там, где хорошо

             memoir #02 [06.12.09] — MayRoosevelt       Чонгук отпивает остатки жидкости в банке энергетика и, сжимая одной рукой, выкидывает ее. В поле уже распустились цветы, стоит середина лета. Тревожная музыка, доносящаяся из машины, помогает сосредоточиться на своих мыслях. Он стоит облокотившись на капот машины, и ему кажется, что ещё немного и он сойдёт с ума.              Он закрывает руками лицо и измученно стонет.              — Блять, — протягивает он. — Что за пиздец-то?              На этот вопрос ему вряд ли кто-то ответит. Вокруг никого и пять утра. В кармане лежит джул Чимина, без которого он никуда не выходил.              Он хочет спросить его, просто, чтобы понять — зачем он это сделал?              — Чонгук?              Он, спустя долгое время, снова слышит голос Джису. Чонгук так давно его не слышал. Кажется, её голос был немного уставшим.              — Ты сейчас не на работе?       — Заканчиваю через пару часов. А что?              Чонгук на какое-то время застывает. Что же сказать? Правильно ли она его поймёт?              — Мы можем поговорить?              На том конце тоже тишина. Кажется, она тоже раздумывает. Они не виделись пару лет.              — Конечно. Сделаем коррекцию?       — Да. Давай. Я буду к девяти у салона.              Чонгук захлопывает дверь машины и удобнее ложится на заднем сиденье. Ставит будильник и крепко сжимает в руках джул. Ему нужно хоть немного поспать.              Но ему так пусто. Фантомно ощущая на своём теле руки Чимина, он пытается сдержать эмоции. Ему так не хватает его прикосновений. На глазах стоят слёзы, спать совсем не хочется. Не хочется начинать этот новый день. Но разве Чимин не предупреждал? Просто Чонгук не был готов. Чонгук не думал, что вот сейчас. Сейчас Чимин возьмёт и оставит его.              Он не помнит как прозвенел будильник, как он сел за руль, как смог вообще добраться до салона. Помнит лишь руки Джису, что крепко обняли его. Пытается сфокусировать взгляд, понять где он и кто с ним. Джису укладывает его на диван, придерживая голову, расположив ее на своих коленях. Чонгук прижимается носом к её животу. Все совсем не то. Вот что Чимин испытывал тогда? Вот почему так тянулся к Тэхёну. Джису о чем-то спрашивает, пытается узнать в чем дело. Чонгук тихо плачет и как в бреду шепчет его имя.              — Он никогда не был и не будет моим.       — Чонгук?              Как на духу рассказывает всё, ни о чем не таит. Останавливается лишь для того, чтобы перевести дыхание и не разрыдаться. Его сломало.              — Чонгук? — у Джису дрожит голос.       — Ты плачешь? — удивляется он, не ожидая такой реакции.       — Мне так жаль, слышишь? Мне так жаль.       — Ты же ни в чем не виновата.       — Прости, если бы не я. Если бы не тот разговор с тобой, все могло быть по-другому.       — Ты не виновата в том, что я влюбился.       — Я просто…              Джису двумя руками пытается остановить поток слез, что не кончается. Шмыгает носом и продолжает.              — Ты ему не нужен. Ты ведь знаешь об этом, да? Давно догадывался.       — Мне казалось, что он что-то чувствует ко мне. Что я ему небезразличен, что он может положиться на меня. Забавно, — усмехается он и вспоминает слова Чимина, сказанные в день похорон Тэхёна. — Я не смог стать причиной, чтобы быть счастливым… Чтобы быть рядом, чтобы любить.       — Ты не виноват. Ты ни в чем не виноват. Это он. Это все его друг, если бы не он…       — Мы бы не встречались. Чимин сказал, если бы мы встретились раньше, все могло быть по-другому. Он уверен, что я бы смог спасти ему жизнь. Но Тэхён бы не отдал его мне.       — Хотел ли он жить?       — Что?       Miniature III — MayRoosevelt       Чонгук поднимает глаза. Джису пожимает плечами и заплаканными глазами смотрит перед собой.              — Хотел ли он жить? Была ли у него причина?              Дело Ким Тэхёна.                     ×××                     Тело нашли в заброшенном здании недалеко от моря. По камерам ничего. В руках лежал пистолет, голое тело аккуратно прикрыто, в руке находилась записка.              [ты мне не нужен]              — Это самоубийство. Пистолет в руке, пуля, траектория.              Медэксперт поднимается с корточек и поправляет одноразовые перчатки. Шмыгает и потрясённо мотает головой.              — Это не просто самоубийство, да?       — Голое тело прикрыто явно кем-то. На столе, похоже, стоял проектор, — пальцем указывает на рядом стоящий стол, покрытый местами слоем пыли. — Ты видишь, впереди висит белая ткань. Я уверен, он пришёл сюда не кино смотреть.       — Его заставили совершить самоубийство, — до Чонгука доходит, что хотел он донести.       — Ты не знаешь, но… это не первое такое убийство.       — Что ты хочешь этим сказать? — Чонгук хмурит брови. Медэксперт запинается, когда видит приближающегося инспектора.       — Ты всё здесь осмотрел?       — Что? А… Да.              Дэхён за руку отводит Чонгука подальше от тела и предлагает сесть в машину. Но Чонгук отказывается, и старшему приходится увести его подальше от посторонних ушей.              — Он сказал, что это не первое убийство.       — Он не это хотел сказать. Просто некоторые дела бывают похожи, — оправдывается Дэхён, но Чонгук ему не верит и стоит на своём.       — Нет, он был уверен в своих словах. В чем дело?              Дэхён устало выдыхает. Это не то, о чём хотелось говорить его напарнику.              — Чонгук. Лет десять назад было похожее дело. Лежала голая девушка, в руках пистолет. Всё похоже на самоубийство. Но спустя некоторое время находят снова тело. Потом через несколько лет ещё и так каждый год. Когда ты к нам перевелся пару лет назад, все было тихо. И теперь снова тело. За этим стоит явно кто-то серьёзный.       — Пока работал три года, ни разу не слышал об этом.       — Ты ловил совсем других преступников и получил заслуженное звание помощника инспектора.       — И все же.       — Я не уверен в своих силах, — мотает головой инспектор и засунув руки в карманы куртки, поворачивается лицом к месту убийства. — Не уверен, что мы сможем это сделать.       — Сделать что? Найти убийцу?       — Посадить его за решётку.              Radiohead — Everything In Its Right Place       Чонгук оборачивается. Тело парня аккуратно упаковывают в чёрный мешок, чтобы погрузить в машину. Чонгуку кажется, что это дело для него не будет простым. Засовывая руки в карманы тёплого пальто, он выходит из здания и направляется в сторону моря, но в спину слышит слова медэксперта.              — Его насиловали.              У Чонгука в груди что-то сжимается и перехватывает дыхание. В голове лишь одно:              Ахуеть.              Он никогда не сталкивался с таким.              В кармане пачка сигарет Марка, что греет руку. Он не закурит. Нет причины для такого сильного беспокойства или тревоги, нет того переломного момента, чтобы снова начать. Джису помогла справиться с пагубной привычкой. Он не будет начинать, после её стараний избавить его от зависимости, снова.              Приезжая в участок, он вносит всю информацию в компьютер и ждёт пока установят личность. И почему его хён был так уверен в своих словах?              — Ким Тэхён, двадцать пять. Должно было исполниться двадцать шесть в этом году. Посмотри на род деятельности, — Дэхён присаживается на край стола Чонгука, откладывает свой кофе в сторону и передаёт ему в руки бумаги.              Чонгук хмурится и забирает распечатки.              — Таким… все ещё занимаются? Типа… типа это все ещё востребовано?       — Богатеньких мальчиков в нашей стране не убавляется, так что…              На это Чонгук согласно кивает. Из-за таких скотов по их прихоти и убивают людей.              — По пучку волос выяснили, что он употреблял марихуану чуть больше месяца назад, — продолжает Дэхён. — Не могу сказать, что он делал это постоянно. Пару раз в месяц.       — Просто баловался? — предполагает Чонгук.       — Возможно.       — С его то работой, это могло быть и просто за компанию. Кто знает, было ли это добровольно.       — Похоже, его все устраивало, — разводит руками старший.       — Но мне вот что непонятно, — чуть позже добавляет Чонгук. Старший складывает руки на груди. — Пока мы разговаривали с Хёншиком, нашим медэкспертом, он сказал что Тэхён смотрел кино. Он предположил, что там стоял проектор и эта белая, закрепленная ткань на стене. Он явно что-то смотрел перед смертью. Вот только… Что именно? Может, то что он там увидел и стало причиной, чтобы умереть?              Старший инспектор лишь кусает губы и пожимает плечами. Он и сам не знает ответа.              — Надо найти родственников или хоть кого-то. Нужно расспросить их.              Его старший кивает, оставляя Чонгука одного.       

***

             У Тэхёна никого. Собственный отец отнекивается от сына, матери нет. Остаётся лишь близкий друг, который пробивается в базе по пальчикам. Чонгук хмурится и хлопает глазами. Парня зовут Пак Чимин, они вместе с Тэхёном были замечены в драке, в следствие которой несколько парней были отправлены в больницу.              — Невероятно.              Ещё одно дело, в котором Чимин был обвинён и снова в драке, но дело быстро закрыли. Обвинитель забрал заявление, а пальчики Чимина все ещё оставались в базе. По магшоту Чонгук бы не сказал, что парень похож на того, кто вообще может кого-то ударить.              На учёте Чимин нигде не состоял, что не скажешь о Тэхёне. У парня была депрессия и что-то ещё. Чонгук не был так просвещён, но у того явно были серьёзные проблемы с ментальным здоровьем. На него надавили?              — Ну и что же делать?       — Позвонишь ему? Надо чтобы он приехал на опознание, ты же знаешь.       — Займусь этим завтра.              Потирая глаза от усталости, Чонгук шмыгает носом и собирает свои вещи в кожаный портфель. Прощаясь со всеми он включает телефон, чтобы посмотреть время. Почти восемь часов, дома он будет ближе к девяти, если все же зайдёт в магазин за едой себе и брату. Хосок, почему-то, упрямо не хочет выходить на улицу, после того как у него начались трястись руки прямо перед кассой. Но на самом деле Чонгук понимал, что Хосоку страшно. Он боится, что у него случится инсульт. Он не знает, справится ли с ним и какие у него могут быть последствия. Чонгук заботится о нем и готовит ему, придерживаясь диеты. Его брат иногда капризничает, но все равно слушается его. Будто чувствует, что без этой заботы вряд ли сам справится. Хосок действительно до ужаса боится, что у него случится инсульт. Тот инсульт, после которого он может не выжить или остаться инвалидом. Если его лицо перекосит, а руки и ноги парализует, он лучше попросит эвтаназии , чем так мучиться всю жизнь. Хосоку почти тридцать, а за спиной не самый приятный опыт в отношениях. Он закрылся в своём мире, думая, что жизнь для него почему-то закрыта.              Он решил, что не сможет быть с кем-то счастлив, но и быть якорем, который тянет Чонгука вниз, тоже не хотел. Сколько у них было разговоров, но Хосок не мог переступить через себя.              Брат встречает его натянутой улыбкой и спрашивает как прошёл день. Чонгук говорит, что ничего нового, всего лишь новое дело, в которое никто не верит, но подробности рассказать не может. Но брат все равно интересуется, он же никому не расскажет. Ведь у него совсем никого не осталось. После смерти мамы он отходил очень долго и никого близко к себе не подпускал.              А позже в жизни Чонгука появляется Чимин, и Хосок в нем видит себя. Такое же нежелание жить дальше. Такое же желание закрыться от всех и не подпускать ближе, чтобы не сделать больно.              На следующий день Чонгуку нужно было позвонить Пак Чимину и представиться помощником инспектора, чтобы тот приехал на опознание трупа. Это всегда было чем-то сложным: нужно было правильно подобрать слова, говорить в определённом тоне. И тот приходит. Только через три дня. Появляется неожиданно, Чонгук снова представляется и провожает его в морг. Ему показалось, что по лицу Чимина нельзя было что-то понять, а ещё тот слишком быстро уходит. Чонгуку снова показалось, что парень мог быть совсем не в состоянии доехать до дома, поэтому он решает предложить услугу — подвезти до дома. Тот не отказывается. Они видятся снова: в квартире Пака, на допросе, после избиения Чимина. И в тот момент в Чонгуке что-то меняется, как меняется и что-то в Чимине. Они будто обмениваются местами.              Чонгук смотрел на его тело, усыпанное явно сильными ударами; лицо, по которому стекала кровь и на то, как Чимин ему улыбался. Может, Чонгук поехал крышей тогда или это его нехило приложили, но Чимин такой беспомощный. В его глазах нет той искры, которая ещё жила какое-то время после смерти Тэхёна. На него смотрит совсем другой человек.              — Спасибо, что пришёл.       — Почему ты не позвонил в скорую?       — Потому что мне там делать нечего, — злился парень и продолжал сидеть на мокром асфальте.       — Давай съездим в травмпункт. Вдруг у тебя сотрясение.       — Как будущий врач, скажу что сотрясения нет.       — Как человек, который за тебя переживает, я отвезу тебя в травмпункт и точка.              Чимин лишь хмыкнул, а когда улыбнулся, зашипел от того, что сильно саднило губу.              Эти три дня вместе Чонгук проживает в сомнении. Помощь Чимину не нужна, он может справиться и сам. Чонгук «почти» не настаивает. Пытается абстрагироваться от него и узнать, кто же убил Тэхёна. Удивительно, но это у него получалось хорошо. Он мог подолгу не вспоминать о Чимине и думать лишь о деле. Откладывать его сообщения. Но глубоко внутри него что-то происходило. Те эмоции, которые он ощущал, когда лежал с ним рядом, когда тот спал и видел явно тревожные сны. Чонгуку в эти моменты хотелось находиться с ним.              [привет! ты что-то хотел?] джису       [могли бы мы поговорить? это может звучать очень странно, но… просто, есть один человек и я не совсем понимаю что к нему чувствую]       [это парень? всегда казалось, что девушки это не твоё] джису       [когда я ложусь спать, а он лежит рядом, моё сердце так сильно стучит. боюсь двигаться, чтобы не разбудить его. хочется быть рядом и помочь справиться со всеми своими проблемами, просто быть рядом]       [так ты что, влюбился?] джису       [тебе так кажется?]       [если ты чувствуешь, что из этого может что-то получится и ты хочешь быть рядом, так… почему бы и нет? видишь ли ты хоть какое-то сопротивление с его стороны?] джису              Чонгук вспоминает ссору, когда Чимина пришлось силой успокаивать и пытаться достучаться до него. Чимин сам не понимает чего хочет, а Чонгук? Откуда ему знать что Чимин чувствует? Ему кажется тот делает шаг навстречу, но почему-то сразу же отталкивает. Виноват ли в этом его прошлый опыт?              [кажется, он был в отношениях со своим бывшим другом. и этот друг мёртв]       [может ему просто тяжело отпустить его? если ты считаешь, что это возможно, то может быть стоит попробовать? попробовать послушать его, просто быть рядом?] джису       [не знаю Чонгук, если тебя это тяготит, то не стоит. главное, чтобы ты не винил себя ни в чем] джису       [я не уверен]       [кажется ли он тебе привлекательным?] джису       [ты имеешь ввиду внешность?]       [нет, совсем нет. тянет ли тебя к нему? хочешь ли ты быть с ним рядом несмотря на его возможно (?) отвратительное поведение] джису       [думаю, я готов принять это]       [Чонгук] джису       [что?]       [будь осторожен, ты не в стране чудес. не забывай о значении своего тату] джису       [любовь все ещё ультранасилие]       [ты не должен терпеть, если тебе так больно] джису       [все в порядке. не переживай, Джису. Спасибо и спокойной ночи]              То тело эскорт-мальчика, которое нашли на той же трассе, как другие пару лет назад, снова похоже на убийство Тэхёна. Но почему-то Тэхёна нашли не голого на трассе, а укрытого в заброшенном здании неподалёку, с запиской. Чонгук так и не рассказал о содержимом и вообще существовании этой записки Чимину.              И ещё одно убийство. Близкий друг убитого в собственной квартире. Зашиты глаза, отрезан язык. Этот парень не работал в той же сфере, что и Тэхён. Всего лишь водитель.              А у Чонгука волосы на голове дыбом встают, потому что кто-то, как будто мстит. Ему кажется, что этот человек явно обижен на таких как они. Или этот человек считает, что у него просто есть право на то, чтобы распоряжаться чужими жизнями.              И все же, Тэхён… Почему его убили по-другому? Что он сделал?       

***

      Чонгук просыпается на чужом диване и не сразу понимает где. Лишь по звуку тату машинки догадывается, что все ещё у Джису в салоне. Потирая лицо ладонью, он садится и осматривается. Джису склонилась над женской спиной и сосредоточенно выводила рисунок.              — Можешь перекусить, если хочешь. Я решила сделать коррекцию, пока ты спал. Извини, решила не терять время. Уже обед. Кажется, тебе стоит поехать на работу. Твой начальник звонил, я рассказала вкратце, что случилось. Он попросил приехать тебя, когда проснёшься, у них есть пару зацепок.              Чонгук вскакивает с дивана и выбегает на улицу к своей машине. Он не должен терять ни минуты. В кармане лежит джул Чимина и Чонгук задумывается. В какой момент он вдруг снова закурил? Обещал ведь, что не притронется, ведь так упорно отказывался. Может, это дело друга Чимина?              А потом Чонгук задается вопросом, всего на минуту, а зачем он так яро старается его спасти? Чтобы предотвратить ещё одно самоубийство? Зная, что в твоих руках жизнь, которую можешь спасти? Или Чонгук, влюблённый мальчишка, пытается спасти жизнь человеку, в которого так влюблён. Но нужно ли это Чимину? Он никогда не говорил ему об этом. Хотя в той ссоре, где Чимин спрашивал его, нужен ли он ему, он говорил серьезно? Может, он тянулся к нему не потому, что хотел почувствовать себя снова нужным, а потому что и сам что-то чувствовал?              Только почему-то это кажется чем-то нереальным и какой-то игрой. Кто знает, для чего он так сближался с ним. Почему прибегал пьяным ночью и засыпал в его объятиях. Почему он вообще с ним переспал? Просто желание? Его последнее желание перед смертью? Как Чонгук может быть уверен в том, что Чимин ещё жив? Зачем ему об этом переживать? Чимин его парень? Они ни разу об этом даже не заикнулись. Почему Чимин ничего ему не мог рассказать? Разве Чонгук не стал ему поддержкой и опорой, которой он хотел являться ему?              Radiohead — Exit Music (For A Film)       Чтобы было, если бы они встретились раньше, до того, как Тэхён умер? Было бы все так, как Чимин ему говорил? Чонгук бы хотел встречаться с ним, просыпаться вместе утром, идти на работу.       Целоваться, заниматься сексом, ездить на море и есть вкусную еду. И хотел бы видеть Чимина счастливым и живым. Таким настоящим. Но Тэхён его забрал с собой, к себе привязал. Он своей смертью и Чимина за собой потащил. А тот даже не пытается, за ним идёт.              — Ты что, снова куришь? — раздражается Чонгук.              Он захлопывает дверь своей машины и видит, как его напарник Марк закуривает сигарету у здания полиции, хотя совсем недавно говорил о том, что решил завязать с курением.              — Да, все пытаюсь потихоньку бросить.       — Какого чёрта, просто выброси их!              Чонгук выхватывает из рук Марка пачку сигарет, комкает и выбрасывает в мусорку, не обращая внимания на гневные крики хёна. Как же его начинает все раздражать.              По пути до их отделения каждый кто его видит, расступается и пропускает вперёд, боясь глаза поднять и сказать хоть слово. Инспектора он находит на своём месте.              — Где он?       — Успокойся. Даже зная где он, я не могу просто поехать туда, помахать пистолетами и помериться членами, чтобы этого Чимина отпустили.       — Ты не понимаешь, хён, — вскипает Чонгук. — У нас мало времени, если он жив, его нужно вытащить оттуда, он явно не понимал на что шёл.       — Нет, мой мальчик, — посмеивается старший, чем сильнее злит Чонгука. — Он явно знал к кому он идёт, раз оборвал с нами все связи и возможностью выбраться оттуда.       — Я его голыми руками вытащу оттуда.       — У тебя недотрах? Что с тобой? — Дэхён откладывает какие-то бумажки и опирается локтями на стол, пока Чонгук вскипает и машет руками перед ним.       — Я буквально этой ночью танцевал с ним, пил джин и занимался с этим гаденышем сексом, пока он думал как от меня удачно съебаться к этим тварям, которые убили его друга! Он воспользовался моим телефоном, чтобы связаться с ними. Как я могу быть спокоен?       — Чонгук, эти подробности…       — Мне нужно знать где он. Я его собственными руками убью. Что ты… Куда ты смотришь?              По голове ударяют чем-то тяжёлом, он не справляется с тяжестью, ноги не держат. Поднимая руку, чтобы потрогать свой затылок, он падает ничком вниз без сознания.              — Знал, что его нужно было как-то успокоить. Я ведь только купил новую пачку сигарет, поганец.       — Ты выиграл час времени.              Дэхён хмыкает и встаёт со своего кресла, помогая своему напарнику отнести тело Чонгука в комнату отдыха и запереть на какое-то время, пока они придумывают план захвата помещения, в котором находится все ещё живой Чимин. Если судить по скрытым камерам, у парня осталось явно не так много времени, действовать нужно было быстро.              Повязать таких важных людей, что стоят выше полиции, это многого стоит, но если они облажаются, все будет использовано против них. Чимин явно знал на что шёл, таких людей ловят с поличным. За этот час времени, что они смогли выиграть, пока Чонгук был в отключке, многое сошлось в их головах. Жертвы Чимина можно избежать, если только Чонгук будет хладнокровен, будет действовать не чувствами, которые задел этот парень, а по приказу.              Марк решается открыть дверь комнаты. Боится, что Чонгук может на него напасть, поэтому заранее готовится к стойке, чтобы тут же завалить Чонгука на пол.              — Ты что, куришь?              Марк совсем не ожидал увидеть Чонгука, что так расслабленно расположился на диване. В руках у него электронка, а комната пропахла запахом мяты.              — Я просто задумался. Всего на минуту задумался тогда. А зачем я так яро пытаюсь спасти человека, который не хочет, чтобы его спасали. Может… может нам стоит оставить все как есть?       — Ты что, хочешь чтобы его там убили? Хочешь, чтобы он застрелился как его дружок? — напарник тыкает в него пальцем, но Чонгук не реагирует.       — Может он хочет к нему?       — Если бы твой Чимин хотел умереть, он бы давно это сделал. Прошло слишком много времени, у него явно был план действий. И я не уверен, что он долго продержится, если ты не прекратишь дымить, вся комната уже пропахла мятой.       — Это его джул. Он никогда без него не уходит. Как-то раз сбежал от меня, оставил телефон, но джул взял.       — Возьми себя в руки и поехали. Если ты не в состоянии слушать приказы, то оставайся тут и не мешай нам.       — Нет, я поеду. Из принципа поеду, чтобы специально спасти и не дать ему так просто умереть.              Чон вскакивает с дивана и забирает с рук портупею с кобурой для пистолета. Засунув джул в карман штанов к телефону, приглаживает свои волосы и выходит на улицу, чтобы сесть в служебную машину рядом со своим напарником, старшим инспектором Кан Дэхёном.              — Успокоился? Я могу на тебя рассчитывать?              Чонгук кивает и надевает серую шапку бини из бардачка хёна. Смотрит на себя в боковое зеркало, поправляя футболку и потирая руки о чёрные джинсы.              — Вы что-то вкололи мне?       — Транквилизаторы. Извини, так было нужно.              Чонгук кусает губы и пытается хоть что-то почувствовать.              — Поехали?              Чонгук кивает.       

***

             Синдром спасателя ломается.       Чимин не хочет, чтобы его спасали.       Чонгук просто выполняет свою работу.       

      Звучит выстрел. Чонгуку «почти» не больно.