Весна

      Феникс проснулся раньше будильника, поставленного Эджвортом, чтобы встать и начать расписанный по времени день. Адвокат спокойно и сонно наблюдал за сном любимого и тихо хмыкнул. И не скажешь, что этот человек — профессионал в прокурорском деле, пользующийся известностью даже в других странах. Грозный демон-прокурор.       Нет.       Это его Майлз, которому иногда снятся кошмары. Мужчина просыпается в поту посреди ночи, и Феникс это замечает — садится и обнимает Эджворта за плечи, твердя, что всё хорошо, всё в порядке. Это был лишь дурной сон. Давай я прогоню твои кошмары.       Чмок.       И Майлз улыбается с лёгким прищуром, ложится и устраивается в объятиях Райта. Шёлковая розовая пижама приятно облегает тело, он слышит размеренный стук сердца любимого и ощущает тепло, заставляющее сердце работать быстрее.       Конечно, это гораздо приятнее, чем спать на двуспальной кровати в своём особняке, обнимая подушку. Но так уж случилось, что Майлз на протяжении всей жизни был сосредоточен на учёбе и отношения для него отходили не то что на второй — на третий план.       Феникс поразил его в самое сердце своей добротой и непосредственностью. Его света хватало для того, чтобы разогнать тьму и дать погреть руки перед очередной схваткой с суровостью жизни.       Просыпается Эджворт по будильнику — лохматый и неухоженный, наполовину пребывающий во сне. Феникс замечает это и глупо, влюблённо улыбается.       — Что? — буркнул Майлз, едва разлепив глаза.       — Ничего, — умилился Райт.       Примерно то же самое происходит, когда розовая шёлковая пижама сменяется пушистым махровым халатом и толстым белым полотенцем на голове. Феникс готов попискивать от умиления — Майлз совершенно не тот грозный прокурор, а просто любимый, домашний, словом, — ЧЕЛОВЕК.       Не машина для вынесения приговоров. Человек.       Его любимый человек.       — Что ты опять так смотришь на меня? — хмурится Эджворт.       — Ничего, правда, — сидя на постели, хмыкает Феникс. — Иди ко мне, — и протягивает руки.       Майлз поначалу смотрит на часы, после чего минуту раздумывает и подходит к мужчине.       — Надеюсь, мы не опоздаем, — озабоченно вздохнул он.       Феникс прижался к животу Майлза щекой и обнял его за талию. Поднял голову.       — Не волнуйся, если что, некоторые пункты из твоего расписания сделаю я.       — И побреешься тоже за меня? — отметил Майлз.       — Смотря где, — улыбнулся Райт и тихо засмеялся.       — Не выдумывай, — смутился Эджворт.       Такого Эджворта хотелось обнимать до скончания веков.       Отпустить его, позволить надеть любимый бордовый костюм, натянуть жабо — и снова приняться за работу.