Лукреция

      Закончились холода. Как-то очень быстро пролетела легкомысленная весна, оставив после себя букеты ароматных цветов и нежное тепло. А следом пришло удушающе-жаркое, ослепительное в своей жгучей безжалостности лето…       Фея Бефана пряталась от жары в собственных покоях и предпочитала теперь выходить из дома только с наступлением сумерек. Забежавший как-то с посланием от отца Амадео поделился новостью, что почтенный ювелир Чезаре собрал инструменты и вовсе переселился в оборудованную в подвале мастерскую, отказавшись вылезать оттуда до наступления осени. И даже стайка крохотных феечек, живущих в кроне дерева прямо напротив окна Лукреции, уныло пряталась в листве вместо того, чтобы, как раньше, весело перепархивать с ветки на ветку.       А самой Лукреции было плохо, очень плохо. Обладая активным даром, непосредственно связанным с зимой и морозами, девушка поистине отвратительно переносила подобную жару. Не было сил не то, что учиться, а даже просто поесть. Зачастую она и вовсе, еле дыша, забивалась в какой-нибудь темный угол и там обессиленно прижималась к каменной кладке стен в тщетной попытке найти спасение от горячего воздуха и палящего солнца.       Бефана ругалась на свою нерадивую ученицу, но как-то совсем беззлобно — уж кто, как не она, понимал, что марены очень плохо переносят влияние враждебной им стихии. Так что вместо того, чтобы выгонять Лукрецию из облюбленного ей уголка, фея принялась таскать туда свечи, книги и свитки.       — Хотя бы теорию будешь учить, раз уж практика тебе пока недоступна, — однажды всё-таки пояснила свои действия Бефана в ответ на вопросительный взгляд девушки. Лукреция покивала с умным видом, придвинула к себе подставку с очередным огромным томом и приготовилась к долгому чтению.       — Погоди, — остановила её Бефана. Фея немного помолчала, слепо глядя в никуда, затем медленно продолжила: — Это книга о… Нет, не так. Оно…       — Что-то не так? — дерзнула задать вопрос Лукреция, видя, что её наставница не торопится продолжать свою мысль. Бефана вздрогнула, дернула плечом, словно сбрасывая с него паутину, и, кривовато улыбнулась.       — Когда-то давно у нас был свой язык, — глухо продолжила свой рассказ фея. — Это было ещё до Империи, до того, как на юге вдоль великой реки расселились первые жители. И это было… Да, это было…       Бефана немного помолчала, перебирая воспоминания о давно забытых временах, и, встряхнувшись, уже куда более бодро продолжила:       — Все заклинания до сих пор составляются именно на том самом, первом языке. Я никогда раньше не обучала таких юных марен, я не уверена, что на тебя подействует то, чем спасаюсь от зноя я. Но ты можешь выучить язык и попробовать сама составить заклинание, чтобы тебе было не так жарко. А эта книжица тебе в этом поможет, — нежно похлопала Бефана по монументальному переплету с окованным медью углами.       Лукреция неверяще охнула и жадно вцепилась в тяжеленный том. Неужели она больше не будет страдать и изнывать от жары?! Что там для этого надо сделать, составить своё собственное заклинание? Да без проблем!       — Удачи, — рассмеялась Бефана, потрепала свою ученицу по растрепанным волосам и вышла комнаты. А Лукреция зажгла новую свечу и уткнулась в книгу.       Учить новый язык, да ещё и по книге, оказалось очень сложно — к тому же, девушка сама только недавно научилась читать и теперь пробиралась сквозь дебри витиеватого рукописного текста крайне медленно. Но изнуряющая жара и не думала сменяться дождем и ветром, так что Лукреция, скрипя зубами, продолжала запоминать всё новые и новые слова, обороты, правила…       Такое упорство никак не могло остаться без награды, так что спустя месяц с начала такой отчаянной учебы Лукреция нервно стучала пальцем по каменной кладке стены, раздумывая, что же ей делать дальше. Да, она смогла кое-как составить корявенькое, вроде бы даже рабочее заклинание, но… Не причинит ли оно вред этому дому? Не будет ли оно опасным для неё самой? Стоит ли его использовать?       В дальнем углу комнаты закопошилась переселившаяся туда подальше от июльской жары крохотная феечка и вопросительно посмотрела на девушку, мол, ты чего? У тебя всё получится, дерзай!       И Лукреция решилась.       — Ле, — чуть слышно выдохнула она, мягко положив руки на стену перед собой. — Ле аррта. Тана ле марита. Сэта ин ле.       «Холод призываю. Приди, холод зимы. Камень, прими холод», — мысленно повторила про себя Лукреция перевод её первого в жизни заклинания и крепко зажмурилась в отчаянной надежде, что это сработает.       Миг, другой… Третий… И нагретые камни начали стремительно холодеть под ладонями девушки. Лицо обдало волной прохлады, от подргивающих пальцев во все стороны побежала тонкая паутинка инея…       — Получилось!!! — не сдержала восторженного вскрика Лукреция и, прижавшись к ледяным камням уже всем телом, блаженно вздохнула. Теперь она была твердо намерена выучить всё, до чего получится дотянуться!       В углу счастливо пискнула малышка феечка.       А этажом выше, почувствовав наложенное на стену её дома идеально выполненное заклинание, довольно улыбнулась фея Бефана.