Из глубин снегов

Логово Затмения, Шэдоутаун, Вневременная магическая сеть Заснуть ночью так и не получилось. Всё тело стонало от невыносимой боли. Раны горели изнутри, кровь вскипала, лежать на ушибленной спине было невозможно. Единственный стакан воды был растянут на всю ночь, чтобы хоть как-то облегчить свои мучительные агонии. Не получалось думать ни о чём кроме собственной боли. Секунды тянулись, как минуты, минуты, как часы. Время в этот момент замедлялось и с усмешкой наслаждалось своей полной властью надо мной. До самого утра я ненавидел то, что остался в живых, но боль начала спадать и я всё-таки смог расслабиться. Ранним утром, когда в Шэдоутауне слышно не пение птиц, а гул бушующего ветра, я смог встать с кровати, надеть свои вещи и покинуть комнату. Я, спотыкаясь, долго шёл к общему залу. В начале ступеньки казались непреодолимым препятствием, но я быстро смог приспособиться к своему состоянию и окружающей среде. Тёмный коридор начал казаться не таким уж и тёмным, серый потолок стал более приветливым и притягивающим взгляд. Ноги постепенно начали возвращаться в прежнее состояние. Наоми хорошо постаралась. Я ведь и правда мог бы умереть, если бы не её своевременная помощь. Хотя чему я вообще удивляюсь, она же целитель, да и спасла она мне не только жизнь, но и смогла подсказать дорогу в будущее. Спустя пару минут я смог дойти до общего зала, в котором смог найти лишь Ао, читающего, вероятно, очень захватывающую литературу авторов этого мира, правда, меня это совершенно не интересует. Я пытался обойти Ао стороной и сесть в другом углу, но только я зашёл в зал, как Ао, даже не оборачиваясь в мою сторону, сделал ещё один умелый раздражающий выпад. — Ох, так ты живой. Действительно, слабаки всегда знают как выкарабкаться из безнадежной ситуации, так как сами безнадежны. — А ты не прочь сделать комплимент, насколько я вижу. — Комплимент? Тебе? Вряд-ли ты доживёшь. А он умеет поддержать. — Слушай, мне нужно выйти отсюда. — С хера-ли я должен тебя выпустить? Даже уличные собаки цепляются за жизнь как могут, а ты хочешь побыстрее сдохнуть в переулке? Закрой уже свою пасть и просто дай мне выйти. — Я не могу вечно сидеть тут. Они ведь не смогут найти меня по следам маны, верно? Куча людей в городе точно такие же. Ао встал с дивана, а затем, пошарившись по углам комнаты, кинул мне черную мантию с капюшоном. — Я тебе не мамочка, иди куда хочешь. Если захочешь вернуться обратно, то просто приложи ладонь к печати внизу и ты сможешь найти вход. Удачи не сдохнуть там. — И на том спасибо. Спустя пару секунд Ао открыл портал наружу и, выйдя в него, я оказался в темном городском переулке. Странно, но это не тот переулок, в который мы сворачивали, когда в первый раз встречались с Ао. Тело ещё немного побаливало, поэтому я, не спеша, аккуратно распределяя точку опоры на ноги, отправился на прогулку, длительность которой и сам не мог в точности представить. Переулки в Шэдоутауне были длинными и переплетались, как множество маленьких верёвочек, и составляли вместе огромную городскую сеть. Представляли они собой, правда, неиллюзорное зрелище: горы прогнившей еды, которая была выкинута с кухонь домов богатых семей города. Эта еда подбиралась детьми, отстроившими в переулках свои маленькие хижины, а потом и вовсе силой отбиралась у них взрослыми, также живущими где-то на улице. Своеобразная безвыходная ситуация, детям, родившимся в бедных семьях, так или иначе положено умереть, пока дети богатых людей, которые подчиняются гильдии, могут есть до отвала и кидать огрызки в окно. По-настоящему качественной еды в городе нет, и она начинает быстро сгнивать. Если не подобрал — умер от голода, подобрал — умер от отравления. Похоже, именно этим детям и помогает Затмение, хотя, я пока что ни разу не видел ребёнка в убежище. К черту эти мысли, надо выбираться отсюда. Дети, которые прямо-таки вешаются тебе на шею, чтобы получить свой кусок, горы мусора под ногами, недостаток освещения. Люди безнадёжно пытаются уцепиться за свои никчёмные жизни. Вот если эти дети смогут выжить, найти семьи, зажить новой жизнью, то как долго они будут ей наслаждаться? Дай человеку всё, чего он хочет и он потеряет интерес к жизни. Конечно, сама жизнь и какое-то там приятное душевное состояние — это абсолютно разные вещи, но смысл один и тот же. Я, возможно, совсем не подхожу Затмению. Жизнь людей для меня ничего не значит. Все эти дети для меня не более чем преграда. Да и вступил я в Затмение лишь из-за Наоми. Почему я вообще жертвую чем-то ради Наоми? Какая-то незнакомая девушка смогла привязать меня к себе больше чем семья вся вместе взятая? Когда моему дедушке, у которого я проводил каждые свои каникулы в детстве поставили метостазу, я вообще ничего не почувствовал. Как будто сами нити привязанности изначально были разрезаны, только в детстве я не понимал этого. А вот теперь я оказался в такой заднице. Магия — это круто. Это то, ради чего стоит жить, но долго мне всё равно не прожить, так ведь? У нас сильные маги, но что комар сможет сделать слону? Всё равно всех нас перебьют рано или поздно, все эти дети не выживут, последние люди, похожие на меня вымрут от голода и отравления, а о масштабном геноциде, в котором мы — жертвы, никто и не вспомнит. Откидывая от себя детей, распинывая мусор, я всё-таки смог выйти из переулков на основные улицы. Этот район города называется Городом Бедных. Вполне логичное название, устоявшееся со временем. Переулки, переулки, переулки… Только несколько узких улиц были представлены каменными одноэтажными домами. Улицы витиевато оплетали холм, дома уходили всё выше и выше. Если продолжить подниматься по холму, то можно попасть в Блэксмит — район, в котором проживали семьи обычных рабочих, рыбаков, охотников и людей, представляющих низшие ранги государственных организаций. Улицы неплохо облагорожены, люди перестают попрошайничать. В местных гостиницах владельцы натягивают фальшивую улыбку на лицо. На лицах людей никогда не будет настоящих эмоций, а тут все и вовсе носят маски. В центре района находилось небольшое озеро, которое являлось излюбленным местом для прогулок местного населения. Пройдя прямо через озеро по мосту, и попав на другой его берег, можно было попасть в Блэккраун — богатый район города, доступ в который для меня был закрыт. Множество гильдейских патрульных, широкие улицы, обильное освещение, богатые дома с барельефами и иногда даже с собственными маленькими конюшнями. Вот как высшие гильдейские служащие живут в городе, будто бы даже не замечая происходящего у них под носом ужаса, который не щадит совсем ещё юных детей, отчаянно пытающихся выползти из этого адского круга жизненных трудностей, который никак не хочет выпускать их наружу. На самой окраине Блэккрауна, на отвесной скале расположилась тёмная крепость, в которой расположился штаб гильдии. Именно там, на самом верхнем этаже располагается правительство Шэдоутауна. Этот чёрный пик, как и само небо в этих краях, возвышается над империей зла, в которой люди, просто родившиеся не в той семье, на всю жизнь останутся угнетёнными, если только не хватит сил бежать так далеко, насколько хватит сил. Гильдия обложила все магазины города огромным налогом, владельцы которых еле-еле могут оплачивать его, оставляя себе лишь копейки, которых почти не хватает для оплаты жилья и еды. Большинство торговцев живут прямо у себя в магазине вместе с семьёй, и только обладатели успешной торговой точки могут позволить себе жить более-менее спокойной жизнью. Обычные люди, не состоящие в гильдии, работают за гроши, выполняя грязную работу. Дружба в таком месте — очень редкое явление. Люди предают своих знакомых, друзей, да даже членов собственной семьи, чтобы получить денежную награду от гильдии и хоть как-то прожить ещё месяц. Всё можно купить за деньги, даже жизнь. Хочется просто забыть обо всём этом. Даже огромные мегаполисы угнетали меня, а в Шэдоутауне и вовсе, сам город убивал тебя, поедал изнутри, не оставлял надежды. Потом тебя добивали люди, помощи от которых ждать не приходилось. Я понял, за что борится Затмение, но их всё равно ждёт неудача. Люди настолько угнетены, что только некоторые из них верят в эту организацию, и я думаю, что когда-нибудь их сдадут собственные последователи.       Я ещё долго ходил вокруг озера, смотря себе под ноги, и рассматривая камни разной формы, из которых была выложена дорожка. Свет фонарей тускло светил, еле-еле отражаясь от водной глади, которая, совсем не двигаясь, отражала миллиарды звёзд на бескрайнем небе, которые поглядывали на меня сверху и призывали пойти с ними далеко-далеко в глубины далёких галактик, и раствориться в невероятной красоте звёздного неба, слившись с огромными планетами. Отпустить все чувства, ставшие для меня травмой, которая не позволяет мне лить слёзы, даже когда я сам этого захочу. Забыть о существовании человечества, каждый день истребляющего себя самого и может быть, спустя много лет, родится другой Энтони Норт, который станет моей копией, а я лишь буду махать ему из-за чёрно-белого полотна, как бы намекая, что я был бы рад когда-нибудь встретиться и пообщаться поближе, спросить, как прошла его жизнь. Нашёл ли он цель своего существования, хочет ли он вернуться обратно, нашёл ли девушку, как жили его дети. А потом и я начну с нуля. Упаду на землю огромным метеоритом, преодолев атмосферу. А потом меня подберут его дети. Было бы неплохо…       Уходить совершенно не хотелось. Мне нравилась спокойная атмосфера этого места, и только редкие прохожие, постукивая подошвами своей обуви, выводили меня из состояния полной отстранённости от этого мира и его жителей. Прошло ещё пару минут, и я всё-таки решился уйти обратно в беспокойный преступный район. Я ходил довольно долго и сам не заметил, как прошло два часа. На обратном пути людей становилось всё больше, открывались магазины. Город проснулся. По Блэксмиту начали раздаваться различные громкие звуки. Только на работе люди могли забывать о всех своих обыденных проблемах. Лязг металла, стук молотков, крики местных зазывал. Даже в глубокой тьме люди находят свет. Родители прощаются со своими детьми, уходя на работу, а дети, в свою очередь, улыбаясь, остаются дома за главных.       Ноги, почему-то, потащили меня к выходу из города. Широкая и длинная дорога быстро вывела меня наружу в бескрайнее снежное поле. Я шёл вперёд, шёл… шёл… шёл… Дорога неумолимо отдаляла от меня горизонта, будто намекая мне, что ведёт лишь в далёкую бесконечность, в другой мир, сквозь покрывающие всё вокруг снега. Единственное, что оказалось на пути — это небольшое плотное скопление деревьев. Я невольно свернул к ним. Пройдя ещё пару минут, я всё-таки оказался возле небольшой лесной опушки. Выглянув из-за дерева, я увидел на опушке девушку, которая, оперевшись на одну из твёрдых лиственниц, аккуратно перелистывала страницы неизвестной мне книги. Лунный свет, просачивающийся сквозь густую хвою деревьев, падал прямо на книгу с желтоватыми страницами и слегка освещал лицо девушки. Подойдя чуть ближе, я смог понять, что это была Маи. Я сначала просто смотрел, не решаясь отвлечь Маи от её занятия, но… — Покажись, лесной разведчик. Да она ведь даже не подняла взгляд. — Э-э-э… Извини, что я тебя тут отвлекаю, я… Пойду? — Да ладно, посиди уж со мной, раз пришёл. Я нехотя вышел из зарослей и присел рядом с Маи, лишь изредка поглядывая на неё. — И как тебя сюда занесло? Ты ведь ещё вчера без чувств валялся. Тебя не должны были выпускать. — Да, Эмили меня неплохо… Потренировала? Ночью я долго мучался, но под утро боль отступила. Ао выпустил меня наружу. — А-а-а, так это был Ао. Неудивительно. Он довольно холоден ко всем, но очень сильно старается. — Слушай, Маи. Насчёт Эмили. Она меня правда убить хочет? Знаешь, мне абсолютно всё равно на свою жизнь, но я не хочу быть убитым на тренировке, так и не познав смысла своего существования. — Эмили… Я не думаю, что она была бы рада, если бы узнала, что я рассказала тебе об этом, но я всё-таки попробую. Эмили родилась в мире душ, также как и ты, Энтони. Её родители были рождены в Сети, но, убегая от преследования гильдии, решили покинуть Сеть. Сущность маны родителей Эмили перешла к ней. У Эмили точно такая же аура, как и у тебя. Почти. Родители Эмили были не самыми сильными магами, что и сыграло решающую роль в судьбе самой Эмили. Вестник ада напал на семью возле их собственного дома, родители умерли у Эмили на руках, успев лишь указать ей путь в Сеть. В тот день она вышла из себя и сожгла вестника ада, а вместе с ним и своих собственных родителей, устроила пожар в паре соседних домов. Видя таких как ты, она вспоминает прошлую себя, заново проживает тот день. Только поэтому она и не щадит тебя. Она не хочет убить тебя, она лишь мстит самой себе. Не думаю, что тебе стоит знать что-то ещё. И снова этот бесконечный ангст, смерть родных, одинокий ребёнок… Неужели… — Все ребята из затмения имеют схожие истории?.. Маи пронзительно посмотрела в мои глаза, намекая на то, что я взболтнул лишнего, но всё-таки привычно улыбнулась и ответила мне. — У каждого свои причины помогать нам. У кого-то личная неприязнь к гильдии, кто-то лишь внезапно оказался в круговороте событий, а кто-то и сам не понял, как сделал выбор… — Да, понимаю… — Ладно, кажется, нужно вернуть тебя в убежище, пока Лорензо ничего не прознал. Пошли за мной. Маи громко захлопнула книжку и, оттолкнувшись от ствола дерева, твёрдо встала на ноги. Мы быстро выбрались из рощицы и направились в сторону города по той же самой, уходящей в бесконечность, дороге. Холодный белоснежный пейзаж в какой-то момент стал мне надоедать, и я решил немного распросить Маи. - Маи, а как ты вообще попала в Затмение? - М-м-м, тебе действительно интересно, или ты спрашиваешь это лишь для поддержания разговора? - Я совершенно ничего не знаю ни о тебе, ни о Затмении, ни даже о других его членах. Я не могу до конца вам доверять, так же как и вы мне. Я совсем не понимаю, чего мне стоит ждать, чего вы от меня ждёте. Я знаю, что вы хотите изменить этот город в лучшую сторону, я даже успел увидеть как живётся его жителям, но вопрос лишь в том, как вы будете разбираться с последствиями и как далеко пойдете. Я недавно в Сети, и хоть я попал на угнетённую сторону, было бы здорово, если бы я смог умереть в этом мире. По сравнению с моим миром, в котором я был лишь лишней переменной, тут я могу стать значимым для кого-то человеком, сблизиться с кем-то, стать частью чего-то целого. Мне все равно на свою жизнь, но я не хочу терять кого-то, я не хочу видеть смерти и кровь... - Не хочешь видеть смерти и кровь? Ты правда думаешь, что сможешь избежать этого? Нам нет прощения. Мы убиваем, отбираем, уничтожаем, но мы делаем это ради общего блага. Естественный отбор. Если ты хочешь жить, то тебе нужно убивать, а если ты не хочешь видеть своих товарищей убитыми, то убивай всех, кто встанет на твоём пути. Я не особо хочу рассказывать о своём прошлом. Я убивала, мне приходилось...Но когда заказали убийство моей младшей сестры, я больше не могла находиться рядом с ней. Я бежала с востока туда, куда глаза глядят и оказалась в Затмении. Меня приняли такой, какая я есть. Я просто обязана оправдать надежды людей, принявших меня и когда-нибудь я смогу снова вернуться к своей сестре, полностью отмыв руки от крови. Ты же видел детей, умирающих в переулках. Разве ты ничего не почувствовал? Тебе не было жаль их? А теперь представь, что это твоя сестра, как бы ты тогда поступил? - Маи... Знаешь, я постоянно говорю, что понимаю вас, но я говорю это лишь потому, что совершенно вас не понимаю. Уже как два года я не испытываю никаких чувств. Я не привязан к людям из своей семьи, мне все равно на тяжелое состояние своего дедушки. Было время, когда я любил, но в итоге не был любим. Мой отец пил, когда мне было пять, бил мать, угрожал мне. Я думаю, что в глубоком детстве я перенасытился негативом, а потом и вовсе перестал обижаться на оскорбления, упрёки, перестал обращать внимание на угрозы. Я перестал чувствовать что-либо. Сначала я перестал получать удовольствие от людей, потом от еды и игр, а потом я перестал интересоваться самим собой. В Затмение я тоже вступил не по своей воле, я лишь воспользовался моментом, чтобы убежать от гильдии. Стараюсь я тоже не ради себя, всё, что я сейчас делаю - делаю ради Наоми. Я втянул её во всё это и должен стать сильнее, чтобы защитить. Я хочу найти себя. Найти ту мозаику, добавив свою часть в которую, я смогу увидеть цельную картину. А если даже я и не найду её, то после смерти попробую ещё раз. - После смерти...Ты ведь стараешься быть позитивным настолько, насколько можешь, не так ли? Я тоже не могу понять тебя Энтони, но я надеюсь, что ты ещё сможешь найти себя и расскажешь мне о своей жизненной цели. Маи тепло улыбнулась мне и, похлопав своей холодной рукой по моему плечу, погрузилась в собственные мысли. Весь путь до убежища мы шли молча. Поскорей бы увидеть Наоми, а впрочем, у меня ведь снова начнутся тренировки? Хоть бы не умереть от руки Эмили, а то мало ли, она меня ещё и пытать будет...