Дети б/у, три штуки

Совместный прием пищи — один из важнейших критериев крепкой и дружной семьи. Гарри, о такой семье не смевший и мечтать, знать не знал о механизмах семейного сплочения. Однако именно он стал причиной совместных ужинов в темном и старом доме в Тупике Прядильщика. Случайно. На новой работе у Северуса не всегда была возможность вырваться к детям, а уж тем более следить за их питанием. А из хулиганской троицы только Гарри обладал приемлемыми навыками в кулинарии. Так и выходило, что вечно голодные Эйлин и Лу ели только с Гарри, не желая упускать халявную возможность наесться от пуза. — Знаешь, — наставительно изрекла Эйлин, расправляясь со второй тарелкой пасты, — я даже благодарна твоей сволочной тётке, не гоняй она тебя так на кухне, фиг бы ты так умело готовил. — Наш Гарри и без всяких тёток чему угодно научится, — благосклонно улыбнулся Лу, отчего Гарри мгновенно расцвел. — Вон какой головастый растет. — Это верно, — важно кивнула Эйлин, потянувшись за бутербродами. — Но тетка у тебя все равно не промах. Лазили мы к твоим Дурслям сегодня. Да не дергайся, не трогал никто их барахло, там сигнализаций больше, чем в доме мистера Джонса, а ведь тот политик. У твоего дяди случайно не мания преследования, нет? Но чего-то боятся эти люди серьезно. Так вот, Дадли этого мы погоняли. Шайка его — одно название! Их бы даже в шестерки не взяли, так, маменькины слюнтяи. Да не боись, без насилия, он ведь… — Эйлин помрачнела и отставила стакан. — Он ведь и мой кузен где-то, получается. — И что с того, — удивлённо поднял изящные бровки Лу. — Тебе с ним на семейные пикники не ходить. Все равно не понимаю, почему ты не позволила мне договориться с ребятами Бо. Уж они-то научили бы этого борова вежливости и заботе о младших. — Да что б ты понимал, — мгновенно окрысилась Эйлин. — в вежливости и заботе! Не позволила и не позволила. Потому что так не честно, ясно тебе? Пусть Бо разбирается с теми, кто ему ровня, а этим мальчишкам — другие уроки. Лу только плечами пожал. Другие так другие. Он вообще не видел особого смысла лезть к этим Дурслям. Только Гарри приятно сделать, да укрепиться в его глазах как защитник и наставник. Но мальчишке и слов хватило бы, он все равно проверять не пойдет. Это Эйлин, двинутая на том, чтобы все по чести да по уму, предложила за все обиды Гарри отомстить и кузену устроить весёлый денёк. — А у тебя как день прошел, дружище? — спросил Лу, переводя тему. — Небось опять со своей болванкой волшебной игрался, а? Гарри смутился. Он и правда весь день пытался сотворить хоть одно заклинание подаренной Северусом палочкой. Ничего у него не выходило, и Поттер уже начинал думать, что произошла какая-то страшная ошибка, и он никакой не волшебник. Иногда колдовство получалось у него случайно, когда он и думать забывал о своем чудном даре. А вот так, как написано в учебниках, сконцентрировавшись и произнося нужные конструкции, он даже искорки не добился. — Что тут говорить, — грустно махнул рукой парень, — мои дни даже десятой доли не такие интересные, как у вас. Сад, библиотека, кухня. — Так держись нас, — серьезно сказал Лу, глядя прямо в глаза сидящего напротив мальчика. — Сладкой жизни не обещаю, но приключения будут что надо. Ответить на такое заманчивое предложение Гарри не успел, отвлечённый камином. Пламя в нем взвилось вверх, окрасилось в зелёный, и через миг оттуда вышагнул уставший и явно чем-то обеспокоенный мистер Снейп. Работа в Хогвартсе отнимала все время и энергию. Полгода пролетели словно один день, в бесконечных проверках домашек, составлении учебных планов и порученном Дамблдором внеучебном контроле. Разумеется, не только внутри Хогвартса. Поэтому, только после июньских экзаменов профессор зельеварения вспомнил, что у него вот уже несколько месяцев в планах висит важный разговор. — Дети, — коротко поприветствовал сидящих за столом Снейп, скидывая мантию. Жестом остановил вскочившего Гарри и сам направился к посуде, положить себе ужин. Эйлин скривилась, но грубить сходу не стала. С папочки станется прогнать ее отсюда, а на столе оставалось ещё слишком много аппетитных блюд. Отношения между отцом и дочкой медленно, но верно стабилизировались. Потихоньку Снейпы привыкали друг к другу. Северус после полугода педагогического опыта уже не так терялся перед хамством ребенка, а Эйлин не так сильно лезла на рожон, видя, что опасности отец не представляет и воспитывать ее не стремится. — Что за безобразие вы устроили в Косом переулке на прошлой неделе? — без лишних расшаркиваний сразу перешёл к делу Северус. Ему не нужно было смотреть на детей, чтобы знать, что Гарри сейчас перепугался и, не зная, что сказать, беспомощно смотрит на старших товарищей. Что лицо Лу приобрело самое невинно-ангельское выражение, а Эйлин разве что не задыхается от негодования. — Безобразие?! — воскликнула девчонка, даже отложив приборы. — Да мы… Мы же только посмотреть! — От лица всех нас, мистер Снейп, я приношу искренние извинения. Мы должны были сначала спросить… Северус поднял глаза от тарелки, и дети замолкли. — Я помню, что напрямую не запрещал вам туда ходить. И вы не знаете всей ситуации, чтобы здраво оценивать опасность… Конечно, ни о какой дисциплине у вас речь идти не может. Господа, я мыслю, вы тут все люди взрослые и правильно воспримите то, что вам сейчас скажу. Небольшая пауза заставила троицу заметно напрячься. — Гарри, Эйлин, у вас проявились магические способности. Поэтому в начале этого года я дал вам волшебные палочки, чтобы вы понимали, что это такое и в свое время не показали себя маггловскими неумехами. Сейчас в магическом мире не так сильно гоняют за это, но раньше за подобное ожидало как минимум холодное отчуждение. Ты, Эйлин, отказалась от палочки, и это твое право. А ты, Гарри, не особо умно распорядился ею: полез в Косой переулок, но и это твое право. Северус устало потёр переносицу. Дети смотрели на него немного испуганно. — В магическом мире есть школы для маленьких волшебников. Недавно я устроился в одну такую, лучшую в Англии. До сих пор мне непонятно, почему Эйлин в прошлом году не пришло приглашение туда, в этом я ещё разберусь. Но тебе, Гарри, этим летом будет одиннадцать, и тебе точно придет письмо. Поверьте, я бы с превеликим удовольствием организовал вам домашнее обучение, но мне это не по средствам, а учиться вам необходимо. Поэтому я договорился с директором, в начале осени вы поедете в Хогвартс вместе. — Вместе? — дотошно осведомилась Эйлин. — Это значит втроём? Вместе с Лу? — Нет, — твердо произнес Северус. — Лу — не волшебник. Ему там делать нечего. Но это ещё не всё: правда о твоём происхождении, Эйлин, может очень не понравиться многим сильным мира сего. Ты представишься моей дальней племянницей, благо, кровь Принцев у тебя на лице написана. — Нет, — вернула девчонка отцовскую упрямую твердость. Глаза ее сощурились, напряжённые плечи расправились, и даже, кажется, короткие темные волосы вздыбилась, словно она была маленьким волчонком перед охотниками, защищавшем вход в логово, где жила ее семья. — Лу едет с нами. — Гарри, — переключился Снейп, понимая, что договориться с этой девчонкой невозможно. — Ты уже знаешь, что произошло в твоей семье, и почему ты живёшь тут, а не с родителями. Мальчик кивнул, опуская глаза. Через несколько месяцев совместной жизни Северус рассказал ему о Волдоморте, о войне, что шла много лет, о проклятье, которым он был награждён, взамен смертельного. О том, что никто не знает, как такое произошло, но благодаря этому его брат-близнец стал защитником магического мира, всеобщей надеждой. Гарри тогда долго молчал, не находя в себе сил собраться и что-то ответить. Северус тоже молчал, сидя напротив и глядя на него ровно, без жалости или осуждения. Этот момент сблизил их сильнее, чем все разговоры вместе взятые. — Твой брат пойдет в Хогвартс в тот же год. А ещё… Есть вероятность, и очень большая, что Волдеморт в скором времени вернётся, — Гарри вздрогнул единственный из них троих. — Ты сам понимаешь, что это может значить. — Да, — серьезно и немного жёстко ответил Гарри. — Но я тоже никуда не поеду без Лу. Тем более, если Хогвартс окажется таким рисковым местечком. — Вы не понимаете, о чем говорите, — лицо Северуса не изменилось, но внутри у него все кипело. Глупые упрямцы! — Если ОН вернётся, вы будете под ударом, слишком много ниточек завязано на вас двоих. Вы — рычаг давления и на Поттеров, и на меня. Волдеморт долго и безуспешно пытался склонить Джеймса и Лили на свою сторону, и если от Гарри они уже открестились, то фактом существования Эйлин можно легко шантажировать Лили. Я не смогу защищать вас, если вы будете так далеко… — А мы не сможем защитить Лу! — воскликнула Эйлин. — Думаешь, если твой могущественный колдунишка не сможет добраться до нас напрямую, он не догадается, как сделать это иначе? Хочешь бросить Лу в лапы какого-то сумасшедшего только потому, что он, видите ли, не родился с волшебной палочкой в жопе? Ах да, тебе ведь не впервой бросать детей! Северус громко ударил кулаком по столу. Эйлин не шелохнулась, глаза ее метали молнии. Отец с достоинством вынес ее тяжёлый взгляд. Девчонка с трудом удержалась от того, чтобы плюнуть ему в лицо, и только вскочила, опрокинув стул, и вылетела из комнаты. — Я поговорю с ней, — спокойно сказал Лу. Парень был донельзя доволен. Ставка на этих двоих сыграла как надо, осталось только немного дожать, чтобы его действительно взяли в магический мир. Северус молчал. — Мы все прекрасно понимаем, — вдруг подал голос Гарри. — Чтобы отправить Лу в Хогвартс вместе с нами, придется попотеть: договориться с администрацией, придумать ему легенду. Да и само по себе это не решение. Магглы должны жить с магглами, я знаю, слышал это не раз, — Снейп никак не выдал своего удивления, только посмотрел на мальчика оценивающе. То, как спокойно он это говорил… — Отправить Лу в Хогвартс значит обречь его на жизнь недочеловека, калеки, по меркам магического сообщества. На этот раз Северус не сдержался, с удивлением и недоверием слушая слова Дамблдора, произносимые устами маленького Поттера. — Но Эйлин права, оставлять Лу одного тоже нельзя. У меня нет решения этой задачи, она полностью ложится на ваши плечи. Потому что лично меня переубедить не получится: или я поеду в Хогвартс с Лу, либо не поеду вовсе. Некий безликий брат в опасности, какой-то магический мир, столь жестокий к чужакам… Без Лу я не уверен, что мы с Эйлин справимся. «А ведь они и не должны были ни с чем справляться», — печально подумал Северус. Спорить не было смысла. Тяжёлые, взрослые размышления, услышанные сейчас, давали повод считать этих детей достаточно взрослыми, чтобы хоть что-то решать. — Хорошо, вы говорите с Эйлин, — Северус чувствовал, что сейчас происходит нечто ключевое. — А я поговорю с директором.

***

Третий день от группы Квирелла не было ни весточки. Восемьдесят часов назад пять магов отправились на север, к дубовой роще, обнаруженной совсем недавно. Фонило там серьезно, вредноскопы просто с ума сходили. В лагере уже подбирали волшебников для спасательной группы. Алиса Лонгботтом, назначенная руководить отделом Ордена на вылазке в Албании, чувствовала, что что-то серьезно идёт не так. Неоформленное чувство тревоги, слишком большое для рядовой задержки вестей от оперативной группы, душило ее с тех пор, как эта самая группа только вылетела из лагеря. Фрэнк всячески поддерживал супругу, изобретая новые и новые причины, по которым группа могла бы задержаться и потерять связь. И хотя это и были вполне внятные теории, Алиса все равно испытывала непрерывное беспокойство. Для душевного спокойствия жены Фрэнк вызвал из Британии Поттеров, сильных магов и верных соратников. — Что даёт магический поиск? — только прибыв, Джеймс сразу отправил жену со старшим сыном располагаться, а сам, не теряя ни минуты, приступил к задаче. — Мы использовали точнейшие родовые артефакты, присланные Андромедой, — понизив голос, сообщил Фрэнк. Артефакты Блэков могли быть только темными, а распространяться об использовании темных артефактов воинами дела света было как-то опасно для морального облика Ордена Феникса. — Четыре нити ведут ровно на север, но ближе к роще рассеиваются. Странно. Похоже на мощные щиты, но ручаться не могу, я не артефактор. Квиринус как сквозь землю провалился. Ни по крови, ни по ауре его не засекли. — Зачем ты привез сына? — немного более резко, чем следовало бы, спросила Алиса. Она отослала Невилла к бабушке сразу, как Волдеморт напал на детей Поттеров. Конечно, родители иногда навещали мальчика, но старались делать это как можно реже и скрытнее. Ещё не все Пожиратели сидели в Азкабане, а с появлением непонятной темной активности в лесах Албании Алиса и Фрэнк вовсе прекратили визиты в поместье Лонгботтом. — Потому что он Поттер, — сурово ответил Джеймс. — Поттеры никогда не были трусами. Мальчику нужно учиться, а никто не научит его сражаться лучше, чем полевой опыт. — Как бы полевому опыту не пришлось учить уже мертвого мальчишку, — ощерилась Алиса. Джеймс собирался ответить что-то резкое о чести и мужественности, но Фрэнк поспешил перебить его: — Мы здесь собрались не педагогическим опытом делиться. Нужно найти группу Квиринуса как можно скорее. Пройдем в палатку командиров, там все карты и артефакты. Маленький Дэниел, гревший ушки за соседними кустиками, нахмурился. Командирская палатка была опутана сотней защитных заклинаний, там так просто не подслушаешь. А собрать информацию нужно было как можно скорее, пока мама возится с сумками и своими любимыми котлами. Его первый раз взяли на взрослое задание, нужно было срочно проявить себя, ибо второго такого шанса может не выпасть ещё долго. Нет, Дэна никогда не ограждали от разных вещей, считающихся у нормальных родителей страшно опасными. Например, летать на метле он научился в четыре, а в семь уже уверенно левитировал перья и иголки. Папа с гордостью заявлял, что игры с гравитацией его фамильный дар, а мама, легко улыбаясь, говорила, что с таким наставником, как Джеймс, нужно очень постараться, чтобы не освоить его в совершенстве. Но в первый день мальчику не повезло, и обсудившие все взрослые скоренько оседлали метлы и куда-то полетели. Дэниел без задней мысли предложил взять на спасательную операцию себя. В конце концов, в лагере лучше него летал только отец. Взрослые только посмеялись, чем нанесли младшему Поттеру серьезнейшее оскорбление. Вот и осталось ему только исследовать окружающий скучный, немагический лес да общаться с Биллом Уизли, чей младший брат был погодкой Дэна. На следующий день почти ничего не изменилось, отчего Дэн все время проводил с матерью, заготавливающей арсенал восстанавливающих зелий. Под вечер мальчик уже жалел, что вообще отправился с родителями, когда на горизонте показалось несколько маленьких точек. Они быстро увеличивались, и скоро стало ясно, что это группа спасателей, только две метлы в арьергарде левитируют нечто небольшое, плоское и темное. Лагерь засуетился, готовя посадочную площадку, а мама явно заволновалась, разыскивая какие-то конкретные склянки. Дэн не понимал, что происходит, но видел, что все окружающие точно знают, что сейчас будет. Это немного злило мальчика. Как можно показать свою отвагу, когда непонятно даже, куда палочкой тыкать? Маги приземлились, аккуратно опуская деревянный ящик, оказавшийся носилками. Внутри, привязанный лоскутами бывшей мантии, в луже собственной крови бился судорогой неизвестный Дэну волшебник. Затылок его представлял собой огромную открытую рану, от которой под кожу отходили черные дорожки темного проклятья. Рассмотреть подробнее Дэну не дали, мама ласково увела его в палатку, откуда уже он наблюдал события. Как Лили Поттер ловко обрабатывает рану, что-то взволнованно сообщает Фрэнку и Джеймсу, как некая волшебница с длинными черными волосами зачаровывает полотна и крепко перевязывает голову пострадавшему. Как все носятся, мелькают Патронусы, как кричит жертва проклятья на носилках. Все это серьезно напугало Дэниела, в чем мальчик не признался бы и под пыткой. Поэтому он и затаился, а на вылазку решился только поздно ночью, когда мама, обессилевшая, рухнула на тряпки в палатке и сразу уснула, а руководители скрылись в командирской палатке. Носилки решено было не двигать, и они все так же стояли на улице, под открытом небом. Костер развели совсем близко, но высокие борты ящика не позволяли рассмотреть пострадавшего. Лишь свет ночных звёзд падал на неподвижное тело, обрисовывая его контур. Человек уже даже не стонал, верно, уснул после обезболивающего. Дэн бесшумно подкрался к носилкам. Он старался издавать минимум звуков, но не столько, чтобы оставаться незамеченным, а более чтобы не тревожить раненого. Фантазия мальчика рисовала геройские картины битвы с неведомыми чудищами, в центре заварушки которых находился этот неизвестный ему, но, несомненно, смелый и отважный волшебник. Вблизи лучше видно не стало. Дэн щурился как мог, но ничего героического в мужчине разглядеть не смог. Поэтому он тихонечко потянулся к полотну, скрывавшему лицу пострадавшего. Но не успел. Его руку перехватили. Мужчина на носилках не спал. Он смотрел на Дэна жуткими, красными глазами. И держал его за руку мертвой хваткой, совершенно не свойственной смертельно раненному. Дэниел выдохнул, не в силах пошевелиться от сковавшего его страха. — Не тот, — странным, свистящим голосом произнес мужчина, так же мгновенно отпуская руку мальчика. Секунда, и развеялся в темноте пугающий алый взгляд, забирая с собой холодящий душу страх. Дэн моргнул, пытаясь понять, что произошло. Лицо мужчины на носилках было закрыто полотном, как и минуту назад. Стоит ли говорить, что уснуть эту ночь Дэниел так и не смог?