А если у Тойя (Даби) была сестра близнец?

Первый рабочий день. Я стояла у прилавка с белоснежными витринами, внутри которых выстроились в аккуратном порядке цветные пирожные, тянучки, леденцы и печенье, сверкающее сахарной пудрой. Всё казалось таким ярким, почти неправдоподобным. Даже свет здесь был какой-то другой — мягкий, не режущий. Приятный. Совсем не как тот, что был дома. Маска слегка давила на скулу, но я давно уже привыкла. Люди всё равно смотрят, даже если делают вид, что не смотрят. Неважно. Я пришла сюда не ради комфорта. Мне нужно было зацепиться хоть за что-то. — Ты можешь просто раскладывать конфеты и время от времени помогать на кассе, — сказал хозяин, поправляя очки на переносице. — Не беспокойся, никто не будет торопить. Я кивнула. Он не спрашивал, почему я в маске. Не смотрел слишком пристально. Не пытался угадать, что за история прячется за моими глазами. Это — уже много. Я присела у нижней полки и начала сортировать маленькие коробочки с карамелью. Тепло от ламп грело затылок. Движения рук были машинальными, но в голове медленно текли мысли. Как там сейчас Шото? Он ведь ещё совсем малыш… Думает ли он обо мне? Наверное, Фуюми с Нацуо напуганы. Я ушла посреди ночи. Просто исчезла. Как будто меня никогда и не было. Надеюсь, они не подумают, что я их предала. Что я бросила их. Я бы осталась… если бы могла. Я поставила последнюю коробочку, выровняла их по линии. Руки пахли сахаром. — Ты неплохо справляешься, — тихо заметила девушка, которая стояла за соседним прилавком. Она была чуть старше, волосы собраны в пучок, на фартуке — пятна от шоколада. — Я — Эри. Если что-то нужно, спрашивай. Здесь все добрые. Я кивнула, не уверена, стоит ли ей отвечать. Но что-то в её тоне было искренним. Неспешным. Не из вежливости — просто обычное человеческое участие. — Акира, — прошептала я. Не знаю, услышала ли она. Ближе к вечеру мы вышли на задний двор — вынести коробки. Пахло пылью и чуть-чуть весной. Стены были облуплены, но солнце клалось на них красиво. Я ненадолго сняла маску. Лицо покалывало — шрам был чувствителен к теплу. Половина кожи будто плавилась когда-то… всё ещё казалась чужой. Этот ожог был не от отца. Это была я. Моя сила. Мой срыв. Лёд и лава , сплетённые в хаосе, когда внутри уже не осталось сил держаться. Я не чувствовала гордости за свою силу. Она не была спасением. Пока что — только напоминанием. Эри мельком посмотрела, но ничего не сказала. Просто передала мне пустую коробку. — Завтра в ту же смену? — спросила она, и в голосе не было ни жалости, ни брезгливости. Только обыденность. — Да, — ответила я, возвращая маску на место. Пожалуй, этого хватит на сегодня. Не слишком хорошо, не слишком плохо. Просто день. Просто начало.