Ars amatoria

Каре стоило привыкнуть к приемам и балам, но она все равно иногда чувствовала себя актером, занявшим чужое место. У нее не было ни изящной ловкости, ни врожденного чувства разговора, присущих Высшим демонам, которые будто бы специально воспитывались, чтобы блистать на таких пышных вечерах — наверняка так и было. Куда роднее Каре была война, битва, совершенно обычная драка в песке и пыли, даже не красивое фехтование, а банальная рубка. Но Ишим вошла в эту среду удивительно легко, впорхнула, одаривая всех ласковыми дружелюбными улыбками. Еще с тех пор, когда Кара неожиданно возвысилась после войны с Раем, Ишим подготавливала почву. Говорила с демонами на балах, завоевывала их дружбу — ее светское подобие, подбирала лучшие платья, чтобы привлекать внимание… И теперь, когда ее милая Ишим оказалась первой леди Ада, Кара с удивлением поняла, что все связи уже давно налажены и крепко сплетены в паутине аристократических альянсов. Как будто Ишим где-то внутри догадывалась, что Кара однажды завоюет трон, и все подготовила. Улыбнувшись своим мыслям, Кара покачала головой. Взяла бокал шампанского — глупое питье, только обжигающее язык, хотя пьянеть на празднике не стоило. Нечего предоставлять этим напыщенным идиотам такое зрелище. Но правда была в том, что Ишим нравилось в дивных залах — танцевать, разговаривать, улыбаться, слушать стонущую адскую музыку и просто наслаждаться светским вечером. На Кару это скорее наводило скуку и желание сбежать в пустыню, но она держалась. Нехорошо, если Сатана сразу же исчезнет с устроенного в честь собственной победы вечера. Хотя бы танцы могли ее развлечь, и она шагнула в них, и пары расступились, как воды перед ветхозаветным пророком — и неумолимо затянули Кару глубже. Игра, представление, мелькание партнеров. Кара поймала на себе несколько хищных взглядов, заметила призывные усмешки демониц, с которыми они схлестывались ненадолго, подгоняемые стремительным бегом музыки. Это уже напоминало поединок, хитрую дуэль. Кто-то быстро задел ее гибким хвостом по бедру, и Кара почувствовала обжигающее прикосновение даже через джинсу. Ухмыльнулась, пытаясь заметить, найти наглую демоницу среди мелькания платьев. Ничего — сгинула. Музыка затихла, пары распались… Она решила найти Ишим, и для этого Каре не нужна была магия. Отыскала дорогу сама, сталкиваясь с демонами, которые пытались увлечь ее топким сложным разговором о политике — ну, или о последних сплетнях, что было таким же запутанным и важным делом. Все, кто не танцевал, стремился развлечься беседой. Каре подумалось, что в следующий раз стоит приказать, чтобы музыканты играли громче; ей было любопытно, что будут делать тогда Высшие. Все мысли, как и обычно, вылетели у нее из головы, когда она нашла Ишим. — Солнце мое, наконец-то, — довольно улыбнулась она, оказавшись рядом. Ловко поймала тонкую руку, обожгла запястье поцелуем, вдохнула цветочный запах духов, с наслаждением наблюдая, как алеют щеки ее смущенной жены. — Ох, ты занята беседой? Демоницы, с которыми Ишим вела скучный светский разговор, затихли, не зная, как вести себя при ней. Кара властно приобняла Ишим за талию, чувствуя под тонким платьем теплую кожу, наклонилась, подарила короткую хищную улыбку, но не коснулась губ поцелуем, а повернулась к демоницам, которые, будто зачарованные, взирали на них. Их светлые, легкие платья явно походили на воздушный наряд Ишим, а косы они пытались уложить вокруг головы — вот только Ишим сегодня пришла с распущенными локонами, похожая на лесную нимфу, не хватало только босых ног. — Очаровательное платье, — похвалила Кара одну из демониц. — И этот пояс… Вам идет серебро, миледи. Она была не так хороша в сладких комплиментах, Ишим всегда принимала ее искренние безыскусные похвалы, но девушке явно польстило само внимание Сатаны, — а ее подруга обожгла ее яростным взглядом. Демоница зарделась, хотела сказать что-то, но Ишим ловко увела Кару в сторону. Начинался новый тур вальса, и Кара поддалась, негромко посмеиваясь. В выражении лица Ишим не было ни намека на злость или ревность — та прекрасно понимала, что Кара делает. — А что ты хочешь сказать о красоте моего платья? — поддела Ишим, отступила на вытянутую руку, крутанулась, взметая полупрозрачные юбки, заманчиво показывая мелькнувшие ноги. — То, что оно прячет все самое лучшее, — улыбнулась Кара. — И что я никогда не подумала бы, что буду завидовать какому-то куску ткани, что он касается тебя вместо меня… Она почувствовала на губах теплое дыхание Ишим, но та в последний момент тоже увильнула, хитро поглядела, скользнула ближе к центру зала, вливаясь в завораживающий танец. Пронзительная нота уколола Кару между лопаток, и она кинулась следом за Ишим, пытаясь догнать ее, но кто из них был охотником, а кто дичью, она не знала. Обманные движения, легкие, скользящие. Едва способная уследить, Кара подлавливала Ишим, перехватывала ее у партнеров, снова и снова встречаясь нос к носу. Ишим запрокинула голову, дивно засмеялась и снова упорхнула прочь, бегала так, пока музыка не оборвалась, оставив Ишим застигнутой в объятиях Кары. Она часто прерывисто дышала, глаза поблескивали, и какое-то время Кара не могла сдвинуться с места, любуясь немного растрепанной, но очень живой и настоящей Ишим — и разве могли с ней в этот момент сравниться все безупречные демоницы, что завистливо взирали на них из углов? — Кажется, я попалась в твои лапы, — вздернув подбородок, прошептала Ишим. — Не такое уж я и чудовище, чтобы тебе не нравилось в моих так называемых лапах, — Кара ласково погладила ее по спине, выводила пальцами странные переплетающиеся узоры. — Мое любимое чудовище, — промурлыкала довольная Ишим. Если она и оказалась вдруг принцессой, плененной драконом, то собиралась насладиться этой ролью сполна. Кара отвела ее в сторону, поймала им демоницу с подносом, на котором красиво стояли бокалы. Шампанское по-прежнему не пьянило, но Каре хотелось промочить горло после танцев. Она с удовольствием наблюдала, как Ишим пьет, улыбаясь. Недолго они молчали, наслаждаясь музыкой — все же Кара могла найти в завываниях инструментов что-то красивое, трогающее за душу. — А ты не видела Яна с Владом? — озадаченно спросила Ишим, с любопытством оглядываясь по сторонам. Ненадолго отвлеклась от их игры — наверное, в голову ей пришло, что оставленный почти без присмотра Войцек может натворить что-нибудь скандальное. Кара ухмыльнулась, наклоняясь к ее уху: — Если ты не видишь Влада танцующим, то, скорее всего, они зажимаются где-то подальше от посторонних глаз. Не самый плохой способ провести этот вечер, я так думаю. Она почувствовала, как хвост Ишим вздрогнул, пока Кара проникновенно нашептывала. Ей всегда нравилось выводить Ишим, наслаждаясь тем, как она смущается и краснеет; прежде она слабо возмущалась и глядела на Кару как-то обиженно, но теперь привыкла и старалась не выдавать волнение. Притворялась величественной светской леди. Однако сегодня у Ишим было похожее настроение — может, не только Каре прием показался мучительно скучным. — Ты бы не стала уходить от посторонних, не так ли? — сладко спросила Ишим. — Я командор Черной Гвардии, — самодовольно заявила Кара, скалясь в широкой хищной усмешке. — И, кроме того, Сатана, о чем мне не дают забыть! И я могу приставать к своей жене, когда и как пожелаю… И все же Кара знала, что все это не слишком серьезно. Не было тех глубоких честных взглядов, которые она любила, трепетных прикосновений — даже спустя столько лет они словно каждый раз прикасались к чему-то священному. Хотя, разумеется, все святое Кара предпочитала безжалостно разрушать… Но в торжественном доме Высшей (Кара помнила, что прием устроила маркиза Лийе) было совсем другое: хитрые взгляды, искристые подначивающие улыбки, а на фоне — привычный смешанный шум бала, музыка, разговоры и смех. Что-то несерьезное. Помогающее отвлечься. Каре не нравилось думать, что в чем-то они ведут себя как все те Высшие, что их окружали. Хотя теперь она правила ими, презрение из нее так и не исчезло; она с большим удовольствием вешала Высших на нижних кругах, чем пожимала им руки — понимала, что этим демонам всего лишь больше повезло, а на деле они такие же жадные и продажные. Наверное, это было плохо — как для правителя. Но Кара не собиралась себя ломать. Даже если теперь она не орала о своем непринятии вслух, у себя в мыслях она собиралась оставаться честной. Здесь тоже сплошь были игры, меняющиеся партии, притворная дружба и поверхностная любовь. Но Кара все же чувствовала, что они с Ишим отличаются. Хотя иногда она была не прочь поиграть, у нее было что-то настоящее. Она покачала головой, нехотя кивнула какой-то демонице, которая подошла, робея, пригласить ее на танец. Девушка в наивности своей совсем не различила, как Кара покосилась на Ишим, а та незаметно двинула свободной ладонью, которой не держала бокал. Никто не знал гвардейских условных знаков, поэтому демоница не заметила подвоха, даже взглянула на Ишим с тщательно скрываемым превосходством: увела жену прямо из-под носа! Каре уже не так хотелось дразнить аристократок — когда она делала это не на глазах у Ишим. Так что этот танец ей показался тяжелее, как повинность, но все же Кара докружила восхищенную, опьяненную демоницу. Поцеловала запястье напоследок, едва коснувшись губами дрогнувшей руки, и быстро распрощалась, двинулась обратно к Ишим, увиливая от других, жаждущих внимания. Кара, по крайней мере, радовалась, что демоны не пытались пригласить ее на танец — хотя она бы не отказалась покружиться с кем-то из хороших друзей Гвардии. Но даже Вельзевул сегодня был занят и не явился… — Иногда, когда я танцую, мне кажется, что все время нужно быть настороже, — поделилась Кара. — Вдруг воткнут что-нибудь в бок… Наверное, я схожу с ума. — Нет, вовсе нет. Но если я буду танцевать с тобой, ты же будешь думать не об этом? — Когда у меня моя любимая женщина в объятиях, предпочитаю ни на что не отвлекаться, — парировала Кара. Хотя возможно, как-то так ее и убьют — увлеченную и потерявшую бдительность. Мало кто из Высших достойно уходил в бою. Ишим давно забыла о шампанском, нашла где-то гроздь винограда на аккуратной фарфоровой тарелочке и изящно отщипывала ягоды. Кара даже невольно залюбовалась, мечтательно наблюдая за ее движениями. Она почти почувствовала привкус виноградного сока, когда Ишим раскусила виноград. — Хочешь угоститься? — улыбнулась Ишим. И совершенно точно не протянула Каре тарелочку, а только улыбнулась. Сладкими, невыразимо сладкими губами — Кара невольно шагнула ближе, как-то мимолетно думая, что уже проиграла, поддавшись. Сразу же капитулировала. Ишим была не из тех, кто надменно торжествует над побежденными, поэтому она чуть наклонила голову, чтобы Каре удобнее было припасть к ее губам — беззастенчиво, самозабвенно. И, хотя она сдавалась, все равно чувствовала себя получившей желанное сокровище. Маркиза Лийе оказалась рядом, неслышная, как тень, но Кара почувствовала чужое приближение, чутко обернулась — хотя отрываться от Ишим было невыносимо. Ишим, которую она обнимала, обиженно засопела. Она могла насмешливо наблюдать, как демоницы пытаются завладеть вниманием Кары, но ненавидела, когда что-то отвлекало их друг от друга. Все же часто случалось, когда нечто важное требовало внимание командора Гвардии, и времени у них было отнюдь не так много. — Как вам нравится прием, командор? — вежливая, ничем не смущенная, расспрашивала Лийе. Кисточка на ее хвосте гордо распушилась. Ишим, потупившись, смотрела в пол, на блестящий светлый мрамор, отражающий их тени. Такое пристальное внимание сильно сбивало ее, кончики ушей трогательно алели, и Кара не смогла сдержать голодную улыбку. Поистине — зрелище, которым можно любоваться. — Просто очаровательно, — промурлыкала она, делая вид, будто отвечает на вопрос Лийе. Та стала выглядеть только еще более гордой, приосанилась. На какой-то миг Каре любопытно стало, как бы Лийе изменилась в лице, скажи она что-то не то, но обижать хозяйку не хотелось. Напротив, Кара увлекла ее в долгий разговор. Рукой она нашарила хвостик Ишим, цапнула за чувствительное место над кисточкой, погладила… Игралась легкомысленно, а сама позволяла воодушевленной маркизе говорить и говорить, бесконечно рассыпая бессмысленные слова. Кара умело делала заинтересованное лицо — научилась уже после всех встреч с Высшими. Иногда поддакивала. Лийе не обращала внимания ни на что. Но Кара смотрела на Ишим, на то, как та пыталась снова приняться за виноград, но как раз Кара ловко сжала пальцы, чтобы приятная волна прокатилась по хвосту, и Ишим тихо-тихо зашипела. Аккуратные коготки порвали тонкую кожицу ягоды, и Ишим сердито поглядела на испачканные в соке пальцы. Неловко передала тарелку проходящей служанке, выпросила у нее салфетку… — Замечательно, — вставила Кара, ласково кивая объясняющей что-то Лийе, — надеюсь, что мы с вами еще обязательно встретимся на подобном вечере… Но хозяйку быстро отвлек какой-то гость, и Кара милостиво позволила ей уйти, хотя Лийе явно готова была пренебречь графом ради общества самих Сатаны и первой леди… Эта самая первая леди осторожно выдернула свой хвост, когда хватка Кары ослабла, и возмущенно поглядела. — Кара, это неприлично! — шикнула она. Будь они наедине, хвост уже хлестнул бы Кару, но сейчас Ишим могла только гневно хмуриться. Кара ехидно улыбалась, понимая, что сердитость ее скорее показная. — Ты же знаешь, мне не так важно, что эти демоны обо мне подумают, — подсказала Кара. — Но я!.. — Ишим нахмурилась. — Я должна завоевать их уважение! — Они все завидуют тебе черной завистью, солнце мое, — напомнила Кара то, что Ишим и так прекрасно знала. Чувствовала те взгляды, которые кидали на них, пока они, шутя, кружились в центре зала, увиливая и развлекаясь в свое удовольствие. Даже так они резали взгляд многим Высшим. А если бы они увидели не эти игры, а нечто настоящее, Кара думала, они бы застрелились от ужаса. — Ты имеешь счастье владеть сердцем самой могущественной твари в этом Аду, — торжествующе продолжила Кара, — и они прекрасно знают, что это значит. Слишком давно у Сатаны не было женщины, которая обладает такой властью, и теперь они даже боятся. Укажи на кого угодно, я принесу тебе его или ее голову. — Ох, это все очень славно, Кара, но лучше принеси мне сока, — попросила Ишим, нежно коснувшись ее руки. — Яблочный, пожалуйста. Спасибо, дорогая. И Кара покорно отправилась на поиски.

***

Вечер заканчивался, и гости начинали расходиться. По уже знакомым правилам, ставшим почти ритуалом, Кара помнила, что Сатане не стоит срываться в числе первых, чтобы не оскорбить хозяев дома. Поэтому она нашла повод все же отыскать своих братьев и поговорить с ними, коротая время — гораздо лучше, чем просто мрачно ходить из угла в угол, поглядывая на часы, потому что делать тут было уже откровенно нечего. Влад, с которым она столкнулась у балюстрады, выглядел слишком довольным, сверкая счастливой усмешкой, такой яркой и яростной для мертвеца, и Кара подозревала, что не сильно ее неприличное предположение отличалось от реальности… По непроницаемому лицу Яна сложно было о чем-то догадаться. — Проедетесь с нами до Дворца? — спросил вежливый Ян. Он нахмурился, видно, пытаясь вспомнить, найдется ли у них для Кары с Ишим лошадь, но Лийе наверняка с гордостью отдала бы им лучшего скакуна из своих конюшен. И вообще всех коней. — Не волнуйся, мне полезно размяться, — успокоила Кара. Возможно, ее заботливый братец опасался, как бы она не рухнула где-то с ослабшими крыльями, измотанная долгим вечером. Мысль, не лишенная смысла, но почему-то Кара ощущала небывалую бодрость и веселость. — Хорошего вам вечера, — пожелала Кара с легким сердцем, — постарайтесь никого не убить до завтрашнего утра, я собираюсь отдыхать. — Волнуешься за нас? — нагло ухмыльнулся Влад. — Не хочу пропускать все веселье! А то знаю я вас… Она по очереди притянула к себе обоих, хотела бы встрепать волосы по-семейному, как привыкла, но с сожалением поняла, что на них направлено слишком много любопытных взглядов. А ведь перед ней капитаны Роты Смерти — нужно поддерживать имидж. И все же в их объятиях Каре, как и всегда, было хорошо, она негромко замурлыкала, наслаждаясь этим теплом. Ишим ждала ее возле балкона, разговаривая с каким-то щеголеватым демоном, который, завидев Кару, испарился столь поспешно, что та даже задумалась, не замешана ли тут магия. Благодарно кивнула Ишим — похоже, общество этого типа ее не слишком-то радовало, надоедало привычным для Высших бахвальством. Кара вполне посчитала бы себя рыцарем, спасшим от такого неловкого положения прекрасную даму, если бы они уже не определились, что ей больше подходит драконья роль. Кара выступила на балкон, с наслаждением расправила крылья, позволила ветру перебирать черные перья. Сложенные слишком долго, крылья сладко ныли в предвкушении стремительного полета. Ишим подошла к ней со спокойной довольной улыбкой, и Кара подумала, что та стоила всего. И уж тем более — вечера, проведенного на скучном приеме. Она помахала крыльями, поднимая слабый ветер, и Ишим отступила на шажок, чтобы длинные маховые перья не задели ее по носу. Рассмеялась — совсем другим смехом, мягким и родным. Кара ловко подхватила ее на руки, когда Ишим оказалась рядом. Подняла взгляд на темное бархатное небо… — Спасибо за вечер, любовь моя, — улыбнувшись, шепнула Кара. А потом мощным рывком взвилась в небо.