Youth

«Верни меня к началу, к простой жизни, Скажи мне все то, что дает покой». Я никогда как будто и не жил до него. Моя жизнь принципе не отличалась разнообразием, но без него она была вообще ничем, абсолютным нулем, ошибкой вселенной. Когда появился он, появился и я. Я помню, как он ворвался в мою жизнь. Был понедельник. Погода была отвратительной или она только для меня была такой. Я вообще был очень придирчив ко всему, особенно к ней, ненавидел, когда на улице слякоть и грязь, или наоборот жара, и ты не понимаешь, то ли засунуть себя в холодильник или закинуться в прохладную речку, поэтому приходилось довольствоваться полу рабочим кондиционером в комнате. И на этом спасибо. Я ненавидел понедельник, ладно, скорее всего недолюбливал, я воообще много чего недолюбливал, но скажите, кто вообще любит понедельник? Очевидно никто. Тогда я сидел за последней партой в душном классе и глазел в окно, как свободные от земных проблем птицы кружат в воздухе. Мне тоже хотелось быть птицей. Птицы живут лучше нас, меньше, но зато они свободны, а мы тратим драгоценные минуты за бесполезными занятиями, и постепенно часы нашей жизни тикают назад. Да, я определённо хотел быть птицей или котом, котов я любил. Учитель Ким стоял у доски и что-то тщательно старался объяснить классу, уже не помню, что именно. Но зашёл директор. Мы все встали и поклонились. Он был уважаемым человеком и одним из тех, кто был мне плюс/минус симпатичен. — Извините за беспокойство, мистер Ким, но вы не видели нового учебника? Я должен представить его классу, но смотрю его и здесь нет, – он оглядел класс из под своих густых бровей. — Нет, никого не было.. – хотел было ответить учитель, но дверь за директором распахнулась и за ней показался мальчишка, с растрёпанными светлыми волосами и на половинку заправленной в брюки рубашкой. — Я здесь! Извините! – на это директор лишь устало вздохнул. — Проходи, Джисон, даже не хочу терять время, чтобы узнать причину твоего опоздания, старайся больше не просыпать занятия, – устало оглядывает его, а по классу пробегает волна смеха. — Представься классу, – директор проходит вперед, к середине кабинета, а парнишка за ним. — Кхм, извините за опоздание. Я Хан Джисон, приятно познакомится, надеюсь мы с вами подружимся! – он стоял по середине класса. Его светлые отросшие волосы касались пушистыми и мягкими, а в ушах было несколько проколов, в которых надето несколько пар серьг, а на запястьях пару тканевых браслетов и ещё казалось какая-то не большая татуировка, но было плохо видно. Разве в школе разрешены татуировки? — Молодой человек, в нашем учебном заведении не носят подобных украшений, прошу во время учебного процесса снимать их. А теперь, садитесь вот туда, за свободную парту рядом с Минхо. Ещё один плюс нашего директора в том, что он знал всех нас по именам, да это был не применено плюсик в моем воображаемом списке в его сторону. — ..Хорошо, – ответил он и направился к парте. Устало плюхнулся на стул, достал пару тетрадей с кучей разноцветных стикеров и ручку. — Привет, – тихо шепнул он мне. Я даже сначала не понял, кому это тихое приветствие было адресовано, поэтому не отреагировал. — Не общайся с ним... – кто-то шепнул ему с соседней парты другого ряда. — Почему? – тогда я понял, что речь шла обо мне. Ещё бы. Ли Минхо – главная тема обсуждений с первого семестра, главный мудак школы для прекрасного пола. Так уж получилось, что оказывается природа не обделила меня красотой, особенно для девчонок, которые с ума сходили и на первом году обучения толпами бегали за мной: предлагали встречаться, дарили конфеты на праздники и не только, подкладывали записки в шкафчик, признавались в любви, а я отказывал, постоянно, не с одной так и не начав встречаться, они мне не нравились. Черт возьми, да они все были одинаковыми: длина волос, прически, макияж, одежда – все. Только лица разные – милые и смазливые, так и ждущие любви, свиданий и романтики: вообщем всего сопливого и сентиментального, чего моя флегматическая натура терпеть не могла. Я бы этого не вынес, скорее бы сошёл с ума и меня бы запихали в лечебницу. Я не был ненавистником прекрасного пола. Да, как я мог им быть, это глупо. Просто мне не нравилось это все: романтика, цветы, сопли. Конец. Никакой великой тайны. Но другие конечно думали иначе, вот и распустили слух, что я «педик». Отлично. Так я и стал изгоем стада, которые зовёт себя обществом, состоящее из Homo sapiens, только для человека разумного им разума и не хватало. Они все были кучей болванов, от которых хотелось побыстрей избавиться. — С ним никто не общается, он странный.. – пожала плечами девчонка с соседнего ряда. — Тихо там, задние парты! На перемене поболтаете с новичком, а сейчас слушайте внимательно тему, на следующей неделе контрольная! И нечего мне тут вздыхать! Так, на чем мы остановились.. Я чувствовал, как он повернулся в мою сторону и что-то внимательно разглядывал на протяжении нескольких секунд, а потом открыл тетрадь и начал что-то записывать, скорее всего конспект урока. После занятий он увязался за мной. Не знаю, что ему надо было от такого как я, наверное ему уже все рассказали и он тоже хотел поиздеваться. Вскоре мне такая слежка надоела, хоть он и шёл в нескольких метрах, все равно раздражало. — Чего тебе? – я все таки обернулся, этот неудачный шпион встрепенулся и смутился, я его раскрыл. Он стоял сконфуженный около минуты и смотрел в свои белые кеды с красными и желтыми полосками. Тишина начинала раздражать ещё больше. Как его там, Джисон вроде? — Я не видел тебя на обеде. «Чего?» — Чего? – выдавливаю из себя. Парнишка осмелел и подошёл ближе. У него были задраны рукава пиджака и рубашки, и тогда я увидел небольшую татуировку на запястье. «be human». И правда – настоящая. — Тебя не было на обеде. Я искал тебя, но нигде не мог найти.. После того урока ты сразу же ушёл, а потом наше расписание не совпадало. Да, тот урок единственный, где мы собираемся всем классом. Ведь в остальном у каждого из нас свободное расписание занятий, что добавляло ещё один плюсик в моем не видимом списке к этому учебному заведению. — Я не обедаю. – развернулся я и пошёл дальше в сторону общежития. — Стой, подожди! Почему?! – послышался голос сзади и быстро приближающиеся шаги. — Хочешь сказать ты не ел с утра? Игнорирую. Просто игнорирую. Чуть-чуть подождать и он отстанет. — Минхо! — Откуда знаешь мое имя? — Директор называл, когда говорил куда садиться. — Точно. Ну и славно, шагай своей дорогой. – быстро разворачиваюсь в сторону своего общежития, перед дверями которого я стоял и, скрываюсь в помещении. Плюсом этого пансиона были раздельные комнаты. Это приятно радовало и давало возможность отдохнуть от шума вокруг. В комнате было приоткрыто окно и вечерний тёплый воздух воровато прокрадывался в помещение. Моя комната была скромная, но достаточно уютная. Кровать, новый раздвижной шкаф (от прошлого хозяина), письменный стол, несколько плакатов различных рок-групп, любимые Queen, мини-холодильник в углу, который удалось выпросить у коменданта и напольная вешалка, на которой весели все необходимые вещи, чтобы постоянно не лазить в шкаф. Не убранство роскоши, но и этого достаточно. Переодевшись, я сразу завалился в кровать, так и проспав до самого утра. К черту домашку. // — Минхо! Ли Минхо! – слышу стремительно приближающиеся шаги. «Опять?» — Да не игнорируй ты меня, черт возьми! – оборачиваюсь и вижу вчерашнего знакомого, запыхавшегося после бега. Сегодня он в темно синих шортах под цвет пиджака формы, такой же не заправленной белой рубашке и все тех же кедах. — Что? – «Ну, чего пристал? Ему ещё не рассказали, какие слухи обо мне ходят, что он носиться за мной второй день подряд или поиздеваться хочет?» — Слушай, если ты хочешь поиздеваться, то тебе не по адресу.. — Пойдём пообедаем! Ты же ещё не ел сегодня! Ой, и не надо врать, что ел, вижу же, что нет! Идём! – он хватает меня за запястье и начинает куда-то тащить. — Эй! Стой, куда ты?! У меня вообще-то дела, отпусти! – «а сильный же, так и не скажешь». — Двадцать минут перекуса твои дела не убьют, а желудок так можно испортить. Перестань, черт возьми, брыкаться и пошли спокойно на стадион, там сейчас никого нет. Я отступился. Не знаю почему, просто отступился и пошёл за ним. И хрен с ним, если он вздумает меня отравить, не велика потеря. Мы пришли и залезли на пятый по высоте ряд трибун, отсюда хорошо отрывался вид на весь стадион. — На, держи, поешь. – протягивает он мне что-то завернутое в упаковку. Скорее всего онигири. — Я не голоден. — Хо! Не упрямься и съешь! Или я запихну тебе это в рот! – он выглядел серьёзным, скорее всего он и правда намеревался это сделать. — Не называй меня так, и вообще, если ты это траванул? Сейчас я откушу, а потом ноги откину, кто тебя знает. — Тогда мы умрем вместе, – он немного откусывает он моей порции и своей. – Ну, тест пройден? А теперь не упрямься и ешь! – он засовывает этот несчастный онигири мне в рот. — Жуй! – сам падает рядом и начинает спокойно есть свою порцию. — Ну что, не умер? – открывает бутылку колы. — А если это не мгновенная смерть и она наступит через время. — Минхо! Меня забавляла эта ситуация. Кто-то действительно за последнее время обратил на меня внимание, да ещё не пытается всячески унизить (возможно пока), даже накормил, я ведь действительно не ел последние сутки, надо бы сходить сегодня в магазин, закупиться хотя бы лапшой. Я повернулся и посмотрел на него. У него были светлые растрепанные волосы, с которыми играл ветер, солнечная улыбка и блестящие глаза с полной жаждой жить. — Почему ты все время улыбаешься? Тебе не надоело? — Улыбаться? — Да, черт возьми, улыбаться. Лицо ещё не треснуло? – слышу его короткую усмешку. — Мог бы просто поблагодарить, – смотрит на меня и закатывают глаза. — Онигири и правда сегодня круто получилось! – я помолола около минуты и все-таки ответил. — ...Спасибо, Джисон. — Вот так и надо было изначально, – закидывает на плечи рюкзак. – Идём, а то ещё на занятия опоздаем! Направляется к лестницам, чтобы спуститься вниз, а я пялюсь на его хрупкую, но при это ровную сильную спину, пару разноцветных значком на немного потрёпанном рюкзаке и надпись на одном из них: «we are, who we are»* Сегодня мне предстоял поход в такое общественное место, как круглосуточный магазин. Этого места достаточно, чтобы по-дешевке закупиться барахлом, в моем случае продуктами питания, если лапшу быстрого приготовления и пачку риса вообще можно назвать так. Пансион окружён невысоким кирпичным забором с воротами и КПП, где круглосуточно дежурил охранник, но ученик могли свободно выходить за территорию в любое время суток (главное не пропустить комендантский час в общежитии, а то вот там не поздоровится). Я собрался на вылазку в ближайший такой магазин около восьми вечера. На улице было тепло и солнце начинало по-потихоньку закатываться за горизонт, поэтому небо сияло оранжево-жёлтыми красками. В такие моменты я любил погоду. Под свободную белую футболку прокрадывался ветерок и приятно щекотал кожу. На мне футболка, свободные чёрные шорты, растрёпанные волосы и больше круглые очки. Вечером я не носил линзы. Магазин находится в метрах семисот от пансиона и, я спокойно направлялся к своей цели, засматриваясь на вечернее пылающее небо с причудливыми облаками. Как только открылись автоматические двери, в лицо ударил вкусный запах, уже заранее приготовленной еды, что голова начала немного кружится. В подобных местах зачастую бывает такая еда, сюда можно прийти даже вечером, а еда все равно будет свежей. Очень удобно считаю, особенно для таких, как я – не желающих готовить. Я прошёл в глубь магазина к большой полке с лапшой, по пути закинув в корзинку пачку риса, не замечая на кассе светлую макушку. Рассматривая яркие упаковки с различными вкусами, стало ещё хуже. Голова закружилась, а в глазах начало темнеть, слабость охватила все тело. Я постарался упереться за одну из полок, чтобы перевести дыхание и не упасть в оброк прямо здесь. — Хэй, Минхо! Эй, эй, эй, Минхо, Минхо, Минхо! Не падай, все нормально?! Хо! Последнее, что слышу, перед тем, как провалиться во тьму. Открывают глаза уже в комнате. Вот бы я магическим способом сам перенесся в свою комнату общежития. Но комната была явно не моя, тоже общежития, но не моя. Здесь были пару плакатов с аниме, каких-то (вероятнее) американских исполнителей, стол с ноутбуком и куча мусора.. я хотел встать и оглянуться, каким чудом из мини маркета я переместился сюда, но.. — Лежи, не вставай! – заходит хозяин комнаты. Еще бы. Кто же это мог быть, если бы не Джисон. Откидываюсь на подушку. Приятно, она мягче, чем моя. А ещё приятно пахнет чем-то цитрусовым. — Ты меня до чертиков напугал, когда свалился в обморок. — А я подумал, это действие твоего яда наступило. — Не перекидывай свой голодный обморок на меня, – усмехается он и аккуратно садиться на кровать рядом, держа поднос с чем-то вкусно пахнущим, что голова снова начинает кружится. – Я тебя вообще-то спас! — "Мой герой” – язвлю в ответ. — Что говорят, когда помогают людям, ммм? Особенно, когда их кормят с ложечки. – он зачерпывает содержимое тарелки, слегка дует и поносит к моим губам. — Надеюсь не помру, если что это будет на твоей совести, – не плохо. — А ещё я не ребёнок. — Ребёнок. Который свалился в голодный обморок у пачек с лапшой, слушай, ты вообще питаешься? Или на святом духе ходишь? Да, возможно в этот раз я перестарался. Но стипендии от пансионата за хорошую учебу категорически не хватает, а отец давно уже не давал денег, хотя бы на продукты. — Так получилось. – а он смотрит в ответ таким прожигающим и понимающим взглядом, будто давно уже изучил меня и раскусил мою ложь, узнав все тайны. — Ладно, тогда поешь хотя бы сейчас, – сует мне поднос в руки. – И только попробуй не съесть, ты помнишь что будет. – «грозно» смотрит и выходит обратно за дверь. Хозяин комнаты оставляет меня в течение минут пяти-семи, сидеть в гордом одиночестве и глотать куриный бульон с лапшой, который кстати был действительно неплох. Или я был слишком голоден, что было уже все равно, что жевать. За это время я успел получше разглядеть комнату своего чудного знакомого: такая же планировка, оно не удивительно, все комнаты общежития шли по одному стандарту; на одном из плакатов я узнал Queen, My Chemical Romance, Green Day и пару других групп, к сожалению названий которых я не знал, плакат с девочками из K-on! и другой с вокалоидами. На письменном столе валяются какие-то записки, тетради и куча измятых листов, а рядом переполненное мусорное ведро. На стуле небрежно накиданы вещи и полотенце. Дверь вновь скрипит и в комнате снова появляется хозяин. — Ты слушаешь Queen? – сразу кидаю вопрос. — Нуу, слушаю некоторые их песни, – начинает разбирать кучу с вещами на стуле. — Bohemian Rhapsody? — Bohemian Rhapsody - это легенда! Первая песня на радио длинной в шесть минут! Даже для наших дней это до сих пор фантастика. — А как же we will rock you? — Это тоже.. – он мечтательно посмотрел на плакат, а его губы расплылись в легкой улыбке. — 13 июля 1985 - легендарный стадион Wembley, они приняли участие в благотворительном концерте Live Aid. Этот концерт просто легенда! Они стояли на сцене всего каких-то 17 минут, пустяки для масштабных концертов, но для них это оказалось достаточно, чтобы войти историю рока и навсегда изменить её и сердца тысячи людей.. Я ещё не родился, а эти люди уже творили историю. — You got mud on your face, you big disgrace. — Somebody better put you back in your place. — We will we will rock you** – мы засмеялись, я даже не помню, когда в последний раз так легко проводил с кем-то время. — Смотрю, ты тоже фанат Queen. — «Слушаю некоторые их песни», – ухмыляясь, перевожу взгляд на плакат с аниме. — А ещё, я смотрю ты любишь аниме? – он тоже поворачивается к плакату. — Люблю японскую культуру. Она очень интересная и разнообразная. Ты знал, что в Японии есть остров кроликов – Окуносима, там насчитывается более семисот особей, и они все могут спокойно гулять и контактировать с людьми. – он мечтательно смотрит на плакат, а потом устремляет взгляд на меня. — Доел? Давай унесу. А, и да, если сейчас поторопишься, то успеешь до комендантского часа в общежитие. – оглядываюсь на будильник с часами на тумбочке. Действительно 22:15, до одиннадцати успею. Откидываю тёплое одеяло и пытаюсь встать, голова все ещё немного кружиться, но уже легче. Кажется мне действительно стоит лучше начать питаться. — ...Спасибо, что помог, благодаря тебе, я не приложился головой о плитку магазина. – пытаюсь выдавить из себя что-то на подобии улыбки, получается криво. — Не паясничай, а держи лучше. – протягивает пакет, заполненный едой. — Я не возьму. — Ой, не строй из себя голубя мира, бери пока дают, – впихивает пакет в руки и выталкивает меня за дверь. — Вали давай и постарайся больше не падать в обмороки в общественных местах, спокойной ночи! Слышу хлопок за спиной и закрывающийся замок изнутри. Вот ты, Ли Минхо, и сходил в магазин. // Через пару дней на одной из перемен он снова затащил меня на те одинокие трибуны и начал совать мне еду, словно мать-кормилица, которая в ответе за своё дитя. — Ты меня скоро откормишь, – разворачиваю из пленки сэндвич, который он мне дал. Лучше взять сейчас и он отвяжется, нежели он запихнёт его в мой рот. Истрию с онигири я все ещё помнил, да и халявная еда всегда хорошо. — Тебя не возможно откормить, ты легко можешь заменять макет скелета в кабинете биологии! — Кто бы говорил, ешь и не толстеешь, только щеки как у хомяка, скажи, ты в них еду прячешь? — Эй, не трожь щеки! Это святое и согласись, они милые! — Ладно, не буду покушаться на святое. – продолжаю поедать свой сэндвич, параллельно запивая водой из бутылки. Пока я молча думал о своём, между нами нарастала тишина, он молча жевал и что-то, как мне казалось, выглядывал на стадионе. — Смотри, там футбольный мяч валяется возле ворот! Пошли попинаем! — Чего? – я аж подавился куском хлеба. — Пойдём говорю мяч погоняем! Хватит жевать, потом доешь! – хватает меня за руку и тащит вниз к футбольному полю. — Эй, слышь, вообще-то это ты меня кормишь! — Ну значит позже доешь! Давай шевелись! – мы спустились на поле. — Пас! – пинает мне. – Давай, я стою на воротах, а ты пытаешься забить, кто выиграет, тому... тому желание! — Ты что, ребёнок? – ухмыляюсь, вертя мяч в руках. Невольно вспоминаю Оливию и дядю Джима, с которыми мы пинали такой же футбольный мяч, а я постоянно бегал за ним. Интересно, где они щас? В горном пустынном Техасе, про который так много рассказывала Оливия? — Земля вызывает Минхо, приём, ты чего задумался? — А? — Же-ла-ни-е, пинай давай! Я сделаю тебя! – Джисон стоит на воротах, в полной готовности выиграть. — Ха, это мы ещё посмотрим! — Я так и знал, что ты продуешь, – Джисон идёт впереди, сложив руки за головой. — Просто скажи уже, что ты хочешь. – говорю я, а он поворачивается на меня, так и продолжая идти, только уже спиной вперед. – И вообще, из-за твоих игр мы чуть не опоздали. — Не будь занудой, Минхо. А насчёт желания, хмм, может сделать тебя своим рабом на недельку? Что думаешь? — Очень смешно. — А что, я считаю отличная идея! — Джисон. — Ладно, ладно. Думаю, я бы хотел знать, о чем ты думал сегодня на поле, но.. думаю это слишком личное, поэтому просто попрошу: улыбайся чаще. — ..Что? — Минхо, – убирает руки из-за головы и уверенно подходит ко мне, двумя руками обхватывает мое лицо, смотря прямо в глаза. — Ты такой красивый, ты просто обязан улыбаться. – с легкостью разворачивается и уходит за дверь общежития. Не знаю как, но мы оказались у входа в его общежитие. Я продолжаю стоять, как тупой истукан и пялиться в одну точку. Его руки такие.. Потом я не видел его пару дней. Он просто испарился из школы, у нас не совпадало расписание, но раньше он хотя бы мелькал в коридорах своей единственной светлой макушкой. Я удивлялся, как его не заставили перекрасить волосы обратно. Но через два дня он появился, весь взъерошенный и оживленный, под его глазами красовались большие синяки и уставшие, но довольные глаза. Было видно, что он не спал сутки точно, а то и все двое. Вижу, как это недоразумение спешит ко мне: — Минхо! – налетает со всей силы, что сбивает меня с ног. — Ты обязан прийти ко мне сегодня после занятий! Это не обсуждается! — Чего? Эй, стой! – быстро поднимает меня за руку и обратно несётся от меня по коридору в сторону кабинета, видимо биологии. — Нет времени говорить! Сегодня после занятий! – кричит он на ходу. «И что это было?», вздыхаю и иду на следующий урок. После занятий я все таки приплелся в его комнату, интерес брал надо мной вверх, как когда-то с господином Ён Су. Комната этого чудилы не изменилась с того раза, как я был здесь, только хлама в виде искомканных листов прибавилось. — И что это? Кусок ткани? — Обижаешь! Вообще-то там настоящее произведение искусства! — И что же для тебя искусство, Джисон? — Ты, – он сдергивает ткань за которым стоит мой портрет. Мои темные измученные глаза смотрят на меня, только нарисованные: красивые изящные линии, четкие мазки, словно смотрю на картину эпохи ренессанса, только на ней я, дрищавый и несуразный, с впалыми скулами. — ...Как ты? – невесомо прикасаюсь к картине, боясь испортить действительно шедевр, который должен храниться веками и передаваться из поколения в поколение. — Как я написал её? Все просто. В тот день, да в тот отвратительно жаркий понедельник, я увидел тебя и подумал: «Почему этот человек сидит здесь и решает какие-то стремные уравнения по алгебре, кому вообще сдались эти логарифмы? Он должен дарить миру свою красоту!» А потом я увидел тебя на доске почета в школе, – отходит ко столу с кучей бумажек. — Знаешь, я не рисовал уже около.. двух лет, я.. я просто не мог рисовать и думал, что уже никогда не начну снова, а тут ты. И я рисовал практически каждый день, пока твой образ не отпечатался в моей голове так хорошо, что я смог сделать это. – жестом показывает на картину. — Думаешь это глупо, я сошёл с ума? — Джисон.. — Минхо, – подходит ко мне, снова берет мое лицо в свои ладони, прожигая своими черными глазами. — Пообещай мне, пожалуйста, что после выпуска ты пойдёшь в моделинг. Ты обязан пойти туда, ты должен дарить людям свою красоту, а не убивать её за стенами стремного городского офиса с боссом-деспотом. Так, я оказался у себя в комнате с картиной в руках, он подарил мне это произведение искусства и напомнил про обещание, что я пойду работать моделью. Я что-то пробубнил и вышел как в забвении, толком ничего не ответив. Его руки на моем лице обжигали, как горячая батарея в холодный день. Теперь мой собственный портрет стоял у меня в комнате и пялился на меня, напоминая каждый вечер об этом дне. А я все думал о руках Джисона на моем лице. // Я думал, что наше общение измениться после этого случая, но все осталось на своих местах. Он не говорил об этом. И я был рад. Портрет просто стоял в моей комнате и грозно поглядывал на меня по утрам. — Не хочешь посмотреть сериал? Или фильм?? Знаешь, есть столько крутых фильмов 70-90-ых! Обожаю старые фильмы! У них такая особенная атмосфера.. – он еще много болтал о фильмах, атмосфере и сценариях, а я углубился в воспоминания, как мы с Джесси смотрели старые фильмы, он их тоже очень любил, а вот Ён Су наоборот, любил фантастику про супергероев, типо Marvell или DC, и из-за этого они постоянно спорили, а потом подкидывали монетку или на камень-ножницы-бумагу. Спрашивать меня было бесполезно, мне было без разницы, что смотреть, а для них была это целая война (на пол часа). Мне всегда было интересно, как настолько разные люди смогли сойтись, или противоположности действительно притягиваются. — Ну так что, Хо, ты согласен? — ..А, да? – я сказал «да»? — Отлично! Я прийду в семь! До встречи! – он развернулся и убежал к входу своего общежития. «На что конкретно я сейчас согласился?» 19:09. В комнате ужасно душно и жарко, ведь все ещё лето. Бесит лето. Осень намного лучше. Я развалился на кровати, как амеба и обмахивал себя самодельным веером из учебника по математике, пытаясь хоть как-то спастись от этого зноя. Но от моего веселого отвлёк стук в дверь, я уже совсем забыл о нем. — А вот и я! – Джисон стоит в дверях, в летних белых шортах, легком свитшоте, панаме и большим пакетом еды. — А я уже и забыл о тебе. Как ты нашёл? Я тебе не говорил номер комнаты. — У коменданта спросил. – разувается и заходит без спросу. «Ну что за наглеж?» — Смотрю, у тебя довольно скучная комната. — Прямо как я, – закрываю дверь и иду к нему, закатывая глаза. О да, это я умел. — Не говори так о себе, если тебя растормошить, ты довольно интересный. — Ну спасибо за комплимент. Так, что смотреть будем? — Я решил пожалеть тебя и не пичкать фильмами двадцатого века, поэтому мы посмотрим «Человека паука». Первого. — Ещё лучше. Начало двухтысячных. — Эй! Первый Спайдер Мэн лучший! 2002 - это классика. — Ладно, любитель классики не буду с тобой спорить, мне принципе без разницы. — Вот и отлично! – запрыгивает на мою смятую постель, подкладывая под себя подушки. «Ну что за человек?» Я решил не язвить, оставив комментарий при себе, поэтому просто поплёлся за ноутбуком, лежащем на подоконнике. Соорудил его на стул перед кроватью и закрыл шторы, чтобы комната погрузилась во мрак, пока он ковырялся с закусками. «С другой стороны, халявная еда всегда хорошо». – думал я, усаживаясь рядом. В фильме заиграли титры, а он примостил свою голову у меня на плече, заедая все это сырными шариками. — Я тебе что, подушка? — Тшшшш. — Ты- — Тихо. Сиди и наслаждайся игрой Тоби. В 2000-ых снять такой фильм было ужасно сложно. — Господи, Джисон. Но мы так и просидели, не знаю сколько часов, но мы посмотрели все 3 части человек паука: 2002, 2004, 2007. Ещё я понял, Джисон действительно просто обожает классику. Ну что за странный тип. Какой нормальный подросток любит классику? — Ты мне отлежал плечо, – потираю затёкшее место. — А ещё ты пропустил комендантский час, уже за час ночи, где будешь спать, умник? — Здесь и буду, – заваливается обратно на мою кровать. — Замечательный план! Просто шикарный! — Ну и я так думаю! А теперь достань мне полотенце и пошли в душ. — Ты не выносим. Душ находился в подвале общежития – общий. Небольшая раздевалка: пару лавочек и вешалок, а дальше душевые, около пяти, разделенные стенками друг от друга. Вообщем, все общее. Какие ещё идиоты пойдут в душ ночью? Хотелось бы, чтобы это был просто риторический вопрос. — Хэй, Джисон, чувак, что ты здесь делаешь? Я думал ты живешь в соседней общаге, – послышался голос Доёна. Черт. «Почему этот идиот поперся в душ со своими дружками именно сейчас?» — Кто это с тобой? Эй, ты что, с нашим членососом водишься? — И тебе привет, Доён, – кидаю в ответ. — А тебе, что надоели твои дружки? Или их члены слишком маленькие для тебя? — Лучше бы тебе заткнуться, Ли, и не раскрывать свой рот слишком много. — Мне да, а вот тебе бы рот почаще и пошире открывать, а тот отсосать плохо получиться. — Гребанный педик! – Доён был крупным парнем, но всегда думал членом, вместо мозгов. В словесном поединке я всегда мог одержать победу. Но только в словесном. Эта груда мышц спокойно могла сломать меня, как щепку. — ЗАТКНИТЕСЬ ОБА! Иди нахуй, Доён, просто иди куда шёл, а мы пойдём дальше. – влез Джисон в нашу словесную перепалку. Схватил меня под локоть и двинул в сторону душевых. — Джисон, ты ещё пожалеешь, что связался с ним! — Отсоси сначала! – разворачивается и показывает средний палец. — Джисон, блять, ты реально пожалеешь! — Ого, не знал, что ты так можешь. – кидаю ему, когда мы уже зашли в раздевалку. — Я и похуже могу, – начинает он раздеваться и складывать одежду на лавочку. — Даже страшно представить. Может продемонстрируешь? – с усмешкой вешаю полотенце на вешалку и только сейчас осознаю всю картину происходящего. Блять. Мы же пришли в душ. Да я сроду в душ ни с кем не ходил. Да ещё и с ним..– — Ли, блять, Минхо, и что ты встал? Я не собираюсь ждать тебя тут вечность. Раздевайся быстрей и пошли. — А, да.. Кажется я потерял дар речи. Чувствую, как у меня горят кончики ушей, невольно задерживая взгляд на полностью голом теле Джисона. Черт- — Что? — Аа, все нормально, иди вперёд, я сейчас.. – в ответ он лишь хмыкает, забирает бутылочки с шампунем и гелем. — Смотри не засни. «Ли Минхо, что с тобой? Или ты вдруг решил стать героем дурацкого фильма?..» // После всех событий и стычек, хотелось поскорее лечь и провалиться в сон. Но оставалась ещё одна проблема, одна большая проблема: Джисон. Нет, это уже гигантская проблема. — Ээ, ну наверное тебе нужна чистая одежда, да..? – мнусь я у шкафа. «Ну что с тобой, Минхо, соберись..-» Оборачиваюсь на него, сидящего на кровати в одном белье и забавно болтающего ногами в воздухе. — Да, дай мне что-нибудь из своей одежды, не спать же мне голым. — Тебя волшебным словам не учили? — Ну, пожалуйста, Хо. — Ащщ, я же просил меня так не называть. На, – кидаю ему большую темно-синюю футболку и шорты. — Ложись уже. В итоге мы кое-как улеглись, моя кровать была не большая, но достаточно просторная (для одного человека), Джисон хоть и казался худым, но все равно занимал значительное место своей тушкой. — Вот кажется, что ты такой худой, а места занимаешь много. Надо было отправить тебя домой. — Ничего, щас нормально будет, – чувствую как он обнимает меня за талию, и прижимает к себе, как мягкую игрушку. — К тому же уже поздно, ты же не отправишь меня в ночь. Спокойной ночи, Минхо. «Ну вот, приплыли, и что теперь делать..-» — Джисон.. — Мм? — ...Зачем ты ко мне привязался? Ты же знаешь, что обо мне говорят. И не ври, что не знаешь, ты сам сейчас все прекрасно видел. – в ответ недолгое молчание. — Думаю это проблема ограниченного мышления людей. Я никогда не понимал, зачем оскорблять кого-то за его выбор, типо «чувак, тебе серьезно нравиться доставать кого-то?» Меня бесило это с детства и сейчас бесит. Я ненавижу стереотипы, которые увековечились в нашем обществе. Поэтому будучи подростком я постоянно пытался их разрушить: проколол уши, красил волосы, носил кучу бижутерии – кольца, цепочки, браслеты, всякие подвески, да и они мне просто нравятся, вот и все! За что бабушка на меня постоянно ругалась. – слегка смеётся. — Типо боролся со стереотипами? — Ага, своеобразно, но боролся, – сильнее сплетает руки вокруг моей талии. Я поймал себя на мысли, что мне нравится, как он это делает. — Я бы очень хотел изменить сердца людей. Поэтому мне не важно кто ты – гей, гетеро или би – ты Минхо, это твоя жизнь и твоё право, а вообще ученые говорят, что все люди в какой-то мере бисексуальны. – слышу его тихий смех сзади. — И ты согласен с этой теорией? — Да, в какой-то степени согласен. Просто знаешь, кто-то больше склонен любить мужчин, кто женщин, кто-то тех и тех поровну. Все мы люди и влюбляемся больше в душу человека, а секс что-то типо дополнительной приятной привелегии. Спать с любимым человеком намного приятнее, чем с кем попало. Но это всего лишь теория и на самом деле все намного сложнее. — ...А сам для себя ты что решил, Джисон, кого ты любишь? — Однажды я поклялся себе, что больше никогда ни в кого не влюблюсь. Говорят, влюбляются без причины, не видя недостатков этого человека. Я узнал это на себе. Я узнал, как человек может измениться ради любви, как он готов на все; как хочется быть с другим все время, оставаться наедине, касаться, трогать, прижиматься, говорить, говорить и говорить обо всем на свете, как хочется прижаться к желанным губам. ...И я, ...я поцеловал, – чувствую как слова даются ему тяжело. — ...Но ничего не почувствовал, и в тот момент все чувства просто испарились, исчезли, канули в лету, как будто бы и не было никогда никакой любви. Одна сплошная пустота.. Наверное я какой-то бракованный. – снова этот короткий смешок, смешанный с отчаянием. — ...Джисон, ты очень сильный. — Нет, Минхо, я слаб, я ужасно слаб. – чувствую, как он утыкается носом мне где-то между лопаток и шмыгает. Я промолчал на это. Ничего не ответил, просто пялился во тьму, пытаясь рассмотреть свой портрет, написанный им. Какой же я болван.