Москва: Стать импровизатором.

5 ноября, время 09:58 Если кто не помнит, то андроид доехал до дома на автобусе. Автобусная остановка была неподалеку от дома, поэтому герой добрался быстро до своего места проживания. Дом был очень огромным снаружи и ещё двухэтажный. Красиво был он обделан панелями в рисунке из кирпича, газон подстрижен, цветы автоматически были политы, поэтому можно было не беспокоится. На деревьях были птицы, которые исполняли прекрасное свое пение в один из солнечных ноябрьских деньков. Когда главный персонаж подошел к двери, она автоматически открылась и произнесла: — Добро пожаловать, Арсений Сергеевич. Арсений зашел в дом, снял куртку и повесил ее на вешалку. После андроид взял коробку с красками и положил на комод и посмотрел на себя в зеркало. Граф был как обычно красив во всех смыслах этого слова: волосы немного после стычки с протестантами взъерошены, но он поправил свою челку, но рубашку поправлять не стал, так как больше на улицу не требовалось выходить. Он сам себе улыбнулся и обернулся, чтобы пойти на второй этаж. Он вновь взглянул на подъемник для инвалидов. Жалел он своего хозяина, что досталась такая судьба. Он поднялся и вышел в просторный коридор-балкон, где посмотрел вниз на гостиную, которая была очень большая и разделялась на небольшую столовую. Был виден оттуда скелет динозавра, который висел под самым потолком, жираф, который стоял в углу гостиной и голова была в 5-10 сантиметрах от потолка и часть гостевой комнаты, где сбыло место для шахматных игр, фортепиано и читательского уголка. Пока Арсений все это рассматривал, вспомнил, что есть заботы и пора к ним приступить. Он подошел к двери, которая сама открылась в стену и зашел в спальню. Было темно из-за закрытых штор, которые пора открывать, чтобы разбудить господина. Он подошел к окну и резко раздернул шторы. — Доброе утро, Павел. Уже почти 10 утра. Погода солнечная, 15 градусов, влажность 78 процентов, вечером возможны дожди. — Арс повернулся в его сторону. — Доброе, — Павел не ожидал, что его так резко разбудят, — Такой день не грех провести в постели. Арсений подходит, присаживается на кровать рядом с Павлом и с тумбочки берет лекарство, которое разводит в шприце. — Утром я забрал краску, которую вы заказали. — мягко сказал Арсений. — Ой, я уже и забыл про неё. — Павел приподнялся, чтобы принять сидячее положение — Вот в чем состоит разница между мной и тобой, Арсений? — Добровольский загадочно улыбнулся — Ты ничего не забываешь. Арсению был приятен такой комплимент. Редко услышишь в такие времена. А если быть честным, они постоянно общались, как самые лучшие друзья. Они могли поговорить обо всем: о жизни, о проблемах, просто что-то обсудить. Даже можно их назвать семьей, но ни Паша, ни Арсений не признавались в этом ни разу. — Пожалуйста, дайте мне руку, Павел — Арсений протянул руку. — Неет — Паша! — Арсений немножко злиться, а Паша протягивает руку. — Спасибо. — Арсений вкалывает шприц в вену. — Я едва открыл глаза и уже стискиваю зубы. — Паша и Арсений переглянулись — Человек – такая хрупкая машина. — Паша любил проводить душевные и смысловые разговоры, — Так легко ломается.. Столько усилий.. чтоб не угасла жизнь. Паша резко поднимает руку, держит Арса за плечо и присматривается. — Эй, а что с твоей одеждой? — Все в порядке.. — Арсений лениво отвечает ему. — Просто демонстранты на улице. — Что за остолопы! — автор здесь согласен с фразой Павла — Они думают остановить прогресс, избив пару-тройку андроидов? — Арсений промолчал, — Надеюсь, тебя не повредили? — О, нет, нет — Арсений ответил ему сразу, чтобы не было лишних разговоров — Просто пару раз толкнули. Ничего — андроид достает шприц из вены и кладет обратно на тумбочку — Вот так. Сейчас я отнесу вас в ванную. Арсений скрытно и скромно себя повел. Собственно как в повседневной жизни. Теперь же андроид берет аккуратно Павла на руки и относит в ванную, чтобы Павел там принял утренний душ. Прошло минут 8-10, как Арсений выносит Павла из ванной, чтобы посадить его на инвалидное кресло и пойти с ним в сторону кухни. — Есть ли сегодня что-нибудь у нас в планах? — поинтересовался Павел. — Да, в музее современного искусства открывается ваша ретроспектива. — Паша угукает — Четыре приглашения от директора галереи с просьбой подтвердить присутствие. — Хмм, я еще не решил. Попозже с этим определюсь. Что еще? Павел развернулся около подъемника и стал спускаться вниз. Арсений же по лестнице спустился. — Пришли письма от почитателей, я уже ответил, — доложил Арс. — От Саши что-нибудь слышно? — странной интонацией спросил Павел. — Нет, Паш. Хотите, я ему позвоню? — Нет. — спокойно, но быстро ответил Добровольский. — Не стоит. Арсений и Павел зашли в ту самую гостиную, где было видно всю гостиную, чем сверху. — Я проголодался. — Завтрак уже готов. Бекон и яйца, все что вы любите. — с удовольствием произнес Арсений. Арс довез Пашу до кухонного стола, а сам прошёл в кухню, чтобы собрать все для вкусного завтрака. Разложив все красиво на подносе, Попов принес его в столовую и поставил перед Павлом, открыв ему тарелку с едой и налив чай. — Спасибо, Арсений. — На здоровье. Паша принялся завтракать, включив телевизор с помощью голосового управления. — Пока я завтракаю, можешь чем-нибудь себя занять? — Конечно, Паш. Пока Добровольский завтракал, Арсений пошел выбирать себе занятие. Выбор пал на игру на фортепиано. Пальцы медленно опустились на клавиши. Аккуратные действия сопровождались прекрасной мелодией. Арсений не играл, он проживал эту музыку. — Манера твоей игры изменилась.. — Павел подъехал сам, когда Арс закончил. — Иногда ты бываешь человечнее многих людей. Павел немного задумался. — Настанет день, когда меня рядом не будет. Когда самому надо будет делать свой выбор, защищать себя, а где-то импровизировать и выкручиваться из любой ситуации. — Арсений внимательно слушал — Реши, кто ты.. кем хочешь стать. Этот мир не любит тех, кто не как все, Арс. Не позволяй никому говорить, кто ты. Арсений наклонил голову вправо, потому что Добровольский действительно мыслил верно. В жизни эта огромная мысль поначалу смотрится в одном смысле, а после перечитывания книги, скорее всего, она будет смотреться уже в абсолютно в другом. Автор, при переписывания этой главы, тоже это понял. Но это уже другая история.. — Ладно, поедем-ка в студию, — Паша улыбнулся ему. Арсений взял коляску и пошел в студию. В ней сами открылись занавески, открывавшие вид на сад. В студии было много каких-то набросков, красок и на полу и в банках, стоял мольберт с пустым полотном. — Посмотрим, на чем остановились. Сними чехол. — Паша уже поднялся к огромному холсту, который висел на стене, на специальном приспособлении для инвалидов, выглядящая как рука. Арсений подошел к стене и дернул за веревку, которая раскрывает полотно. С первого взгляда и не понять, что изображено на картине. Лишь присмотревшись, можно увидеть очертания лица. Пока Паша что-то на картине подрисовывал, Арсений прибрался на столе, убрал банки с полок, поднял холсты на стол. Он увидел, что Добровольский начинал спускаться ближе к земле, подошел поближе к нему. — Ну, и какой твой вердикт? — Честно? — Ну попробуй. * Скажи честно ему, Маркус: Тфу, блять, лучше бы я этого не видел. Мнение о картине, ахаххах. Самое краткое и очень весомое — Не мне решать, нравится картина или нет. — Беда в том, что мне нечего больше сказать.. Каждый мой день приближает меня к смерти.. а я, как могу, цепляюсь за свои кисти. — Павел грустно вздохнул. — Паш.. — Арсений положил руку на плечо. — Довольно обо мне, давай посмотрим на твои таланты! — Паша загадочно улыбнулся, повернувшись к нему и Арсений убрал с него руку. — Попробуй! Напиши что-нибудь. — Нарисовать? Но я.. — Арсений уже хотел отказаться — Что рисовать? — Все что угодно. — Добровольский показал рукой на холст и немного улыбнулся. Андроид лукаво улыбнулся и взял палитру с кистью. Арсений никогда не рисовал, и придумать что-то было трудно. Трудно тем, что программы-то действительно нет и персонаж не знал, что рисовать. Оглядевшись вокруг, андроид решил срисовать стоящий рядом стол. — Это идеальная копия реальности, — реакция Паши была неоднозначна, — Но цель картины – не воспроизвести реальность, а улучшить ее. Показать ее своими глазами. — Паш, я не смогу — Арсений повернул голову в его сторону — Этого нет в моей программе.. — Давай, попытайся, холст перед тобой — Паша стал подбадривать. Арсений снял холст с мольберта и поставил новый. — Слушай, просто закрой глаза, — Арс удивился — Закрой глаза. Поверь. Попов послушался. — Теперь представь мир, который никогда не видел, — Паша наблюдал за реакцией Арсения — В котором никогда не был. Теперь сосредоточься, на своих эмоциях. Голова Арсения настолько закипела, что он не заметил, как взял в руки кисть и стал делать мазки. Андроид написал картину, на которой был изображён личный пленник. * Ща, закипит мозг нахер у него.. — Куплинов смотрел, как Маркус менял холст. — Давай нарисуем статую и усы? <Действия андроида> Закрой, еб твою мать.. То у него процессор уже перегружен. Карл, завязывай!* — возьмем другое прохождение. — О, как я учил: свободно, легко и непринужденно. Пусть работает душа.. пусть летит, парит! Дай свободу этому, Маркус, блять.. Рисуй, рисуй! Палец убери из этого.. Испачкаешь, сука, рисуй.. А ты не подглядывай)) — Ооо, боже… — протянул Добровольский.)) Очень странный молодой человек неожиданно зашел в студию, где Павел удивился, а Арсений просто обернулся, держа в руках кисть и палитру. — Привет, пап! — персонаж лукаво улыбнулся, что андроиду не очень понравилось. — Саша? — Паша, как кажется, уже был не очень рад его видеть. — Я не слышал, как ты вошел. — Да я тут мимо проходил.. решил заглянуть. — Саша странно ответил и было видно, что он не мог стоять ровно на ногах — Давно не виделись, а? — Все нормально? — Добровольский повернулся в его сторону, а Арсений отложил палитру с кисточкой на стол, где лежали другие предметы для рисования — Ты неважно выглядишь. — Да-да, все в порядке, — он развел руками — Слушай.. мне деньги нужны. — Опять? Я же тебе давал на прошлой неделе. — Пашу насторожила эта ситуация. — Да как-то сами растратились, — Саша вновь развел руками. — сам знаешь. — Мдаа.. Ты снова подсел, так ведь? — Паша чуть повысил голос. — Нет, нет, не в этом дело, честно... — Саша стал немного нервничать и больше ходить на одном месте напротив Павла. — Не ври мне, Саша — Паша старался держать тон строгости. — Да какая разница!? Мне просто нужны деньги – и все! — Саша повысил тон. — Извини, мой ответ – нет! — Нет? Почему?! — Гудков сильно огорчился. — Ты знаешь ответ! — Добровольский повысил на Александра. Гудков посмотрел небрежно на андроида. — Ну да, конечно знаю. — Саша показал на Арсения — Ты же лучше о пластиковой кукле своей позаботишься, чем о родном сыне. Вот скажи мне – чем он лучше меня? — он стал наступать на Арсения. — Он умнее? Он послушнее? Не то что я? — он встал прям перед лицом Арсения —Только знаешь что? Он тебе ведь не сын? Он гребанный робот! — Саша отталкивает от себя андроида, что тот на два шага назад отходит. — Саша, довольно! — Паша посмотрел себе в ноги, сожалея и чувством злости. — Хватит! — Тебе плевать на всех, кроме себя и картин твоих дурацких. — Саша посмотрел пренебрежительно на андроида и огрызнулся — Ты никого не любил. Никогда не любил меня. Никогда не любил! Парень психанул и ушел, даже не попрощавшись. Арсений проводил его взглядом, а после посмотрел на Павла, который явно жалел о том, что каким-то образом упустил сына и узнал о том, что он принимает наркотики.