Сдаться нельзя бороться

Сегодня был важный день. В универе все готовились к последнему футбольному матчу в этом сезоне. На самом деле его обычно проводили в середине октября, но в этом году случилась задержка (то ли команда не была хорошо готова, то ли еще что-то), поэтому матч перенесли на середину ноября — в самый холодный осенний месяц. Я содрогалась от мысли, что сегодня придется провести несколько часов на холодном воздухе в юбке и топе с тухленькой грелкой в руках, которой хватит едва на полчаса. Конечно, нашу одежду должны были утеплить, выдать гетры и кофты, но вряд ли это согреет лучше куртки и ботинок. Эдриан как капитан футбольной команды ждал этого дня и даже немного волновался. Я бы тоже переживала, если бы под моим попечительством находились сразу и Джейсон, и Мерфи, и еще целых двенадцать своенравных парней с учетом запасных. С чирлидингом все было значительно проще. Мы действовали действительно как один единый организм, и это уже вошло в некую привычку. Не было особой стратегии, по которой мы действовали, достаточно было обговорить перед началом, какие фигуры и в каком порядке мы будем делать, если не решили ранее на тренировке. Самая неприятная часть — кричалки, как ни странно. Вместо того, чтобы думать о качестве исполнения и движений, отвлекаешься на четверостишия. — Андреа, мы начинаем опаздывать! Да, сегодня Эдриан был действительно возбужден, поэтому я быстрее натянула свитер, взяла рюкзак и поспешила вниз, хотя вчера я спустилась на пять минут позже. Мы позавтракали в молчании омлетом с беконом, выпили нами любимый крепкий черный кофе и поспешили в кампус. Чувствуется, день сегодня будет крышесносный.

***

— Девочки, вы готовы? — тренер свистнул в свисток, чтобы привлечь наше внимание. — Да! — прокричали мы. Сначала мы пробежали пару кругов по залу, потом еще раз утвердили наше выступление, посмотрели, сколько номеров нам придется выполнить за сегодняшний матч (их насчитывалось около двух или трех), потом хорошенько размялись, ведь травмы никому из нас не нужны, и только в конце отрепетировали. Больше всего я беспокоилась за внешних споттеров¹, потому что обычно это были девочки из нашей баскетбольной сборной, но сегодня никого их них не было, так что тренер обещал кого-то подогнать со стороны. Хотя обычно у нас форс-мажоры случаются крайне редко: те, кто не уверен, справится ли он в роли флайера² или маунтера³, обычно говорят об этом заранее, чтобы не подвести всю команду. Ведь от нас по большей части зависит командный дух наших футболистов, а травма одной из чирлидерш равносильна травме всей команды. — Так, бегом переодеваться, и все на стадион! — тренер хлопнул в ладоши, подгоняя нас. Обещали теплые костюмы (хотя мы все понимали, что у чирлидерш априори не может быть никаких теплых костюмов). Я умылась и развернула синюю юбку, которая, по обыкновению, едва прикрывала бедра, а вместо топов были действительно утепленные кофточки с длинными желтыми рукавами, и, ко всему прочему, нас снабдили милыми желтыми гетрами! — Мы сегодня пучки делаем или хвосты? — Эмбер держала волосы на макушке, в ожидании глядя на нас. — Давайте хвосты, быстрее будет. — Ты брала тушь? — Да, Сар, одолжи помаду! Наша раздевалка гудела голосами. Девчонки тоже волновались. Хотелось выглядеть красиво, привлекательно и в то же время спортивно и уверенно, ведь сегодня столько парней на поле будет, бери — не хочу! И мой там будет… — Андреа, прием! — А? Я обернулась, понимая, что все еще стою необутая, пока все остальные ждут меня. Пришлось быстро шнуровать белые удачливые кроссовки, которые я надевала только на матчи и никуда больше. У всех спортсменов была подобная причуда с вещью, которая якобы приносит удачу, и никто не считал это особой странностью. Странно было как раз не иметь такую вещь. На улице было сравнительно прохладно. У трибун мне махали Хизер и Тео, которые сегодня были просто обычными зрителями, как и другие пришедшие. Они жестами подзывали меня к себе. Я перебросилась с командой парой слов и подбежала к друзьям: у Хизер на лице были две кляксы на обеих щеках — одна темно-синяя, другая желтая — цвета нашей команды, а Тео держал в руках палки-стучалки тех же цветов. — Подруга, да ты просто красотка в этой форме! — Хизер крепко обняла меня. Мы начали обсуждать насущный вопрос. Мне не терпелось посмотреть сам матч, потому что, честно, я была довольно азартной и была уверена, что мы сегодня сделаем противников с хорошим отрывом. — Вы же знаете, что Джейсона и Эдриана назначили со-капитанами? Эта новость смутила меня. Эта роль всегда принадлежала Эдриану… — Но у команды должен быть один квотербек. — Вот именно, Андреа. — Ну-у, — протянула Хизер, — в любом случае они сегодня всех разнесут в пух и прах! Мне нравился ее настрой, хоть он и был слегка наивным. Через несколько минут мне пришлось вернуться к команде, потому что вот-вот матч должен был начаться. Я чувствовала себя немного растерянной, хотя это далеко не первое мое выступление на подобном мероприятии, просто никак не удавалось собрать мысли в одну кучу и упрятать их в ящик на некоторое время. Бурные овации и вой с трибун вернули меня в реальность. На поле выбежала наша университетская команда в симпатичных синих костюмах, с большими наплечниками и шлемами под мышкой. По макушкам я узнала Эдриана, Джейсона, Мерфи… До начала оставалось около десяти минут. Соперники тоже уже были здесь. Чтобы не отвлекаться лишний раз, я отвернулась и принялась разминаться в очередной раз, боясь, что к началу мышцы окончательно остынут. Я хорошенько нагнулась к носкам и положила ладони на холодный газон, потом сделала кульбит на прямых руках и снова потянулись к земле. — Классные носочки. Подняв голову, я обнаружила перед собой Мерфи, на которого приходилось смотреть снизу вверх. Выпрямилась. Лучше бы не выпрямлялась, ей-богу. Парень смотрел на меня с нескрываемым наслаждением, и я не сразу подметила, что в нем была какая-то перемена: волосы были убраны в неплохой попытке в полухвостик, чтобы не закрывали обзор, а улыбка сверкала на губах, будто он в лотерею только что выиграл — но перемена была не только внешняя. — Спасибо, милый хвостик, — поддержала его идею с нелепыми комплиментами. — Нравится? Сам сделал! — он тряхнул головой, чем вызвал у меня улыбку. Мы неловко молчали несколько секунд. Я разгладила складки юбки и поправила желтые рукава. Мерфи кивнул на мои ноги. — Ты, смотрю, надела свои счастливые кроссовки? — Да, а ты — свои носки с мопсами? — Они мне не понадобятся. Я нашел себе другой талисман удачи, — он подмигнул мне. Я хмыкнула. Что-то новенькое? Я знала, что у Джейсона это были трусы, купленные за один доллар, у многих членов команды — нестиранные майки, а Эдриан так вообще не верил в этот бред и полагался только на свои собственные силы, а не на какую-то мнимую мистическую удачу. Так чем же Мерфи заменил те носки? Он будто бы прочитал мои мысли, и его теплая рука оказалась на моей шее, а через секунду наши губы встретились в поцелуе. Еще через мгновение отстранился, довольно глядя на меня. — Ты чего? — я удивленно посмотрела на него. — На удачу, — он подмигнул и рысцой побежал к парням. Надеюсь, никто этого не видел. Хотя кого я обманываю! Здесь больше двух тысяч человек, кто-то, да точно видел! Не хотелось стать объектом местных сплетен, ведь потом будет очень сложно отмыться от этого. Когда мы встречались с Эдрианом, это было практически постоянной проблемой для меня… Люди обсуждают несуществующие факты, говорят то, о чем понятия не имеют, и совершенно не стыдятся этого, даже если знают, что их слова — абсолютная ложь. Казалось, что все будет точно так же, как и тогда… — Вы слышали? Говорят, у нашей отличницы Кэмпбелл уже был секс с главным красавчиком нашей школы! Чпок! Звук, по-видимому, открывающейся помады. — Как банально… серая мышка и капитан футбольной команды… Тяжело им, наверное. — Ага, тяжело! — третий голос. — Посмотрела бы я, как тебе было бы тяжело, если бы твой парень был красив, богат и, ко всему прочему, хорош в постели! Я сидела в кабинке туалета, не найдя в себе силы выйти к этим девушкам. Всегда глядя на такие сцены в фильмах, я с негодованием задумывалась, почему же эти девушки не выходили и не ставили жалких сплетниц на место, отстаивая свое достоинство, ведь в их словах не было ни толики правды, а лишь зависть и глупость. Но теперь я поняла. У них просто не было сил на это. Да и был ли в этом смысл, когда каждый верит в то, что хочет верить, и уже не столь важно, правда это или ложь, ведь для подтверждения своей правоты всегда находятся аргументы и даже факты… Поэтому я сидела в кабинке, глотая обиды и слезы, и ждала, пока незнакомки покинут дамскую комнату, которая скоро треснет от количества сплетен, распускающихся в ее стенах. — И что он в ней нашел? Она же совершенно обычная, вот ну совершенно! — А ты Орлеанская дева, что ли? Я шмыгнула носом и подняла голову, прислушиваясь к сменившему русло диалогу. Кажется, это был четвертый голос. — Что, прости? — Ну ты говоришь, что она «совершенно обычная», вот я и спрашиваю, чем ты, собственно, отличаешься от нее? Ты у нас с небес спустилась, или, может, ты богиня какая, а мы не в курсе? Мир, может, спасла или стала королевой за месяц? Нет? Тогда че выпендриваешься? Помалкивайте, и на вас кто-нибудь посмотрит. Это «че», как и выразительную интонацию, я узнаю из тысячи других. Девушки отфыркались фразами оскорбленных дам «какая грубиянка!» и «кто еще выпендривается» и с грохотом покинули уборную. Послышался шум воды. Я посчитала этот момент самым удобным, чтобы наконец выйти из злосчастной кабинки и убраться отсюда. У раковины стояла Хизер и как ни в чем не бывало намыливала руки, мурлыкая себе под нос мелодию и покачивая бедрами в такт. Она подняла взгляд на зеркало и быстро обернулась. — Андреа? — ее лицо быстро переменилось. — Ты что, все слышала? Я долго медлила, прежде чем утвердительно кивнуть. Было обидно, ведь мы с Эдрианом встречались не из-за статусов друг друга или личной выгоды, да и секса, по правде, у нас еще не было, но кого это волнует? — Ох, дорогая, не бери этот бред в голову, — Хизер крепко обняла меня, стараясь не касаться мокрыми руками спины. — Они просто глупые завистливые девчонки, и все. — Я знаю, знаю… — я поджала губы, пряча лицо в ее плече. — Но почему все равно так больно? — Андреа, спустись уже со звезд на землю! — Эмбер подтолкнула меня, чтобы я начала двигаться уже хоть в какую-нибудь сторону. — Сейчас вот-вот начнется, нам пора занимать места. Мы одной массой двинулись к месту возле трибун, откуда мы должны были начинать выступление. Команда противников имела свою собственную группу чирлидерш, которые для нас были даже больше соперниками, чем сами футболисты. Между нами было уловимое напряжение. Буквально через несколько десятков минут после начала был наш выход, поэтому мы заняли каждая свою позицию и в определенный момент начали выступление. Я все еще была далека мыслями, поэтому движения получались немного автоматизированными и скованными, будто я боюсь оступиться или перепутать движения. Прыжок, колесо, стант. Мы с девочками любили экспериментировать с пирамидами и фигурами, так что сегодняшнее выступление не было лишено новой изюминки. Я стояла наготове чуть поодаль, пока девочки незамысловатым образом выстраивали стант с верхушкой в лице Эмбер. В нужный момент Сара подготовила руки, я подпрыгнула, и она подкинула меня вверх, а, поскольку Сара была самой высокой из нас, это давало мне преимущество в высоте. Я крутанулась и приземлилась руками прямо на вытянутые руки Эмбер и замерла в таком положении на несколько секунд, видя мир вверх ногами, после чего с легкостью слетела вниз и приземлилась четко посередине на шпагат. Трибуны заулюлюкали, футболисты бросали взгляды на нас. Мы, улыбчивые и радостные, помахали и исчезли дверями. — Круто сработано! — Да! Мы молодцы! Теперь они просто обязаны выиграть! — Андреа, ты в норме? — Сара коснулась моего плеча. Видимо она заметила мою рассеянность лучше других. — Да… Просто немного волновалась. — Мы можем переодеться? Жуть как холодно! — Эмбер потерла руки. — Не думаю… Я слышала, мы должны быть в костюмах до конца матча. Кто-то ругнулся. На самом деле было не очень приятно разгуливать в таком прикиде, но выбора у нас особого не было. После второй четверти мы выступили еще раз, но уже с кричалкой и помпонами, когда я как-то неудачно сделала кульбит и почувствовала колющую боль в запястье. С этим было решено разобраться после. Я накинула пальто и шапку и забралась на трибуны, откуда открывался вид на все поле, а люди на нем казались маленькими муравьями. Что-то происходило. — Почему Джейсон играет так, будто он один на поле? — вслух рассуждал Тео. — Что бы он ни делал, он классный. — Хизер, кажется, сам матч не особо интересовал. Джейсон бежал прямо к воротам и вот-вот должен был забить, как его сбил с ног… Мерфи! Они прокатились несколько метров по газону в объятиях друг друга, к ним подбежал Эдриан, кажется, не очень довольный, потом и судья. Толпа неодобрительно гудела, так что было невозможно понять, что происходит на самом поле и о чем они там говорят. По итогу все кончилось тем, что Мерфи отправили на скамью запасных, дисквалифицировав, чем он, кажется, был весьма доволен, а наша команда получила штрафные пятнадцать ярдов. Это решило исход игры. Казалось, напряжение на поле было уже физически ощутимым, свинцом налитым в воздухе и оседающим в легких, так что хотелось встать и просто сбежать, иначе задохнешься. Создавалось ощущение, что щас начнется потасовка не только между командами, но и прямо среди наших же футболистов. Скрипя зубами они закончили матч с неприличным отрывом в пользу противника. Все поникли. Девчонки зябко сидели на первых рядах плечом к плечу и грустили, считая поражение своей виной, хотя мы сделали все, чтобы поддержать командный дух и настрой на победу. Хизер и Тео грустно молчали рядом со мной. С последним свистком мы быстро сбежали вниз. Пока соперников поздравляли с победой, фотографировали, наши футболисты стояли в куче и опасно гудели. Вид у всех был уставший. На лицо Эдриана упала устрашающая тень, что аж страшно было представить, каким он может быть в гневе, Джейсон метался между истерикой и гневом, а Мерфи был просто в ярости. Когда мы подошли, парни уже метали шаровые молнии друг в друга глазами и периодически словами. — Ты как капитан команды должен был предвидеть это! — Я аж вздрогнула от озлобленного голоса Мерфи. Его глаза были полны ярости. — У игры есть стратегия. — Эдриан был до ужаса сдержанным. — К черту стратегию! Ты видел ситуацию! — А меня, Мерфи, ты вообще в расчет не берешь? Я вообще-то со-капитан! — Иди нахрен, Джейсон! Ты вообще возомнил о себе слишком много, раз решил всю игру на себе тянуть! Футбол — командная игра, а не одиночная, если ты вдруг не в курсе! — Это был не повод сбивать его с ног! Честно, они все пугали меня. Кто абсолютным спокойствием, кто своей агрессией. — Да ладно вам, главное же не победа… — Хизер скромно пыталась влезть в спор, а ее попытки предложить пойти выпить пива пресеклись на корню. — Ты, Мерфи, себе в последнее время слишком много позволяешь, — Эдриан еще больше помрачнел. Не сомневаюсь, что Мерфи и его хотел послать куда подальше в том же духе, но не успел, потому что Джейсон налетел на него с кулаками, больше не имея сил сдерживаться, и повалил его ударом по лицу прямо в траву. Хизер вскрикнула, Тео выронил косяк, я вздрогнула, отпрыгнув, вместо того чтобы попытаться остановить драку. Парни покатились по земле в очередной раз, дубася друг друга кулаками, так что я уже не могла понять, кто из них где, едва по цвету волос различала. Первый пришел в себя Эдриан и еще парочка парней, которые попытались растащить их. Оба, как разъяренные звери, тяжело дыша смотрели друг на друга взглядами, полными ненависти и презрения, и, увидь их какой-нибудь прохожий, никогда бы не сказал, что они закадычные друзья. От крови, мелькающей на руках и лицах, меня замутило, а сознание затуманилось. Я сделала еще шаг назад. Одна картинка накладывалась на другую, хотя я отчаянно пыталась разграничить воспоминания с реальностью. — Андреа? — Тео взял меня под руку. — Ты чего? Я поморщилась, хмурясь, и мотнула головой. Ком стоял в горле, но я старалась сконцентрироваться на дыхании, как меня просил Эдриан, когда у меня начинались панические атаки. — Мне… не очень хорошо. И станет еще хуже, если завтрак сейчас любезно попросится наружу. Буду честной, меня порядком уже задолбало блевать, как только появлялся хоть какой-нибудь маленький триггер, будь то кровь, футболка, как у Тома, или тапочки. Я развернулась и бросилась к трибунам, мысленно считая до десяти и думая о том, как сейчас попью, переоденусь и поеду домой. Черт с ними со всеми, пусть сами решают свои проблемы. — Ау! — Руку стрельнуло, стоило на нее опереться. Значит, не домой. Ком все еще стоял в горле, но уже было легче. Холодный воздух бодрил и бил по щекам ветром. Я сделала несколько крупных вдохов, и организм практически пришел в себя, как и мозг, чего не скажешь о клокочущем в груди сердце, которое зачем-то с тройным усердием гоняло по организму кровь. Я обернулась, глядя на ребят. Парни еще разбирались, но драться, к счастью, перестали. Я неопределенно вздохнула и пошла в раздевалку, чтобы наконец перестать мерзнуть. Теплые джинсы и свитер приятно защекотали кожу, волосы решила не распускать, поэтому попрощалась с девочками и вышла из раздевалки. Хизер написала, что увела Джейсона, видя, что они с Мерфи опять сцепятся, а Тео поволок Эдриана в противоположном направлении, чтобы исключить даже малейшую вероятность очередной драки. «Мерфи оставляем на тебя, подруга!» — Супер… — буркнула я и вышла на улицу, стискивая лямку рюкзака в руке. Мерфи стоял возле байка и смотрел что-то в телефоне с равнодушным видом. На виске и губе запеклась бусинами кровь, но его, видимо, это не особо волновало. Я сделала глубокий вдох, собрала себя в кулак и уверенной походкой направилась к нему. Он медленно поднял на меня одни глаза. «Терпи, Андреа, терпи! Не дай ему победить!» Но от взгляда Мерфи меня сразу же плющило, как ни крути. Я откашлялась и подошла ближе. — Надеюсь, ты мне объяснишь, что это было. Он молча вручил мне шлем и принялся надевать свой, а я терпеливо ждала ответа до тех пор, пока парень не сел на байк, тем самым дав мне понять, что никаких объяснений я от него не получу и могу даже не ждать. — Мерфи! — не выдержала я. — Что? — Абсолютное спокойствие. — Что у вас произошло? — Не имею желания отчитываться. Садись. Вр-р! Вр-р! Мотор заревел. Я, раздраженная и недовольная, села и в знак протеста даже не притронулась к Мерфи, держась руками за багажник, хотя так ездить мало того что неудобно — просто опасно. Неужели я виновата в том, что хочу услышать хоть какие-нибудь объяснения? — Едем в больницу, — буркнула я. — Зачем? У тебя что-то болит? — он чуть посмотрел через плечо, но я не увидела его лица из-за шлема, и взял меня сначала за одну руку, притягивая к себе, а потом и другую, так что его торс оказался в кольце моих рук. — И держись крепче. Не хочу, чтобы ты свалилась из-за своего упрямства. Я фыркнула. И это я еще упрямая? — Тебе не помешает помощь. Мне тоже… — Что случилось, Андреа? — кажется, Мерфи становился все нетерпеливее. — Не имею желания отчитываться! Поехали уже! Я зло стиснула его в руках и прижалась щекой к кожаной куртке, дав ему понять, что тоже не буду ничего ему разъяснять. И с каких пор я стала вышибать клин клином? До больницы мы ехали быстро и молча. Я примерно прикидывала мотивы для поведения каждых из парней, но все еще не понимала, почему они, слаженная и сильная команда, налажали так непрофессионально? Но это было ожидаемо, если так подумать. Каждый из них своенравен и хочет быть прав, так что, рано или поздно, это должно было выйти им всем боком. — Приехали. — Мерфи заглушил мотор. Я поднялась и расстегнула шлем, а после проследила, как и парень делает то же самое. Как ни странно Мерфи шли ссадины и кровь под стать его характеру, но мне не хотелось видеть их на его лице, даже больно было оттого, что его ранили. Странно — романтизировать увечья. Увидев его милое лицо с растрепанными волосами на нем, я практически забыла о том, что злилась десять минут назад, и он понял это, даже несмотря на то, что я все еще пыталась скрывать, что меня отпустило. Мы молча направились к главному входу. — Я тоже хотел победить, но это было бы неправильно, — Мерфи придержал мне дверь, и я прошла вперед, молча, позволяя ему закончить мысль. — Победа — заслуга всей команды, а не одного человека, и говорю я так не потому, что хотел разделить лавры или забрать их себе, а потому что Джейсону стоит понять, что если рвать жопу будет один за всех, то ничего не выйдет, но, как только даст слабину один, провалится вся команда, что продемонстрировал я. Можешь считать мой поступок идиотизмом, раз я пожертвовал важной для всех победой, или слабохарактерным, но я считаю свое решение верным. Вот почему я поступил так. Хотя не могу не сказать, что Эдриан мог бы встать на мою сторону, но это другой вопрос. А ты что думаешь, принцесса? Думаешь, как и все остальные, что я такой вот дурак, который не может держать себя в руках? Что думаю я? В чем-то Мерфи и прав, но не стоило преподавать урок подобным образом, потому что многое было поставлено на кон, например, поездка на международные соревнования. Не уверена, что я повела бы себя так же в этой ситуации, но не мне судить, поскольку я даже не участвовала. — Ну-у, Джейсону стоит быть более терпеливым и научиться доверять команде, тебе не хватает рассудительности и приоритетов, а Эдриану — строгости. Но не попеременной, а постоянной. Ему следовало держать команду в ежовых рукавицах, зная вас. Единственное, в чем я уверена, что ты никакой не дурак, — я чуть улыбнулась. — Значит, рассудительности мне не хватает? — Мерфи пихнул меня локтем. — Обижаешь, принцесса. Разве я не самый рассудительный человек в твоей жизни, что я тебе только что продемонстрировал? Я усмехнулась и промолчала, не сдерживая улыбки. Мы прошли на стойку регистрации, где нас направили в различные кабинеты — меня к травматологу, а Мерфи — к неврологу. У меня особых осложнений не оказалось, как я и предполагала. Всего лишь небольшое растяжение связок у меня, а я ведь помнила, что на прохладе тело быстро остывает, но тем не менее умудрилась получить травму, а у Мерфи — небольшое сотрясение. Руку намазали мазью и получше забинтовали, пожелав здоровья, отпустили. Мерфи нигде не было видно, поэтому я уселась на диванчик и принялась ждать. Даже в зале ожидания плотно пахло хлоркой, запах которой навевал странные, даже теплые воспоминания о прошлом, когда я сломала ногу и ребята каждый день навещали меня, или когда Эдриан получил сотрясение после неудачного школьного матча и мы часами лежали в объятиях друг друга и молчали. Больницы — это не всегда так плохо, как о них говорят, хотя в этом месте смерть прописалась лучше прочих других. — Мисс Кэмпбелл? Я резко вскочила, не сразу заметив перед собой фигуру Маршалла, который держал в руках какие-то бумаги, а в другой — телефон. — Детектив? Не ожидала вас здесь встретить, — я чуть улыбнулась в знак приветствия. — У меня тут были некоторые дела… А вы что здесь делаете? Все в порядке? Вы ранены? Я опустила голову, улыбнувшись. Если бы меня хотели ранить, я бы лежала уже в морге, но вряд ли бы сидела в больнице. — Я в норме. Небольшое растяжение. Я показала перебинтованную руку. Мы помолчали. В голове промелькнула странная идея, которая показалась мне полнейшим бредом, но, раз я встретила Маршалла здесь, значит, это неслучайно? Значит, мне стоит сделать шаг. — Я хотела спросить, могу ли я, скажем, завтра заглянуть в квартиру? — Вы что-то вспомнили? — Не совсем… Мне кажется, я должна еще раз все осмотреть, чтобы получить подсказку. Маршалл покачал головой, но потом согласился. Видно, ему не нравилась моя подпольная самодеятельность, о чем говорил его взгляд и попеременно хмурящиеся брови, но я, как ни крути, была практически единственным человеком, который может хоть как-то сдвинуть следствие с мертвой точки. — Шутки с огнем плохи, мисс Кэмпбелл. Не играйте в детектива и не делайте глупостей, если не уверены, что сможете выйти целой и невредимой. — Спасибо. Разберусь, — я ответила любезной улыбкой. — А теперь можно получить ключи?