Однажды в Нью-Йорке

      Следующие две недели пролетают для Чонгука невероятно быстро, потому что, освоившись на новом месте, он обрастает кучей работы и неотложных дел. Проект, который ему поручил Тэхён, оказывается слишком интересным, а ещё — трудновыполнимым, требующим абсолютного внимания и сосредоточенности, так что у Чона даже нет времени, чтобы разобраться с тем, что произошло между ним и Тэхёном в баре. Он пускает всё на самотёк, не без удовольствия всё же замечая, что Ким с ним флиртует. Натурально заигрывает, благо, что не на глазах у коллег — в таком случае было бы крайне неловко.       Они не обсуждают произошедшее, говорят в основном о работе, а иногда ходят вместе поужинать после работы, и тогда уже обсуждают всё на свете, расслабляясь в компании друг друга. Тэхён ненавязчиво всё время касается Чонгука — то по руке его пальцами проведёт, то по волосам погладит, то уложит голову ему на плечо, пока они на такси возвращаются домой, потому что оба слишком устали, чтобы ехать на метро. Чонгук, впрочем, не сильно против, он и сам к Тэхёну тянется неосознанно. До поцелуев на трезвую голову, однако, дело так и не доходит, но Чон не жалуется — он всё ещё не хочет торопиться. К тому же у него действительно очень много работы, так что времени даже подумать об этом у него совсем нет.       Ещё раз они встречаются на выходных по инициативе старшего. Чонгук так увлечён работой, что даже в законные выходные не выключает ноутбук ни на секунду, а потому Тэхён решает, что младшему срочно нужно проветрить голову и вытаскивает его на вечернюю прогулку с Винсентом. Тогда они просто прогуливаются по парку, съедают по отвратительному хот-догу и болтают о всякой ерунде, периодически смеясь. Потом Чонгук носится по парку с Винсентом и чувствует себя таким счастливым в тот момент, что усталость забывается. Ретривер охотно идёт с ним на контакт, так что, наверное, это можно считать за одобрение.       А потом наступает момент икс для Чонгука — его первая презентация в американском филиале компании. Совещание назначено на утро четверга, так что весь вечер среды он проводит за бумажной волокитой, проверкой всех документов, самой презентации, а потом битый час пытается себя успокоить, потому что «всё не то», «всё не так», «что за глупость я придумал», «нужно было сделать по-другому» и другие сомнения. Чонгук действительно волнуется. В Корее ему было бы не так страшно, там он был на хорошем счету, его идеи всем нравились, его все знали, и он всех знал. Здесь же, пусть он наладил хороший контакт в коллективе, а боссом был его приятель, его не знали, как и он никого не знал. Чонгук даже думать не хочет о том, как его идею воспримут, примут ли её вообще и, что самое главное, примут ли его. Это первая презентация в новой компании, а потому чертовски важно показать себя с лучшей стороны.       На самом деле, совещание вовсе не такое страшное, каким его себе рисует Чонгук, и он это прекрасно понимает. На нём не будет много людей, только те, кто непосредственно потом будет трудиться над воплощением маркетингового хода. Также будет пара представителей из маркетинговой компании, которую он выбрал после долгого и придирчивого рассмотрения. И, конечно, глава отдела — Ким Тэхён. Ну, и ещё Харви, тот вроде призрака, который всегда знает, что, где и как работает, кому нужен кофе со льдом, а кто его вовсе не пьёт. В общем, всё довольно спокойно должно пройти, но мандраж не отпускает.       Утром, за полчаса до презентации, Чонгук уже находится в переговорной. Он включает ноутбук, запускает презентацию, ещё раз пробегает глазами по бумагам с заготовленной речью. Правда в том, что они ему совершенно не нужны — он и так прекрасно знает, что сказать. Это просто ритуал.       Перед ним стакан с кофе из «Старбакса», заботливо принесённый Харви. Тот похлопал его по плечу, сказав не волноваться, потому что Чонгук не тот, кто облажается. Осталось только самому Чонгуку в это поверить.       Нет, он уверен в себе, как и уверен в том, что его стратегия будет иметь успех. Просто люди новые, а Чонгук всегда чувствует перед ними некое волнение.       — Я вижу панику в твоих глазах, и она сейчас передастся мне воздушно-капельным.       Тэхён появляется в переговорной внезапно, но только для Чонгука. Он так сильно погружён в свои мысли, что совсем не заметил, как открылась входная дверь.       Ким выглядит, как всегда, бодро и весело. В его руках тоже стакан с кофе, который он ставит на стол. Сам же встаёт позади Чонгука и опускает руки ему на плечи, не сильно сжимая.       — Ты так напряжён, — замечает Тэхён и начинает мягкими движениями разминать чонгукову спину. И, честно, Чонгук бы даже расслабился и может быть заурчал от удовольствия, но он действительно накрутил себя слишком сильно.       — Перестань, Тэхён, — звучит немного вяло, — мы же на работе.       — Все начнут собираться только минут через пятнадцать, поэтому заткнись и дай мне тебя успокоить, — отзывается Ким. — Ты хорошо спал?       Чонгук все же откидывается на спинку стула, позволяя Тэхёну творить всё, что он хочет. Останавливать его бессмысленно, он всё равно сделает, как хочет, так что Чон позволяет себе маленькую слабость — наслаждается умелыми руками старшего на своих плечах. Возможно, это действительно ему поможет.       — Не очень, — отвечает Чонгук честно. — Доделывал презентацию, проверял всё снова и снова.       — У тебя всё было готово ещё в понедельник, разве нет?       — Да, но я должен был убедиться, что всё действительно идеально. Не хочу облажаться на первой же презентации.       Тэхён сжимает чонгукову шею и едва слышно вздыхает. Чонгук вздыхает следом — ощущения приятные.       — Я уверен, что у тебя и так всё идеально, не стоило изводить себя перед презентацией. Просто расслабься и получай удовольствие. Ты уверен в своей стратегии? Уверен, что это поднимет продажи и будет иметь успех?       — Да.       — Всё остальное не важно.       — Если бы так действительно было, я бы и не переживал, — говорит Чонгук и выпрямляется. Руки Тэхёна перемещаются на плечи, теперь уже успокаивающе поглаживая. — Здесь будет десяток людей, которых я не знаю и которые не знают меня. Я не знаю, какой реакции ждать и какая она будет. Что, если никому не понравится? Что, если эту стратегию не примут?       — Эй, я всё ещё глава отдела, и я принимаю окончательно решение, окей? Ты приложил так много усилий, что это не может получиться плохим, — Ким обходит Чонгука и садится на стул перед ним, заглядывая в глаза. — Мне нравится заранее.       — Нет, боже, ты не можешь так поступать только из-за того, что мы в хороших отношениях, — стонет Чонгук. — Это унизительно.       — А кто сказал, что это из-за отношений? Я разделяю работу и личную жизнь, Чонгук, и сейчас я говорю, как твой босс. Ты отлично постарался, ладно? Просто выдохни и расслабься.       Чонгук ничего ответить не успевает, потому что в переговорную заходят его коллеги. Они дружелюбно улыбаются и желают удачи, на что Чон отвечает короткой благодарностью. Тэхён же, подмигнув ему, пересаживается на своё место — во главе стола, прямо напротив огромного экрана, куда с ноутбука выводится презентация. Комната начинает заполняться людьми, однако, Чонгук немного успокаивается. Вероятно, слова Тэхёна так на него подействовали, а может быть это от неизбежности происходящего, но Чонгук действительно выдыхает и приветствует всех с вежливой улыбкой.       Прежде чем включить презентацию, Чонгук ещё раз оглядывает переговорную и задерживает взгляд на Тэхёне. Тот уже не улыбается так мягко, как несколько минут назад, он становится серьёзным, сосредоточенным на работе, и едва заметно кивает. Чонгук берет в руки пульт и начинает презентацию.       Он держится уверенно. Чонгук точно знает, что нужно сказать, чтобы звучать убедительно. Он умело использует термины и тезисы, приводит более десятка причин, почему его стратегия будет успешной. Слайды сменяются один за другим, пока Чонгук увлечённо рассказывает о том, как всё будет выглядеть по итогу и как это будет происходить в процессе. Продукт, который они должны будут продать, Чонгук знает на отлично — изучал информацию о нём не одну ночь, чтобы придумать, как грамотно преподнести его публике, чтобы его точно купили. Впрочем, как итог, идея продвижения пришла ему во время прогулки по Манхэттену на обеденном перерыве. И Чонгук искренне думает, что самые лучшие идеи всегда приходят внезапно.       Но, конечно, всё не может пройти совсем идеально, и Чонгук понимал это заранее. В комнате из десяти человек, как минимум, один останется недовольным, и Чон был готов к этому.       — Я позволю себе небольшое лирическое отступление и выскажу мнение, как человек, а не как маркетолог, — говорит Чонгук уже ближе к концу презентации. Он скользит взглядом по лицам присутствующих, чтобы понять реакцию, но это помогает мало. Даже лицо Тэхёна абсолютно бесстрастное. — На улицах нередко можно увидеть граффити. Я в Нью-Йорке совсем недавно, но уже успел заметить, что здесь их действительно много. Так или иначе, люди обращают на них внимание, они этим интересуются, смотрят. Кроме того, продукт, который мы представляем, нацелен на более молодую аудиторию. Поэтому я думаю, что граффити в качестве рекламы на улицах будет отличным решением. Мы разместим их на стенах, а также на рекламных щитах. Вместо привычных нам всем баннеров и роликов мы используем стрит-искусство, которое будет привлекать внимание. Также, когда мы запустим эту рекламу, будет устроено небольшое арт-мероприятие, где все желающие смогут оставить своё небольшое искусство, там же мы проведём презентацию продукта для широкой публики, о ней я уже говорил ранее. Чуть более подробно я смогу рассказать об этом, когда стратегия будет утверждена. На этом, думаю, у меня всё. Спасибо.       По привычке Чонгук немного кланяется, а затем замирает. Мысленно он хвалит себя, потому что справился отлично, что бы теперь кто ни сказал. Впрочем, впереди было самое волнительное, но теперь, выступив с презентацией, Чон уже не так боялся.       В переговорной повисает тишина, нарушаемая тихим перешёптыванием и звуком черкания ручки по листу. Тэхён задумчиво хмурит брови, прикусывая колпачок ручки, и по его лицу, честное слово, ничего не разобрать.       — Ладно, разве это не варварство? — подаёт голос мужчина, сидящий по правую руку от Тэхёна. Чонгук обращает своё внимание на него и вопросительно вскидывает брови.       Чонгук хорошо знает этого мужчину. С учётом того, что в их отделе работают в основном молодые люди, Стивен — так его зовут — заметно от них отличается хотя бы тем, что ему тридцать пять. Даже Тэхёну, который, вообще-то, глава отдела, всего двадцать восемь (Чонгук всё ещё удивляется, насколько же талантливым должен быть Тэхён, чтобы добиться этого в таком раннем возрасте). Стивен отличается консервативностью и серьёзным подходом. Ким как-то раз сказал, что он совсем не умеет развлекаться, поэтому Чонгук совсем не удивлён возражению именно с его стороны.       — Что именно? — уточняет Чон.       — Рисование на стенах, — следует незамедлительный ответ. — Это вандализм. Здания строят не для того, чтобы их раскрашивали.       Тэхён переводит взгляд со Стивена на Чонгука — наблюдает, смотрит, как младший справится с возражением.       — Никто не собирается рисовать на стенах зданий, — спокойно отвечает Чонгук. Он листает несколько слайдов назад и указывает на экран. — Мы арендуем места под рекламу и раскрасим их. Это будут те же привычные нам рекламные щиты, как я уже сказал, а также мы задействуем прогулочные дорожки или тротуары. Всё будет законно, так что это не вандализм.       — И всё же, — настаивает мужчина, — граффити — это слишком, вам так не кажется? Это даже нельзя назвать искусством.       — Я думаю, это уже другой вопрос, — мягко возражает Чонгук. — Этот проект кажется мне вполне успешным. Да, не всем понятным, но это что-то новое и непривычное.       — Но…       — Стивен, мы поняли, — вмешивается Тэхён, и Чонгук, честное слово, едва ли не с благодарностью на него смотрит. Чон уважает этого мужчину, правда, уважает его опыт и стаж работы, но спорить с ним — самая бесполезная вещь на свете. — У кого-то ещё есть возражение? Кто-то хочет высказаться?       Вместо ответа следует тишина и покачивания головой. Харви, стоящий поодаль у стены, ободряюще улыбается Чонгуку и едва заметно показывает два пальца вверх. Большинство его коллег смотрят с одобрением, кто-то улыбается. Чонгука немного отпускает.       — Чонгук? — Тэхён переводит взгляд на него. — Есть, что добавить?       — Нет, всё, что я хотел, я рассказал, — отвечает младший.       — Хорошо, — Тэхён кивает и пару раз ударяет колпачком ручки по столу. Чонгук ждёт. По ощущениям это, как смертный приговор — его сейчас либо казнят, либо помилуют. А в следующую секунду Ким едва заметно улыбается, и на сердце Чонгука становится легче в тот же момент. — В целом мне нравится. Отличная работа, Чонгук. Нужно будет внести пару корректировок, но ты замечательно потрудился. Зайди ко мне после обеда, я скажу, что нужно будет исправить. На этом все свободны. Всем спасибо и продуктивного вам дня.       Коллеги начинают выходить из переговорной, а Чонгук садится на стул, не веря в свой собственный успех. Кто-то хлопает его по плечу, слышится негромкое «молодец, Чонгук», а затем наступает тишина, и он смеётся. Да, возможно, выглядит слегка безумно, но он смеётся, потому что облегчение накатывает на него с невероятной силой. Всё действительно прошло хорошо, даже отлично, несмотря на возражения Стивена. Тэхёну понравилось, всем понравилось. И, чёрт возьми, это невероятное ощущение.       На обед Чонгук идёт с Харви. Они сидят в кафе через дорогу от офиса, и Чон со смехом рассказывает о своём волнении перед презентацией. Харви заверяет его, что всё прошло на высшем уровне, и идеи у Чонгука действительно отличные — свежие и новые, то, что нужно сейчас.       А после, захватив с собой ещё один кофе, Чонгук идёт к Тэхёну в кабинет, чтобы обсудить корректировки по проекту. По привычке Чон заносит руку, чтобы постучать, а потом, вспомнив, что буквально никто не стучится в кабинет босса, дёргает ручку и заходит.       Ким сидит в своём кресле. Телефон зажат между ухом и плечом, он ведёт какой-то разговор, а руками клацает по клавиатуре. Он коротким кивком головы указывает Чонгуку на стол и пальцем просит подождать одну минуту. Младший садится и двигает один из стаканов с кофе к Тэхёну.       — Ты взял кофе и мне тоже, — говорит Ким, откладывая телефон в сторону, когда заканчивает разговор. — Спасибо, Чонгук, это мило. Я даже пообедать не успел.       Чонгук вскидывает брови и качает головой.       — Тебе следовало сказать мне, я бы захватил что-нибудь с собой, — говорит он немного недовольно.       — Не переживай, попрошу потом Харви, — машет рукой Ким, а потом складывает ладони перед собой и улыбается. — Ну что, поздравляю, Чонгук-а, ты правда отлично справился. Жду не дождусь, когда мы начнём воплощать проект в жизнь.       — Спасибо, — смеётся младший. — Да, мне тоже не терпится начать работу над ним, но сначала нужно внести правки. Я уже договорился об аренде нескольких рекламных мест, поэтому хотелось бы разобраться с корректировкой побыстрее, если ты не против.       — Твоей продуктивности можно позавидовать. Откуда столько рвения к работе?       — Мне просто нравится то, чем я занимаюсь.       Тэхён одобрительно кивает и делает глоток кофе из стакана.       — Вообще-то, если быть честным, я не собирался вносить никакие корректировки, — признается он. — Просто хотел поздравить тебя лично.       — Но…       — У тебя там и так всё идеально. Серьёзно, Чонгук, мне даже предложить нечего, чтобы улучшить проект. Хотя… одно предложение у меня всё же есть.       — Какое?       Чонгук с готовностью двигается ближе и даже достаёт блокнот, чтобы записать замечание, но Тэхён с тихим смехом забирает его из рук младшего. Он сам двигается ближе и, пару секунд подумав, говорит:       — Пойдёшь со мной на свидание?