Дети б/у, три штуки

Последний день отработок. Даже мрак и сырость подземелий не казались Дэну сегодня такими ужасными. Снейп, конечно, оторвется на нем в последний раз, но Поттер уж постарается больше не попадаться так позорно. Отец долго распинался в своем письме о том, что Мародеров за семь лет учебы ловили от силы раза три — а Дэн уже успел дважды попасться, хотя прошло всего полтора месяца. Хорошо еще, что во второй раз Макгонагалл была так впечатлена его навыками полета, что не стала наказывать, а вместо этого взяла в сборную по квиддичу. Иначе бы отец вовсе умер от позора за непутевого сына. Сладкие мечты о будущих победах в сборной захватили Дэна, и он сам не заметил, как дошел до кабинета зельеварения. Неожиданно дверь распахнулась перед самым носом мальчика, и оттуда вышел икающий и вздрагивающий профессор Квиррелл. Дэн тут же напрягся, мысленно оценивая ширину коридора и ловкость, которая ему потребуется против такого противника. Однако профессор Квиррелл явно не был настроен на схватку: его глаза судорожно метались, он даже не заметил студента, пока поспешно покидал кабинет зельеварения. «Все-таки Снейп конченый злодей» — подумал Дэн, — «раз даже этого жуткого Квиррелла довел до икоты». — Что вы застыли, как горгулья, мистер Поттер? — своим тихим, страшным голосом спросил Снейп, сидящий за преподавательским столом. — Полагаете, что котлы сами начнут мыться, завидев ваше героическое величие? Мгновенно вспыхнув, Дэн открыл рот, но так и не придумал, что ответить. Поэтому он несколько секунд постоял с глупо открытым ртом, затем, основательно разозлившись, буркнул самое негодующее «нет» и пошел в сторону указанных котлов. Снейп углубился в чтение домашних работ студентов. Спустя два как следует начищенных котла, Дэн наконец придумал блестящий ответ на остроту преподавателя: «ну, они уж точно не станут чище от вашей зловредности». Очевидно, озвучивать эту фразу было уже слишком поздно, поэтому Дэн просто представлял, какой жалкой гримасой исказилось бы лицо мистера Снейпа, услышь он такой остроумный ответ на свой выпад. Потихоньку Дэн начал отмечать, что профессор Снейп ведет себя дергано, или даже нервно. Прищурившись, мальчик понял, что учитель читает вовсе не работы студентов, а чье-то письмо. В какой-то момент Снейп даже встал с места и принялся ходить из угла в угол, совершенно не глядя на Дэна, словно совсем забыл о его существовании. Мальчик весь внутренне собрался, он нутром почуял, что происходит нечто серьезное, взрослое. Что же могло так сильно взволновать непробиваемого мистера Снейпа? Дэн даже поежился, и дело было совсем не в сквозняках, продувавших кабинет через распахнутую дверь. Неожиданно Снейп застыл рядом со своим столом, хмурый и сосредоточенный. Дэн затаил дыхание. Профессор полез в карман и резко выхватил нечто небольшое, серебряным бликом сверкнувшее в его руке. Мальчик чуть не вывернул шею, пытаясь разглядеть, что это. — Бесполезный мусор, — в сердцах произнес Снейп, швырнув на стол предмет, показавшийся Дэну похожим на ключ. — Как самокритично, — прозвучал детский девичий голосок, заставивший Северуса и Дэниела едва ли не синхронно подпрыгнуть на месте от неожиданности. Обернувшись, Поттер увидел Эйлин, которая стояла в дверном проеме с книгой. Она увлеченно наблюдала за разворачивающимся действом, и было неясно, как много она успела увидеть. — О, Дэнни, ты любишь не только метлы, но и щетки для чистки котлов… Так тебе нужно было не в Хогвартс, а в клуб любителей уборки! Пока профессор Снейп стоял, сбитый с толку внезапным появлением Эйлин, сама девочка подошла к преподавательскому столу и с важным видом положила на него принесенную книгу. Критическая близость проблемной дочурки и важного объекта директорских интриг отрезвила Северуса и он быстро пришел в себя: — Минус пять баллов Гриффиндору за неумение стучаться! — прошипел он и ухватил Эйлин за плечо. Та, конечно, попыталась увернуться, рукой смахнув стопку с домашней работой и листок, который Дэн определил как письмо. Однако Снейп оказался проворнее и выставил Эйлин за порог, велев убираться и более не являться без причины или без приглашения. Дэн буквально чувствовал, как девчонка кипит, пока топает в гриффиндорскую башню, и это не могло его не радовать. Однако большая часть размышлений Поттера была о том, что же так взволновало профессора Снейпа. Предмет, опознанный как ключ, больше всего походил на ключи от сейфов в Гринготтс, Дэн часто видел такие у родителей. Тут же в памяти всплыла недавняя новость, потрясшая всю магическую общественность. В Ежедневном пророке писали, что кто-то проник в самый охраняемый банк в мире и вскрыл сейф номер семьсот тринадцать, но ничего не взял, поскольку хранилище было пусто. Дэн помнил это, потому что долго еще перебирал в голове имена известных ему негодяев, гадая, мог ли он сам раскрыть это дело. Так как большинство тех имен принадлежало первокурсникам, а другие два — преподавателям Хогвартса, Дэн оставил игру в детектива, признав свое поражение. Но тут… Вдруг это и есть ниточка, ведущая к разгадке? Узнать, чем занимался профессор Снейп в ночь похищения, не представлялось возможным. Оставалось только попытаться выяснить, за каким необыкновенным предметом может охотиться этот подлец?

***

Первое занятие было назначено на понедельник. Гарри получил записку с совой, где указывалось время и место, никакой поясняющей информации больше не было. Но мальчик сразу понял, о чем это и от кого. Разумеется, он рассказал Лу и Эйлин о дополнительных занятиях с профессором Квирреллом, и вместе дети решили, что это абсолютно нормально с точки зрения преподавателя — желать подтянуть неуспевающего ученика. Особого доверия к профессору Гарри не испытывал. Но и не прийти не мог, а потому медленно плелся к кабинету Защиты от Темных Искусств, убеждая себя, что множество людей в курсе о его местоположении, что профессор не навредит студенту прямо во время занятия — это было бы откровенно глупо. Профессор Квиррелл стоял вполоборота к двери, разглядывал яркие вспышки в магической клетке. Когда Гарри появился в аудитории, он даже не дернулся и не поприветствовал ученика. Поттер сразу вспомнил наставления Лу: тот, кто проявляет инициативу в разговоре, показывает больше заинтересованности, чем собеседник, а значит, находится в менее выгодной позиции. Гарри особенно громко плюхнул сумку на первую парту, настолько, что его стандартный котел первого размера покатился по столу и лишь на самом краю был пойман хозяином. Но профессор Квиррелл не шелохнулся. Что же, подумал Гарри, в эту игру можно играть вдвоем. Они молчали несколько минут, пока тишину первым не прервал профессор Квиррелл: — Минус победное очко Равенкло, — будничным тоном сообщил он, поворачиваясь к Гарри. — Но за что? — округлил глаза Поттер. Он и так не принес ни одного очка в копилку факультета, и совсем не хотел работать в минус. — За неуважение к преподавателю, разумеется, — произнес профессор. — Учтите, мистер Поттер, вежливость — залог хорошего впечатления о вас. Никто не любит мальчишек наглых и… своевольных. — Извините, сэр, — опустил взгляд Гарри. — Я хотел поздороваться, но посчитал грубым отрывать вас от наблюдения. Здравствуйте, сэр. — Здравствуйте, мистер Поттер, — ответил Квиррелл. — Однако же, на вашем месте я бы не лгал вовсе, либо делал бы это хоть чуточку изящнее. Учитесь у своего слизеринского товарища, у него этот тонкий навык неплохо отточен. Но это оставим на домашнюю работу. Сегодня вам предстоит сражаться с небольшой, не особо опасной, но весьма любопытной тварью. Знаете, кто перед вами? Во время молчания Гарри успел разглядеть обитателей магической клетки. Это были угольно-черные существа размером со здоровую сливу. Они лениво ползали по дну клетки, изредка вспыхивая настоящим огненным пламенем. Всего их были пять штук. — Не знаю, сэр, — честно ответил Гарри. — Плохо, мистер Поттер, очень плохо, — усмехнулся Квиррелл. — Не блистая успехами в магии, вы еще и пренебрегаете теорией. Самонадеянно. Это Ignis Lapillus, представитель огненных элементалей, в простонародье часто зовется Пожарником. У вас десять минут, чтобы найти в учебнике заклинание, парализующее пожарников, по истечении этого времени начнется непосредственно практика. Приступайте, время пошло. Не теряя ни секунды, Гарри бросился к сумке, отыскал нужную книгу и быстро нашел указанное заклинание, пользуясь ключевыми словами. Но сколько бы он не пытался повторить слова и движения, описанные в учебнике, не смог добиться даже искры из палочки. Профессор внимательно наблюдал за Поттером, концентрируясь больше на глазах, чем на движениях. — Время вышло, — сообщил Квиррелл. — Удивите меня. Прутья магической клетки растаяли в воздухе. Некоторое время пожарники продолжали лениво ползать, не осознавая, что они свободны. Гарри пробил холодный пот, он кожей почувствовал, что сейчас произойдет что-то плохое. Он наставил палочку на элементалей, хотя прекрасно понимал, что заклинание не сработает. Оно и не сработало. Но профессор не торопился поправлять ученика или давать какие-либо комментарии. Он просто наблюдал. Пожарники, почуявшие свободу, вдруг поднялись в воздух и зажглись настоящим пламенем дюймов в двенадцать высотой, хотя никаких крыльев у них не было. Гарри испугался по-настоящему, когда эти существа полетели в его сторону, рискуя если не поджарить, то точно подпалить школьную мантию. — Declinemus! Declinemus! — закричал Поттер, размахивая палочкой. Первый пожарник пролетел совсем близко, мальчик едва успел отпрыгнуть, иначе элементаль точно прожег бы дыру на плече мантии. Второй атаковал сверху, но Гарри снова повезло, он вовремя нырнул под стол и вынырнул с другой стороны — он знал, как быстро горят волосы. Но еще трое были уже совсем близко, а предыдущие два шли на разворот, готовясь атаковать вновь. Времени соображать было критически мало. Гарри увернулся от очередного пожарника, оказавшись в углу кабинета рядом с профессором Квирреллом. У Поттера теплилась надежда, что мужчина вмешается, если ситуация выйдет из-под контроля, хотя почти весь разум затопила ядовитая паника. — Declinemus!!! — что есть мочи завопил Гарри, но палочка предсказуемо не откликнулась. Внезапно мальчик вновь почувствовал тепло, не физическое, а эфемерное тепло, исходившее от руки профессора Квиррелла, когда та лежала на плече Гарри. Оказалось, профессор ладонями обхватил мальчика с двух сторон, не позволяя сбежать с траектории полета пожарника, но в то же время, рождая где-то глубоко внутри Гарри горячее торнадо. Странное, но невероятно приятное чувство затмило панику в голове, вихрь горячих потоков внутри рос с каждой секундой — он находился внутри Гарри, но не в теле, а куда глубже, мальчик не смог бы указать даже примерно локализацию этого катаклизма. Казалось, что он везде внутри, в каждой клеточке тела. Когда буйство неясной энергии полностью затопило сознание Гарри, а внутренне напряжение от возрастающего горячего потока достигло максимума, Поттер поднял палочку и прошептал: — Declinemus… Но чуда не произошло. Пожарник врезался в щеку Гарри, опалив скулу. Вскрикнув от боли, Поттер попытался смахнуть с лица элементаль, но лишь обжег пальцы. Вырваться из захвата профессора оказалось нелегко, но стоило им разорвать контакт, как невероятное чувство внутри исчезло. Гарри чуть не застонал, вернувшись в бренный мир и вновь ощутив все оттенки паники. Продолжать одинаковые попытки одолеть пожарников с помощью магии, рассчитывая на новый результат, Гарри счел глупым. А времени на глупости у него не осталось: обожженные щека и пальцы ныли, заставляя приложить все умственные ресурсы для решения одной задачи. И Гарри осенило. Подбежав к первой парте, Гарри схватил свой стандартный котел первого размера и выставил его, как щит. Первые два пожарника просто врезались в него, не успев скорректировать траекторию полета. За остальными пришлось попрыгать, но Гарри проявил чудеса ловкости. В конце он быстро перевернул котел дном вверх и прижал к полу. Без доступа кислорода даже магическое пламя пожарников быстро потухло. Паника сменилась прекрасным чувством победы, и Гарри расслабленно выдохнул. Мальчик посмотрел на преподавателя, но реакция последнего очень удивила Поттера. — Ужасно, мистер Поттер, — Квиррелл выглядел не наигранно рассерженным. — Вы как последний маггл прибегли к простейшим методам, вместо того, чтобы приложить капельку усилий. Может быть, вы и правда сквиб, но не от недостатка магии, а от однобокости мышления. Вы думаете как маггл, и поверьте, это куда хуже, чем просто родиться у магглов, ведь второе вы хотя бы не выбираете! — Но, профессор… — растерянно начал Гарри, все еще прижимая котел к полу. — Я же просто… — Убирайтесь отсюда, — ледяным тоном приказал профессор Квиррелл. И Гарри ушел, хотя видит Мерлин, он понятия не имел, что именно сделал неправильно.

***

— Да он просто сумасшедший, — прокомментировала Эйлин, выслушав рассказ Гарри о дополнительном занятии Защиты от Темных Искусств. — Что вообще не удивительно, в этой школе один преподаватель лучше другого! Понабирают идиотов по объявлению, а ученики страдают. — Это очень странно, — поделился своим мнением Лу. — Задача преподавателя — обучить, а не покалечить. Он должен был обсудить с тобой недочеты, объяснить, что именно ты сделал неправильно. А судя по твоему рассказу, Гарри, складывается впечатление, будто профессор Квиррелл просто хотел тебя поджарить. Они сидели во внутреннем дворике школы втроем и ели бутерброды, которые Эйлин взяла на кухне. Местоположение кухни ей сказал Северус относительно недавно, но домовики уже шарахались, едва завидев младшую Принц. Октябрь вообще выдался прохладным, и мало кто предпочитал сидеть на улице. Но Гарри, Эйлин и Лу решили поговорить именно здесь, потому что Лу хорошо запомнил слова Северуса: «уши есть у всех стен, какими бы дружелюбными они ни казались». Редкие студенты, проходившие мимо, непременно обращали внимание на троицу первокурсников. На Гарри смотрели в основном с жалостью — даже магглорожденные уже были в курсе истории падения ужасного Волдеморта и ее последствий. На Лу косились с интересом и в основном девицы, мальчик уже успел завоевать славу школьного сердцееда. А на Эйлин не смотрели вовсе: либо сразу опускали взгляд, либо отворачивались, наткнувшись на холодный, почти угрожающий оскал. — Прекрати пугать людей, — попросил Лу, обращаясь к Эйлин. — Неужели тебе нравится то, что твои однокурсники тебя боятся? — Пусть боятся, лишь бы уважали, — с набитым ртом ответила Эйлин. — Всяко лучше, чем отбиваться от диких стай влюбленных поклонниц! Кстати об этом, Гарри, ты продолжаешь общаться с Невиллом? — Ага, — кивнул Поттер. — Он хороший, добрый и неглупый парень. Когда-нибудь я мог бы назвать его даже своим другом. Эйлин фыркнула, но высказываться не стала. Вместо нее заговорил Лу: — Почему же только «когда-нибудь»? Я вижу, вы часто общаетесь, проводите время вместе в библиотеке или на переменах. У вас даже интересы общие есть. Очевидно, вы подружились. Мне кажется, Невилл тот человек, который будет готов на все ради друзей, глупо отталкивать такого. — Ты прав, — согласился Гарри. — Но видишь ли, для меня дружба — нечто большее, наверно. Еще год назад я готов был назвать другом любого, кто хоть раз улыбнулся бы мне. Но теперь у меня есть вы, и я вижу, что настоящая дружба куда сложнее, чем просто совместное времяпровождение. Это не отменяет того, что Невилл отличный парень, но сначала нам с ним нужно будет пройти некоторый путь, а уж потом бросаться громкими словами типа «дружба» и «верность». Вот, например, Дэниел Поттер и Рон Уизли, два месяца ходили, звали себя лучшими друзьями, а сейчас что? Дэн почти все время сидит с Грейнджер в библиотеке, лихорадочно листают учебники, а Рон видит это и злится! — Как сладко, у меня аж за ушами затрещало, — скривилась Эйлин, пряча за напускной агрессией свое смущение. Ее на самом деле тронули слова Гарри о дружбе, но она скорее умерла бы, чем показала это. — Давайте-ка лучше вот о чем подумаем: вчера вечером я заглянула к Северусу, мне больше нравится читать у него, чем в гостиной. В кабинете был еще наш Дэнни, чистил котлы, они оба сразу не заметили меня, были заняты. Я бы ни за что не поверила, если бы не увидела своими глазами — Северус ломал какую-то глупую комедию перед нашим братцем, изображая то ли девицу на сносях, то ли отвергнутого кавалера! Кричит: «мусор бесполезный!» — и швыряет на стол вот это. И Эйлин продемонстрировала мальчишкам ключ от сейфа семьсот тринадцать. Гарри округлил глаза, а Лу не на шутку разозлился: — И ты, разумеется, решила, что теперь это твое, да? Эйлин, ты неисправима! Отдай, я положу аккуратно Северусу обратно, чтобы он не догадался, куда исчезал ключ. Ты вообще… Ты хоть на секунду задумалась, перед тем, как сделала это? — Да когда ты успел стать таким занудой? — мгновенно вспыхнула Эйлин. — Да, задумалась, и сразу поняла, что это связано с новостями об ограблении Гринготтс! Думаешь, это нельзя счесть уликой? У Северуса и так не безупречная репутация, по-твоему, лучше, чтобы эта штучка лежала у него, да? — Какая забота! — закричал Лу, уже не сдерживаясь. — Необразованная малолетка же явно куда больше смыслит в том, как скрывать опасные улики! — Не ори, — хмуро, но гораздо более миролюбиво отозвалась Эйлин. — Да, тут не очень получилось, согласна… — Мне кажется, это была провокация, — задумчиво перебил сестру Гарри. — Ты сама говорила, что Северус ломал комедию. Я думаю, кто-то сказал ему сделать так. Причем спектакль был рассчитан не на тебя, а на кого-то поглупее, иначе бы ты даже не заподозрила обмана. Кто-то что-то хочет от Дэна, каких-то действий… Подставить? — Сомневаюсь, что получится обвинить первокурсника в нападении на Гринготтс, — возразил Лу. — Как бы то ни было, это не наше дело. Эйлин, я сказал, не наше! У нас и так проблем хватает. Нужно придумать, как защитить Гарри на следующем индивидуальном занятии от сумасшедшего Квиррелла. Вряд ли это снова будут неприятные, но в целом довольно неопасные пожарники…