не попробуешь? — Отстань, ведьма! — стискивая зубы, принялся активно проводить круговые движения ступни. — а знаешь, да! Хоть попытка и успешная, но просто так я пробовать не буду, лучше уж при подобном случае. Мои печень с почками мне дороже. Всё. Точка. — Ладно, я согласна на всё. Только сначала я бы подлатала себя, а то сейчас рожу внутренности через спину. Столь могущественному существу бы тоже не помешало, будет и тебе хорошо, и мне приятно, — девушка посмотрела на виднеющиеся впереди лесные заросли, обогащённые насыщенной зеленью. Источник воды сейчас бы очень не помешал. Жажда мучает, да и смыть с себя грязь с дорог тоже было бы замечательно. — не ориентируешься здесь? — У меня есть карта Шантагара, — Ангацетус было потянулся за сумкой, где лежало всё необходимое, но её, как таковой, не оказалось. Конечно, как она могла уцелеть во время погони? — да вы издеваетесь… В сумке была и карта, и книга, и перстень. Всё пропало. Нет, Анга принялся искать пропажу в ближайшей местности, в кустах, под камнями и, о чудо, заветный клад оказался подвешенным на ветке, что торчала из скалы, на ремешке. Анге удалось подпрыгнуть на немыслимую для человека высоту и ухватить сумку за ремешок. Всё осталось на месте, что не могло не радовать. — Так-с, что у нас там по местности, — демон достал из сумки потрёпанную карту, развернул и стал водить указательным пальцем по размазанным рисункам и отметинам, сориентировался, где они с Эльзой находятся, но не нашёл ближайшего источника воды, за исключением реки Югурки с поджидающими путников аллигаторами. При темноте Анга вполне себе мог прекрасно разглядывать объекты, но на карте был сплошной мрак. Рикки сложил карту в сумку, сморщив лоб от раздражения. — извиняюсь, ведьма, но, походу, нам ещё долго придётся консервироваться в своей грязи, — обратился он в наигранно-сожалеющей манере, театрально разведя руки перед… никем. Девушки нигде поблизости не оказалось, отчего демон заскрипел зубами от нежданной выходки. — ведьма? Куда тебя унесло? — угнетающая тишина, однако после шести тревожных секунд из лесной чащи послышались высокие октавы женского голоса. Ещё и ещё. Кто, если не Эльза? Ангацетус тут же ринулся на звук. — нет, ну я её прикончу! Спина тут же отдалась неприятной болью, но Анга старался не придавать этому значения, сосредоточившись на чутье, пока наконец-то не уловил нотки запаха девушки. Да, старый запыленный мешок из-под картошки, в котором Эльза успела промариноваться в замке рикки, ещё обвивал её. Она ушла недалеко, оборотень поймал её затемнённый силуэт на заросшей высокой растительностью тропе. — Что ты удумала, дурная твоя голова! — он накинулся на неё со спины, зажав ей рот ладонью. Та резко дёрнулась, что-то промычав. — нашла время горланить! Тебе тех макак было мало? — на это упрямая девица ответила тёмному принцу хорошим укусом за палец, да таким, что продырявила ткань перчатки. Хоть это сказалось и на её пальце тоже, зато девушка в сию секунду высвободилась. Ангацетус отдёрнул руку, прошипев: — вот же дрянная сука! — А ты руки не распускай, урод. — Так нечего орать на всю округу и уходить в чёрные дебри одной, совсем жить надоело?! — Да тише ты! — шикнула ему Эльза, бдительно к чему-то прислушиваясь, вот только Анга не слышал ничего, кроме шуршания ветра и тихих голосов незаметных птиц. Девушка двинулась с места, уйдя за деревья. Терпение было на исходе, человек совсем отбился от рук. Вместо того, чтобы поспешить продолжить путь, он, вернее она, идёт за непонятно чем в непонятно куда, так ещё и предъявляет к рикки какие-либо претензии. «Стоит просто наложить на неё гипноз и… и придётся тащить её всю дорогу, этого мне не хватало» — размышлял про себя Анга, пойдя следом за Эльзой. — Ну-ка слушай меня сюда. — Погоди! Я голос слышу. — Какой к чёрту голос?! Совсем умом тронулась? — Эльза вновь издала громкое пение, после чего Ангацетус не выдержал и стремительно прижал её к дереву. — Повторюсь, прекрати это представление, — он сжал плечи ещё сильнее, но так и не добившись на её лице ни капли страха. — меня достало то, что ты… — Что? Что не боюсь тебя, да? — перебив, с азартом обвела взглядом его ещё более взбешённое лицо. — ну а теперь послушай меня сюда, пёс, пока мы с тобой связаны одной цепью, ты беспомощен против меня, так как боишься за свою отбеленную шкуру, а потому, нравится тебе или нет, я не стану болтаться на твоих верёвочках, как марионетка. Знай, я способна на всё и мне не составит труда спрыгнуть с ближайшей скалы. — Да что ты о себе возомнила! — перехватил за волосы, ударив по стволу дерева. Их обоих пронзило резкое головокружение. В его глазах поселился сам бес, готовый сжечь своего грешника прямо на месте, но Эльза сохраняла былую холодность, только оставив место для лёгкой ухмылки. На месте хрупкой леди появились очертания дьяволицы. Она знала, что делает. — ты совсем от рук отбилась, ну ничего, мы это исправим. — О, да, я верю тебе, — злорадно протянула она с насмешкой. — ну давай же, что ты там любишь делать со своими жертвами: ударь, поколоти, отшвырни, вытрахай наконец, — Эльза, словно сдаваясь, подняла руки, невинно улыбнувшись. Она просто начала вытворять запредельную чертовщину, к которой даже Ангацетус не был готов. — смотри, сам себе дыру между ног не продолби, а то из Ангацетуса превратишься в Ангацетусиху, если вообще жив останешься, — жуткая женщина, жуткая и до невозможности подлая. Хотелось что-то сказать, хотелось ну очень многое сказать, но ни одно нормальное слово не клеилось на язык демону. Чёрт, да он и вправду оказался в тупике. Рикки лишился возможности убить её, Эльза знает это и пользуется возможностью, как ей заблагорассудится. От этого было тошно. Переборов все зовы своей сущности, Анга разжал пальцы, высвободив девушку, а та только и одарила его благодарной, но скользкой усмешкой. — Вот и умничка, хороший мальчик. «Метится надуть меня целиком и полностью, — Ангацетус стиснул зубы с такой силой, что, казалось, он сломает себе нижнюю челюсть. — я найду способ избавиться от проклятия и тогда, уверяю тебя, ты будешь молить меня о скоропостижной смерти». — Дамочка, как ты не поймёшь, я пытаюсь вразумить тебя, — он пошёл следом за ней, щёлкая костяшками пальцев от нервов. Когда он успел приобрести вредную привычку? — моё время сильно ограничено, каждая секунда на счету, а ты начала строить здесь непонятно кого, ещё что-то мне предъявляя. Говоришь о каких-то голосах, но возиться с твоими недугами у меня нет времени и желания. — А у меня нет желания тащиться ещё лишние сотни километров, погрязнув в собственной крови, гнойных ранах и грязных лохмотьях. Уж прости, но я не хочу подцепить на полпути неведомую заразу и повалиться раньше времени. Да и вряд-ли тебе это пойдёт на пользу. — Секунду, пару минут назад одна милочка говорила, что в любой момент может кинуться с любого обрыва, а теперь ей перехотелось? — А это зависит от того, как плохо ты будешь себя вести, — затем она остановилась, оглядевшись. Прикрыв глаза, она услышала всплеск воды, что также уловил и её спутник. Она поймала на себе его кислый взгляд и сама стала чуть хмурее в лице: — я уже очень давно могу слышать голос своей покойной матушки, но не могла его слышать за пределами определённого места. До последних событий, — сделала паузу, после чего отвела от него глаза, с серьёзностью добавив: — пусть ты и отнял у меня магию, но эту связь не разорвать никому. Я не больна на голову, просто это — выше людской науки и тонкостей магии, тебе не понять. — Допустим, вот только что может дать нам твоя покойная мать, что ты так упорно пошла в заросли? — Слышишь это? — она снова затихла, сосредоточившись на плеске. — это помощь, Ангацетус. Молчаливо пошёл в сторону звука, ничего не ответив. И вправду, преодолев парочку засохших деревьев и кусты раскидистого папоротника, Ангацетус вышел на чистейший родник, живо плещущийся в свете продирающихся через дебри лучей серебристого месяца. Звонкая игра источника ласкала слух. — Здорово, — кратко кинул через плечо демон. — передай своей матери, что она нам ещё пригодится. — Ты просто невозможен. — Нет ничего невозможного, — рикки подобрал с песка влажный увесистый камень и тут же в ладони на его месте образовалась фляга с тряпичным ремешком. — я — источник неисчерпаемых возможностей. Анга подошёл к бьющему роднику и зачерпнул воды в флягу, после чего отпил из неё. — Ты это, мог бы сгинуть ненадолго? Мне нужно привести себя в порядок, — Эльза наклонилась к воде, попробовав её на примерную температуру. Родник казался холоднее ледников. Раньше она бы точно не пожаловалась, но без своих сил она ощущала себя настолько уязвимой, что, казалось, её любой сквозняк убьёт. Придётся как-то бороться с холодом, потому что сейчас он ей ну никак не по душе. — Только не задерживайся и, будь добра, не подхвати ангину или ещё чего. Анга ушёл без всяких препираний, что не могло не радовать принцессу Эренделла. «Кажется, что этот кусок ходячего горя начинает становиться менее противным. Не могу опровергнуть, что в этом ключе чары хорошо сыграют мне на руку, совсем послушным станет» — с этими мыслями Эльза высвободилась из пут грязной одежды, насквозь пропитанной уже чуть засохшей кровью. Липко и противно. Девушка с брезгливостью откинула тряпки на ближний булыжник, чтобы потом постирать. Зайдя в воду по щиколотку, Эльзу уже в тот момент парализовал раздирающий плоть холод, от чего она готова была выпрыгнуть из воды. Зубы задрожали. Чтобы поскорее привыкнуть к температуре, принцесса начала активно поливать всё тело водой, которую она загребала руками, затем принялась постепенно всё глубже и глубже уходить под воду. Глубокие раны сильно обожгло раскалённым льдом, но и это не могло остановить Эльзу, пока она полностью не избавилась от засохшей грязи со всех уголков тела. Выбравшись наружу, нежную девичью кожу накрыли табуны малоприятных мурашек, из-за чего девушка принялась растирать себе плечи руками. Будучи полностью обнажённой, она пару раз осмотрелась по сторонам, дабы убедиться, что никакая лишняя пара глаз не наблюдает за ней. Укрыться было нечем, все было грязным, поэтому Эльза в сей же час принялась отстирывать свою одежду, после чего повесила её на ветви дерева, кроме плаща. Нижнюю часть ткани ей удалось разрезать с помощью найденной острой ветки, потом она оторвала пару больших листьев папоротника, наложила себе на спину (что было крайне трудно) и перевязала всё это отрезанной тканью. Главная проблема оказалась решена. В принципе всё туловище, включая грудь, было перевязано, а вот ждать, пока вся одежда высохнет, было той ещё задачей. Эльза обвязала на бёдрах разрезанный плащ как раз перед тем, как на песочный берег вышел Анга. Он скучающе обвёл взглядом местность, подав голос: — Тебя сколько ждать ещё? — А ты хотел, чтобы я управилась за пять минут? У меня вещи сушатся, и вообще, проваливай отсюда, это неприлично с твоей стороны, — яро выпалила оказавшаяся в неудобном положении девушка, но рикки даже и кратким взглядом не удостоил её персону, нет. Смотрел на сушившиеся вещи, пейзаж зелени и задавался вопросом, почему девицы, когда дело заходит о всём, что связано со срамом наготы, тут же начинают истерить. «Боже, какие мы нежные» — хотелось ответить ему, но проглотил эту затею, оставив усмешливую улыбку. — уйди же. Я в лишних глазах не нуждаюсь. — Ой, да чего я у вас там не видел, — Анга махнул на неё рукой, направившись к веткам, где были развешаны её вещи. — как будто мне нечем заняться, кроме как смотреть на твой торчащий из воды блестящий зад. — Ну и зачем тебе мои тряпки? — спросила она, покосившись на рикки, снявшего её ещё мокрые вещи. Он подошёл к Эльзе, кинув ей в руки лохмотья. Поймав вещи, девушка обнаружила, что одежда совершенна суха, да и не та, в которой она была: коралловая рубаха с мелкими чёрными узорами на воротнике и рукавах, плотные брюки, покрытые не пушистым коротким мехом, кожаные сапоги на шнуровке и также новый плащ молочного цвета с широким капюшоном. — ладно, неожиданно. — Не стоит благодарности, ведьма. Я говорил, что полон возможностей, — он прикрыл веки, его нос несколько раз дёрнулся. — давай, иди там переоденься, я костёр с грибами оставил, посторожи в моё отсутствие. Перечить ему девушка не стала, и даже в какой-то степени была благодарна, ведь тепло после ледяной ванны и новые сухие вещи были сейчас очень кстати, а сам Анга остался у родника приводить себя в порядок. Сидя у костра и насаживая на ветки новые сырые грибы, Эльза погрязла в раздумьях о том, что же сейчас с её семьёй, живы ли вообще. Её терзала мысль о том, что, пока она прохлаждается с демоном, греясь у костра, Анна с родственниками могла находиться в сырой темнице под кознями владычицы этих земель. Девушку передёрнуло, как только её мысли детально нарисовали эту фантазию: ржавые цепи, кровь, надзиратели с орудиями пыток. Рука самовольно дёрнулась, опрокинув новую партию грибов на ветке в самое пламя. «Черти! — Эльза попыталась достать упавшую еду, но всё, что осталось от грибов, — это горячие угольки. Девушка поникла в печаль, но не от съестной утраты. — Ох, Анна, Анна… как же вы там? Простите меня, я такая ужасная. Я не должна была вас оставлять, не должна. Теперь расплачиваюсь». — Меня нет минут семь, а ты уже еду поджигаешь, — и вот вернулся Анга, тоже облачённый в новые одеяния, блеснув зеркальным серебром мокрых волос, туго завязанных в хвост. Склонился к костру, чтобы подставить к теплу руки, буркнув: — ведьма, совсем голодом заморишь. — Я не специально, да и не всё же я сожгла, — она грубо подложила к демону три ветки с нанизанными грибами, положенных на широкий лист. — ешь на здоровье. — За что же я удостоился такой небывалой щедрости, ваше величество? — скривил губы, после закинул себе в рот жареный гриб. Он был пресным, но вполне себе съедобным. — Высочество тогда уж. Всё, оставь меня; я устала, — вяло пробубнила себе под нос Эльза, поджав колени к груди и положив на них уставшую голову. — устала от всего этого. — Не сдувайся, нам ещё надо... — Да знаю я прекрасно, что надо! — импульсивно ответила Эльза, то сжимая, то разжимая пальцы. Ее жестикуляция менялась с каждой секундой, и она больше стала подходить на сумасшедшего, однако длилось это недолго, девушка снова прикрыла глаза и, опустив голову, с дрожью на губах пробормотала: — ради всего святого, просто-напросто оставь меня в покое, вот и всё. Иначе я сойду с ума. — Эх, ладно то я, но как тебя вообще люди терпят? — тихо спросил Анга, устремив свой взор на чарующие языки пламени. — я к тому, что твой характер просто отвратительный, так ещё и мечется пуще стрелки компаса. — Тебе бы побыть в моей шкуре, господин аристократичный маг древнейшего рода, тогда бы и посмотрели, кто из нас самый изнеженный, — ответила без усмешки. — Не тебе уж точно судить обо мне. Этот мир жесток и полон разочарований, и распускать сопли из-за этого вообще нет смысла. Всем, так или иначе, достаётся от судьбы. Ты либо хищник, либо жертва, выживай или валяйся трупом; третьего не дано. А слова твои, насчёт того, как обошлась с тобой жизнь, никому не сдались, — он обвел взглядом символ на запястье, как вдруг почувствовал знакомую боль в спине, но виду не подал. — всем глубоко наплевать на тебя и твои чувства, как бы по-другому это не казалось. Существо видит в другом существе лишь удобную взаимовыгоду. «Да что это существо может знать! — взбрело голову Эльзе, только вот слова его неприятно кольнули внутри, оставляя после себя жгучий осадок. — взаимовыгода... Ему никогда не познать, насколько дорога может оказаться чужая жизнь ближнему человеку. Ему не познать настоящую человечность, а он ещё чему-то учит». Новая волна боли раскатилась и по спине Эльзы, но она это и не скрывала, сморщив лицо от малоприятного ощущения. Дотронувшись до своей спины, она почувствовала свежую влагу, хотя была уверена, что рану перевязала отлично. — Что же это такое, вроде бы хорошо перевязала, — девушка стянула плащ с плеч, чтобы в очередной раз его не испачкать, хотела уже снова пойти к роднику, но остановилась перед Ангацетусом и спросила: — ты перевязывал себе пару? — Конечно, сразу же после водных процедур. — Так, а что же тогда… — Эльза притихла, принявшись активно топать левой ногой по земле, но думать она долго не стала и решила стянуть с себя новую рубаху, повернувшись к рикки спиной. И нет, он не сидел с выпученными глазами, думая вскрикнуть «что же ты вытворяешь?!», только бесстрастно наблюдал за этим, опустив подбородок на левое колено и растянув правую ногу. — посмотри, что у меня с перевязкой? — она задрала волосы, затянув их у себя на руке. Анга скучающе изучал ткани, которые потихоньку впитывали в себя свежую алую жидкость, остановившись на её шее. — У тебя кровь просачивается, видать не так уж и хорошо перевязала. И, может ты не знала, но, перевязав себе рану тряпками, от этого она болеть не перестанет, однако новое кровоизлияние уже смело может настораживать. — А может это ты плохо завязал рану? — не успел он ответить, как Эльза мигом шмыгнула ему за спину. — дай-ка проверю. — Мне нечего проверять, у меня всё прекрасно перевязано. — Я не выясню причину и рана кровоточить будет у нас обоих, так что давай-давай, — она сложила руки на груди в позе командира, ожидая выполнения задачи своего служителя. Анга всё-таки больше не стал настаивать, оценивая её просьбу разумно, поэтому с глубоким вздохом стянул с себя кожаный жилет и чёрную рубашку, представив девушке спину во всей своей красе: почти вся спина была неумело перевязана куском ткани и теми же листьями, ближе к шее был виден конец раны, из которой нескончаемо шла кровь. Помимо прочего открытые участки спины покрывали и другие увечья, а также шрамы неизвестной давности. Эльза цокнула языком, чуть закатив глаза, мол, что и требовалась доказать. — боюсь, столь могущественному существу ещё есть, чему учиться. Скажем, правильно перевязывать раны. — А ты, я гляжу, не упускаешь возможности позлорадствовать. — Несомненно, как тут удержаться? — её губы обронили короткий смешок. — к чертям всё это надо убирать, так никуда не годится. — Какова вероятность, что новая перевязка поможет? — С обычной перевязкой никакой, тут в лучшем случае надобно зашивать тебя. — Спасибо, как-нибудь обойдусь, — Анга встал с земли, подобрав с собой рубаху с жилетом. — Тебе по душе ходить с загноившейся раной? — Мне не по душе, что ты всё так усложняешь, когда можно просто крепче перевязать. Не знаю, в чём проблема, — тон его голоса начал едва повышаться, сопровождаясь яркой жестикуляцией. — серьёзно, неужели без этого никак? — Никак, а теперь давай показывай свою спину, — она решительным шагом двинулась к рикки, но не была уверена, что он вот так просто ей дастся, но куда-то убегать от неё он вовсе не собирался. — иголки боишься? — Нет, просто… — Что «просто»? — Эльза принялась насквозь прожигать тёмного принца настырными голубыми глазами, словно гипнотизируя. Струсил? Конечно нет! Столько ножей и стрел летело в его сторону, а тут безобидная иголка. Но разве что немножко, как ни крути, а это неприятно. — Что ж, — вздохнул он, изнеможённо запрокинув голову к небу. Анга раскинул руками, показывая свою полную открытость. Пусть и неприятно, но разводить на этом пустой конфликт точно нет смысла, так что придётся сдаться Эльзе. Опять. — твоя взяла. И он принялся разрывать всё то, чем оплёл туловище, давая человеку хорошенько рассмотреть широкую и сочащуюся рану. Её действия отражались и на её ране, и принцесса вздрогнула от подступившей искры боли, сжав руки в кулак. Бледная кожа оказалась покрыта следами запёкшейся и свежей крови. Кровь стекала по спине багровыми каплями, опускаясь всё ниже и пропадая где-то под кожаным поясом демона. Зрелище было ужасным, но Эльза прекрасно понимала, сними ей перевязку и откроется ровно такая же картина. — Насколько всё плохо? — Одиннадцать из десяти, да, ты сейчас потеряешь всю кровь, если не зашить рану, — хотелось бы ей найти иголку с ниткой, но искать в сумке или ещё где было бессмысленно, потому Эльза сразу же обратилась к Анге: — есть возможность наколдовать иголку и нитки? Ну или как ты там делаешь это. Дважды его просить не пришлось: Ангацетус взял первую попавшуюся под руки тонкую веточку и оторвал от лоскута перевязки торчащую нить. Почти сразу всё это преобразовалось в моток ниток и блестящую в огненном пламени иглу. Эльза вдела нить в игольное ушко и на минуту притупилась. Ей не приходилось раньше прикасаться к чужой коже вот так: ни руки, ни предплечья, а именно чужая спина. Изуродованная, покрытая грубой кожей, большим количеством шрамов, ссадин и следами уже коричневой засохшей крови. Девушке было некомфортно от посторонних прикосновений, но в этот раз ей нужно было преодолеть свою брезгливость. Она крайне осторожно коснулась указательным пальцем окровавленной кожи, проведя линию ближе к ране. Как липко. На подушечке пальца кровь скатывалась в катышки, которые Эльза тут же убирала. Анга ничего не говорил, хотя хотел сначала буркнуть на подобии «прекращай чертить на мне рисунки, ведьма», но не стал. Её прикосновение было тёплым, почти обжигаемым. Он почувствовал, как её левая ладонь, такая же тёплая и нежная, если сравнивать с его кожей, опустилась ему на спину, и как кожа соприкоснулась с холодным металлом. Ледяной конец иглы вызвал по его телу мурашки и мимолётную дрожь. Прокалывание плоти иглой и сравнивать было нечего с наточенными лезвиями противников, что оставляли на Анге куда более существенный след, но каждый прокол в терзающие участки разреза сопровождался невольным мимолётным вздрагиванием, а нить, пронизывающая волокна, болезненно обжигала повреждённые места, изредка рикки мог позволить себе тихо зашипеть. Впрочем, и Эльзе доставалось: демон ощущал, как её ладонь на его спине периодически вздрагивала и немного сжималась. Кто-то невидимый тоже мучил её за спиной, только девушка не знала, как повлияет эта процедура и на неё. — Ты довольно терпеливый, это радует, — заметила девушка, затягивая последний стежок и отрывая нить. — Было бы смешно, если бы я подпрыгивал от каждого укола, когда за спиной остались копья, стрелы, кинжалы и многое множество других колючих предметов, — он тут же встал на корточки и развернулся лицом к спутнице, попутно натягивая рубаху. — однако да, это не очень приятно. — Не благодари. — И в мыслях не было, ведьма, — хитро прищурился, растянув едкую улыбку со всей силы, но в тот же миг изменился в лице, переведя взгляд на костер. Что-то он разыгрался, и это не ускользнуло от Эльзы, подметив гримасу шкодливого мальчишки, что уж точно не вписывалось в портрет характера самого рикки. «А ещё говорит, у меня характер странный, — приметила она, наблюдая, как Анга кидает в костер ветки и снова уходит куда-то. — клоун чистой воды, сказать здесь больше нечего». — Ты ложись спать, я осмотрю территорию, — не сказав больше ничего лишнего, обернулся в волчью шкуру и побежал стремглав за густые деревья. — Вот может же быть полезным и не устраивать скотобойню, и это хорошо, — излагалась в ночной тишине Эльза спокойным тоном, словно разговаривая с кем-то родным, с Анной, например. Пылкие языки пламени так напоминали ей огненные волосы сестры. Она улыбнулась, представив на миг, что огонь — это её сестра, такая же яркая, в тоже время спокойная и готовая выслушать любые откровения старшей. — ох, Анна... Придётся мне с ним как-то уживаться, в противном случае мы сожрём друг друга во всех смыслах этого слова. Она подсела ближе к костру, свернула плащ и подложила его себе под голову. «Спокойной ночи всем. Доброй ночи Анна, Кристофф, Рапунцель, Юджин, Кассандра, граф, чью фамилию я не вспомню, — усмехнулась про себя от последней мысли. Какая же она безответственная. — надеюсь, вам действительно спокойно. Да будет так». Так, под шум проникающего сквозь волосы ветра, под шелест листвы, под тихий голос неведомых птиц, усталость взяла над девушкой верх, и та благополучно сомкнула глаза, отправляясь в мир неизведанных сновидений.

***

Наконец наступило раннее утро, оно пахло свежей росой и дымком от догорающего угля, а это значит, что стоило поторопиться выдвигаться в путь. Спутники проходили своё путешествие с первыми проворными лучами солнца, смевшими продираться даже через самые неприступные заросли. До моста реки Югурки оставалось совсем немного, ходьба казалась странникам даже быстрее предыдущей, а сами же они разговорились по полной: казалось бы, один считает другого ходячим мясом и не воспринимает, как личность, другой же воспринимал первого, как орудие самого дьявола и мог показывать лишь презрение к нему, но, так или иначе, нескончаемый диалог шёл живо, пересекался с мелкими спорами, которые тут де разрешались, поэтому образованное из былых обстоятельств противостояние ушло на второй план для обеих сторон, пусть и неосознанно, иначе, как невольно задумывались и Анга, и Эльза, они бы точно сошли с ума. — Вот ведь повезло то вам, — вынес оживлённо Ангацетус, когда разговор обернулся вокруг причины, по которой Эльза с семьёй оказалась в Страйе. — ну и немного мне, Савва ведь оставался на моей ответственности. — Савва? — Да, мальчонка, которого я хотел, скажем… скажем, я хотел устроить ему сюрприз. Он должен был прокоптиться какое-то время в темнице, однако мелкий говнюк нашёл где-то путеводный артефакт, оставил в нём письмо о помощи и отправил его в свободный полёт. Артефакт, видимо, нашёл в пространстве первый попавшийся корабль и был таков, — подцепил носком сапога мелкий камень и отбросил в сторону. — Вот это я понимаю, конечно, везение, — глухо пробурчала она, без радости усмехнувшись. — говорило же мне шестое чувство, нехорошее будет что-то. — Без обид, но, выслушав всю твою историю, я не могу назвать твою сестру по-другому, если не тупицей. Серьёзно, найти неизвестную бутылку с сомнительным содержанием внутри и на следующий отправиться за дали дальние, толком не зная места расположения и надеяться на летающий кусок стекла, который вполне мог увести вас к трём водоворотам, — мягко говоря, опрометчивый поступок для главы государства, — озабоченно растолковал он, в манере представителя раскинув руки. Эльза хотела возразить, но была в его словах толика, да что там толика! Добрая часть правды! Она приоткрыла рот, так и не издав ни звука. Анга скользнул взглядом по её рассеянному выражению лица. «Да кто ж знал-то!? — думала воскликнуть она, но и это оправдание казалось Эльзе ветреным. И всё же, королева или нет, а Анну в любом случае нужно было отговорить от столь радикального решения. — да уж, Её величество Эльза, при таких-то мыслях и вы бы не ушли далеко от младшей». Не получив от девушки никакой негативной реакции, он продолжил: — но если больше нет наследников, каким боком младшая оказалась на королевском престоле? — Ах, да я сама отказалась. Да, меня готовили к этому с детства, с принятием короны, я ощутила всю мощь ответственности перед государством, приняла это и, хоть нерешительно, но готова была послужить своему народу. — Однако? — Однако… — Эльза умолкла, досадливо посмотрев на свои руки. Ангацетус понял, что девушка удалилась подкорку раздумий, перебитая с полочек потаённые воспоминания. — всё оказалось сложнее. Коронация — самый значимый день в моей жизни, обернулся, как я и предполагала, роковым. Я утаивала от людей магию с самого детства, в том числе и от сестры, потому что однажды именно ей навредила. В тот день тайное стало явным, для людей я вмиг обернулась чудовищем и подалась в бега, попутно наслав на Эренделл зиму в середине лета. Не слабо, так ведь? — она ждала злорадства. — Так что получается, ты сбежала и на твоё место встала сестра? — Нет, конфликт был исчерпан, я ещё какое-то время правила, но после узнала о своём врождённом даре, происхождение и предназначение, так что было принято решение оставить Эренделл, чтобы поддерживать связи и равновесие с остальными стихиями. — Нельзя было поддерживать это равновесие, находясь на престоле? — Нет, иначе бы духи позволили нахлынувшему водяному потоку затопить Эренделл, но опять же, это слишком долгая история. Просто я нашла своё место. — Как же всё сложно, — вздохнул тёмный принц, взобравшись на бревно, которое служило переправой через небольшой ручеёк. Не то, чтобы рикки был сильно заинтересован в жизни его спутницы, но для него было лёгкой неожиданностью, что заморская «ведьмочка» оказалась повелителем целого государства, пусть и в прошлом, но она была и остаётся из царских. «Всего-то сильнейшая из овечек, ведущая за собой стадо, или же паршивая овца, портящая его» — размышлял Анга, когда складывал пазл их рассказов, поведанных Эльзой. Девочка, ограниченная и отделённая от окружающего мира, которая всю свою жизнь готовилась стать могущественным правителем с благими знамениями, на деле оказалась неуверенной в себе простушкой, не сумевшей совладать с собой в день коронации, и даже вернувшись на трон, как пояснила сама бывшая королева, её обязанности стали ей в тяготу, особенно неоднократное расторжение торговых отношений с несколькими странами, восстановление которых давалось не очень просто до тех пор, пока королевой не стала Анна. «Бедная, бедная овечка. Как бы ты ни старалась, результат всё равно оставлял желать лучшего, — обращался он к девушке с наигранной жалостью себе на уме. — с поставленной задачей ты не справилась и решила сместить всё на сестру, в итоге ваше государство осталось без правителя. Прими мои поздравления». —А сам-то? — привлекла к себе внимание Ангацетуса. — сам-то чем не тупица? — Прости? — Ты умеешь превращаться в быстрого зверя, так мы же быстрее могли добраться сюда, если бы я на тебе… — Я лошадкой не нанимался, чтобы катать желающих. Если бы, не если бы, а везти тебя на себе не хотел. — Не хотел он, — проворчала она. — маленький, эгоистичный, капризный ребёнок! Вот как тебя ещё назвать, если б могли быстрее добраться до нужного места, но в итоге мы идём полупобитые! — Да кончай уже вопить, истеричка! — напрягся демон, возвысившись над девушкой, словно грозная скала, но сама Эльза совершенно никак не отреагировала. Устрашать и показывать свой авторитет уже потеряло всякий смысл. Ладно, Анга смягчился. Паршивая овца — не овечка, волка и затоптать может. К ней полагался правильный подход. На глубоком вдохе он весьма красноречиво изъяснился, будто объясняя шестилетнему ребёнку что хорошо, что плохо: — слушай, я и сам прекрасно понял, что маленько облажался с этим, уж прости, но я не привык катать кого-либо у себя на спине, однако… давай допустим тот факт, что я вообще не должен быть волком и меня, как волка, не должно существовать? — в примирительном жесте приподнял ладони, невинно улыбнувшись, но и это не прогнало ворчливый настрой Эльзы. — Давай допустим тот факт, что тебя в целом не должно существовать? — довольно оптимистично ответила, чуть скривив губы в ухмылке. — как по мне, неплохой вариант. — Тут дело вкуса, конечно, но ведь мы и без четырёх массивных лап добрались до пункта? — О чём это ты? — медленно проскрипела она, уперев кулаки в бока и пристально покосившись на рикки. Деловито достав из сумки карту, он указал Эльзе на заветную реку. — Вот она наша речушка, а вот в этих кустах мы, — он отвёл указательный палец влево, отмерив где-то два-три сантиметра. — Погоди, так стало быть. — Пошли уже, — Анга устремился вперёд, свернув с и так заросшей тропы и направившись в раскидистые ветви. Они уловили шум бежавшей вдаль Югурки, звонко бьющейся по камням и склонам. Когда рикки увидел долгожданный солнечный просвет, он чуть не оступился, оказавшись на краю пропасти. Да, когда идёшь полный решимости, можешь не заметить, как за пушистыми кустами кончается дорога, открывая выход к долгому полёту в один конец. — осторожно! — крикнул тёмный принц, когда одна нога не ощутила под собой землю. Он с ужасом бросился назад, зацепив локтем шедшую сзади Эльзу, в следствии чего оба с криком рухнули назад. Принцесса Эренделла упала в колючий куст, расцарапав себе всё лицо, а волосы так вообще запутались в колючках. Но это ещё ничего, вот когда на неё начал стремительно подать Ангацетус, у девушки потемнело в глазах, только рикки успел в воздухе перевернуться и у самой земли упасть на локти, лишь обколов руки и стукнувшись лбами с человеком. — Ку-ку, ведьма! — громогласно разнеслось на тяжком выдохе. Широко раскрытые глаза во всю уставились на не менее перепуганную девушку, что успела дать своей реакции только выставить перед собой ладони. В итоге девичьи руки упёрлись в грудь демона. Сейчас могло произойти что угодно, сказаться что угодно. Эльза хотела и крикнуть, и брыкаться, и орать на Ангацетуса, да и не только на него. На всё. Но вихрь этих эмоций позволил ей, и не только ей, лишь легко улыбнуться. Спонтанная улыбка возникла почти одновременно у обоих партнёров. Ни с того да ни с сего. Анга улыбнулся шире, тихо захихикал, потом громко, ещё громче; он зажмурил глаза, залившись неукротимым смехом, и наконец откатился от Эльзы, запутавшись с волосами в колючих стеблях и одной рукой придерживаясь за больной живот. — Твою ж мать! Твою ж чёртову мать! — прохрипел рикки, приподнявшись на локтях. Он метнул взгляд к Эльзе, не сдержав новой волны истерической улыбки. — мы живы, чёрт возьми! — Да поняла я, придурок! Смотреть надо, куда идёшь, — выпалила без гнева девушка, уже встав и отряхнув грязь с одежды. — Но было весело. — Ага, вопить во всю глотку. — Но ведь всё обошлось. Не нуди, ведьмочка, жизнь прекрасна, — он встал с земли, игриво щипнув Эльзу за щёку, на что она резко отреагировала, приготовившись замахнуться на него. — Ты совсем страх потерял?! Возьму и выдеру тебе все волосёнки! — А с тобой-то что станет? — потерев рукой подбородок, он задумался. — спасибо, теперь спать не буду. Ладно, ведьма, поспешили, — он слишком вольно взял Эльзу под локоть, направившись вдоль края обрыва, ровно по тому пути, который был отмечен на карте. Эльза вырвалась, взяв дистанцию в полметра и подальше от обрыва. Хотя, если оборотень упадёт, то и ей несдобровать. — Не спешил бы так, мало что ли было? Хоть под ноги смотри. — Эй, у меня ситуация под полным контролем, я не повторяю своих ошибок дважды. — Обычно, после таких слов что-то и случается. — А ты язык прикуси, и будет тебе счастье. Ещё сглазишь. Кстати, смотри, — Анга зашёл Эльзе за спину, указав рукой на верёвочную конструкцию, затаившуюся меж двух мшистых деревьев. Это было начало моста. — так что не беспокойся, у меня всё путём. Эльза сразу же внутри вся посветлела от мысли, что второй этап вот-вот будет пройден, но стоило им подойти ближе к мосту, минутная радость рассеялась. Что верёвки, что обломанные доски были досконально прогнившими, на ветру всё качалось и шаталось в разные стороны. Мост ужасно скрипел. И Анга, и Эльза здорово засомневались в том, что эта конструкция может выдержать хотя бы одного человека. — Эй, чародей, сейчас самый момент показать свои потаённые способности. — У тебя мозги отшибло? Я же тебе уже говорил, — рикки недовольно покосился на девушку, но она лишь подошла к краю обрыва увидела там, далеко, несущуюся Югурку, в которой, Эльза была готова поспорить, затаились хищники. — дамы вперёд. — Надо же, в тебе вдруг проснулась интеллигентность? — Лучше поздно, чем никогда, согласись, — Анга без издёвки усмехнулся, махнув на Эльзу рукой. — я так, забавляюсь. Естественно я пойду первым, чтобы сорваться вниз и утащить тебя с собой на тот свет, — Ангацетус, конечно, всё шутил и шутил, но нельзя отрицать, что он только так пытался не показывать свой страх. А пальцы то подрагивали. Рикки вдохнул побольше воздуха, прежде чем ступить на первую, более крепкую на вид доску,. — Может тебе лучше превратиться в волка и перебежать. — Волком я вешу вдвое больше, неудачная затея, — он взялся покрепче за верёвку. Сделав шаг второй, мост по-страшному принялся раскачиваться из стороны в сторону, словно назло незваному путнику. Паника начала нарастать, но Анга только держался крепче. Эльза стояла на земле, стискивая зубы после каждого шага оборотня, как если бы на его месте была она сама. — Давай, ты можешь, парень. Сердце Анги норовило вырваться из груди в любой момент, и чуть это не сделало, когда под ногой парня обломались сразу две доски. Эльза не смогла сдержать секундного визга, хоть и прикрыла руками рот. — Пожалуйста, держись... Анга уже почти дошёл до половины, чувствуя с какой силой колотятся его колени. Он посмотрел вперёд. «А если пробежать? — эта сумасшедшая мысль въелась в его голову копотью. — очень велик риск». Но был также риск сорваться с моста, если идти так медленно. Шансы сравнялись. Попробовать стоило. «Раз» Анга вдруг остановился на полпути, закрыв глаза. «Два» Эльза беспокойно наблюдала за всей этой картиной, уже догадываясь, что он задумал. — Анга, нет! Не надо этого делать! «Три!» Собрав волю в кулак, Ангацетус взял резкий рывок и, не оглядываясь, побежал так, как не бежал и раньше, стараясь поднимать ноги как можно выше, чтобы не цепляться за доски. Вот он всё приближался и приближался, появился соблазн сократить короткое расстояние прыжком, но такой прыжок бы точно спровоцировал падение моста. Он добежал, уже на том берегу на полной скорости столкнувшись с деревом, но оно того стоило. — Молодец! — Эльза не верила глазам, и была так рада, даже не заметив, как на лбу возник небольшой ушиб по вине дерева. А потом пришло осознание, что теперь её очередь перебираться. Она не умела так быстро бегать. — Давай, ведьма, тут не страшно! — кричал ей голос на том берегу. В том-то и дело, что на том. После Анги хилый мост нехило так раскачался, некоторые доски обломались. Стало куда страшнее. — Хорошо... — сказала девушка себе, собрав волосы в высокий пучок. — у меня получится. Первые шаги отдавались нескончаемыми скрипами, Эльза чувствовала, как всё уходило у неё из под ног, но, подбираясь к половине пути, ей показалось, что идти становилось легче. «Ну вот, половина испытания уже за спиной» — ободряюще подумала она, и через секунду позади неё послышался треск рвущихся верёвок, и Эльза ощутила, что она падает вниз. — Эльза!!! — Анга подбежал к краю, но конец моста уже стремительно летел в бездну. Девушка смогла удержаться за верёвочные перила, содрав с ладоней кожу, но она удержалась. Мост повис подобно лестнице на берегу Анги, и тот видел удержавшуюся напарницу, не прекращая учащённо дышать. — Держись! Попробуй подняться, ещё немножко осталось. — Я не могу, — громко взвыла она, трясясь всем телом. Ладони горели, пропитав своей кровью верёвки. Анга тоже ощутил эту боль. Перчатки противно прилипли к израненным ладоням, и тогда он понял, что сконцентрировать свою магию даже на маленький объект он не сможет. Что уж там говорить про целый мост! — мне... мне страшно. — Пожалуйста, постарайся! — прокричал он, полностью опустившись у моста на землю, протягивая руки. — только проползи немного. Глаза залили горячие слёзы. Эльза снова ощущала себя слабой и беспомощной, ведь у неё не было ничего, что помогло бы ей. Без своей магии она никто. — Эльза, прошу тебя. Она медленно задрала голову вверх, увидела Ангу. Он тянул к ней руки, боясь за неё и желая помочь. Или боясь за себя. Это неважно, ведь, в любом случае, нельзя было вот так бросать всё на половине пройденном. Эльза стало мало-мальски подниматься ввысь, превозмогая адское жжение в руках. Под ногами доламывались доски, но это было не так страшно, по сравнению с угрозой полного падения моста в реку. Ещё парочка рывков, и девушка, ощутив под ногами крепкую доску, с криком прыгнула прямо в руки демона, откинувшись с ней назад, подальше от края. — Держу тебя, держу! — и он держал её. Крепко прижимал к себе, сидя на траве. — умница. Умница, молодец, справилась. Эльза, всё, мы перебрались, понимаешь? «И без понятия. как возвращаться назад» — подумалось ему, но это было сейчас не главным. — Мне никогда не было так страшно, — она мёртвой хваткой держалась за его воротник, пытаясь остановить поток слёз. — мне очень страшно, Ангацетус. Я слаба. Слаба без магии. Я могла бы всё, сейчас не могу ничего. Я никто! — Полностью согласен. Если ты так настаиваешь, — Ангацетус малость осадил себя за неудачную в это время шутку, но решил дополнить мысль: — тебе кажется, что ты без приятного дополнения никто, хотя, будучи обычным маленьким ничтожным человечком, из таких дебрей вылезти умудряешься. Тебе стоит присмотреться к этому, а уже потом строить выводы. — Ангацетус, ты... — она встала, вытирая остатки слёз. — ты спас меня. Я благодарна тебе. — До брось, ведьма, не предполагаешь, что я о своей шкуре пёкся? — и снова вернулась эта манера плута. Появилась эта ехидная ухмылка, но уже не такая раздражающая. Эльза привыкла. Это уже что-то из обыденного. Считай, родного. — В любом случае, спасибо, — она благодарно улыбнулась ему, и он ей ответил тем же. «Наверно, я всё-таки немного заблуждался о людской натуре. Не все из них являются трусливым всепоглощающим скотом. Ведьма, сегодня ты действительно поразила меня». К счастью, сумка с картой, книгой и кольцом осталась при Анге, так что напарники перевязали раны на ладонях и пошли искать место для привала, а там, на последнем этапе, ждала деревня волшебных существ, и только потом заветный город. Осталось совсем недолго. Осталось совсем чуть-чуть.