Ореол полярного свечения

      Он присел на чёрствый и твёрдый диван, зарываясь руками в платиновые волосы. Голова адски звенела и болела. Его уже тошнило от её голоса…       — Дерьмо! — Малфой в ярости пнул рукой диван. — Захлопнись, Грейнджер! Захлопнись! Он прокричал настолько сильно, что показалось, будто в голове затихло. Но это оказалось временной надеждой.       Опять в задворках сознания раздался её голос…       — Блять! — беспомощно прошептал он.       Как она его раздражала — было невозможно описать. Если бы появилась возможность выразить эту открытую ненависть к ней в количестве полётов на метле… Он бы, наверное, мотал круги вокруг квиддичного поля двадцать четыре на семь. Без остановок.       Малфой думал, что навсегда избавился от этой идиотской троицы, как только сбежал с родителями в Израиль. Он уже практически их забыл. И надеялся, что навсегда.       Смерть Тёмного Лорда привела его семью в чувство, они избавились от его власти, но как бы ему не было лестно от этого, он понимал, что убил его именно Поттер. Как-никак, это убийство с рождения было предназначением Золотого мальчика. Семья Драко отнеслась к этому нейтрально, поскольку все члены питали к Поттеру только негативные чувства. Главное то, — что Волан-де-Морт мёртв. А что касается грязнокровки…       О ней он вообще забыл. Забыл ровно до того момента, как впервые увидел её в своих видениях. Тогда она выясняла отношения с придурком Уизли. Кричала на него, а затем плакала. Малфою было до глубины души похер, что между ними случилось и почему эта дура лила свои грязные слёзы. Он даже не вслушивался в плаксивый диалог. Его больше волновало то, почему он находился словно рядом с ними, но в то же время не там где они. Затем последовательная рулетка стала прокручиваться вновь и вновь.       Потеря сознания. Грейнджер, вечно кричащая и в слезах. После он приходил в себя. Странная вибрация по телу и неумолимая, безудержная сладкая страсть над кем-то поиздеваться Круциатусом или просто сразу бросить Аваду…       Салазар… Только он подумал, что начнёт новую и спокойную жизнь, как судьба решила подкинуть ему новых приключений на задницу. Но попотеть с хреновыми догадками пришлось недолго. Малфой вспомнил, что в битве бросил в Грейнджер сектумсемпрой.       В заключение, блаженно понаблюдать за её страданиями…       И, возможно, эта сектумсемпра и оказалась предвестником его мучений. Эта мысль пришла в его голову совершенно недавно, но он не собирался её отпускать. Сектумсемпры, к сожалению, не обладают возможностью вылечиваться. И увечье, что Драко нанёс Гермионе останется с ней навсегда. Поначалу, он злорадствовал от этого, представляя жуткий уродливый шрам, который будет портить её грязное тело всю оставшуюся жизнь, но он также понял, что и сам из-за этого страдает…       Морально страдает, а Грейнджер физически.       Малфой решил что нужно как-то от этого избавиться. Он не собирался всю жизнь мучиться и каждый раз, когда у грязнокровки будет приступ ярости, слышать её отвратительный голос.       Пиздец…       Слава Салазару, что он научился контролировать потери сознания и свою собственную агрессию. К несчастью, от её мерзкого голоса никак не удалось избавиться. Разве что… он научился немного заглушать крики в своей голове. Но и это временно…       Только поняв, что распластался на полу, Малфой грубо выругался под нос и поднялся, отряхивая чёрную футболку и джинсы. Голос Грейнджер прекратился, хотя он уже не помнил когда. Голова перестала гудеть, но ещё побаливала. Малфой даже временами опасался за неё, переносить такое количество негативных эмоций совсем другого человека — нужно иметь стальную выдержку.       Иронично, он даже себе и представить не мог, что Грейнджер так часто злится. Выпал бы ему более лёгкий способ наблюдать за этим, Малфой безотказно бы наблюдал за таким зрелищем и ликовал.       Из мыслей его отвлёк шум, доносившийся неподалёку. Парень насторожился и, проиграв своему любопытству, вышел в коридор.       Новый дом семьи Малфоя не отличался той аристократичностью, что царила в их прежнем. Дом ещё наполовину пустовал, стены однообразного серого цвета и два этажа. Тут еле можно было сосчитать 150 кв. метров. Когда Драко здесь впервые очутился, ему подумалось, что с ним сыграли злую шутку, если считают, что он будет теперь жить в таком доме. Поскольку, он вдобавок оказался…       — Маггловским?! — он ошеломленно замер, подумав, что ему причудилось это услышать.       — Драко, послушай… — размеренным голосом произнесла мать, которая ожидала подобную реакцию сына.       — Серьёзно? Вы. Сейчас. Серьёзно? — он затрясся в лихорадочном припадке несдерживаемой злости.       — Послушай нас! — подал голос Люциус подвышенным тоном. Именно тем, которого Драко, когда был маленьким, жутко пугался и сразу умолкал. Но сейчас ему было плевать. Плевать на всё. — Это меры безопасности, и ты должен смириться…       — Ты издеваешься, отец? Вы сейчас серьёзно говорите, что мне придётся жить в маггловском доме? У вас у обоих крышу, что ли, блять, снесло? — яросто закричал он, не чувствуя под ногами земли.       Малфою показалось, что он буквально надулся как шар, готовый вот-вот взорваться.       — Следи. За. Своим. Языком! — взорвался Люциус.       — Люциус, не надо! Ты же прекрасно понимал, что всё будет именно так, — сказала Нарцисса, пытаясь хоть как-то развеять ужасающее напряжение, повисшее между отцом и сыном. Они стояли напротив и сверлили друг друга убийственными взглядами. Оба были на пике. Казалось, ещё минута, и они накинутся друг на друга.       — Нарцисса, как вы посмели? Вы всю жизнь мне впихивали в голову, что магглы и всё, что с ними связано — отрава для волшебного мира. А теперь? — Драко совсем потерял управление над собой, он едко выплёвывал каждое слово и предложение, стараясь омрачить задумку родителей. Он уже был уверен, что они на пути отнимающим способность здраво мыслить. — Вы вообще понимаете в какую яму себя загнали? Кажется, служба у Тёмного Лорда не всем идёт на пользу, — процедил парень.       При упоминании Волан-де-Морта у Малфоя-старшего мигом улетучилось всё терпение. Он вытащил из чёрного бархатного костюма древко и угрожающе оскалился. — Только попробуй или тебя ожидает плачевный исход, — зашипел тот. Глаза Люциуса обрели красно-кровавый оттенок. Последствие всяческих пыток и недосыпов во время службы.       — Давай же, отец, накажи меня. Примени Непростительное. Покажи мастер-класс, — сказал Малфой-младший, инстинктивно потянувшись в карманы брюк за своей палочкой. Отец этого движения не заметил, что придало парню уверенности, — Ах да, прости, я совсем забыл… у тебя кишка тонка при ней это сделать…       Удар.       Молниеносная боль, пронзившая тело до костей.       Он лежал на полу, скрючившись от невыносимой агонии. Горло охрипло из-за крика. Хотя он вообще его не слышал. В ушах звенело. Круциатус пронзал его тело поочерёдно. Впивался ножами, прокручивая полными оборотами.       Но вдруг… Всё прекратилось.       Драко била сильная дрожь. Когда он, пересилив себя, поднялся с трясущимися коленками. Порезы, появившиеся от заклятия, окрашивали одежду в красные оттенки.       Он удовлетворённо улыбнулся, сплюнув кровью, и произнёс дрожащим голосом: — Браво, отец. Это было… мучительно, — Его взгляд упёрся в заплаканную Нарциссу, сидевшую на полу, подпираясь коленами. Её мокрые глаза отображали смертельную боль. Словно это не Драко бился в адской агонии, а она.       — Прости, мам. Я заставил тебя лицезреть ужасное зрелище. В следующий раз, будь добра, можешь закрыть глаза, — хриплым, надорванным голосом съязвил он. Он вернул своё внимание разъярённому отцу, готовому нанести следующий удар.       — Ведь мы ещё не закончили. Ну что, Люциус, потанцуем?.. Его красные глаза сверкнули, а Малфой хищно ухмыльнулся, искажённым оскалом.       — Экспульсо!       — Экспеллиармус!       Драко меланхолически вспоминал тот день с еле заметной улыбкой на лице. Заметно он тогда потрепал отца. Да и он его тоже. Некоторые раны ещё не до конца затянулись. Впрочем, крови было много. Малфой, таким образом, примирился с местом, в котором ему предстояло жить. А вообще, подобных стычек с Люциусом у них было гораздо больше, чем много.       Парня до сих пор трясло об упоминании кого-то, что это теперь его дом, который им продал херов маггл — дедуган. Малфоя, к его великанскому удивлению, ещё неизменно тянуло в Хогвартс. Он поражался сам себе. Но всё же… Драко уже должен считаться выпускником, поскольку в прошлом году был на седьмом курсе. Но карьера Пожирателя Смерти сделала своё. Уничтожила его собственное «я». Сделала равнодушным к убийствам на глазах. Пробудила липкую жестокость…       Он хотел вернуться в бывшую школу, но не находил смысла. Ему там нечего делать. Во-первых, Хогвартс сейчас находится в реконструкции. Многие считают, что школа ещё опасна для поступающих волшебников, учитывая последние события.       «Это место пока небезопасно. Лучше переждать. К тому же, в Хогвартсе ведутся работы по восстановлению… »       Так писала семья чистокровных волшебников о сложившейся ситуации в недавнем выпуске «Пророка».       И, во-вторых, после тех кошмарных событий в конце шестого курса, когда он впустил пожирателей в Хогвартс… все его считают предателем.       Убийцей…       Надежда зажить прежней жизнью рассыпается в крах каждый раз, стоит ему вспомнить…       Очередной поток мыслей прерывается, когда Нарцисса окликнула Малфоя. Судя по всему, не в первый раз. Её озадаченное лицо пыталось найти в нём остатки сообразительности.       — Драко! Милый, ты в порядке? Я недавно слышала, как ты кричал. Что случилось? — её мелодичный, но в то же время серьёзный голос привёл парня в чувство.       Он потёр глаза и запустил руку в волосы. — Всё нормально. Он откашлялся, намереваясь перевести тему.       — Нарцисса, что за звуки из кухни? К нам пожаловали гости? — спросил Драко.       — Всё верно. Я за этим к тебе и пришла, чтобы сообщить. Но приехали те, кого ты очень давно не видел, — размеренно промолвила мать.       Бровь Малфоя удивлённо подскочила в немом вопросе. — Я сейчас приду.       Нарцисса кивнула и ушла, оставив сына гадать, кто и с какой стати мог к ним приехать.       Тут Малфоя парализовало. А если это посланник из Министерства?       Как им передали, Министерство назначило достойную сумму за голову Драко и Люциуса. Нарцисса же, к огромному облегчению, смогла сохранить инкогнито. Каждый знакомый, даже друг мог оказаться предателем. Хотя родители Драко позаботились о том, чтобы их местонахождение не смогли вычислить никакими заклинаниями поиска. Для этого, собственно и была организована идея поселиться в маггловской халупе.       И притворяться магглами…       Полгода назад Малфой ещё рассмеялся бы в лицо за такую оскорбительную шутку и бросил бы петрификусом в того, кто посмел такое сказать. Как веет иронией всей ситуации.       Как парень недавно узнал, Израиль является единственной страной, в которой практически нет волшебников. Связи Малфоев позаботились о том, чтобы эта новость не дошла до ушей Министерства.       Салазар, как же хреново быть под прицелом долбаного Министерства…       Жертвовать своим достоинством, скрываясь под маской маггла и живя в купленной лачужке, скорее больше напоминающей курятник, нежели дом.       Как же чертовски сильно он скучает по мэнору…

***

      Как только он подошёл к кухонной двери, послышался знакомый женский голос.       «Гринграсс? Чёрт… Не поверю. Что ей здесь нужно?» — подумал парень.       Драко, надев маску безразличия, открыл дверь и вальяжно вступил на порог кухни.       За столом собрались родители, родители Гринграсс и сама Астория Гринграсс. Все разом устремили взоры в ново вошедшего. Астория встала из-за стола.       — Привет, Драко. Давно не виделись, — нежный голос пронзил его ухо.       Привычная девичья хандра так и продолжала покрывать её лицо. Спустя три месяца так и не изменилась, чего стоило ожидать. Наивная улыбка и мягкий румянец. Всё такая же, как прежде.       И всё такая же доверчивая, глупая и самоуверенная…       Он отвёл взгляд и учтиво поприветствовал мистера и миссис Гринграсс. Холодно и сдержанно с людьми высокого статуса и положением в обществе как у них, он не мог обходиться. Воспитание не позволяло ему. Его родители были такими же.       Но временами он жалел, что не имеет возможности поговорить с ними, будь они ниже его по статусу.       — Мистер Малфой, вы так возмужали с нашего последнего к вам визита… — душистым голосом сказал мистер Гринграсс. Драко воздержался от пёстрого желания фыркнуть и уйти. — С того времени моя дочь сильно заинтересовалась вами…       «Что за бред он несёт?..»       Парень изогнул бровь и медленно перевёл взгляд на уже начинающую краснеть рядом сидевшую Асторию. Та незаметно дёргала отца за жилетку, чтобы он прекратил. Однако…       Блять… Твою ж…       Голова запела или закричала.       Он уже не успел об этом подумать. Малфой провалился во тьму…

***

      Библиотека.       Темно.       Она раздражённо переворачивает страницы какой-то книги.       Она одна.       — Блять, какого хера я здесь делаю? — раздражённо прорычал Драко.       Сука…       Грейнджер что-то бубнила себе под нос. Любопытство одержало верх над раздражением и Драко, заскрежетав зубами, почти против своей воли подошёл к столу, где она сидела.       — Что не так на этот чёртов раз, Грейнджер?       Он встал позади неё, попробовав посмотреть, что же так взбесило её в книге, что даже его сюда занесло…       «Все виды Магических Связей. Как их устранить»       Драко напрягся.       Она знает…       Тео всё-таки ей сказал… Тупорылый идиот… Он ведь просил его этого не делать.       Но что Гермиона пыталась найти в этой книге? Он был уверен, что её дурной нрав «ищейка—узнавайка» был задействован здесь. Неужели она рассчитывала на то, что сможет на первой же странице найти подробное описание по пунктам «Как избавиться от магической связи. Самый простой способ…» Это то же самое, что и «Убить Волан-де-Морта без помощи святого Поттера». От такой бестолковой мысли он фыркнул.       Какая хуйня…       Из яростных размышлений его вывел громкий крик Грейнджер.       — Дьявол! Мне не нужна связь «Двух Зайцев!» — книга полетела на пол. Драко почувствовал нарастающую злость.       Салазар, за что ему это…       — Чёртов… Малфой! Ненавижу тебя!       Парень наклонился к самому уху девушки и прошептал: — Это взаимно, Грейнджер.       Гермиона вздрогнула и резко обернулась. Драко отпрянул, не ожидавший такого поворота.       Что?.. Она его услышала?       Два шоколадных блюдца внимательно всматривались в пустоту. Малфой замер, затаив дыхание и не спуская с девушки взгляда.       Грейнджер потянулась к нему, будто пыталась дотронуться. Её рука прошла сквозь грудь Малфоя. Он почувствовал себя гребаным привидением.       — Дерьмо. Грейнджер… — яростно прошипел он.       Словно услышав, гриффиндорка убрала руку и поспешно встала. Она принялась торопливо собирать свои вещи.       Чёрт. Малфой был больше чем уверен, что она заподозрила его присутствие. Даже если его не было видно.       Грейнджер потянулась за своим древком, которое лежало на столе. Не успел Малфой ничего предпринять, как девушка уже тихо произнесла: — Гоменум ревелио…       Ничего.       Оба замерли…       Ничего не произошло.       Гермиона шокирующе хлопала глазами, не веря тому, что заклинание не сработало. Драко с облегчением выдохнул, переводя дух.       Пока что фора была на его стороне.       «Фригидная дура…»       Но тут образ Грейнджер стал медленно растворяться. Как будто его занесло омутом памяти в чьё-то воспоминание, а потом действие кончалось. Следом за ней пошла и библиотека…

***

      Веки разомкнулись. Глаза приметили стены его комнаты. Он лежал завёрнутый в одеяло, с чем-то холодным на лбу. Рядом сидела Гринграсс. Драко ухватился за холодную дрянь на лбу и чертыхаясь, скинул её на пол. Сам же парень приподнялся в постели. Тут же заметил устремлённые, прожигающие в нём дыру глаза.       — Как себя чувствуешь? — тихо и аккуратно спросила темноволосая девушка.       — Гринграсс. Какого хрена ты здесь делаешь? — резким и низким голосом процедил Малфой.       Астория поникла плечами и напряглась, опуская взгляд. Но слова Малфоя её никак не тронули. Она пропищала овечьим голосом: — Нарцисса сказала мне остаться здесь и наблюдать за твоим состоянием, — Драко не удержался от закатывания глаз и злобного шипения.       Гринграсс не обратила на это внимания и продолжила: — Ты потерял сознание на кухне, помнишь? Мы от…       — Помолчи, Гринграсс, — ему стало тошно от её голоса, — Я по-твоему тупой, чтобы мне объяснять, что я потерял сознание?       Девушка вся сжалась, как ребёнок, которого ругали взрослые.       — Мне не нужна нянька. Можешь быть свободна, — раздражённо бросил Малфой.       Но девушка похоже не собиралась так быстро уходить. Она поднялась со стула и присела на край кровати Драко. Парень оторопел от такой наглости и безрассудства. Гринграсс могла пожалеть.       Он обрёл до сумасшествия угрожающий взгляд. — Свали, — медленным, пугающе тихим голосом холодно предупредил он.       Астория ослушалась.       — Нет.       Одно её слово…       Одно слово вызвало в нём ураган.       Не помня себя от гнева и последствий, он накинулся на неё и перевернул на кровати, нависая над ней и зажимая рукой горло. Теперь она находилась под ним.       В его власти…       Драко яростно всматривался в её огромные голубые глаза, в которых не было и тени страха. Лишь спокойствие.       Он закрыл глаза.       — Смерть Пэнси меня тоже убила, Драко.       Когда он открыл глаза, в них промелькнул отблеск боли.       — Ничего подобного.       Салазар, как же ему плохо.       От Астории это не укрылось. Она нежно положила чуть дрожащую ладонь на его щеку.       — Драко, это видно, — её овечий голос именно в эту секунду превратился в успокаивающий. Парень ужаснулся от этой бескорыстной мысли, — Я хочу помочь тебе…       Её немного пухловатые губы. Тонкие, хрупкие пальцы всё ещё касавшиеся его щеки. Нежная кожа.       Блять. Он попал…       Дальше всё произошло незаменимо быстро.       Драко всё больше обхватывая рукой её горло, потянулся к сладким губам, и она мгновенно прильнула к нему в ответ. Тело захлестнула волна жары.       Чёрт. Как он по этому скучал…       Бесцеремонно раздвинув губы девушки, Малфой проник языком в рот Астории, изучая его. Гринграсс застонала и прижалась к нему ещё ближе, водя руками по спине, животу, шее.       Отдаваясь ему.       Драко не на шутку возбудился. Изучив рот, он опустился ниже, к шее. Треклятая трикотажная кофта начала создавать неудобства. На секунду остановившись, он подцепил и резким движением снял мешающуюся вещь, всё время смотря в глаза Астории. Она никак не возражала, а наоборот, пыталась помочь избавиться от одежды. В её глазах горел огонёк согласия, и Малфой продолжил, опять припадая к шее девушки. Целовал, местами покусывал её ключицу, предплечье. Она хватала ртом воздух. Старалась быть как можно тише.       Какая послушная…       Парень опустился ниже. К её животу. Поцелуями покрывал всю поверхность, заставляя Гринграсс изгибаться, подобно змее. — Драко… — ему понравилось, как она произнесла его имя сквозь стон.       — Я люблю тебя…       Щелчок.       Осознание.       Падение.       — Что?

***

Ему показалось, что он неправильно расслышал. Ему показалось, что это была неудачная шутка. Но отвратительная реальность настигла его. Пробуждая. Беспрекословно.       — Я люблю тебя, Драко, — повторила запыхавшаяся, с пылающими губами девушка.       Твою мать…       — Ты издеваешься? — обрывисто спросил Драко.       Гринграсс захлопала глазами, не понимая и не ожидая от него такой реакции.       — Драко, я… — слизеринка попыталась объясниться.       — Заткнись! — взбесившись, проревел Малфой. Он затрясся в немой ярости и немедленно встал с постели.       — Я… я не понимаю, Драко, — проронила печальным голосом Астория. — Почему ты так реагируешь?       Парень запустил руки в волосы и отвернулся спиной к девушке, лишь бы не видеть её лица.       — Здесь нечего понимать, Гринграсс. Ты меня разочаровала. Очень. Разочаровала, — холодно высказался он.       Краем уха он услышал, как Астория начала всхлипывать. Слышал, как быстрыми движениями оделась, встала с кровати и подошла сзади.       Пару минут они стояли в тишине, каждый по-своему переваривая случившееся. Ровно до того момента, как Гринграсс подала голос: — Я надеялась, что ты изменился, Драко… но… как вижу, всё даром, — грустно вздохнула она. Малфой слышал, что её голос дрожал. — Это не я разочаровала, а ты.       — Пошла, блять, вон! — он так громко выкрикнул, что, казалось, сорвал голос.       За спиной послышалось движение. Гринграсс, ни слова больше не сказав, вышла.       А Драко так и не посмотрел на неё.       — Скорджифай! Он обессиленно упал на убранную кровать. Сука…