Глава 4. Воспоминания
28 июля 2021 г., 08:41
3 августа, 1977 года (среда)
Выдался теплый летний день. Утро Гермиона провела, помогая "отцу" в пабе, а в обеденный перерыв она пошла на задний двор, где устроила себе небольшой пикничок. Сад Кабаньи Головы был довольно большим, усаженный дикими цветами и деревьями. Из декора стояла лишь старая металлическая скамейка под деревом.
После обеда Гермиона пошла по знакомой тропинке, которая вела в Хогвартс. Ей вспомнились походы в Хогсмид с друзьями. Она думала о Гарри и Роне и о временах в Хогвартсе и опять почувствовала себя очень одинокой.
Гермиона отодвинула все эти мысли подальше. Нужно думать о другом. Возможно, Дамблдор уже ищет решение ее проблемы, и даже, может быть, уже нашёл. Она согласна вернуться домой даже если постареет на двадцать лет. Но есть одно «но»: что, если она уже что-то изменила в своём времени? Что будет, если ее никто узнает?
Возможно, у Дамблдора будут или уже есть ответы на ее вопросы. Девушка мысленно прошлась по спискам, которые написала ночью, решив начать разговор начать с самого главного – с Хоркусов. Дойдя до ворот, она улыбнулась, когда увидела подошедшего к ней Хагрида.
— Привет! Это ты дочурка старого Аберфорта?— поприветствовал Хагрид, отворяя ворота.
Гермиона тепло улыбнулась ему и вошла. Она еще не видела его в этом времени, и знакомство с Хагридом «помоложе» доставило ей огромное удовольствие и подняло настроение.
— Да, а вы должно быть Хагрид?— искренне улыбнулась она ему.
Хагрид кивнул.
— Дык да. Идешь на встречу с Дамблдором?
Гермиона кивнула.
— Да, у меня встреча с директором в час. Приятно познакомиться, Хагрид. Кстати, меня зовут Гермиона,— сказала она и протянула ему руку для пожатия.
Он взял ее руку и удивительно нежно пожал.
— Взаимно, Гермиона. Заходи-ка ко мне после того, как освободишься, если найдётся времечко? Я сегодня испёк кексы.
Гермиона улыбнулась, вспоминая, как впервые попробовала стряпню Хагрида. Она внутренне усмехнулась, припомнив, как чуть не сломала зубы о его каменные кексы, не говоря уже о том, что она находила в его говяжьей запеканки большой коготь. Девушка тогда сказала себе, что у добродушного лесничего будет пить только чай.
— С радостью приму ваше приглашение.
— Отлично! Во-о-он там мое жилище, — махнул рукой Хагрид и побрел к себе.
Ее живот сжался от тоски, при воспоминаниях о том, как она, Гарри и Рон бывали у него в гостях. Гермиона увидела квиддичное поле и поняла, что больше не увидит, как ее мальчишки летают. Она мысленно отругала себя и попыталась взять в руки. Глубоко вдохнула и попыталась успокоиться. Несмотря на все эти грустные мысли, Гермиона чувствовала, что возвращается домой.
Чувство спокойствия поселилось в ней, когда она вошла в главные двери замка и направилась в кабинет директора. Вот она подошла к знакомой горгулье, как ее прервал знакомый голос:
— Простите, мисс,— позади неё послышался твёрдый женский голос,— вы направляетесь на встречу с директором?
Гермиона быстро обернулась. Она была слегка озадачена при виде помолодевшей Минервы Макгонагалл.
— Да, мэм, — нерешительно сказала Гермиона. Она занервничала перед преподавательницей, которую знала сама, но та не имела понятия, кто она.
Гермиона всегда уважала эту женщину, возможно, потому, что она относилась ко всем одинаково без фаворитизма, и потому, что она была той, кто показал Гермионе волшебный мир. Макгонагалл была той, кто привел ее в Косой переулок, чтобы купить школьные вещи и была с ней все эти годы. Нет, она не была у Макгонагалл любимицей, но Гермионе нравилось думать, что ведьма уважает ее стремление учиться и получать новые знания.
— Вы Гермиона? — спросила преподавательница, пристально глядя на нее.
Гермиона кивнула. Она была уверена, что Макгонагалл не узнала ее, поэтому она предположила, что Дамблдор рассказал про неё.
Гермиона кивнула в знак согласия и спросила:
— Вам сказал профессор Дамблдор?
Макгонагалл просканировала ее взглядом прежде чем ответить.
— Все верно, мисс. Альбус рассказал мне о ваших обстоятельствах и откуда вы к нам прибыли, и попросил меня присоединиться к вашему собранию. Пройдёмте.
Гермиона снова кивнула, и Макгонагалл повернулась к горгулье:
— Шоколадные лягушки,— горгулья двинулась со своего места.
Когда появилась лестница, Макгонагалл внимательно посмотрел на нее.
— Я думаю, что нет необходимости представляться вам?
Гермиона вежливо улыбнулась и ответила:
— Нет, я знаю вас, профессор Макгонагалл. Вы были деканом моего факультета, когда я училась в Хогвартсе,— она посмотрела на пожилую женщину с грустной улыбкой, и Макгонагалл взглянула на нее с удивлением и восторгом в глазах.
Когда они вошли в кабинет, Дамблдор встал со своего кресла, чтобы поприветствовать их. В его глазах блестели знакомые искры.
—Добрый день, дамы,— широко улыбнулся он,-я думаю, что вас не надо вводить в курс всех событий? — спросил директор и пристально посмотрел на вошедших.
— Нет надобности, Альбус, мы уже немного поговорили,— сказала Макгонагалл и махнула рукой на Гермиону. Девушка кивнула.
У Дамблдора на лице показалось удовлетворение, и он жестом пригласил их сесть в два плюшевых кресла перед его столом. Дамблдор улыбнулся Гермионе, прежде чем заговорил:
— Я надеюсь, что с твоим отцом все в порядке?
Ей потребовалось мгновение, чтобы понять, о ком он говорит.
— Да, все замечательно, спасибо, сэр.— Она натянуто улыбнулась. Дамблдор хихикнул и кивнул ей. Макгонагалл закатила глаза и стала ждать окончания светской беседы . Дамблдор скрестил пальцы и его выражение приобрело еще более торжественный вид.
— Я думаю, у нас накопились некоторые вопросы, которые срочно нужно обсудить, неправда ли, Гермиона?
Гермиона напряглась от слов директора, но вытащила конверт, в котором содержались списки. Она протянула Дамблдору первый.
— Я сделал пару списков, о которых нам стоит поговорить. Я думаю, что лучше начать с Крестражей?
Макгонагалл ахнула и поднесла руку ко рту, ее пальцы задрожали.
— Мерлинова Борода! Крестражи? Этот ужасный человек создал Крестражи? Больше, чем один?- от волнения голос профессора повысился.
— Это правда. В моем времени он сделал семь Крестражей, таким образом гарантировав себе бессмертие. Ведь семь — это мощное магическое число. Но на данный момент, я думаю, что Волдеморт сделал только пять.
Гермиона повернулась к Дамблдору и сказала:
— Информация, которую я вам только что сказала, основана на ваших собственных исследованиях, с которыми вы поделились с моим другом Гарри, а позже он поделился со мной и другим нашим другом. В прошлом году, когда мы трое были в бегах и охотились за Крестражами, мы узнали кое-что еще.
Дамблдор и Макгонагалл нахмурились, но не перебивали. Ей показалось, что они хотели спросить, почему тот Дамблдор позволил трем подросткам одним выполнить это задание. В минуты, когда она уставала и была зла на весь мир и волшебников, то сама себя спрашивала: почему именно они. Гермиона прогнала эту мысль из головы и продолжила.
— Как я сказала, на данный момент у него пять Крестражей, но через пару лет он создаст шестой,— Гермиона передала все четыре списка директору. Дамблдор при помощи магии сделал копии, чтобы передать их Макгонагалл и Гермионе.
— Я не уверена, в каком порядке и когда были созданы Крестражи, кроме первых. Итак, первым был его дневник, который он создал, будучи студентом.
Макгонагалл снова ахнула. Дамблдор поднял удивленный взгляд на Гермиону.
— Это означает, что Хагрид был невиновен. Основываясь на этом, я могу начать процесс, чтобы Министерство очистило его имя.
Гермиона улыбнулась.
—Да, это так. Волдеморт или Том Реддл подставил тогда Хагрида, чтобы школа не закрылась, и, чтобы он не вернулся в приют. Хотя у Хагрида был акромантул в комнате, но он никому не навредил.
Дамблдор напевая что-то себе под нос, сделал пометку в пергаменте.
— Так это он убил Миртл Уоррен? При помощи Василиска? Они разве до сих пор существуют? Наверняка кто-то заметил бы гигантскую змею, скользящую по коридорам, —сказал Макгонагалл после прочтения списка и недоверчиво посмотрела на нее.
Гермиона мрачно улыбнулась, вспомнив свой второй курс, когда догадалась, как огромная змеюка передвигалась по школе, и окаменела вскоре после этого. Она пролежала в больничном крыле, в то время как Гарри убил Царя Змей и столкнулся с куском души Волдеморта.
— Ну, — Гермиона глубоко вздохнула,— Василиск действительно существует. Он передвигался по трубам. И легенда о том, что Салазар Слизерин построил в замке Тайную комнату, вполне правдива. Тайная комната, как мы узнали, находится в подземельях. Вход — это женский туалет на втором этаже, где живет Плакса Миртл. Там есть раковина и если произнести слово «Откройся» на парселтанге, то можно туда войти,— быстро протараторила девушка своим преподавателям. Те смотрели на неё с ужасом.
— В первый раз Волдеморт сам открыл эту комнату, а потом, при помощь одной девочки-первокурсницы, которая получила его дневник, открыл во второй раз,— Гермиона нахмурилась, вспоминая детали. Джинни...
— Девочка уже была почти мертва. Душа Волдеморта черпала из нее энергию, и если бы Гарри не убил Василиска и не уничтожил Дневник, она наверняка умерла бы.
— Великий Годрик! Он убил Василиска, — прошептал Макгонагалл. Дамблдор тоже, казалось, был потрясен известием о легенде о тайной комнате.
— Кто такой Гарри? — спросил он ее после минуты молчания. — Вы упомянули его несколько раз и у меня такое чувство, что он играет главную роль во всем этом,— Дамблдор посмотрел на нее через очки полумесяцы.
Гермиона ожидала этот вопрос. Но сейчас не время объяснять, пока.
— Я вернусь к этому позже, — неуверенно сказала она, Дамблдор кивнул.
— Дневник, вероятнее всего, сейчас находится у того человека, который подбросил моей подруги — у Люциуса Малфоя. Возможно, Крестраж сейчас в его поместье, хоть это и было в 1992 году, я думаю, что он уже Пожиратель Смерти.— Оба профессора опять нахмурились, услышав новую неприятную новость.
— Люциус Малфой? Школьный попечитель?— шокировано спросила Минерва Макгонагалл. Гермиона кивнула.
— Мы поговорим о Пожирателях Смерти чуть позже,— мрачно сказала она, и ее бывший декан кивнула. Дамблдор выжидающе смотрел на нее, ожидая, пока она продолжит.
— Вторым Крестражем, который Волдеморт создал — была семейная реликвия, которую он украл у своего дяди — Морфина Гонта. Волдеморт еще в школе изучил свое гениологическое древо и узнал, что его мать, Меропа Гонт, была потомком Салазара Слизерина. Меропа была безответно влюблена в местного маггла по имени Том Реддл. Она опоила его любовным зельем и заставила жениться на ней, а потом забеременела. Меропа перестала поить своего возлюбленного зельем, тот узнал о том, что она ведьма и бросил беременную жену. Позже она умерла после рождения сына, Тома Марволо Реддла. Он вырос в детском доме, как вы оба знаете,— объяснила Гермиона, и оба профессора беспокойно кивнули.
— Когда Том узнал, что его отец был простым магглом, который бросил свою мать, он пошел, чтобы убить семью отца. В то время отец Меропы и сама она уже умерли, и единственным живым был дядя Волдеморта, Морфин, который жил неподалеку от дома Реддла. После того, как Волдеморт убил своего отца и его семью, он изменил память Морфина, чтобы тот поверил, что убийца он, и что этим гордится. Морфин был приговорен к Азкабану и умер там. Волдеморт украл перстень у Морфина и создал свой второй крестраж, возможно, когда учился на седьмом году или сразу после окончания. Он сделал это после того, как спросил о возможности сделать несколько Крестражей у профессора Слизнорта,— подытожила Гермиона.
— Гораций?— Дамблдор и Макгонагалл тихо произнесли имя преподавателя и посмотрели на девушку в замешательстве.
— Да, так оно и есть. Профессор, конечно, не знал для чего его ученику понадобилась подобная информация. Он был очарован умом и шармом своего ученика. Волдеморт спросил его о крестражах и заверил профессора Слизнорта, что это только ради любопытства и больше ничего. Позже, когда профессор понял, что натворил, покинул школу и скрылся, надеясь, что ни вы, — кивнула она Дамблдору, — ни Волдеморт не найдут его,— пожала плечами Гермиона.
Макгонагалл покачала головой и пробормотала:
— Это так похоже на Горация,— губы Дамблдора слегка дрогнули. Профессора снова переглянулись между собой и продолжили слушать Гермиону.
— Он спрятал кольцо в Литтл Хэнлгтон, в мрачном доме. Я думаю, что это место защищено разными чарами или проклятиями, и само кольцо проклято. Тот, кто дотронется до него — умрет,— девушка остановилась и посмотрела на Дамблдора, а потом снова продолжила свой рассказ
— Следующими Крестражами стали — медальон Салазара Слизерина и чаша Хельги Хаффлпафф. Чтобы создать их, он убил ведьму по имени Хепзиба Смит и какого-то неизвестного маггла.
Оба профессора смотрели на нее в недоумении, возможно, потому, что Волдеморту удалось найти такие уникальные реликвии.
— Медальон спрятан в пещере, где Волдеморт бывал, когда был еще в приюте. Для защиты он поставил Инферналов, чтобы защитить Крестраж, а также яд, который нужно выпить, чтобы достать медальон из чаши. Я считаю, что медальон уже находится там, но Волдеморт проверит тайник где-то между 1978 и 1979 годами, поэтому его следует оставить нетронутым до тех пор, пока мы не узнаем наверняка.
— И мы узнаем пришло ли это время… Через ... Регулуса Блэка?— спросил Дамблдор, подняв глаза от пергаментов.
Гермиона кивнула.
— Я не так много знаю о нем, потому что он умер до моего рождения. Однако, я точно знаю, что он был Пожирателем, но потом предал Волдеморта и захотел его уничтожить. Темный Лорд попросил у Блэка эльфа, чтобы проверить защиту тайника, и оставил эльфа умирать в пещере. Волдеморт допустил ошибку, недооценив магию домовика, потому что Кикимер смог аппарировать обратно к своему хозяину Регулусу, и сказал ему, где найти Крестраж.
— Инферналы… Цирцея! — воскликнула Макгонагалл. — Как ты можешь быть такой спокойной после всего того, что знаешь? — изучающее начала разглядывать профессор Гермиону. Девушка неловко пожала плечами.
— Действительно, вы должны быть исключительно умной и сильной волшебницей, чтобы выдержать все это и быть готовой пережить это снова.— Дамблдор искренне улыбнулся ей, заставив ее смущенно отвести взгляд. Она прочистила горло и продолжила рассказ.
— Хм, на чем я остановилась? Ах, да, чаша Хельги Хаффлпафф. Она был создана одновременно с медальоном. Я не знаю наверняка, где она спрятана, но прежде чем я здесь очутилась, я была... — она нахмурилась и вздрогнула от воспоминаний. Она не хотела вспоминать о поместье Малфоев и пытках Беллатрисы, а также о попытке изнасилования Грейбеком. Гермиона до сих пор помнила прикосновение грязного языка оборотня и его мерзкое дыхание, которым опалял ее он.
— Гермиона, вам не нужно рассказывать все детали, если это слишком тяжело, моя дорогая, — тихо сказал ей Дамблдор, в его синих глазах промелькнуло беспокойство.
— Нет, все в порядке, директор. Меня пытала Беллатриса Лестрейндж. Она подозревала, что мы что-то украли из ее хранилища в Гринготтсе. Она была уверена, что мы там побывали. И ей было очень страшно. Так что я подумала, что у нее мог быть Крестраж. В моем времени она была верным слугой Волдеморта, и если тот оставил свой дневник на попечение Малфоев, кто скажет, что он не доверял своим другим последователям, чтобы охранять его секреты, — сказала Гермиона и взглянула на Макгонагалл, которая смотрела на нее с беспокойством. Она потянулась к руке Гермионы.
Дамблдор внимательно посмотрел на нее.
— Как вы думаете, его последователи знают, что предметы, которые Волдеморт наказал оберегать — это Крестражи? — задумчиво спросил он. Гермиона покачала головой.
— Мне так не кажется. Иначе мистер Малфой, вероятно, не расстался бы с дневником, — сказала она, и Дамблдор кивнул.
— О Пятом я ничего не знаю. Этот Крестраж может храниться в Гринготсе Беллатрисы Лестрандж, а может храниться где угодно. В моем времени шестой Крестраж создавался, когда Волдеморт попытался убить Гарри, о котором я расскажу попозже, но он не преуспел и вместо этого потерпел поражение.
— Он не умер, потому что у него все еще было пять крестражей. Ему потребовалось тринадцать лет, чтобы сделать свой шестой крестраж, змею которую назвал Нагайной, убив ведьму по имени Берта Джоркинс. Через год или около того он снова получил человеческую форму, и вторая волшебная война началась. — Гермиона вздохнула, вспомнив последние несколько лет своей жизни. И вот она отправилась в то время, когда только начиналась первая война. Когда это закончиться? Сможет ли она пережить это? Она надеялась, что на этот раз все будет по-другому.
Дамблдор прочистил горло и продолжил обсуждение:
— Я вижу, вы уже несколько вариантов по уничтожению Крестражей. Поэтому я не думаю, что нам нужно искать какие-то другие методы, так как у нас уже есть ваши, так сказать, разработки,— он взглянул на Гермиону.
— Но сэр, нет никакой гарантии, что мы сможем войти в Тайную комнату, и я считаю, что было бы очень рискованно использовать Адское пламя,— заспорила Гермиона, отчего Макгонагалл слегка улыбнулся.
— Гермиона, я верю, что Альбус способен наколдовать Пламя. Разве я неправа? — Макгонагалл украдкой наблюдала за реакцией Дамблдора.
— Минерва, ты знаешь меня лучше, чем кто-либо еще. Мисс Грейнджер, я действительно знаю, как управлять Адским огнем, но, вынужден признаться, что мои практические навыки далеки от идеала. Контроль данного проклятия — самая трудная часть, потому что оно может легко выйти из-под контроля и наделать много бед для людей, находящихся поблизости.
Гермиона что-то пробормотала в ответ.
— Тем не менее, я хотел бы научить вас. Вас обеих. Чтобы вы смогли подстраховать, таким образом, друг друга, когда один наложит заклинание.
Обе женщины недоверчиво посмотрели на директора.
— Я надеюсь, что ваше молчание означает положительный, и мы договорились. Поэтому предлагаю вернуться к этому чуть позже, — он хлопнул в ладоши и устремил на Гермиону и Макгонагалл веселый взгляд.
— Ладно, хм, следующий список — это некоторые детали, о которых вы должны знать,— Гермиона посмотрела в пергамент, который изначально написала для себя, но потом все-таки решила показать директору. Дамблдор и Макгонагалл прочитали первую строку списка и оба усмехнулись.
— Я не думаю, что кто-то будет против нового члена Ордена. Но мы должны обсудить некоторые условия,— Дамблдор внимательно посмотрел на нее.— Мне хотелось, чтобы вы для начала получили образование, а сидеть на скучных собраниях вам пока не нужно. По крайней мере, не сейчас. Чем меньше вас замечают, тем безопаснее будет для вас. В конце концов, если ненужные уши прознают о вас, и как вы можете быть полезной нашему врагу, то за вами начнется охота. — Гермиона не стала спорить. Она лишь подумала, что было бы неплохо изучить окклюменцию. Она сделала себе заметку, что нужно поговорить об этом с Дамблдором, но позже.
— Вы правы, директор,— согласилась Гермиона, хотя в ее голосе прозвучало разочарование.
Дамблдор слегка улыбнулся и сказал:
— Я буду информировать вас о том, что обсуждается на собрании. О следующем пункте я не могу сказать вам что-то новое. Тем не менее, я рекомендую вам жить своей жизнью, пока мы не узнаем больше о том, как вам вернуться назад. Я немедленно сообщу, если получу какую-либо информацию.— Гермиона нахмурилась, собираясь кое-что спросить, но затем просто кивнула. Она подумала, что в библиотеке Хогвартса может найтись хоть какая-нибудь информация о магии времени.
— Вы собираетесь изучать зелья на уровне ТРИТОН?— прочитал Дамблдор один из ее пунктов.
— Да, это так,— сказала она тоном, не требующим отлагательств.
— Тогда я хочу предложить вам изучить зелья, вызывающие галлюцинации и психические расстройства в нашей в нашей школьной лаборатории, до начала занятий. Сейчас в подземельях довольно тихо, и у вас есть немного личного пространства. Я так понимаю, вы согласились помочь отцу в пабе, так что, может быть, вы могли бы уладить с ним этот вопрос?— любезно спросил Дамблдор, и Гермиона улыбнулась и нетерпеливо кивнула. Она не могла дождаться, чтобы начать делать что-то полезное, а также варить зелья в лаборатории, самостоятельно.
Она прочистила горло и продолжила:
— Я думаю, нам стоит поговорить о пророчестве, а потом уже обсудить мои небольшие требования, если вы не против?— нервно спросила Гермиона.
Оба профессора кивнули, и Гермиона на мгновение подумала, как ей начать рассказ. Она глубоко выдохнула.
— В конце 1979 или в начале 1980, ведьма по имени Сибилла Трелони пришла на собеседование в "Кабанью Голову" на должность профессора Прорицания. В середине разговора она вошла в транс и сделала пророчество о рождении мальчика, который будет иметь силу победить Волдеморта. В пророчестве указывалось, что мальчик родится на исходе июля 1980 года и что родители мальчика бросали вызов Волдеморту три раза и выжили. У мальчика будет сила, которую Волдеморт не сможет или не захочет понять. Темный Лорд сам отметит мальчика, как равного себе. И им стал Гарри Поттер.
Макгонагалл ахнула, а Дамблдор приподнял брови.
— Сын Джеймса Поттера?— осторожно спросила Макгонагалл.
— Да. Он...был моим лучшим другом.— Гермиона грустно улыбнулась, быстро моргнув глазами, чтобы избавиться от слез.
Макгонагалл поддерживающе улыбнулся и подождала, пока она продолжит.
— Северус Снейп, который в то время был Пожирателем Смерти, подслушал пророчество и вернулся к своему хозяину, чтобы рассказать ему об услышанном. Так Волдеморт и узнал о пророчестве. Волдеморт пытался убить Гарри, когда он был ребенком, 31 октября 1981 года. Он убил его родителей и попытался разделаться с ребенком, но жертва его матери отразило смертельное проклятие, и Волдеморт исчез.
Она посмотрела на профессоров, которые оба смотрели на нее с немного шокированными выражениями лица.
— Но прежде чем Волдеморт отправился к Поттерам, они были помещены под чары Фиделиус после того, как Снейп понял свою ошибку и покинул Волдеморта. Он вам все рассказал,— сказала Гермиона, пытливо глядя на директора.
— Однажды вы сказали, что у вас есть веская причина доверять Снейпу. Вы позволили ему присоединиться к Ордену даже после того, как он рассказал о пророчестве Волдеморту. Но этот человек убил вас после того, как Волдеморт вернулся к власти, —девушка запиналась, слезы душили ее, при воспоминании той самой ночи. Она сжала челюсть и попыталась проглотить комок в горле.
Макгонагалл побледнела. Гермиона услышала, как она пробормотала что-то вроде: "Мерлин", а Дамблдор просто поинтересовался:
— Как Волдеморт добрался до Поттеров, если они были под Фиделиусом? Я полагаю, что хранитель тайны рассказал все?— спросил он и поправил очки половинки.
— Но профессор, — возмущенно начала Гермиона, озадаченная тем, что директор только что узнал о своей смерти, но никак не отреагировал.
— Нет, Гермиона. Давайте двигаться дальше. Теперь мы знаем намного больше благодаря вам. Я не советую останавливаться и думать о плохих событиях, ведь теперь мы сможем их исправить.
Гермиона выглядела раздраженной, но все же продолжала.
— Поттеры согласились сделать Сириуса Блэка хранителем, но в последний момент Сириус предложил Питера Петтигрю, потому что никто бы не подумал, что именно он будет знать, где находятся Поттеры. Но они не догадывались, что уже тогда Питер был на стороне Волдеморта. Это он рассказал Темному Лорду, а потом сбежал, убив толпу магглов на своем пути. Сириуса обвинили в этом убийстве, а также, что это именно он выдал друзей Волдемрту. Его отправили в Азкабан без суда и следствия. Даже Ремус Люпин не знал о невиновности школьного друга.
Дамблдор пристально посмотрел на Гермиону.
— Вы были знакомы с Блэком и Люпином?
— Да, конечно, сэр. Ремус преподавал на третьем курсе защиту от темных искусств. А Сириус в том же году сбежал из Азкабана и рассказал все нам. Его репутация была очищена в Ордене, и он стал проводить много времени с Гарри, тогда мы с ним познакомил,— пояснила Гермиона.
Оба профессора, казалось, были заняты своими мыслями. Гермиона перешла к следующей теме:
— Регулус Блэк. Он был Пожирателем Смерти, но почти сразу после посвящения предал своего хозяина и попытался уничтожить крестраж. Я думаю, мы должны попытаться переубедить его как можно скорее. Регулус может быть ключом к нескольким крестражам, поскольку он, вероятно, также близок к Волдеморту, как Лестранджи и Малфои.
— Вы, мисс Грейнджер, правы, по крайней мере, в школе его, окружают только слизеринцы, он не общается со студентами с других факультетов. Но откуда вы знаете, что он готов предать Волдеморта?— спросила Макгонагалл.
— А я и не знаю, однако мы должны попробовать. У него должны быть какие-то сомнения, раз он все равно уйдет от своего темного Лорда,— задумчиво ответила Гермиона, нахмурив брови.
Дамблдор снова скрестил пальцы на столе.
— Гермиона, если это не слишком сложно для тебя, ты бы не хотела попытаться убедить его?— спросил он с легкой улыбкой.
— Конечно, директор. Я постараюсь, — решительно кивнула она.
— Хотите обсудить смерти, о которых вы написали?— ласково спросил он.
— Нет, наверное нет. Я имею в виду, у меня нет другой информации о них, чем то, что я уже написала на пергаменте,— сказал она, нахмурившись.
— Тогда я буду иметь в виду эту информацию при организации наших миссий.
Гермиона кивнула, и они перешли к последней теме списка – Пожиратели Смерти. Некоторые имена порядкам неприятно удивили профессоров. Например Август Руквуд – невыразимец в Министерстве и Барти Крауч младший, чей отец является главой департамента магического правопорядка.
— Что мы будем делать с Крестражами и Пожирателями?— устало спросила Маккгонагалл, их встреча заметно затянулось, никто не предполагал, что они так будут долго все обсуждать.
Дамблдор задумчиво нахмурился и через мгновение заговорил:
— Я предлагаю вновь встретиться в конце месяца, чтобы продолжить наши планы относительно Крестражей и того, что делать с Пожирателями Смерти. Ты многое нам рассказала, Гермиона, и я думаю, что нам всем нужно немного переварить эту информацию. Минерва скоро уезжает в отпуск, а у меня есть другие проблемы, о которых нужно позаботиться до начала учебного года. Вы согласны? — сказал он, пристально глядя поверх очков половинок на Гермиону
— Конечно. Я думаю, что нет необходимости торопиться с этим, по крайней мере, пока, поскольку у нас есть информация обо всех Крестражах, кроме одного, — согласилась Гермиона.
***
После тяжелого разговора с директором и Маккгонагалл, Гермиона отправилась к хижине Хагрида. Время близилось к ужину. Полувеликан рассказал ей о том, как проходит лето и о паре единорогов, которых он недавно встретил в лесу. Это напомнило ей четвертый курс, когда Хагрид привел двух жеребят-единорогов на урок, удивив большинство своих учеников своими знаниями о более очаровательных существах, чем то, что они обычно видели на уроках. Он также рассказал ей о Лунных тельцах, которых встретил в полнолуние, когда бродил по лесу, чтобы собрать их навоз для профессора Спраут, чтобы та использовала их для своих волшебных растений. Существа купались в лунном свете на холме и выполняли то, что в народе называется брачным ритуалом. Гермиона тепло улыбнулась, когда Хагрид начал рассказывать о гиппогривах, которых недавно нашел в лесу. Девушка пробыла у Хагрида пока не стемнело. Ее настроение значительно приподнялось после разговора с полувеликанам. Это было то, чего ей так сильно не хватало.
