Сдаться нельзя бороться

— Ваше имя? — Андреа Кэмпбелл. — Кем приходитесь погибшему? — Сестра. Сводная. — Где вы были между двенадцатью и часом ночи? Я сглотнула. Голос надламывался после каждого произнесенного предложения, а язык словно сворачивался в трубочку, но я нашла в себе силы ответить. Снова. Почему это происходит со мной?.. — На вечеринке у друга. Мерзкий звук шуршания карандаша снова резанул слух. Я больше не могла находиться в этой квартире ни минуты. Ни больше ни меньше. Поэтому я попросила Мерфи заехать за мной, зная, что Эдриан точно пил и за руль ему лучше не садиться, а Хизер перепугается больше меня, как только окажется на пороге и увидит весь этот кошмар. Он просто сказал, что приедет. Даже не спросил зачем. Знал бы он, как я благодарна ему, ведь сил объяснять что-либо у меня не было совсем. Я отписалась в наш групповой чат, что с очень большой вероятностью на завтрашних парах меня не будет. Пока пусть думают, что я просто перепила. Честно, лучше бы я действительно перепила. — Напишите мне имена и контактные данные всех, кто был на вечеринке, — детектив выдрал мне листок, как и меня из раздумий, и выдернул ручку из кармана рубашки. — Маршалл, подойди-ка сюда… — Парень в синих перчатках забрал все внимание на себя. Я чуть отошла, но стала прислушиваться к их разговору, попутно записывая имена друзей, их номера. Половина слов были либо мне непонятны из-за их специфики, либо пролетали мимо, потому что мое состояние колебалось между желанием рыдать и разнести тут все к чертям, но что-то все-таки удалось расслышать. — Смотри... удар нанесен острым предметом, ножом, скорее всего, смерть мгновенная практически, но размер... значительно больше обычного, слишком рвано получилось, что странно для нашего убийцы. В области затылка присутствует рана, могу предположить, что молодой человек поскользнулся и ударился головой о край раковины, что привело к мгновенной смерти, то есть можно говорить, что умер он не от колотого ранения, как обычно. — Ты думаешь, что это странно, Джо? Мы не знаем, что у этого психа в голове. Кхм… Что еще?.. — Что еще более странно, что не обнаружено никаких следов взлома. Сам понимаешь, что это значит… Остальное покажет вскрытие и детальная экспертиза… В телефоне ничего обычного, последние сообщения от сестры и каких-то парней. Еще смотри… Записка на линованной бумаге, а обычно было на простой… — Все это ерунда… меня беспокоит кое-что другое… мисс Кэмпбелл! — рявкнул он, но я-то знала, что он точно заметил, что я подслушиваю. — Да? — я на ватных ногах подошла к мужчинам, стараясь не смотреть, какие махинации проворачивают с телом моего брата, отдала уже смятый от нервов листок. — Вашего брата зовут Томас, верно? — Я кивнула. — Тогда как объясните мне это? Словно из рукава, Маршалл вытащил откуда-то незнакомые мне снимки и ожидающе посмотрел на меня. В горле пересохло. Я дрожащими руками взяла фотографии, на которых детально были сняты предыдущие записки, оставленные убийцей. Белые отрывки бумаги, злополучные имена… — Тут написано «Тим», но не «Том», плюс ко всему на полу, записке и теле вашего брата только ваши отпечатки. — Конечно, на нем есть мои отпечатки! В этом доме они на каждой вещи! — истерично произнесла я, понимая, что мои нервы сдают позицию. Господи, я же живу в квартире, а не в хирургической, чтобы здесь все стерильно чисто было. — …Но если посмотреть, это больше похоже на «о», чем на «i», да и убийца пишет нерабочей рукой, сами знаете почему, — вышеназванный Джо уже с сомнением смотрел на снимок, кажется, в знак моей защиты. Его слова Маршалл проигнорировал, хотя услышал. — Вы были пьяны… Взяли, предположим, стакан, разбили его в ходе ссоры и случайно ударили брата ножом, который поскользнулся и ударился… Или неслучайно. — Я прекрасно поняла, к чему упорно клонит детектив. — И записку сама написала! Я, по-вашему, сумасшедшая, что ли?! — Не знаю. Это еще предстоит выяснить, — консультант полиции сделал пометки в своем дрянном блокнотике. — Где тогда орудие убийства? — Это я хотел у вас спросить, мисс Кэмпбелл. Все это казалось мне полнейшим бредом. Неужели здесь все поехавшие на голову? Я устала повторять, что я вернулась около часу ночи домой, после вечеринки, нашла Тома и вызвала скорую. Как я могла убить родного, пусть и не по крови брата? Ну я же не сумасшедшая! — Прошу прощения, детектив, там какой-то парень рвется внутрь, прикажете?.. — Это ко мне! — закричала я. — Впустите его! Расталкивая людей, я устремилась в коридор. Мерфи — единственный человек, на которого я могу положиться в этом помещении сейчас. Второй лежит на кухне… Конечно, ничего толком сделать я не успела, потому что Маршалл был и сильнее меня, и быстрее, да и соображал явно лучше меня в этот момент. Его рука грубо оттянула меня назад, так что легкие сплюснулись внутри. Сам он о чем-то поворковал с копами на входе, и через несколько секунд в дверях появился озабоченный Мерфи, готовый рвать и метать. Его взгляд горящих глаз остановился на мне. — Андреа! — он с полушага оказался рядом и крепко обнял меня. — Почему здесь столько копов? Что ты успела натворить? Я знала, что своим своеобразным юмором он хочет отвлечь меня, но я только еще ярче и подробнее вспомнила Тома, лужу крови на светлом кафеле, его мертвенно бледное лицо… Желудок стянуло тугим узлом. Слезы и противный ком встали в горле. Я резко оттолкнула Мерфи и вовремя скрылась в ванной рядом, потому что весь вчерашний ужин и алкоголь вырвались наружу. Том мертв, детектив задает какие-то дурацкие вопросы, а на записке мое имя… Я откашлялась, сплюнула горькую слюну и закрыла лицо руками, головой прислонившись к холодному унитазу. Слезы обожгли щеки. Я заскулила и сползла полностью на пол. Плевать, что за дверью с дюжину всяких людей, которые ничего ко мне не чувствуют, кроме жалости и, может, отвращения, плевать, что эти же люди считают меня виновной, потому что какие-то факты не сходятся. Мне плевать. Больно. Мне просто больно от всего этого. Почему это случилось со мной? — Возьми, — Мерфи подал мне стакан с водой и присел рядом на корточки. Его любопытно-обеспокоенный взгляд проскользил по моему лицу, сбитым волосам и растекшемуся макияжу. Выгляжу не лучшим образом, но он и виду не показывает, что это так. Пальцами убрал со лба и глаз неприятно-мокрые волосы, погладил по плечу. Я поджала губы, сдерживая лавину внутри себя. От его сочувствия мне только больше хотелось взвыть и биться в истерике. — Мне жаль, что это случилось… Кто-то другой должен был найти его, — он легонько приподнял стакан за дно в моих руках, тем самым говоря, что мне стоит попить. Я сделала, как он хотел. Стекло звякнуло, столкнувшись с моими зубами, прохладная вода смыла горький привкус с языка, смочила сухое горло и немного привела в чувства, хотя я совсем не хотела приходить в себя. Это значило взять себя в руки, выйти и принять действительность, которую я не хотела принимать. Я просто отказываюсь делать это. — Он мертв, Мерфи, понимаешь? — голос звучал противно и дрожал при каждом слове. — Он умер! Его больше нет! «А я следующая!» — застыло на языке. Мерфи ничего не сказал. Сел рядом, забрал из дрожащих рук стакан и крепко обнял меня - у меня захрустело что-то в спине. На самом деле, мне хотелось, чтобы он выдавил из меня все внутренности, ведь приятнее смерти я точно не найду, чем в его руках. Я уткнулась носом в его вкусно пахнущее плечо, стараясь сфокусироваться только на этом желанном ощущении, но я просто не могла перестать плакать. Мерфи гладил меня по спине и волосам, ничего не говорил и больше не делал, едва только покачивался из стороны в сторону, чтобы успокоить меня. Он со своей стороны сделал все, что мог сделать, а большего я просить не имела права. — Что мне делать, Мерфи? Что же мне делать?.. — Андреа! Проснись, Андреа! — чей-то голос непрерывно звал меня сквозь темноту. Я слабо открыла глаза, чувствуя на них неприятную влагу — опять во сне плакала. Передо мной замерла перевернутая фиолетовая рубашка и ряд пуговиц, но, как только я приняла вертикальное положение, все стало нормальным. Рядом стоял Мерфи, чьи руки несколько секунд назад трясли меня за плечо. — Я опять мешала спать? — я устало потерла глаза. — Извини, я не специально, честно. Опустив голову, принялась с непонятным, а главное, неподдельным интересом рассматривать свои ногти, которые меньше чем за неделю превратились в кошмар для любого мастера. Мерфи какое-то время стоял, а потом опустился передо мной на корточки и взял мои руки в свои, как он имел привычку делать. Видимо, так проще было смотреть мне в глаза. — Не стоит извиняться, — он сжал мои пальцы, — кошмары — это естественно после того, что ты пережила за последние дни. Все нормально. Если хочешь знать, от чего я проснулся, так это от воплей за стенкой. Ты здесь ни при чем. Я быстро закивала головой, и, словно от правды, слезы снова скопились в глазах, но я безнадежно пыталась сдержать их, поджимала губы, кусала их. Учеба на данный момент была для меня способом отвлечься от случившегося, закрыться и отключиться, но как только я переставала отчаянно грызть гранит науки и усердно строчить конспекты, все возвращалось. Меня снова накрывало. И снова. И самое страшное, что я не могла найти другого способа абстрагироваться от этого кошмара. — Мне постоянно снится либо тот момент, либо допросы детектива. А скоро в купе с этим скоро меня еще и похороны будут навещать. Я точно умру. Мерфи по-своему улыбнулся — совершенно беззлобно и естественно, — потом похлопал меня по коленке и встал на ноги, отряхиваясь от очень даже материальной пыли, которая в общажной комнате была буквально повсюду, даже в моей кружке. — Поверь мне, никто не допустит, чтобы ты покинула нас раньше положенного. И, честно говоря, тебе не помешало бы сходить в душ. Если это мужская общага, не значит, что… Договорить он не успел, потому что я наступила ему на ногу и вместо слов он не по-человечески взвыл. Это вызвало у меня усмешку, чего и добивался Мерфи. Ничего не сказав, но вышел и оставил меня одну (Хизер проснулась час назад и упорхала к себе, чтобы принять душ и переодеться). Мне не хотелось ее теснить, особенно если учитывать, что теперь я являюсь расходным материалом для журналистов, которые вечно гоняются за потенциальными жертвами, вместо того чтобы отвести от них внимание. Мне вообще было неясно, куда теперь идти и где жить, потому что квартира опечатана и там вечно ошиваются либо детективы, либо судмедэксперты, у Хизер я жить тоже не могла: теснить сестер не хотелось и в без того маленькой студии, а у Мерфи я и так ночую пятые сутки, что постепенно становится неприлично, хотя громче всех протестую пока я. Выгонят меня как только, так сразу, стоит консьержу попасться разок. Я все собиралась с мыслями, что надо податься в жилищную комиссию и попросить себе общагу, что маловероятно в такое время. Но если я не буду решать проблемы, то кто будет? Идти в душ перед первой парой было тотальной ошибкой. Мало того, что все жильцы трех комнат хотят помыться, так теперь появилась я, которой вообще не место в мужском общежитии. Но Мерфи убедил меня, что скоро они все уйдут, и оказался прав. Пришлось мылить голову с открытыми глазами, хотя Мерфи убедил меня, что в ванную зайдут только через его труп. Я шутку не оценила. Я плотно укуталась в полотенце и засеменила к выходу в мокрых тапочках. Создалось ощущение, что я смысла с себя килограммы грязи и сбросила какой-то тяжкий груз от одного только похода в душ. Мерфи, встретивший у двери в ванную, окинул меня недвусмысленным взглядом. — Все-таки не ходила бы ты так здесь. — А чего мне беспокоиться? — я прижала к себе косметичку с моющими принадлежностями. — Ты же рядом. — Вот поэтому. Фыркнув, я вернулась в комнату. В небогатом арсенале одежды имелись только вещи первой необходимости: несколько пар брюк и футболок, рубашек и лосин. Скудный запас шмоток начал иссякать еще вчера, но я не могла найти в себе силы, чтобы подняться в квартиру, предварительно попросив у детектива Маршалла допуск. Я громко вздохнула и натянула на лифчик разношенную белую рубашку, потом брюки. — Очень надеюсь, что ты все еще не одета. — Это зашел в комнату Мерфи. Он оглядел меня таким взглядом, будто действительно был готов увидеть меня полуобнаженной, но мои мысли совсем не оправдались. Парень открыл шкаф и принялся там рыться продолжительно долгое время, периодически побуркивая. Потом он извлек оттуда черную толстовку и подал мне. — Могла бы взять что-нибудь и потеплее. На улице не август месяц уже. Я виновато опустила глаза, как бы извиняясь за неудобства, и взяла толстовку. — Спасибо, Мерфи. — Не за что, принцесса. Собирайся, и пойдем. У нас есть десять минут до начала. - Как это десять?! Конечно, мы неслись как угорелые, вернее, я бежала, а Мерфи неторопливо прогуливался, ведь ему не очень-то хотелось идти к первой паре, которая у нас у обоих была общая. Естественно, мы пришли последними, хотя преподавателя все еще не было. Легкая пробежка, к удивлению, взбодрила меня, но уже через пять минут я зевнула и еле-еле оторвала руку от щеки. Лениво отозвавшись во время переклички, я открыла тетрадь с чистого листа и записала тему лекции едва дрожащим почерком, а Мерфи сразу же залип в телефоне, хотя я-то знала, что он прекрасно воспринимает на слух. Мой желудок заурчал. Видимо, он был не доволен тем количеством еды, которым я его снабжала в последнее время. — Эй, Андреа, — этот заговорческий шепот я узнаю когда и где угодно, — давай сбежим? К тому же мы не завтракали. А завтрак пропускать никак нельзя. Признаться, я хотела есть, а не слушать немного нудную лекцию, но, чтобы быть уверенной, что я смогу поесть лет через пять, сейчас я должна была остаться и делать конспект. — Ну давай. Я знаю отличную закусочную неподалеку. Никто не заметит даже нашего отсутствия, не говоря уже о том, что нас отметили. Выйдем через второй выход. В соседнем зале сейчас никого нет. Клянусь, в его глазах не просто черти плясали, они там такие акробатические трюки вытворяли, что в цирке им бы все обзавидовались. И я сдалась. Бесшумно убрав все в портфель, я посмотрела на него, почти готовая, но не совсем уверенная в нашем поступке. — На счет три… — он приготовился и взял меня за запястье. — Раз, два… Сейчас! Пока мистер Оу отвернулся к доске, чтобы начертить какую-то схему, мы мгновенно преодолели расстояние с последнего ряда до двери и мигом оказались в соседнем кабинете, где действительно было пусто. — И как ты смог узнать это?.. — удивилась я. — Я не знал, — Мерфи лукаво улыбнулся, а я позволила себе улыбнуться и покачать головой. Интересно было бы посмотреть, если бы мы ворвались в кабинет, где тоже идет лекция… Вот шуму бы было… — Некогда расслабляться, принцесса, — он скользнул по моей руке вниз, и моя ладонь оказалась в его. — Нам еще выбраться надо. Мы, как нашкодившие дети, неслись по коридору до запасного выхода, который, как правило, бывает открыт, чтобы ученики могли на большой перемене выйти на задний двор. Только спустя продолжительное время я поняла, что резинка покинула мои волосы и косичка распустилась, частично закрывая мне обзор. Остановились мы только за углом улицы. Я согнулась тяжело дыша, хотя на тренировках бегала большие расстояния с большей скоростью. Видимо плохое питание и недосыпы начинают сказываться на моем здоровье. Пришлось даже распахнуть пальто, потому что стало невыносимо жарко. И только сейчас до меня дошло, что вторая рука у меня занята рукой Мерфи, который все еще держит меня. Увидев мое смятение, он сам отпустил меня. — Почти пришли. Минуты две пешком, и все. — Он кивнул вдоль следующей улицы. Через две минуты, как и сказал Мерфи, мы уже сидели в милой кафешке в стиле лофт. Плюхнувшись на зеленый диванчик, я принялась глазами изучать уютное помещение: темные столы, кирпичные стены, с потолка свисают шарообразные лампы, а зеленый крайне выгодно освежает интерьер, не говоря уже о милых растениях в горшочках. Оформление было действительно занятным. Я избавилась от пальто и принялась за меню. Аппетитные картинки сразу же всплыли в голове, желудок утробно отозвался. Официант подошел и приготовил блокнот, чтобы записать заказ. — Что хочешь? Я задумчиво прикусила губу. — Ну допустим двойной американо и сэндвич с курицей. — А мне тогда вафли с сиропом и латте с карамелью. Парень быстро черканул наш заказ и ушел, пообещав полную готовность в течение пятнадцати минут. Я откинулась на спинку и посмотрела в окно, где шныряли люди. Это успокаивало. На секунду я словила умиротворение. От толстовки приятно веяло запахом Мерфи. Подперев руками подбородок, я уставилась уже на него. Темные волосы прядями падали на лоб и немного прикрывали угольные брови удивительно аккуратной формы, какой я добивалась, часами сидя перед зеркалом, ресницы прикрывали глаза, а вот скулами можно было резать хлеб тонкими ломтиками. Взгляд опустился ниже, на губы… — О чем задумалась, принцесса? — Я резко дернулась, встретившись с Мерфи взглядами. — Чего так пристально смотришь? Соскучилась? Я промолчала, прикрыв нижнюю часть лица рукавами толстовки, из-под которой торчали белые манжеты рубашки, и уставилась в окно. Он хмыкнул, но переспрашивать не стал. Заказ принесли очень скоро, и мы принялись в тишине завтракать. Удивительно, но я чувствовала себя умиротворенно в этот момент — ты просто сидишь, ешь с близким человеком и ловишь момент. Нет никаких убийц и убийств, любовных недомолвок и неотпускающего страха. Внезапно Мерфи пододвинул к себе мою кружку и сделал глоток. Его скорчившееся выражение лица заставило меня неподдельно усмехнуться. — И как ты пьешь это? Горький жуть! — он утер губы рукой и отпил у себя. — Другое дело — у меня! Я согласно кивнула ему, но пояснила: — Я не люблю сладкое. - Действительно, у меня от одного только вида на такие сладкие блюда сводило скулы. Мерфи схватился за грудину, будто я поразила его стрелой в самое сердце. Мы снова вернулись к еде, периодически переглядывались и обменивались односложными предложениями. Устав ковырять сэндвич ножом и вилкой, я взяла его в руки и с хрустом откусила большой кусок. Мерфи засмеялся и привлек этим мое внимание. Ничего не говоря, он показал мне экран телефона, на котором висело сообщение от Тео, в котором были отмечены я и Мерфи: «А куда это вы слиняли? Я видел, как вы зашли». Следующее сообщение от Хизер: «Андреа! А со мной ты оказывалась прогуливать пары!» — Кажется, тебя ждет серьезный разговор, — Мерфи что-то напечатал в ответ, улыбаясь экрану. — Упс, — я сделала глоток кофе, скрывая за кружкой улыбку. Я не стала заходить в чат, потом почитаю, но на самом деле я немного смутилась, что нас поймали и теперь ребята знали о нашем с Мерфи побеге. Вскоре принесли счет. Обычно с Хизер мы платили пополам, или, если были в компании, платил один, а остальные скидывали ему деньги, но Мерфи уперся, аргументируя это тем, что «наели мы не так много» и «это не деньги». Мне не знать, что значат деньги для студента, но Мерфи, казалось, не переживал по этому поводу. — Хорошо, но в следующий раз плачу я, — сдалась я, но по его лицу я поняла, что в следующий раз он мне тоже не позволит оплатить счет. Естественно, мы решили не возвращаться на занятия, потому что первую пару мы пропустили, на вторую не совсем успевали, а это значило, что если мисс Блэк уличила бы нас в опоздании на ее предмет, головы нам не сносить. Так что самым разумным решением было прогуляться в это время по городу. Сгорел сарай - гори и хата? Кстати о сарае. Теперь у меня появилось время подумать, что бы сделать с жильем. Конечно, Мерфи только рад, что я почти двадцать четыре часа в сутки с ним зависаю, но никто не знает, когда вернется его сосед — Стив, — а это может случиться даже сегодня вечером. Будет не очень удобно. В конце концов у самого Мерфи могут быть потом проблемы. Поджав губы, я достала телефон. Я больше не могла обращаться к Эдриану ради решения собственных проблем, но почему-то он оказывался единственным человеком, кто мог бы мне помочь. Мерфи заинтересованно посмотрел мне через плечо. — О чем задумалась? Если ты смотришь на иконку Эдриана дольше трех секунд, значит совесть загрызает, да? — Угадал, — я нажала на кнопку вызова, чтобы не говорить об этом с Мерфи. — Эдриан? Привет, есть минутка? Можешь сделать мне последнее одолжение? — я повернулась лицом к парню, ища в его глазах поддержку. — Твоя мама, Кора, занимается недвижимостью и вертится в этом бизнесе, может, она подыщет мне какую-нибудь квартирку-студию? Да, можно так. Буду очень благодарна. Могу ли заехать? — посмотрела на Мерфи, и он закивал. — Да, пары вроде кончатся через полчаса. Тогда у тебя. Ага, спасибо, большое спасибо, Эдриан. До встречи. — Следующая остановка — дом Ньюманов? — парень потянулся. Я согласно кивнула и убрала телефон в карман. После разговора мне чуть полегчало, потому что процент неопределенности немного понизился. — Хочешь прогуляться или доехать? Можем… — Пройдемся, — я подтолкнула его. — Ты задаешь слишком много вопросов. — А обычно их задаешь ты? — Мерфи усмехнулся. В точку, дорогой. Обычно вопросы здесь задаю я, но мало кто сейчас может дать мне на них ответы. Теперь я в том положении, когда ответы придется не просто задавать, а искать, выбивать, красть. Казалось, что за ответы я отдам многое, и меня не останавливала мысль, что, возможно, правда эта мне не понравится что она будет ужасающей и пугающей. Я хотела ее любой ценой. Я постаралась выкинуть все мысли из головы и поспешила за Мерфи, чтобы не отстать. Ноксвилл красив в это время: столько людей, голосов, цветов, столько жизни. Я шла, наслаждаясь и прохожими, и холодным ветром, обдувающим лицо, и шумом машин, я чувствовала себя по-настоящему живой, как давно не чувствовала. В один момент я поняла, что потеряла Мерфи из виду, скорее всего, он затерялся где-то в толпе. Я остановилась. Огляделась. Но нигде так и не смогла найти глазами его черную макушку и уже достала телефон, чтобы позвонить, но он сам появился передо мной, да так неожиданно, что я вздрогнула. — Я же говорил, не отставай. Мне не очень хочется потерять тебя, — Мерфи одарил меня мягкой улыбкой, отчего я тоже чуть улыбнулась. - Идем. Казалось, меня можно было соскребать лопаточкой и заливать в формочку, настолько я оттаяла. Он взял меня за руку, чтобы я в очередной раз не потерялась, и повел меня в сторону района, где жили Ньюманы. Мы просто шли. Молча, без разговоров, без переглядываний и неловких откашливаний. В эту секунду жизнь мне показалась настоящим подарком. Миновав даунтаун, мы оказались в тихом райончике, где зажиточные ноксвиллцы покупали недешевые дома — близко к центру и тихо. Идеальное сочетание. Я сверилась со временем: по идее Эдриан уже должен был вернуться. Его высокий статный дом выделялся среди других, ничем не уступавших ему домов. Его серый форд был припаркован во дворе. Не знаю как, но только мы с Мерфи приблизились к порогу, Эдриан вышел, приветствуя нас сдержанной улыбкой, будто бы почувствовав наше появление спинным мозгом. — Андреа. Он крепко обнял меня, заключив кольцо своих рук. Объятья с ним всегда приравнивались к прыжку в кучевые облака — мягкие и ласковые. В такие моменты я чувствовала себя полностью защищенной, уверенной в себе, в окружении и завтрашнем дне. Была безоговорочно уверена, что все и всегда будет хорошо и никак иначе. Эдриан обнимал меня дольше обычного и даже дольше допустимого всякими приличиями. Поприветствовав друг друга, парни вновь обратили свое внимание на меня. — Я знаю, как решить твою проблему, — он пропустил волосы через пальцы. Наверное, на моем лице просияла такая огромная лыбина, что Эдриан тоже улыбнулся и, кажется, немного смутился. — Серьезно? Тогда не томи! Он откашлялся, бросил короткий взгляд на Мерфи, будто параллельно со мной он мысленно общался и с ним. Ведь они уже что-то задумали... — Ты будешь жить у меня. — Я не ослышалась, это был не вопрос. Это было четкое утверждение. — Нет, Эдриан, даже не думай. Я не могу. Ладно, могу, но не имею желания докучать Ньюманам еще больше, чем я уже. Тогда они меня точно в черный список занесут, кроме Эдриана, само собой. Если Аида поддерживает стойко прохладное отношение, то Кора уже давно испытывает ко мне неприязнь, так и не сумев простить меня за то, что я начала встречаться с ее сыном в старшей школе. Нет, приятно, что, только я пискну, почти все мои проблемы решаются, но так нельзя! Да, существует дружеский долг, но то, что делает для меня Эдриан, уже давно не дружеский долг. А самое страшное, что я ничем не могу ему отплатить. Я посмотрела с надеждой на Мерфи, что он вот-вот начнет переубеждать Эдриана, что действительно спасло бы, но, к моему удивлению, этот засранец выдал: — Можешь. Ты останешься у Эдриана. «Что? Я думала, ты окажешься!» — сказала я взглядом. «Я тоже так думал!» — в том же духе ответил мне он. — Да, тебе лучше всего остаться у меня. Особенно в свете сложившейся ситуации… — Эдриан, я видела, не хотел говорить об этом, но других способов действовать на меня у него не оставалось. А я уже начала забывать, что меня хотят убить… Что делать?.. Есть ли у меня какой-то иной выбор, кроме дома Ньюманов? Общага Мерфи? Но я не могу жить в мужской общаге! Я также не могу вернуться в свою квартиру. Мне просто некуда идти… Я закрыла глаза и попыталась сконцентрироваться на том, что подсказывает мне внутреннее чутье. — Я позабочусь о тебе, — Эдриан настойчиво смотрел на меня. Еще бы я в этом сомневалась. Меня гложела совершенно другая вещь, которая никак не касалась самого Эдриана. — Ладно, я приняла решение. Парни уставились на меня, ожидая вердикта. — Я остаюсь у Эдриана.