Глава 2. Всё своим чередом.
24 июля 2021 г., 20:50
Глава 2.Всё своим чередом.
— Сказочные дебилы, — прошептал Идзаки. Вокруг него крутились братцы Миками, которые по непонятным ему причинам оказались в GPS. Такия отсиживался на диване, бросая редкий тяжелый взгляд в их сторону, но ничего не говорил. Как оказалось, словесный понос близнецов его совсем не раздражал, а иногда ещё и веселил. Официантки за барной стойкой переглядывались друг с другом, не зная, чего ожидать от судзурановцев. Шун махнул рукой, подзывая одну из них. — Определились с заказом? — дежурно спросила девушка. — Пиво и чипсы, — одновременно подали голоса близнецы. — То же, — пророкотал Такия, мимолётно отрывая взгляд от окна. — Кофе. Такеши удивлённо приподнял бровь, но ничего не сказал, то ли быстро одумался, то ли тяжёлый взгляд Генджи, наконец, достиг нужной кнопки в его голове. Шун откинулся на спинку стула и тяжело вздохнул, гадская мигрень не отпускала уже неделю. — Где Макисе с Чутой? — Пошли к Токио насчёт нового устава школы, — просто ответил Генджи. — Почему мне не сказал? — Тебе хватает забот, —Манабу хлопнул его по плечу и отвлёкся на принесённое пиво. Идзаки поймал на себе взгляд Такии и посмотрел в ответ, тот только едва заметно кивнул и снова уставился в окно. А на улице опять сыпал снег.***
— Я три раза свалился в сугроб, дважды проехал задом по гололёду и один раз меня обрызгал грязью какой-то мудак на крутой тачке, —Шун загибал пальцы пересчитывая все утренние бедствия. — С новым годом, блондинка! Идзаки развернулся на крик, перед лицом пролетел снежок и разбился о стену белым самоубийцей. — Совсем охренел?! — Да брось, — скривился Токаджи, подходя ближе, — ты так паршиво выглядишь, что мне совесть не позволит мучить тебя. — Одного твоего присутствия хватает, — огрызнулся Шун, направляясь к распахнутым дверям корпуса. — Какой же ты злой, бываешь иногда, хотя я знаю, это на тебя Такия так влияет. —Серидзава, убери своего шута, —угрюмо потребовал Такия, уходя вслед за Шуном. —Ревнует, — отчеканил Тамао, глядя в спину короля Судзурана. — Да на здоровье, — усмехнулся Юджи, катая очередной снежок.***
— Я всё понял, еда в холодильнике, деньги в конверте на столике в гостиной, пальцы в розетку не совать. — Сынок, ты только не ввязывайся в неприятности, —Шун перехватил руку матери и быстро коснулся губами тыльной стороны ладони. — Как скажите царица. — И никаких пьянок и девиц! — возмутился отец, отвешивая сыну подзатыльник. — Лучше всего уберись на чердаке, там полно коробок. — Слушаюсь, товарищ начальник! Отец удручённо покачал головой и подхватив дорожную сумку, вышел на улицу. Проводив отца и мать, Идзаки захлопнул входную дверь и уселся прямо в коридоре, ширины прихожей хватало на то, чтобы вытянуть ноги и упереться пятками в противоположную стену. Дом дышал тишиной, с улицы доносились запахи весны. В этом году потеплело до безобразия рано, бродячие коты ночами напролёт голосили под окнами, не давая спать. Правда, в последнее время это только радовало Шуна, сны приходили поганые, удушающе склизкие. Вскочив на ноги одним резким рывком, он метнулся вверх по лестнице, перепрыгивая через каждую вторую ступеньку. На чердаке пахло пылью и забытыми вещами. Прикрыв глаза, Идзаки снова уселся на пол и прислушался к звукам. Кажется, по крыше снова разгуливали бродячие коты. На разбор коробок ушел весь вечер, опомнился Шун только когда звонок телефона. Вытянув из кармана джинс мобильник, он глянул на экран и присвистнул. — Да, Генджи. Нет. Все в порядке. Нет, я дома. Нет, не скучно. Да, занят, — разговаривать с Такией по телефону было одно удовольствие, он задавал все интересующие его вопросы и тут же заканчивал разговор. Отложив телефон на коробки, Идзаки принялся перетаскивать всё на одну сторону. Через полчаса о себе напомнил голодающий желудок, издав крик умирающего кита, он явственно скрутился в узел. Ужин, благоразумно оставленный на столе, не пришлось даже разогревать. Подхватив креветку за хвостик, Шун покрутил её на свету и отправил прямиком в рот. От ужина его отвлёк стук в дверь. — Ого, Они-сан, не поздновато ли для прогулок? —Шун отступил в сторону, пропуская старушку в дом. — Я всего лишь на минутку, принесла тебе кое-чего. Раз уж родители уехали без тебя, хоть побалуешь себя сладким, — она протянула ему бумажный пакет и ободряюще улыбнулась. Идзаки заглянул внутрь и тяжело вздохнул. — Это были её любимые конфеты, — Они-сан осторожно коснулась его щеки и покачала головой, — пора уже тебе взять себя в руки. Траур не может длиться вечно. Она медленно развернулась и направилась к калитке. Растворилась в ночной темноте, выйдя из-под света уличного фонаря. Шун проводил её взглядом и вернулся в прихожую, глянул на своё отражение в зеркале. Небритая физиономия не внушала большого оптимизма, тусклый взгляд. Сейчас он сам больше походил на мертвеца, но делать с этим что-то сил уже не было.***
— А я тебе ещё раз повторяю, нашим не выстоять против столичной команды! Юджи только весело усмехнулся и придвинулся ближе к Такеде. Этот парнишка верил в любую чепуху, которую вещало центральное телевидение, и он сам, на мнение других ему было глубоко фиолетово. — Наши выиграют. Такеда сфокусировал пьяный взгляд на его лице и усмехнулся в стакан: — Я тебе дам, если победу одержат Осакские Дьяволы. — Замётано! —Токаджи толкнул его в плечо и откинулся на спинку дивана. Из динамиков загрохотал очередной микс и клуб задышал в такт ускоряющегося ритма. Юджи глянул в спину удаляющегося Такеды, он, пританцовывая, шествовал за какой-то длинноногой блондиночкой. — Ничегошеньки ты мне не дашь. Тамао упал с таким тяжелым вздохом, будто носил на себе всю тяжесть бытия: — А вот Идзаки тебе даст. — А потом догонит и ещё раз даст, — хохотнул Юджи, протягивая ему сигарету. — Ты был на похоронах? — Конечно. —Генджи разорялся, почему ты не пошёл со всеми, —Серидзава стряхнул пепел в пустой стакан и хитро прищурился. —Может, потому что пашу на четырёх работах, как проклятый. Или потому, что умею ходить без свиты… —Или потому, что хотел увидеть Идзаки без свидетелей. Тамао по лисьи зажмурился, на секунду показалось, что круглое лицо даже заострилось и вытянулось. Юджи тряхнул головой, списывая такую метаморфозу на дозу выпитого и скачущий свет софита. Местного Будду не обманешь. Серидзава распотрошит тебя как фугу в ресторане. — В одиночку люди не врут и не играют. —Значит, ты увидел то, что он не показывает другим, —Серидзава понимающе закивал и отстал с расспросами. Токаджи стряхнул пепел с кончика тлеющей сигареты и задумчиво хмыкнул. Не сказать, что он увидел что-то необычное. Просто, сильного человека, раздавленного утратой и горем. Мысли испуганно сбились в кучку, как это обычно бывало, когда в голове появлялся образ блондинки из D класса. Токаджи криво ухмыльнулся и открыл глаза, как только почувствовал на своём колене чужую руку. Такеда смотрел на него не моргая. — Друг мой, чемпионата по баскетболу ещё не было, и Осакские Дьяволы ещё ничего не выиграли. Такеда пьяно расхохотался и тут же заговорил, но его слова потонули в музыке.***
Выскользнув из дверей клуба, Токаджи свернул в неосвещённую улочку и направился на шум машин. Проносившиеся под светом уличных фонарей авто, сверкали жёлтыми и красными фарами. Люди ожидали своей очереди возле зебры, мужчина слева коротко чихнул и выругался на сырость, невысокая женщина с собачкой отступили чуть в сторону. Юджи остался неподвижен. Перепрыгивая через лужи, он добежал до парка и двинулся сквозь него, пренебрегая тротуаром. Справа мелькнула собака, счастливо виляя хвостом, она унеслась под ель. Следом трусил хозяин с поводком, увидев Токаджи, мужчина натянул капюшон на лицо и скрылся в темноте. — Жаль я штрафы не могу выписывать, — пробормотал под нос Токаджи и двинулся дальше. Пройдя до первого перекрёстка дорожек, Юджи остановился и закурил. Идти до официального выхода было ещё минут десять, а вот свернув налево он мог сократить время до четырёх минут. Правда лезть пришлось бы через забор парка. Докурив и поразмыслив о смысле жизни, на пьяную голову это всегда удавалось хорошо. Юджи затушил окурок о подошву ботинка и свернул на неосвещённую тропинку. Первая половина пути прошла без происшествий, даже шальное сознание не подкидывало никаких шорохов и монстров, как вдруг Токаджи полетел на влажную траву. Ухнувшись на спину, он отчаянно вскинул руки, ожидая, что та самая псина, сейчас решит совершить французский поцелуй с ним. — Ох, простите, мне так жаль. Юджи не в силах сделать вдох, раскинул руки в стороны, голос казался знакомым, но мозг никак не мог подкинуть образ его обладателя. — Чувак, ты живой? — Да, — прохрипел Юджи и открыл глаза. Как раз в этот момент мимо парка проехала скорая помощь, с включённой мигалкой. Алый и синий всполохи выхватили из темноты выбеленные волосы, и голос обрёл своего хозяина. — Блонда! — гаркнул Токаджи. — Мордастый? Немая сцена продолжалась ровно двадцать секунд. После Идзаки подлетел, как ошпаренный и стал одухотворённо чистить испачканные колени. Кажется, о сбитом с ног Токаджи он напрочь забыл. А Токаджи забыл, что можно поругаться. — Чего это ты за здоровый образ жизни взялся? Не поздновато, в одиннадцать ночи бегать? — Не спится, — отмахнулся Шун, — и вообще, не всем же быть жирными уродами, как ты. — Жаль, что вместе с твоей небритостью ушла и любезность. Идзаки фыркнул в сторону и тряхнул головой, всем своим видом напоминая недовольного золотистого ретривера: — Извини. — Прощу на первый раз, — отмахнулся Юджи и направился дальше. — Там тупик, мордастый. — Не переживай, я умею лазить через заборы, — отмахнулся Токаджи. — Смотри сам не заблудись. Не вслушиваясь в ругательство, он растворился в темноте. Вести беседу посреди ночи с блондинкой, совсем не хотелось. Да и охранником Шуну он не нанимался.***
Голова на утро гудела нещадно. Нырнув под струю ледяной воды, Юджи блаженно булькнул. Разбрызгивая воду по ванной комнате, он присел на край ванны, сестра проскользнула мимо него к раковине и переключила на горячую воду. — Менингит зарабатываешь? — Что угодно, лишь бы всё перестало грохотать. — Родители на выходных собираются к бабуле с дедулей. Едешь с нами? Токаджи принял полотенце и мягко улыбнулся ей, чмокнув сестру в затылок, вышел из ванной комнаты. На такие геройства он не был способен. Наскоро высушив волосы, он проскочил мимо отца и схватив пару бутербродов направился к двери. Мать прикрикнула вслед и даже запустила кухонным полотенцем, но оно повисло на ручке двери. Влетев в ботинки, Токаджи махнул всем рукой и вышел за дверь.
