там, где хорошо

             Я хочу чувствовать себя любимым. Но… Нужен ли я тебе?              Чонгук задаёт себе вопрос: нужен ли ему Чимин? Ему кажется, что да. Он определённо что-то чувствует. Хочет быть рядом.              Они ничего не говорят друг другу о поцелуе и что делать дальше. Чон просто обнимает его, прижимает к себе и не хочет отпускать. То, что он сейчас чувствует — не понимает до конца. Перед ним парень, что так необычно, ведь ему никогда не нравились парни. А сейчас Чимин тяжело дышит ему в грудь, сопит и не отпускает. Что делать дальше? Принять эти чувства, сказать себе: «Да, он мне нравится».       Он же нравится ему? Теперь он уверен, что да. Потому что то, что он испытал, когда первый (!) поцеловал его… Разве этому нельзя не придать значение? Ведь «друзья» — слово которое он почему-то использует, описывая их взаимодействия, не то определение их отношений.              Чонгук ощущает влюблённость. Ему совсем не хочется отпускать его, хочется ещё раз поцеловать, но это все! Это все так пугает и он не может поддаться эмоциям, правильно ли это с его стороны? Если Чонгук сделает к Чимину шаг, пойдёт ли он навстречу? Может ли он быть уверенным во взаимности чувств?              В комнате, в которой они легли спать, почти пусто. Чонгук считает, что Чимин ещё не успел тут обосноваться, ведь в его прошлой квартире каждый угол был чем-то обставлен. Всегда были горшки с цветами, полки с книгами. А тут почти ничего: шкаф, стол, стул, кровать.              Уснуть, почему-то, совсем не удавалось. Чон пытался подстроиться под дыхание Чимина, который носом упирался в его грудь, но получалось ужасно. Чуть отстранив его от себя, он слезает с кровати и находит в шкафу пачку сигарет. Уже на балконе, он закуривает, прикрывая глаза и слушая пение птиц.              — Ты говорил, что курение это вредно.              Чимин ставит стул рядом с ним и устремляет взгляд туда же, что и он — внизу пустой город выглядит крошечным с двадцать первого этажа.              — Но тебе и правда вредно так часто курить.       — Почему ты куришь? Тебе не идёт.       — Неправда. Ты бы на меня так не смотрел.       — Как смотрел?              Чонгук снова закуривает и ловит его взгляд, ухмыляясь спрашивает:              — Что?       — Ты такой красивый…              Чимин облокачивается на его руку и носом ведёт вверх по плечу.              — Если бы я не знал, то мне бы показалось, что ты снова пьян.       — Когда ты так говоришь, мне начинает казаться, что ты считаешь меня алкоголиком.       — Мне не нравятся пьющие люди.       — Как хорошо, что я не подхожу под твои стандарты.              Чон тут же поворачивает голову в его сторону. Чимин этого не видит, ведь смотрит вниз. Делая последние затяжки, выкидывает бычок через перила.              — Посмотри на меня.       — Смотри какие красивые облака.              — Это труба.       — Иди нахуй.              Чонгук смеётся, а Чимин встаёт со стула и выходит. Дым от трубы на светлом небе ранним утром, действительно, похож на облака.       

      ***

             — То есть ты переехал в другую квартиру. В квартиру, которую тебе завещал Тэхён. Ты переехал и даже не сказал об этом? И конечно же о ней знает Чонгук, но не я.       — Чонгук сам меня нашёл.              Намджун, которого он пригласил на следующий день после ухода Чонгука без конца ворчал о том, что Чимин не рассказал об этой квартире. А Пак поначалу боялся, потом не мог собраться с мыслями. Но сейчас решил отпустить. Совсем немного.              — А ты прятался?       — Я не знал, что мне делать.       — Ты мог поговорить со мной. Ты же знаешь.       — Просто все это, все что происходит со мной сейчас. И этот Чонгук, — Чимин закрывает лицо ладонями и мычит. Полицейский и правда никак не помогал. Врывался в его жизнь. А Чимин был не готов. Ему это вроде как не нужно. — Расследование убийства Тэхёна. Это все так навалилось на меня. Я бы хотел жить дальше, принять то, что Тэхёна больше нет.       — Мне, кажется, Чонгук хороший парень.       — Ты не можешь знать этого наверняка. Ты с ним даже не виделся и не общался! — выбросив третью бутылку пива в мусорку, он тянется к курочке BBQ.       — Это ты так думаешь.       — Ну и о чем вы говорили? — прищуривается Пак.       — На самом деле, только о тебе. Он часто спрашивает в порядке ли ты.       — Не понимаю, зачем он это делает?       — Дай ему шанс, — просит неуверенно Ким. Понимает, что после Юнги и самого Тэхёна, дать шанс Чонгуку — это переступить через себя и стать совсем другим человеком.       — Шанс на что? Между нами ничего не происходит.       — Мне кажется, вы бы отлично резонировали друг с другом.       — Я же говорю тебе, что это все провальное дело. Я ему не интересен, ему от меня нужна информация для расследования убийства.       — Ты хоть знаешь, что такое резонанс?       — Резонанс — это песня NCT. А насчёт наших отношений… не стоит думать, что будет так, как ты того желаешь.       — Неужели то, что он целует тебя ничего не значит? Ты же целуешь его в ответ. Что ты ещё хочешь получить? Какой реакции, каких действий?       — Намджун, пойми же наконец, это не то…       — Чем он плох? Чем? Почему ты не хочешь попробовать? Разве он сделал тебе что-то плохое? Он всегда заботится о тебе, отвозит тебя домой. Ты вспомни ту драку с Юнги, у тебя все ещё синяк с лица не сошёл, зачем ты вообще тогда к нему полез? Этот чёрт забрал тебя и разрешил ситуацию, чтобы не было никаких проблем с полицией. Ты думаешь это все просто так? Ты же ему…       — Заткнись, слышишь? Замолчи! Почему ты не можешь понять главного — я ему не доверяю! Я не могу. Да, это все прошлый опыт недоотношений с другими, да это детские травмы. Но взрослые травмы… и сам Чонгук. Ты не видел его тогда. Я тогда был полностью в хлам, а он сидел и упрашивал меня вспомнить хоть что-то о Тэхёне.              Намджун нервно сглатывает и пытается не смотреть ему в глаза. Чимин не плачет, у него нет на это сил.       — Все еще думаешь ему нужен я? Да как, как я могу доверять ему? Откуда мне знать, что он не пользуется мной? Ему не я нужен, ему закрытое дело нужно. Разгадка — кто убил Тэхёна. Понимаешь? Какие чувства? Какие чувства, тем более ко мне? Я ничто. И никому я не нужен, понимаешь? Мной только и делают, что пользуются. Я так больше не хочу. Понимаешь?       — Тогда зачем даёшь ему тебя касаться?       — Чтобы он думал, что он имеет надо мной власть. Будто может крутить и вертеть куда хочет. Я просто подыграю ему, чтобы узнать самому, кто же в конце концов убил моего друга.       — Смотри не влюбись. Иначе тебе будет ещё больнее.       — Я постараюсь.              Отпивая последний глоток уже четвёртой бутылки пива, он смотрит на уведомление о сообщении, что пришло час назад.              [может, ты бы хотел прогуляться?]       [прямо сейчас? разве не поздно?]       [если ты не хочешь, все хорошо. мы можем встретиться в следующий раз.]              — Намджун, либо ты остаёшься сегодня тут, а я уезжаю с Чонгуком гулять, либо едешь домой.       — Ну нет уж, я в таком состоянии лучше останусь у тебя. Завтра вместе поедем в университет. Я не говорил ей, что мы сегодня будем пить.       — Тогда хорошо. Я пойду собираться?       — Ты спрашиваешь меня?              Намджун смеется, но Чимин вдруг становится серьёзным.              — Намджун. Спасибо, что пришёл сегодня. Я очень ценю это. Правда, спасибо за то, что ты есть.       — Ты же знаешь, что люблю тебя. Ты мне как брат уже, за столько лет дружбы с тобой.       — Ты мне тоже.              Чимин обнимает его на прощание. Ему кажется будто это в последний раз. Странное чувство, но он не придаёт этому значение.              Напоследок смотрит в зеркало, рассматривая в нем свое отражение. В нем нет жизни. Отворачиваясь от себя с отвращением, Чимин надевает водолазку и крепче затягивает ремень на брюках.              [я знаю куда мы с тобой сходим. надень что-то не такое серьёзное. мне, конечно, нравятся твои брюки и белая рубашка, но в этот раз что-то попроще.]       [я буду у тебя через полчаса. плюс-минус десять минут.]              — Ненавижу, когда он ставит точки в конце предложений.       — Ты так улыбаешься, когда он пишет. Я бы хотел вас увидеть двоих вместе.       — Он заберет меня сегодня.       — Я не это имел ввиду.              Чимин задумывается. А возможно ли это? Чимин не верит в это.              — Чимина-а-а!       — А-а-а?       — Пизда.       — Ненавижу тебя.       — Береги себя.       — Ты… Тоже давай тут не помирай без меня, ладно?              На это Намджун смеётся и закрывает за ним дверь.              Чонгук уже ждёт его у подъезда.              — Выглядишь пьяным.       — Я думал ты уже привык к этому.              Чонгук останавливаясь, берет его за руку. Пак озадаченно поднимает на него взгляд.              — Куда ты хочешь поехать? Ты сказал у тебя есть идея.       — Да, я… я считаю это то, что тебе нужно.       — Что ты хочешь этим сказать.       — Ну, тебе же так интересно узнать про Тэхёна. Всё, чем он занимался, что любил. Ты же так хочешь поймать убийцу, поэтому я решил, что это место будет идеальным.       — Чимин, я…       — Да не надо. Не стоит говорить, что это не так.              Чонгук опускает руку. Чимин тут же садится на заднее сиденье, чем вызывает удивление полицейского.              — Что происходит?              Чон садится за руль, но не заводит машину. Смотрит на него через зеркало и пытается понять что случилось, что он сделал не так.              — Что происходит? Ничего не происходит. Поедем, я уже написал тебе адрес.       — Нет, Чимин…       — Я прошу тебя. Давай поедем.              Чонгук молча кивает и заводит мотор. Наверное, нет смысла его о чем-то спрашивать.       

      ***

                   Машина останавливается во дворе совсем не спокойного района. Полиции он известен как, например, место встречи сутенеров, наркодилеров. И если знать куда идти, то обязательно найдешь место и человека, с которым можно отлично провести время.              Madonna — Hung Up (Radio Version)              — Я знаю это место, я был тут.       — Я не удивлён.       — Но тут ничего нет. Куда мы идём?              Чимин усмехается и поправляет чёлку.              — Мы с Тэхёном очень часто бывали тут. Это место не так легко найти, не удивительно, что ты ничего здесь не знаешь.       — Мы идём в какой-то наркопритон?              Чимин ведёт его к закрытым воротам, которые его вовсе не смущали. Запрыгивая на мусорный бак, рукой просит следовать за ним. И только перепрыгнув вместе с ним, Чонгук замечает небольшой старый пристрой. На входе их встречает охрана.              — Он со мной.              Чимин показывает какие-то бумаги, Чонгук уже следует за ним по длинному коридору.              — Если это не наркопритон, то что?       — Хорошего же ты о нас мнения. Но нет. Это лучше.              Чонгук толкает большую дверь и перед ним предстаёт женщина, вернее, явно переодетый мужчина в женском образе.              — Что это за место?              Это драг-квин шоу. Огромное помещение со столиками и сцена, на которой уже выступают «королевы». У них пестрые наряды: блёстки, перья и меха. Профессиональный макияж и высокие каблуки. Чонгук такое видит впервые.              — Это моя любимая песня! Пойдём к бару, — кричит Чимин.              Вокруг много народу. Места, чтобы пройти, почти нет. Он искренне удивляется всему происходящему вокруг. Чон вовсе не представлял, что такое существует в Корее и так тщательно спрятано от общества. Хотя… разве тема ЛГБТ-сообщества не была чем-то нормальным для большинства стран мира? Но точно не в этой стране.              — Чимин! Как же тебя давно не было.       — Малыш!              Чонгук удивляется дважды. «Малыш?»              — Что за красавчик рядом с тобой? Ты наконец завёл себе парня или это вы делите его вместе с Тэхёном? Полиаморные отношения?              Бармен неоднозначно дёргает бровями. Чонгук тут же смотрит на реакцию Чимина. Пак все-таки встречался с Тэхёном? В каких отношениях они на самом деле состояли? Он уже успел забыть о своей ревности.              — Малыш… Тэхён, он. Он умер. Его убили.       — Мамочка родная!              Из рук бармена тут же падает стакан. Рядом стоящие сотрудники начинают спрашивать в чем дело.              — Уже почти два месяца прошло.       — Так вот почему вас не было так долго. Чимин, мне так жаль. Он был таким… ты и сам знаешь. Я налью тебе выпить за счёт заведения.       — Да, знаю. Спасибо. Но я бы хотел сегодня не думать об этом. Тэхён бы хотел, чтобы я жил дальше. Я пришёл с Чонгуком, он работает над этим всем. И мы… мы не встречаемся.       — Это он так думает.              Бармен присвистывает и тут же ставит перед Чимином стакан виски со льдом.              — У этого парня на тебя явно серьёзные намерения. Я уверен, что этот мальчик прекрасно выглядит в своей форме. Почему ты не в ней?       — Это я попросил.       — А зря. Я бы посмотрел на него в ней и без.       — Прекрати. Это мой мальчик.              Бармен лишь разводит руками, когда Пак отводит полицейского от бара и ведёт к танцполу, увязывая его в танец. Чонгук не знает что делать, пока его партнёр искусно изгибается и тянется к нему руками.              Ring ring ring goes the telephone       The lights are on but there's no-one home              Поёт Чимин, а Чонгук смеётся. Тот руками показывает, что ему звонят и ему нужно ответить.              — Ты стал более раскрепощенным.       — Я нахожусь в самом лучшем месте этого города. Танцую с прекрасным человеком, почему бы мне не стать более развязным. Или я что, совращаю тебя своими незамысловатыми движениями?       — Ты становишься таким открытым и податливым.              Чон притягивает его к себе за талию, Пак укладывает руки ему на шею запрокидывая голову.              — Что ты делаешь?              Чимин его не слушает, лишь разворачивается к нему спиной и спускается вниз. Руками ведёт по его телу.              — Соблазняю тебя. Разве это не очевидно? — смеётся он.       — Ты когда-нибудь бываешь трезвым?       — Думаешь, я это делаю лишь потому что сильно пьян? Господин Чонгук, меня такое не берет. Знаешь сколько я ещё должен выпить?       — Тогда я не понимаю.              Чимин чувствует себя свободным. Старается не думать о том, что эти действия Чонгук может расценивать как шаг к нему навстречу. Чимин на самом деле не против. Но…              — Это место называется «Freedom», что в переводе значит «Свобода». Но ты и сам знаешь. Поэтому не стоит себя тут сдерживать.              — Вот чем, получается, вы с Тэхёном здесь занимались.              Улыбка Чимина спадает с лица. Он тут же на глазах меняется. Чонгук пугается этой реакции.              — Чимин, я…              Labrinth & Zendaya — I’m Tired [slowed + reverb]       Вот в чем его проблема. Вот почему он не может быть искренним с Чонгуком. Он всегда думает о Тэхёне. Если бы не обстоятельства, Чимину бы казалось, что он нравится Чонгуку, но… полицейский же только и хочет, что раскрыть дело. Ничего больше. Чонгук всегда думает об этом, всегда спрашивает и узнает.              Пак разворачивается, и подходит к бару допить виски.              — Чимин, — серьёзно говорит Малыш. — Я правда искренне соболезную. Мы очень любили его. Ты же знаешь. Вы наши любимые постоянные зрители. Вы столько лет с нами.       — Спасибо, Малыш. Я пойду.       — Так скоро?              Чимин забирает свое пальто. Забывает про Чонгука и выходит на улицу, по пути закуривая.              — Куда ты пошёл, Чимин?              Он останавливается. А потом думает, зачем? Что ещё Чонгук хочет?              — Чего тебе?              Чимин все же выбрасывает сигарету, которую только закурил. Уверен, что спокойно докурить ему не дадут.              — Почему ты ушёл? Всё было нормально, зачем ты…       — Ты серьёзно? После твоих слов, ты спрашиваешь меня, все ли со мной хорошо?       — Что я сказал? — в недоумение вскрикивает Чон и раскидывает руки. — Ты снова раздуваешь проблемы из ниоткуда. Я пытаюсь вести себя сдержанно, понять тебя. Но ты снова это начинаешь.       — Начинаю что?              Чимин подходит к нему ближе и смотрит прямо в глаза. Видит, как Чонгук злится, но лишь сжимает кулаки.              — Что на этот раз я сделал не так? Скажи мне.       — Ты всегда переводишь тему. На него. Тебя всегда интересует только он.       — О ком ты?       — О Тэхёне, твою мать. Каждые наши встречи превращаются: а что Тэхён сделал, а что он подумал, а что ел, пил, курил. Ты всегда пытаешься узнать все о нём.       — О, ну извини. Вообще-то, это моя работа. И я расследую убийство твоего друга. Или кем он тебе был на самом деле, любовником? Ты спал с ним, да?              Чимин решает не церемониться и бьёт первым, хуком справа. Чонгук не успевает сориентироваться, руки не успевают прикрыть лицо и Чимин точно попадает в щеку, по инерции наклоняясь в сторону удара. Какое-то время Чонгук смотрит под ноги и сплевывает, а потом поднимает взгляд. Чимин пугается. Такого взгляда он ещё не видел.              — Что? Это тебя задело? Ну давай, заплачь ещё.              Чонгук не сопротивляется, когда тот бьёт второй раз. Лишь смеётся и размазывает кровь по лицу.              — Ты как маленький ребёнок. Кулаками будешь решать вопрос? Ну давай. Нападай на меня.              Чимин бьёт ещё, но Чонгук заламывает руки и откидывает его в сторону. Тот запинается о свои ноги и падает разбивая бровь. Какое-то время лежит, пытаясь сфокусировать взгляд. В голову сильно отдаёт боль, он чувствует как жжёт бровь и снова встаёт.              — Заткнись, слышишь? Заткнись.              Чимин не рассчитывает силы, когда накидывается на него. Чон вместе с ним падает на асфальт прикладываясь головой, но все ещё смеётся несмотря на боль.              — Ну давай же. Защищайся!              Чимин снова бьёт по лицу. И снова, и снова.              — Ну же!              Но Чон сквозь пелену в глазах смотрит и все равно молчит, только ухмыляясь. Чимина это злит еще сильнее, он начинает душить Чонгука. Совсем неумело зажимая двумя руками шею. Полицейский начинает хрипеть.              — Ненавижу тебя, слышишь? Ненавижу!              Совсем непонятно в какой момент он сорвался? Когда начал душить и бить первым? Когда стал, прижимая ладони к лицу, прятать свои слезы?              — Слезь с меня, — спокойно произносит Чонгук.              Но Чимин будто не слышит. Продолжает рыдать, сидя на его бёдрах и вздрагивать.              — Не смей вставать, слышишь! Не смей. Я не закончил.              Приподнимаясь, Чонгук отводит руки от лица и просит взглянуть на него. Пак уворачивается и не даётся. Чонгук резко дергает его за подбородок, направляя заплаканное лицо на себя.              — Успокойся. Если ты так болезненно реагируешь на него, то я больше не буду…       — Нет! Ты снова не понимаешь.                    Чонгук тяжело выдыхает, отпуская его лицо и трёт виски. Лицо ноет от ударов.              — Чонгук, каждый раз, когда я начинаю думать, что нравлюсь тебе, что у тебя появляются ко мне чувства, ты снова говоришь о нём. Я не нужен тебе. Вот в чем дело. Тебе лишь нужно знать, что произошло с Тэхёном, а на меня тебе плевать. Всё эти поцелуи, они… ничего не значат для тебя, это всего лишь… А я просто…       — Нет, Чимин. Не правда. Это не так.       — Так! Не нужно врать, я понимаю. Теперь я все понимаю. Не нужно больше делать вид, что переживаешь за меня, следить за мной. Я рассказал и показал тебе все! Мне больше нечего скрывать. Поэтому ты можешь прекратить…              И Чон снова затыкает его поцелуем, на что получает недовольное мычание. Пак стучит по его груди и пытается оттолкнуть. Чонгук для Чимина как маленький щенок, который все время пытается загладить свою вину поцелуем, считает что это может все исправить.              — Я не нужен тебе, Чонгук. Скажи это.       — Но это не так! Ты думаешь, что мне от тебя нужен лишь твой друг, но это всего лишь предлог, чтобы быть рядом. Ты же понимаешь, никто бы ради обычного допроса, не подвозил тебя пьяного домой, ухаживал, заботился. Я же… Я ведь правда переживал. Почему ты не видишь этого? Ты мне нравишься.       — Нет, нет… — Чимин смеётся. Ну какие у Чонгука к нему чувства?       — Ты мне так нравишься, чёрт возьми.              Снова обхватывая лицо ладонями, Чонгук тянет к себе Чимина. Носом водит по его щеке и дышит прямо в губы.              — Как же тяжело тебя любить.              Произносит шёпотом. А Чимин не верит. Чимин в такое больше не верит. Его невозможно любить. Его ведь и никто не любил никогда.              — Ты сильно ударился головой. Всё что ты говоришь… Подумай об этом ещё раз, прежде чем говорить мне такое.       — Почему ты не веришь мне?       — А почему должен?       

      ***

             Patrick Watson — Je te laisserai des mots (повтор)       Машина останавливается у дома Чонгука. Чимин не стал спорить. Время позднее, Намджун давно спал и не хотелось тревожить и пугать своим побитым лицом. Да и вообще…              Вообще-то врал себе, наверное. Просто не хотел оставлять Чонгука одного. Верит ли он в его чувства? Может быть. Наверное, да. Он не знает. Может стоит просто позволить любить себя, пусть делает что хочет. Если Чонгук так хочет быть с ним, то пожалуйста. А Чимин его примет, но полюбит ли в ответ? Чонгук сидит рядом и никуда не выходит, смотрит на него в ожидании. Чимин, наверное, просто хочет почувствовать себя нужным. Он предоставляет Чонгуку такую возможность. Пожалуйста, пользуйся. Разве для Пак Чимина это впервые? Разве что никогда не любили.              — Я подумал…       — Пойдём, у тебя все лицо в крови.              Чон молча выходит из машины следом за Чимином. Тот наизусть выучил код от домофона. Знает этаж, номер квартиры, лишь ждёт, пока полицейский откроет ему дверь.              На вопрос Чимина, где находится его старший брат, говорит что живёт какой-то время с родителями. Тот кивает, кидает пальто на пол и проходит в ванную за аптечкой. Чонгук снова подбирает за ним пальто и идёт следом.              — Иди в комнату. Мне нужно помыть руки и лицо твоё от крови оттереть.              Чон слушается, в комнате переодевается в черную футболку, такие же штаны и ждёт Чимина.              — Не отказался бы от твоей одежды.       — Ты так и не вернул мою футболку.       — Мне она нужнее.              Пак снимает штаны прямо перед ним, пока Чон, облокотившись на подоконник, смущённо смотрит в сторону.              — Вроде неплохо, давай, встань на свет. Солнце как раз встаёт.              Руками пригладив свободную белую рубашку, подходит к нему с ватой и бутыльком перекиси водорода в руке. Аккуратно смачивает и вытирает кровь.              — Больно.       — Признай, получать по лицу больнее.              Чонгук не спорит и только шипит, просматривая в его глаза, что так сосредоточены на его царапинах.              — Разве ты не должен наклеить пластырь?       — Пластырь на лицо не клеят: кожа дышать должна и так быстрее заживает.       — Садись на подоконник. У тебя вся бровь в крови. Я помогу.              Чимин слушается. Удобнее усаживается и внимательно смотрит. Чонгук стоит напротив, чуть выше, в руках ватка. Руки не дрожат, лицо не показывает никакого смущения. В отличие Чимина, он держится хорошо. Пак иногда жмурится, когда тот отрывает кусочки засохшей крови.              — А тут нужен пластырь?              Чонгук смотрит обеспокоенно. Солнце проникает в комнату первыми лучами. У Чимина губы бантиком, а Чон свои кусает.              — Если тебе хочется.              Не сдерживает и поддаётся вперёд, Чимин не отталкивает. Тянется навстречу, поднимает руки и прижимает к себе за шею. Чонгук бережно укладывает руки на талию Чимина, наклоняя его назад. Тот упирается головой в стекло. Руки спускаются ниже, к его бедрам, а поцелуи становятся смелее. Пак ловит губами его язык, посасывает, на что Чон мычит от удовольствия.              — Почему ты такой красивый? — шепчет Чонгук.              Поцелуями от шеи он спускается вниз, приподнимает его рубашку, а потом и совсем стягивает, откидывая в сторону. Кончиками пальцев скользит по его груди и целует. Чимин запрокидывает голову, когда чонгукова рука проскальзывает в его штаны. Осторожно ведёт рукой по всей длине и слышит шумный вдох. «Значит, все правильно» — думает Чонгук.              Он снова и снова ведёт рукой, целует шею и поднимается к губам.              — Почему ты плачешь?       — Мне так хорошо.       — Я думал, что сделал что-то не так.       — Нет, пожалуйста, не останавливайся, я чувствую, что я…              А потом громко вскрикивает и прикрывает рот рукой, зажмурившись.              — Не надо, опусти руку. Лучше обними меня.              Чимин руками тянется к нему, прижимая к себе и протяжно стонет, когда тот начинает массировать головку.              — Чонгук, пожалуйста, — протягивает он. Чувствует, что ещё чуть-чуть и кончит.       — Посмотри на меня.       — Нет, я не…              Другой рукой, Чонгук поворачивает его лицо на себя. Чимин жалобно хнычет. Ему становится стыдно от того, как Чонгук на него смотрит. С желанием, очевидно. А он в ответ? Просто пользуется им? У Чонгука чувства, а что Чимин? Кончает от обычной дрочки.              — Не думал, что ты так быстро кончишь.       — Я пьян и давно ни с кем не спал.       — Я уж подумал, что в этом хорош.       — Тебе стоит попрактиковаться ещё.       — В следующий раз обязательно сделаю лучше.              Чимин стирает с щёк слезы и прижимается к нему, носом ведёт по шее, вдыхая его парфюм.              — Ты так вкусно пахнешь.       — Мне нужно помыть руки.       — Хорошо.              Спать ложатся вместе, но спинами друг к другу. Чимин не знает, что сказать. Что будет после этого, дальше? Чонгук предложит встречаться или же это лишь минутная слабость. Чонгук ему в чувствах признавался, а перед этим словил несколько ударов в лицо. Неужели, Чонгуку он все равно нужен вот такой?              — Прекрати дрожать, я рядом. Не думай ни о чем.       — Я там, где хорошо. Зачем мне бояться?       — Иди ко мне.              Они поворачиваются друг к другу. Чон тянет его к себе, прижимая к груди. Чимин сопит, а Чонгук улыбается, пока тот не видит. Чувствует, как его сердце бьётся сильнее, пытается успокоиться, но не может. Он счастлив.              — Не понимаю, чем мог тебе понравиться.       — Разве для этого нужна причина? Мне с тобой хорошо.       — Даже несмотря на мои выходки?       — Да, даже несмотря на твои выходки.       — Тебе стоит найти кого-то другого.       — Не хочу.       — Значит, мы теперь… встречаемся?       — Если ты этого хочешь.       — А если я не хочу?       — Значит, мы теперь встречаемся.              Чимин смеется ему в шею и целует в подбородок.              — Тебе нужно поспать. Засыпай, солнце.       

      ***

             — Намджун? Я пришёл с Чонгуком, он отвезет нас на учёбу. Намджун?              Чонгук заходит после Чимина. Не снимая с себя верхнюю одежду, ждёт, пока выйдет его друг, чтобы познакомиться.              — Вызывай 911.       — Что?       — Звони в скорую!