Туманные ночи октября

— …а потом он пробил Мариной стену, — рассмеялся Виктор, рассказывая об обоих собеседованиях Андрею. — Мариной? — неверяще переспросил тот. — Вот и наш герой, — Виктор обернулся в сторону вошедшего в домик Ильи. — Ну ты даёшь! — усмехнулся ему Андрей. Илья слегка смутился, но промолчал, подходя к кровати, чтобы поваляться — всё это собеседование было слишком утомительно. На тумбочке рядом с кроватью лежала стопка книг. — Это что? — поинтересовался он. — Учебники, — всё с той же усмешкой пояснил Андрей. — Вы оба в выпускном классе, так что будем навёрстывать программу. Ты какие экзамены сдаёшь? — Не знаю, — пожал плечами Илья. Отец заставлял его поступать в архитектурно-строительный, поэтому подыскивал лучших репетиторов по алгебре и геометрии, но сейчас он даже не представлял, куда пойдёт учиться дальше — выбор был слишком огромным. Вообще, пока он рассчитывал, что останется в гимназии до одиннадцатого класса. — Тогда займёмся основными: алгебра, геометрия, физика, русский, литература и обществознание. Илья недовольно поморщился — он приехал в лагерь, чтобы отдыхать, а не чтобы учиться, но высказать этого не успел. — Андрей, можешь оставить нас на пару минут? — от двери улыбнулся Роман Максимович. Даже не дожидаясь, пока тот выйдет, Роман подошёл к Виктору и взлохматил тому волосы, приобнимая за плечо: — А ты в этот раз молодец. — Я же говорил, — усмехнулся Виктор. — Я умею держать себя в руках. Тем более, пообещал Илье, что попаду в гимназию. Роман присел на пустующую кровать, закинул руку на спинку и ещё раз улыбнулся: — С чего начнём? С плохого или с хорошего? — Давай с плохого, — Виктор недовольно поморщился. — Мне опять урезали премию, ты слышал, — кивнул его отец. — Мама будет недовольна. — Она всегда недовольна, — тяжело вздохнул Виктор. — Придумай что-нибудь, чтобы её успокоить, иначе мне точно влетит по возвращении. Илье вдруг стало любопытно посмотреть на его маму — которую явно побаивался не только сам Виктор, но и его отец. И, одновременно, внутри всколыхнулось какое-то странное чувство — не то сожаление, не то печаль. Сам Илья матери не помнил — кто-то давным давно оговорился, что отец отсудил у неё сына после развода из-за измены. Но чья была измена и куда после этого уехала мать — Илья до сих пор так и не узнал. Некого было спросить — отец отмалчивался, а других свидетелей Илья найти не мог. — Придумаю, — рассмеялся Роман. — Следующее: комиссия. Что ты можешь о них сказать? Виктор задумчиво покачал головой, размышляя. Илья хотел было тихо уйти, чтобы не мешать разговору, но Роман поймал его взглядом и приглашающе похлопал по соседней кровати. — Я не заметил ничего особенного, — наконец не сильно уверенно заключил Виктор. — Разве что Марина как-то изменилась, когда ты её с поста председателя снял. Павел Владимирович точно за нас, а остальным просто плевать. — Вить, не груби, — укоряюще поморщился его отец. — Мама сказала, что с вероятностью в семьдесят с лишним процентов кто-то что-то задумал против нас с тобой. Она пока ещё не может сказать, кто это будет и что случится — будущее не определено. Так что будь поаккуратнее, хорошо? Виктор кивнул. Роман широко улыбнулся: — А теперь — к приятному. Я привёз тебе подарок, торт, салаты, лимонад и всякое такое. На кухне в холодильниках — твои три пакета. — А пиво будет? — смешливо поинтересовался Виктор. — Чтобы Порфирий Петрович заставил меня пробежать марафон за попытку пронести пиво в лагерь? Нет уж, спасибо, я в своё время вдоволь набегался, — расхохотался тот. Он вдруг стал немного серьёзнее: — Услышу, что ты ходил на заправку — получишь и от мамы, и от меня. — Можно уточнить? — поинтересовался Илья. Дождавшись согласия от Романа, он непонимающе спросил: — По поводу комиссии — если вы писали для них отчёты, почему вообще упомянули Виктора? Разве вы не собирались полностью выгородить его? — Отчёты пишу не только я, — Роман вздохнул. — Кроме меня, как ответственного за спецоперацию, отчёт пишет ответственный за место проведения спецоперации — мэр Чернореченска; и проверяющий из управления собственной безопасности — сын Марины, для которого это была первая проверка после назначения на должность, — он вдруг рассмеялся: — В случае расхождения отчётов того, чей отчёт не совпадает с остальными, проверяют на детекторе лжи. Поэтому Марина так злится — её сын облажался при первой же проверке, когда хотел подставить меня и Витю. А она — та ещё змея злопамятная, так что тоже будь поаккуратнее: она наверняка при первом же удобном случае попытается отомстить за то, что ты выставил её в неприглядном свете. — Я правда не специально, — поджал губы Илья. — Да я верю, — фыркнул Роман. — Будь твоим куратором любой маг, кроме меня, она бы спустила это на тормозах и списала на неопытность, но, — он пожал плечами, — так уж получилось, что мы враждуем. Он коротко взглянул на Виктора. И тот заметил этот взгляд, закатив глаза: — Я дважды избил её сына в гимназии. — Трижды. — На соревнованиях — не считается, — возмущённо заявил Виктор. — Ты не дал ему получить мастера спорта, — усмехнулся Роман. — Ясное дело, Марина обиделась. Да и он тоже. Честно говоря, я бы тоже обиделся на его месте — на глазах половины лагеря проиграть спарринг мальчишке на три года младше и всего лишь с третьим разрядом. — Кстати, — Виктор стал намного серьёзнее, — можешь мне потом скинуть что-нибудь о Творцах? Я думаю, что Илья даже не высший, а именно Творец. Он видит магию, и браслеты ему совершенно не мешают пользоваться ей. — Правда? — Роман удивлённо посмотрел на Илью. — Вижу, — согласился он. — И могу повторить, наверное, любое заклятье, которое когда-либо видел. Даже с браслетами. — Интересно… Разрешишь проверить? — Роман вдруг усмехнулся: — И в обмен на что? — Конечно, проверяйте — спокойно пожал плечами Илья. — Просто так. — Можешь ли ты… — тот задумчиво прикусил нижнюю губу, раздумывая, что бы предложить в качестве проверки. — Могу снять с себя все браслеты, — слегка улыбнулся Илья. — Я видел, как это сделал Павел Владимирович, так что, наверное, смогу повторить. Он прикрыл глаза, разглядывая магию вокруг себя и нашёл взглядом тонкие нити, проходящие сквозь руку. Движение мысли — и нити удлинились, позволяя стянуть браслет с руки. — Думаю, мне этого хватит, — удивлённо протянул Роман, разглядывая браслет. — Даже я не смог бы его снять. Сейчас-то не знаю, но вот тридцать лет назад, когда мне было шестнадцать, точно не смог бы. Я пытался, — с усмешкой кивнул он, отвечая на вопросительный взгляд Виктора. Он ещё раз задумчиво посмотрел на Илью и тяжело вздохнул, поднимаясь с кровати: — Мне уже пора ехать обратно. Давайте осторожнее здесь, хорошо? — Хорошо, — с явной иронией фыркнул Виктор. Роман обнял сына, а потом подозвал к себе и смущённого Илью, на прощание приобнимая их обоих. Илья почувствовал себя как-то странно. Особенно, когда вспомнил, что его никогда не обнимали так по-семейному тепло. Отец вообще к нему почти не прикасался, личный водитель позволял себе иногда дружески хлопнуть по плечу или взлохматить волосы, но вот объятий Илья припомнить не мог. — Ты чего так глупо улыбаешься? — рассмеялся Виктор, проводив отца взглядом. — Ничего, — Илья недовольно поджал губы, не желая рассказывать про семью, но почти сразу уточнил, подходя к кровати, чтобы всё-таки поваляться на ней и отдохнуть: — А дальше что будем делать? Что там по расписанию? — А что бы ты хотел? — Андрей неслышно возник на пороге комнаты. — Первый спортивный отряд едет на экскурсию по музеям, пятый — идёт в поход к озеру с ночёвкой. Илья взглянул на него, но тот действительно предлагал выбрать между музеями и озером. Собственно, тут и выбирать было нечего: — Тогда идём в поход, — улыбнулся он. Андрей внимательно посмотрел на Виктора. Тот сделал самый незаинтересованный вид, который только смог. Илья ещё успел заметить тяжёлый вздох Андрея, но он почти сразу покинул домик. — Он боится, что я сбегу на заправку за пивом, — рассмеялся Виктор. — И правильно боится. Берег озера — это не лагерь, туда приносить пиво можно. — А нужно ли? — уточнил Илья. После всех этих собеседований и комиссии лично он собирался больше не нарушать никаких правил. — У меня день рождения послезавтра, — Виктор усмехнулся и присел возле тумбочки, выкладывая оттуда нужную в походе мелочёвку. — А я давно не в первом классе, чтобы отмечать его соком и тортиком. Илья скептически взглянул на ультрафиолетовый фонарик, три упаковки бинтов и несколько бутылочек с перекисью водорода. — Я всегда ношу их с собой, — пояснил тот, рассовывая по карманам потёртого рюкзака мел, гелевые ручки и влажные салфетки. — Никогда не знаешь, что может пригодиться. Тем более, там рядом находятся развалины древнего замка… — И?.. — с любопытством уточнил Илья, когда Виктор загадочно замолк. — Я там ни разу не был, — легкомысленно пожал плечами тот. — Днём за отрядом следят воспитатели, а на ночь — огораживают лагерь защитой, чтобы никто не потерялся. Но ты, я думаю, сможешь провести нас через эту защиту. — Давай просто отдохнём? Без всяких приключений? Виктор отвлёкся от рюкзака, окинул Илью долгим взглядом и наконец улыбнулся: — Тебе уже рассказали про мой якобы подростковый кризис, да? И сделал это, — он чуть прищурился, словно бы что-то пытался прочитать по лицу, — Павел Владимирович. — И он, и Порфирий Петрович, — кивнул Илья. Виктор легко расхохотался: — Слушай, я похож на неадекватного подростка? Я же сам эту версию и придумал года три назад, чтобы меня не доставали нравоучениями. Вот только теперь она работает уже против меня — взрослые просто не воспринимают меня всерьёз. А их снисходительное отношение невозможно бесит. Вот я и пытаюсь доказать, что давно вырос и могу говорить с ними на равных. Даже попросил отца сходить вместе со мной к психологам, чтобы доказать это. Трое из них признали меня абсолютно нормальным — официальными справками, с печатями и подписями. У четвёртого, жаль, бланки как раз закончились, но он сказал то же самое на словах — нет у меня никакого кризиса. Надо было на диктофон его записать, да вот что-то не догадался. *** Илья шёл почти налегке. Остальные несли палатки, спальные мешки, раскладные столы, котелки, тарелки, ложки, кружки и прочую утварь. Ему же достался только неизменный рюкзак Виктора, который тот протянул с явным сожалением. Виктору вручили одну из палаток, так что рюкзак он нести уже не мог, но и оставить в лагере не захотел. По пути Илья раздумывал над его словами — версия Виктора тоже выглядела достаточно логичной. Илья и сам знал, насколько сложно доказать взрослым свою правоту, особенно когда те даже и не собираются задумываться над любыми аргументами, а лишь отделываются чем-то вроде «вырастешь — поймёшь». Но обе версии — Виктора и Павла Владимировича — противоречили друг другу, а значит, кто-то из них заблуждался. И Илья даже не знал, кому верить в этой ситуации — сам он знал Виктора слишком мало, чтобы что-то уверенно утверждать. — Где Виктор? — Андрей оторвал его от раздумий. Впрочем, не успел Илья оглянуться по сторонам, как тот вздохнул: — Сбежал всё-таки, зараза. — Куда? — нахмурился Илья. — За пивом на заправку, — поморщился Андрей. — Тут неподалёку, километрах в трёх в сторону города, есть круглосуточная автозаправка, а на ней — магазинчик. Вот туда он наверняка и ушёл. И ещё троих человек из отряда не хватает. — Ты его давно знаешь? — не очень уверенно поинтересовался Илья. — Вот уже… — Андрей призадумался. — Четыре года, с его тринадцати, когда у него магия открылась. Тогда он был мелким раздолбаем, зато теперь — раздолбай великовозрастный. Мог бы хоть предупредить, что немного отстанет, — вздохнул он. — Только пусть попробует вернуться с пивом — заставлю отжиматься всю ночь напролёт. — Мне даже в кусты отойти без контроля нельзя? — рассмеялся Виктор, неожиданно появляясь откуда-то сзади. Андрей окинул его внимательным взглядом. Виктор развёл руки в стороны, показывая, что у него нет с собой ничего кроме палатки. — Где пиво? — с явным подозрением в голосе уточнил Андрей. — В магазине, — фыркнул Виктор, поправляя лямки заплечной сумки. — Только не говори, что ты за ним не ходил. — Не поверишь — не ходил, — рассмеялся тот. — Даже не приближался к магазину, отвечаю. Андрей поджал губы, но, казалось, поверил, развернулся и ушёл куда-то назад, оставляя их шагать дальше где-то в середине отряда, растянувшегося едва ли не на сотню метров на грунтовой дороге к озеру. — Формально, я не соврал, — наконец смешливо протянул Виктор. — Это ребята бегали в магазин, я только деньгами скинулся и сумки сторожил, чтобы не таскать их туда-сюда. Тебе я тоже, кстати, взял — вечером посидим, на озеро полюбуемся. Любоваться на озеро можно было уже прямо сейчас. Солнце уже начало клониться к закату, бликами скользя по прозрачной озёрной глади и расцвечивая яркими мазками склонившиеся над нею деревья. Слегка рыжеватый песок обрывался метров через пять от берега, сменяясь зелёным травяным ковром, на котором стояли деревянные столы, лавки, навесы и даже небольшой домик с широкими окнами, отражающими солнечные блики. Илья даже замер на пару секунд, оглядывая всю эту красоту, и потянулся в карман за смартфоном, чтобы сфотографировать на память. — Вечером ещё красивее будет, — улыбнулся Виктор, тем не менее тоже снимая пару фотографий. И он был полностью прав — стоило солнцу коснуться горизонта и закатно покраснеть, как озеро начало переливаться всеми оттенками алого. Несколько костров на берегу только добавляли уюта в эту картину. На этот раз помогать собирать палатку Илье было проще — он примерно помнил, как, что и куда крепится. Эта палатка была немного больше, чем та, которую Виктор брал на фестиваль реконструкторов, но принцип её сборки остался таким же. Зато сейчас они ставили её не вдвоём, а вчетвером, так что получилось всё гораздо быстрее. К закату Илья уже успел искупаться, поиграть и в пляжный волейбол, и в пляжный футбол, и покидать надувной мяч по пояс в воде. И даже распороть ногу, когда неосторожно наступил на ракушку. Какая-то девушка, отправившаяся с ними в качестве врача и ещё одного воспитателя, только вздохнула, но исцелила рану и прилепила на это место лейкопластырь. «На всякий случай», — коротко пояснила она. Виктор нашёл его сидящим на лавке и полусонно разглядывающим последние солнечные лучи на кронах деревьев у озера. — Всё, батарейки полностью разрядились? — как всегда легкомысленно рассмеялся он, устраиваясь рядом. — Какой-то день слишком уж насыщенный выдался, — чуть усмехнулся Илья. — Медпункт, комиссия, поход… У меня такое чувство, что прошло дня два-три, а не сутки с нашего приезда. — А ты что хотел? — фыркнул Виктор. — Лично меня батя сюда отправил именно для этого — посильнее вымотать, чтобы я поменьше во всякие истории вляпывался. — Ты опять про наказание? — поморщился он, ленясь даже думать о чём-либо. — Пойдём, сейчас у нас ещё неофициальная развлекательная программа будет, — Виктор соскочил с лавки и потянул Илью куда-то в сторону ближайшего леса. — Костёр, пиво, шашлык, песни под гитару. А потом пойдём в развалины замка… — Только попробуй, — хмуро заметил подошедший Андрей, протягивая ему серый силиконовый браслет. — Это для контроля. Распоряжение Порфирия Петровича по согласованию с твоим куратором. Выйдешь за пределы лагеря — побежите марафон оба. Так что никаких замков, заправок и магазинов. — Иди ты, — искривил губы Виктор, бросил быстрый взгляд на Илью, недовольно поморщился и всё-таки надел браслет. — На поляну-то хоть можно сходить? — На поляну можно, — кивнул тот. — Но не дальше. «Сработало», — удивлённо приподнял бровь Илья. Он даже не сомневался, что Виктор в конце концов заболтал бы Андрея и как-нибудь избежал контролирующего браслета, а то вовсе — ушёл бы из лагеря вместе с ним. Но не собирался подставлять Илью. А значит, — кризис у него или нет, — но план Порфирия Петровича работал: может и нехотя, но Виктор смирился с контролем. Как он и обещал, в лесу на широкой поляне, обложенный со всех сторон кирпичами, полыхал высокий костёр. Рядом с ним стояла пара мангалов, а вокруг лежали широкие брёвна, на которых можно было сидеть. Илье почти сразу же вручили одноразовую тарелку с ещё горячим шашлыком и пластмассовый стакан с пивом. Он устало плюхнулся на бревно и задумчиво уставился в огонь, медленно потягивая пиво из стакана. И из-за этого не услышал, о чём переговариваются остальные. Лишь когда Виктор с усмешкой пощёлкал пальцами перед лицом, тогда Илья и обратил внимание на вопросительные взгляды. — Наш высший маг ведь сможет защитить семерых? — смешливо уточнил тот. — От чего? — Раньше этот замок был достопримечательностью, туда даже экскурсии водили, но потом забросили из-за опасности обрушения. Там всё на честном слове держится, — рассмеялся Виктор. — Но ты ведь сможешь нас защитить? — Да не хочу я в эти развалины идти, — раздражённо заявил Илья. — Давай не будем нарушать правила? — Я-то всё равно пойду, — фыркнул Виктор. — А ты выбирай: или снимаешь все браслеты и идёшь со мной, или мы с тобой завтра дружно пробежим сорок километров. — Это ты меня сейчас типа шантажируешь? — Илья неверяще его осмотрел, не ожидав такого. — Ну да, — легкомысленно пожал плечами тот. — В прошлый раз, когда я тебя шантажировал, ты познакомился с Верой. В этот раз, я думаю, будет тоже что-то очень интересное. Илья задумчиво прикусил губу, сравнивая оба варианта: сходить в развалины замка или пробежать марафон. Хотя не мог не признать правоту Виктора, вновь доверяясь ему. Он тяжело вздохнул, прикрыл глаза и снял первый из браслетов, оставляя его на бревне у костра.