1507 год. Уже как пять десятков лет невинные люди подвергаются массовому рабству. Титулованные разбойничьи шайки и высокопоставленные армии подчиняют жителей деревень своей изощрённой, садистской воли. А последние два десятка по Ближнему Краю распространяется легенда о некоем проклятье Белой Крови. По слухам, это заранее предначертанная судьба у родившегося младенца. С белой кровью. Как говорят, тот, у кого это проклятье, погибнет от руки любимого человека. И это неминуемая участь...

Она упала прямо на молодого солдата, сжавшись и пальцами ухватившись за его грубую на ощупь форму. Девушка чувствовала, как его тёплые руки крепко обхватили талию, придерживая и не давая упасть. И не ясно было, что в этот момент казалось страннее: то, что солдат поймал её, или то, что она ощущала себя в противоестественной безопасности в его руках. В руках немецкого солдата, чёрт возьми.

Какого цвета ваша сказка? Мне по душе палитра из красного, чёрного и белого.

Он завидовал тем, кто имел возможность смеяться. Хохотать без устану. Малфой бы хотел вернуть себе давно утерянный смех. Испытать это невероятное чувство снова. Вот только за выбранного для этого учителя проклинал себя ещё долго. А возможно, и нет.

В сладкой мести есть что-нибудь зловещее, эдакое безвкусное и отвратительно мучительное до боли в мышцах. Месть — страсть наших предрассудков, наших инстинктов. Но может ли она прекратиться после свершения? Отпустит ли это липучее чувство? Оставит ли в покое трепечащую душу и сердце? Сможет ли месть прервать связь, образовавшуюся между двумя людьми? Или связь прервёт месть, превоображая её в нечто иное, совершенно противоречивое... В страхе и ненависти. В боли и злобе. В ярости и страданиях...