Я тебя никогда никому не отдам!

В этот вечер снова ждет тебя другой. Это он украл любовь у нас с тобой. Не ходи к нему на встречу, не ходи. У него гранитный камушек в груди. Не ходи к нему на встречу, не ходи. У него гранитный камушек в груди. Пусть он ходит за тобою по пятам. Ты не верь его обманчивым словам. Он слова тебе красиво говорит. Только каменное сердце не болит. Он слова тебе красиво говорит. Только каменное сердце не болит. Ты останешься одна среди берез. Ты прольешь еще немало горьких слез. Он тебя не пожалеет, не простит. Твое сердце разобьется о гранит. Он тебя не пожалеет, не простит. Твое сердце разобьется о гранит. Твое счастье разлетится на куски. Ты с ума сойдешь от горя и тоски. Не ходи к нему на встречу, не ходи. У него гранитный камушек в груди. Не ходи к нему на встречу, не ходи. У него гранитный камушек в груди.

"Гранитный камушек", группа "Божья коровка"*

      В дверь робко позвонили. Шрам рядом пошевелился и забормотал что-то во сне. Не просыпаясь, перевернулся на другой бок. Ленка бросила взгляд на будильник. Часы показывали всего семь утра двадцать две минуты. Вылезать из тёплой постели в такую рань совершенно не хотелось, но пришлось.       «Кого это там принесло так рано в субботу? Кому-то не спится», - подумала она.       Ленка поднялась, села на постели. Накинула на себя короткий полупрозрачный халатик прямо на голое тело. Она давно перестала стесняться. Можно было, конечно, надеть на себя нижнее бельё, но это требовало времени, а нетерпеливый утренний посетитель мог снова зазвонить и разбудить Шрама.       Как была, в лёгком коротком халатике и босиком, Ленка на цыпочках вышла в прихожую, также на цыпочках пробежала к двери, и даже не заглянув в «глазок» двери, чтобы узнать, кто пришёл, за что получила бы нагоняй от Шрама, узнай он о проявленной ею сейчас беспечности, распахнула двери.       На пороге стоял Костя и улыбался ей.       - Привет, Лена! Это я, – сказал он.       При виде его Ленка застыла в каком-то оцепенении. Но оцепенение её длилось секунд десять. Она опомнилась, нервно оглянулась в сторону своей комнаты, где на её кровати сейчас спал Шрам, вышла на лестничную площадку к Косте и тихо прикрыла за собой дверь.       - Наконец-то! Я скучал, Ленчик! - Костя потянулся к ней, чтобы обнять её – мягкую, сонную, тёплую. Она резко отстранилась. Он уже сделал было шаг по направлению к квартире, но она загородила ему дорогу.       - Нет, – сказала она просто. Сказала только одно слово.       Костя остановился в изумлении, опустил большие руки.       - Ты чего, Лен? – спросил он в растерянности. – Ты не рада меня видеть?       - Ты извини, Костя, - сказала она шёпотом. – Но я сейчас не могу тебя впустить к себе.       - Почему? – он всё никак не мог прийти в себя. – У вас гости?       - Да, гости, - произнесла она слишком торопливо. – Послушай, Костя, ты лучше больше не приходи ко мне. Не надо.       Костя отступил, глядя на неё во все глаза. Он даже ничего не сумел сказать в ответ. Просто стоял и смотрел так, как будто видел её впервые. Только сейчас взор его упал на её слегка округлившийся живот - на данном факте он в утреннем полумраке сначала не заострил своё внимание. Но теперь заметил. Видимо, взгляд его был очень красноречив в эту минуту. Ленка опустила глаза, кровь прилила к её щекам.       - Ты мне изменила? – очень тихо спросил он, даже не спросил, а уточнил для себя, словно не мог поверить во всё происходящее.       - Так получилось. Но я и не обещала хранить тебе верность, - сказала она.       - Ну, и кто он? – спросил Костя. – Да… ладно… можешь не отвечать… уже не важно! – Он махнул рукой, повернулся и, больше не сказав ей ни слова, сбежал по лестнице вниз.       - Костя! – Ленка наклонилась в лестничный пролёт. Она не крикнула, боясь разбудить Шрама, она просто позвала. – Костя, слышишь, Костя… прости меня, если сможешь!       Костя не остановился, даже не поднял головы. Она постояла, зябко поёжившись и передёрнув плечами. Она знала, что он готов был на ней жениться. Она знала, что это был бы чуть ли не единственный шанс вернуться в нормальную жизнь. Но она знала также, что Шрам этого не допустит, хотя сам на ней никогда не женится. Она вовсе не обманывалась на этот счёт.       Она вернулась в квартиру и закрыла за собой дверь.       Костя пулей вылетел из подъезда. Растерянно остановился, с трудом соображая, куда теперь идти.       - Костян, - позвал его из беседки Сёмка. – Иди сюда.       … - Как так-то? – Костя сидел рядом с Сёмкой. Они оба курили.       - Да она давно уже спуталась… - Сёмка сплюнул. – Плюнь ты на эту шлюху. Видишь, вон ту «тачку»? – он кивнул в сторону иномарки, стоящей у Ленкиного подъезда. – За ней приезжает. Увозит её. Да он и сейчас у неё. Говорят, с дискача её насильно увезли прошлым летом. Болталась по дискотекам. Искала, видимо, приключений на свою задницу… ну, и нашла. Не нужна она тебе, Костяныч. Мы тебе другую чиксу подберём. У меня такие девочки на примете есть, закачаешься! А Ленка зачем тебе? Бандитская шлюха. Она и раньше заигрывала со мной, я тебе не говорил только… Она сама намекала мне на постель, - Сёмка сейчас бессовестно врал, но он был сильно обижен на Ленку за её отказ и решил хотя бы так отомстить ей. - Но потом она предпочла бандита при «бабках». Купилась на дорогие «шмотки», золотые цацки, крутую «тачку» - сам же видишь, чё я тебе говорю? Слушай, пошли в кабак, выпьем, раз такое дело. Я смотрю, ты совсем раскис. Почти все бабы – шлюхи… суки… Не стоит из-за них так переживать.       - Она в «залёте», - горько пожаловался Костя, пусто глядя куда-то прямо перед собой. – А я ведь на ней жениться хотел. Вот дурак! Думал, всё серьёзно у нас…       - А она-то хотела за тебя? – резонно спросил Сёмка. – Может, она замуж не хочет. Может, её и так эта развесёлая жизнь устраивает? Шлюха - она и есть шлюха. И человека ты из нее не сделаешь… Живот скоро на нос полезет, но чё-то не видно, чтобы она замуж собиралась. Ладно, кончай раскисать, пошли в кабак! – Сёмка решительно встал со скамейки и потянул за собой Костю.       …В понедельник Ленка вышла из подъезда, села в «тачку», бросив Шалкару:        - Поехали, мне надо в консультацию съездить.       Шалкар машинально перевел взгляд на её живот, ничего не сказал, завёл машину, и они поехали. О её беременности они никогда не упоминали в разговоре. Но тут Шалкар, сосредоточенно ведя машину и не глядя на неё, вдруг спросил:       - Когда тебе рожать?       Ленка промолчала.       Шалкар между тем продолжал:       - Шрам на тебе никогда не женится. Это я тебе точно говорю. Ты должна это знать. Тебе придётся так рожать. А лучше бы сделала аборт. Мысль рожать от него – не очень удачная мысль. Даже плохая идея. Есть большой риск одной с ребёнком остаться.       - Замолчи, Шалкар, - вяло отозвалась Ленка. – Тебе не кажется, что это не твоё дело вообще?       - Может, это и не моё дело, конечно, - согласился он, - но предупредить я тебя ведь должен, чтобы ты не питала напрасных иллюзий.       - Когда ты сам увёз меня в этой тачке к нему прошлым летом с дискотеки, тебя почему-то это мало волновало. Ты не знаешь, откуда дети берутся? – едко спросила она.       - Тогда я не мог поступить иначе. Да и не знал я сначала, что это именно тебя они хотели увезти. Я же не был на дискотеке. Потом смотрю… это ты, оказывается…       - Ну, и всё… Сейчас поздно об этом говорить! – резко отрезала она. – Чё это меняет-то? Весь этот наш «базар» ничего не меняет. Всё уже случилось. В ту ночь он пригрозил, что если не отдамся ему сама, это всё равно будет, только на глазах его «шестёрок». Да… ещё Андрюху они хотели притащить, чтобы он тоже видел всё… Мне чё надо было делать, по-твоему? Он сказал: «Выбирай – или так, или так». Я уступила. Потом привыкла. Всё равно ничего изменить не могу, так хоть поимею с этого всё, чё можно… Позавчера из армии вернулся мой парень. Жениться на мне хотел. Ты знаешь, Шалкар, мне пришлось его прогнать. Целее будет. Вот чё он обо мне сейчас думает, как ты считаешь? Молчишь?.. Ну, молчи! Всё равно сказать нечего... Ты так и знай: я не жалею ни о чём!.. Остановись здесь… приехали! Жди меня.       Ленка сидела возле дверей гинекологического кабинета в ожидании. Она ходила на приём к самой заведующей. У Шрама везде были связи. Сейчас заведующая ушла на оперативку, попросив её немного подождать. Она сидела, молча, рассматривая посетительниц женской консультации. Тут дверь в коридор женской консультации отворилась и неожиданно вошла Ольга. Она присела напротив Ленки на скамью – единственное свободное место. И они оказались настолько близко друг к другу, насколько это было вообще возможно. Так близко Ольгу Ленка не видела с тех самых пор, как между ними произошёл разрыв из-за Андрея. Она сидела и молча и высокомерно рассматривала Ольгу чуть ли не в упор, как чужого человека. Она видела, что Ольга потеряла свою красоту, располнела после родов, была без макияжа. Это была просто рыжая, усталая молодая женщина, потерявшая свою былую яркость и живость. Ольга тоже не без интереса смотрела на неё. Потом вдруг наклонилась к ней и спросила, как ни в чём не бывало:       - Лен, ты чё, беременна?       Ленка возмутилась, почувствовала, как в ней закипает ярость. Оказывается, она за столько времени ничего не забыла.       - Пошла ты!.. – рявкнула она на Ольгу, так что на них оглянулись несколько женщин и девушек. – Я тебя не знаю и знать не хочу!       Ольга не смутилась и не испугалась.       - Ты меня ненавидишь, - сказала она, - за то, что Андрей женился на мне. А знаешь, как это получилось?       - Мне неинтересно. – Ленка пронизывала её взглядом, полным презрения.       - Почему-то думаю, что интересно, - невозмутимо продолжала Ольга. – А то чего ж ты не спросишь меня? Давно надо было бы спросить… Он тогда пришёл ко мне на следующий день после вашей с ним ночи. Сидел у меня часа три, изливал мне душу, рассказал про ребёнка, которого ты тогда носила. Про Ильина… ты с ним жила тогда… Мы выпили. Я его утешала, говорила, что всё это не так страшно, как ему кажется, и что можно сделать аборт, в конце концов… А потом… потом… мы оказались в одной постели. Я плохо помню. Кажется, я тогда перепила… Утром я проснулась, смотрю: он рядом спит. Я его лупила чем попало, зонтом лупила, верёвкой, честное слово, не вру!       - Классно ты его утешила! – язвительно проговорила Ленка, с трудом сдерживаясь.       - Он мне целяк заломал, если по чесноку. У меня до него никого не было в этом смысле. Я ни с кем не спала до него даже.       - А с ним ты переспала! Вот молодец! И, главное, нашла с кем! Ты же знала, что я его любила! Ты знала, что у нас с ним уже было… И подложила мне такую свинью! Лучшая подруга, называется… Сволочи вы оба и предатели – вот вы кто!       - Ну, вот так. В жизни и так бывает. Не в сказке ведь живём. Потом он таскался за мной, просил прощения…       - Потом предложил тебе съездить на море, - с сарказмом подсказала Ленка. – И ты согласилась.       - Ну, да. А чё мне оставалось ещё делать, если я оказалась в «залёте»? Ты жила с Ильиным. Точнее, я думала, что ты с ним жила.       - Я в больнице долго была, я потеряла ребёнка после той ночи, - глухо произнесла Ленка. - Ильин уехал куда-то на заработки. Мы расстались, наконец-то... Отвязался от меня...       - Ты знаешь, у меня тоже случился выкидыш после юга. Но мы уже с ним были вместе. И я не беременела до ноября прошлого года. В ноябре я забеременела, в декабре мы поженились.       - Не хочу об этом слышать!       - Ну, Лен, ты же уже начала встречаться с этим «криминальным авторитетом». Ребята болтали во дворе, будто он тебя насильно увёз с дискотеки. Это правда? Я до сих пор в это не верю как-то.       «Андрюха ей ничего не рассказал», - мелькнуло в голове у Ленки.       - Всё это уже в прошлом, - сказала она. – Но предательство я не прощаю.       - Я знаю, что мы больше никогда не будем подругами, я не такая наивная. Но ты хотя бы прости меня, а? Прости нас с Андреем, если можешь. Знаешь, тяжело с этим жить.       - Мне всё равно, - повторила Ленка.       - Я смотрю, у тебя тоже ребёнок будет. Тебе надо простить нас. И не держать зла. Ты знаешь, я рада, что у тебя будет ребёнок. Это такое счастье, на самом деле!       Ленка хотела что-то ей ответить, но тут к своему кабинету вернулась с оперативки заведующая и вызвала Ленку:       - Проходите, девушка… Раздевайтесь пока…       Ленка, так ничего не ответив Ольге, встала и вошла в кабинет.       Когда она, спустя двадцать минут, вышла оттуда, Ольги уже не было. Ольга зашла в другой кабинет.