Осколки души

После возвращения из Юньмэна обратно в Гусу Сичень почти сразу отправился в Безночный город, хотя путь был не близкий. Адепты других кланов и Цзинь Лин, оставшийся с дядей, должны прибыть только через пять дней, а за это время подготовиться будет нетрудно. И хотя все работы по приготовлению требуют пристального наблюдения главы ордена, Лань Сичень был полностью уверен в дяде, брате, господине Вэе, и организованности других адептов. Хотя вот в предпоследнем не очень. И вот, прочитав всем достаточно долгую наставническую речь и наскоро собравшись, он отправился на поиски остальных осколков души, найденного им человека. Возможно, он даже не человек, а демон, например, тогда беды не избежать, хотя демоны обычно обладают хоть какими-то физическими телами, даже самые слабые, или он совершенствующийся заклинатель или монах, тогда его душу будет собрать достаточно просто, хотя обычно свет у такой души гораздо ярче, чем у остальных. В голову Сиченя пришла ещё одна мысль, которая, казалось, невероятной, но все же заставила на несколько секунд его остановиться по середине дороги. А что, если эта душа принадлежит вовсе не человеку, или демону, может, она принадлежит божеству. Ведь ни один настолько маленький кусочек души не выжил бы самостоятельно, ну или он достиг такого совершенства в заклинательстве, что было бы странно, что столь сильный человек, ещё не вознёсся. Сичень несколько секунд покачал головой из стороны в сторону, отгоняя эти, маловероятные и почти фантастические мысли, и, приведя в норму сильно стучащее сердце, продолжил путь. Первый день прошёл без происшествий, хотя по дороге и попадались кое-какие мелкие твари. Ночевал он в придорожных гостиницах, где обычно работали очень приветливые люди, что успокаивало душу от тяжёлых мыслей. Его сильно тяготил один интересный момент, произошедший два дня назад. Когда они вечером, с адептами, уже садились в лодки на пристани, Сичень мельком услышал разговор нескольких адептов Цзян. Они говорили, что Глава ордена ведёт себя очень странно, то все громит, рушит и вообще во все стороны пускает гром и молнии, то запирается в комнате и никого не пускает или сразу выгоняет при попытке войти. Под вечер же ему резко стало плохо, хотя никто и не знает, что именно произошло. Теперь-то уже точно кроме врача к нему никто не входил, вот уж воистину странное поведение. Сердце Сиченя в этот момент упало резко вниз и по коже прошёл холод, и он уже хотел спрыгнуть с лодки, добежать до Цзян Чэна и самолично увидеть, что с ним творится, узнать, как его любимый... но лодка уже достаточно далеко отплыла от берега, а добраться до Пристани можно было только вплавь, что естественно Глава ордена бы сделать не осмелился. Он поклялся сам себе, что как только Цзян Чэн прибудет в Гусу, он сразу спросит у него про его самочувствие, даже несмотря на неприязнь. С этими, постоянно свербящими, мыслями в голове прошло два дня, и Безночный город был буквально в нескольких часах ходьбы. Глава ордена спокойно шёл по живописно-цветущему полю и любовался всей окружающей его природой. И вдруг снова почувствовал уже знакомую, правда, достаточно слабую ауру. Он оглянулся по сторонам, но естественно ничего не заметил и, достав флейту, начал играть призыв. Из-за яркого, палящего солнца было очень сложно найти какой-либо другой светящийся объект, так ещё и в высокой траве. На поиски ушло достаточно много времени, не меньше часа, и вот, наконец, когда Сичень уже давно перестал играть на флейте, он случайно зацепился носком ноги за небольшой земляной бугорок. Среди прочей рассыпавшейся земли и мелких камней, виделся небольшой свет, который, надо сказать, был немного ярче, чем у первого осколка. Сичень облегчённо выдохнул и, наконец, убрав флейту, аккуратно поднял кусочек. По форме он напоминал неровный квадрат с более вытянутым углом слева, и по размерам был раза в два больше первого осколка. Но на подробное изучение времени было не так много, поэтому, ещё несколько секунд осмотрев осколок, Сичень убрал его в мешочек и продолжил путь. Спустя часа два он, наконец, добрался до нужного места. В Безночном городе была полная разруха и запустение, все здания были тёмными и как будто окутанными убийственной, тяжёлой аурой. Все вокруг говорило, что тут некогда происходили страшные события, и вся архитектура отчетливо сохранила это на своих обгоревших стенах. На самом деле, с этим казалось бы ужасным местом у Сиченя, было связано много ярких и даже радостных воспоминаний. Здесь он впервые хорошо познакомился с Мэн Яо, тогда он казался таким неуверенным, скромным и совершенно беззлобным человеком и, даже если в итоге тот оказался тёмной лошадкой, все же они много времени провели вместе и Сичень запомнил об этом человеке только хорошее. Именно здесь, наконец, закончилась длительная, жестокая война заклинателей, которая понесла за собой безумные жертвы и от неё пострадал каждый житель окрестных земель. И именно здесь он впервые увидел настоящего, искреннего Цзян Чэна, возможно, впервые по-настоящему понял, что у этого вспыльчивого, закрытого человека на душе, понял, что на самом деле он всегда защищал Вэй Усяня, хотя со стороны казалось, что он его презирал. Что всегда стремился решить все мирным путём, но мир лишь плевал ему в лицо, на все, что он старался сделать. И вот, обходя сейчас все разрушенные здания, он понимал, насколько давно это все было, и что теперь всё это далеко в прошлом и не даже не стоит так долго погружаться в подобные мечтания. И только он вернулся из своих мыслей, как наконец, подошёл прямо к ступенькам лестницы, ведущей в главный дворец, где некогда жил и правил Вэнь Жохань. Сичень начал подниматься, но не успел сделать и пяти шагов, как снова почувствовал ауру. Она была более сильной, чем в первых двух случаях, и как будто невесомо тянула к себе. Он остановился и постарался почувствовать, откуда именно она исходит и куда зовёт, но эта попытка увенчалась неудачей. Правда, потом Сичень все же понял, что слишком сильно напрягся, думая, и сам препятствует ауре, поэтому, вздохнув, он расслабился, и ноги, как будто сами собой повели его в противоположную сторону от дворца, к обрыву. Когда-то именно с этого обрыва упал Вэй Усянь, из-за чего позже его брат не мог нормально, без угрызений совести, жить больше 13 лет, хотя Сичень и старался его как-то отговорить и часто умолял отпустить смерть Господина Вэя, тот был непреклонен, как гора, поэтому это место было одним из самых нелюбимых Сиченем. И вот, наконец, дойдя до края, он остановился и посмотрел вниз. Аура все ещё слабо тянула его, но делала это как-то скорей просяще нежели, чем настойчиво. Он еще раз глянул в пропасть, дно который было невозможно разглядеть из-за непрестанно сгущающихся сумерек. Он достал флейту и начал играть уже известную и выученную в совершенстве мелодию. Душа никак не отзывалась, но через несколько минут все же прозвучал оборванный звук. Видимо что-то не даёт душе спокойно жить и выходить за пределы какого-то поля, поэтому она не отвечает даже на самые несложные и настойчивые вопросы. Сичень убрал Лебин и, посмотрев вниз, в надежде хоть что-то разглядеть, сильно сощурился. Естественно ничего не увидев, он несколько секунд задумчиво побегал глазами по отвесным скалам и, достав меч, он встал на него и полетел вниз. Да раньше там были разъярённые души, которые могли тебя разорвать даже, если ты просто спустишься туда на пару метров, но сейчас же там уже никого не было, лишь пыль, песок да тишина. Около года назад, на собрании кланов было решено очистить это место, и все заклинатели больше двух недель творили заклинания, убивали демонов или просто успокаивали души и запирали их в отдельном месте, а некоторых особо сильных даже отправляли в Призрачный город, хотя это было очень долго и сложно, но, надо признаться, достаточно действенно. Так что теперь максимальная опасность, которая грозила людям в этом месте - это упасть со случайно скалы и разбиться. И вот, когда ноги Сиченя, наконец, коснулись земли, он особо сильно почувствовал тяжёлую демоническую ци. Пусть им и удалось изгнать отсюда души, но тёмную энергетику накопившуюся за многие годы убрать, к сожалению, не получилось, поэтому здесь было так сложно дышать, ноги часто подкашивались и неустанно клонило в сон. Было вообще удивительно, что зов души слышался именно отсюда, ведь, чтобы выжить, пришлось бы приложить невероятное количество усилий, которых, как можно понять у найденной души было немного. Ну тогда возникает вопрос, как столь слабая душа смогла так долго прожить здесь, да ещё и попросить кого-то о помощи, тем более, что Гусу отсюда очень далеко. Сичень сделал напряжённое лицо и начал активно перебирать множество вариантов у себя в голове. А ведь он может оказаться и демоном, что скорее всего, ведь кто лучше может подходить под имеющиеся критерии, чем эти коварные существа. В душу Сиченя начали закрадываться опасения, но он всё же продолжил поиски, хотя уже и не так рьяно, как раньше. И не успел пройти и десяти шагов, как почувствовал усиление ауры, которая сразу потом стала ещё более слабой из-за тяжёлой ци. Он осмотрел все пространство у себя под ногами и через некоторое время понял, ведь вряд ли осколки будут так бесхозно лежать на поверхности, скорее всего они будут закопаны, ну или занесены песком. Он принялся искать то место, откуда он чувствовал наибольший поток энергии и откуда чувствовалась странная энергия, не похожая ни на какую знакомую Сиченю. Когда все же удалось найти ещё пару осколков, стало уже совсем темно, что, надо сказать, было только на руку, ведь свет лучше искать в темноте, нежели при ярком солнце, но, с другой стороны, было так темно, что сложно было разглядеть даже свои ноги. И вот, наконец, снова чувствуя лёгкое усиление души, которое была гораздо более ощутимо, чем во все прежние разы. Значит, она где-то близко! Сичень почти бегом, не разбирая дороги, направился к источнику энергии, и вот, когда он оказался прямо у его ног, вдруг под слоем земли, что-то особо ярко сверкнуло, после чего моментально погасло, и больше не показывало света. Это сильно обеспокоило заклинателя, и он зажег на кончике пальца немного духовных сил и, слегка присев, начал шуровать песок свободной рукой. Когда показалось около шести осколков, по коже Сиченя пробежали мурашки. Они, разбросанные кое-как и лежащие достаточно далеко друг от друга, были почти чёрного цвета, что явно говорило говорило о том, что душа уже умирала. Ясно, значит, на то, чтобы периодически делать всплеск духовной энергии, ей пришлось потратить все свои оставшиеся силы, что теперь грозило её рассеиванием. Сичень, ни теряя ни секунды, быстро, но все же очень аккуратно убрал осколки в мешочек, и почти в одно движение достав меч и встав на него, полетел в сторону Гусу. Летел он достаточно быстро, понимая, что если он не поспешит, будет уже поздно, и обернуть время вспять не получится. А как иногда хочется вернуться в прошлое, сделать что-то по другому, поступить иначе, приняв более правильное решение, рассказать о своих чувствах, когда попадался удобный случай, чтобы все было как надо... правильно... не с такими философскими мыслями он летел всю ночь напролёт, и к величайшей радости смог вернуться в орден, когда солнце только начало выходить, преодолев расстояние, которое он прошёл на два дня, всего за шесть часов. Как только меч снова оказался в ножнах, Сичень сразу быстро пошёл (так как бегать в Гусу запрещается) в ледяную пещеру, хоть она и находилась на противоположном конце Ордена. Когда он уже к ней подходил, из своих покоев начали выходить адепты, старейшины и прочие обитатели Облачных Глубин. Все, видя такого, слегка взвинченного Главу ордена, сильно удивлялись, ведь они думали, что он ещё не вернулся, и не успевали уважительно поклонился, как Сичень уже был далеко впереди них. И, наконец, добравшись до нужного места и только войдя в пещеру, он сразу почувствовал сильный холод. Да хоть тут и было холодно, но всё же это было лучшее место для восстановления сил и духовной энергии. Сев за небольшой столик и достав все осколки, Сичень аккуратно разложил их перед собой и осмотрел. Новые куски стали чуток светлее, но первые же сильно потемнели, видимо, когда они воссоединились в мешке, у них стала общая аура, и части поделились той энергией, которая у них была. Заклинатель достал свою флейту и начал играть сначала очищение потом успокоение, периодически чередуя эти мелодии. Так прошло около двух часов, и тьма с осколков начала потихоньку уходить. По истечении этого срока осколки приобрели более яркий цвет и даже начали немного светится. Сичень подумал, что на сегодня пока лучше оставить эту душу в покое и, совместив все осколки в получившуюся кругообразную форму, он вложил в неё как можно больше духовных сил и вместо стеклянной расколотой материи, появился слабый, чуть заметный огонёк. Глава ордена слегка улыбнулся такому достижению и, ещё пару минут посидев с огоньком и убедившись, что здешний холод не особо мешает душе, все же ушёл заниматься делами клана, решив навестить душу чуть позже.