То что происходит ночью...

***

Утро. На удивление Хлопов легко поднялся с кровати. Даже утреннее умывание лица холодной водой без единственного полотенца не испортило настроения. Да и утренняя зарядка почему-то сейчас не казалась такой надоедливой и бесполезной ерундой. Лева впервые почувствовал, что в утренней разминке и правда есть какой-то смысл, и зарядка правда способна дать с утра сил. Кажется, сегодня футболист даже активней вожатых скакал на разминке, повторяя про себя: «Раз, два, раз два». И на фоне Левы, радио, на котором каждый день повторялась одна и та же программа для утренних занятий спорта, казалось уставшим старичком, который порой похрипывая, пытался поспеть за юным пионером. Лева еле заметно улыбнулся, смотря в небо. Всё-таки погода сегодня просто потрясающая. Солнце игриво блестит из-за макушек деревьев, порой кокетливо выглядывая и даря воздушный поцелуй в виде солнечного луча. Улыбка сама собой появляется на лице, когда смотришь на чистое голубое небо, яркие, зелёные листья и блестящую гладь речки, скромно выглядывающую из-за леса. Солнце, уже увереннее выглядывая из облаков, обволакивает тёплыми, горячими лучами, словно обнимая. Кажется, при такой погоде даже сердце поет. — «Но… Что же сегодня может такого произойти, что Лагунов умолял подождать? Сегодня упадет метеорит или все вампиры соберутся и всех прикончат? Что такого должно произойти в день Нептуна, если глаза Валерки были наполнены бескрайней искренностью?» — думает про себя пионер, активно размахивая руками, будто его руки весла большой лодки. Лёва не понимает как так вышло, что его злейших враг умолял не идти к Алику. Конечно, Хлопов и не собирался, он же не дурак. Футболист задумчиво хмурится: — «Лагунов, похоже, тоже это понимал, но почему-то всё равно умолял не рисковать. Что это было? Снова какой-то трюк? Хитроумная уловка?» Тогда почему… Почему сердце так стучит, когда Лев вспоминает его взгляд. Умоляющий, такой искренний… Неужели это могло быть ложью? Разминка кончается. И пока остальные ребята устало плетутся в столовую, Лева успевает ещё заскочить к себе в палату. Всё-таки после столовой сразу начнется праздник Нептуна, так что надо как-то подготовиться. Футболист разглядывает свои пожитки. Честно говоря, кроме тупого карандаша и маленького блокнота тут и брать нечего. Ну и зачем ему может пригодиться это? Когда вампиры начнут нападать на людей Лева это у себя в блокнотике нарисует? Грустно. Пионер роется в чемодане, но помимо одежды там больше ничего нет. Может надеть из этого хоть что-то? Не просто так же мама так долго и тщательно снаряжала своего сына. Хлопов задумчиво смотрит в зеркало, примеряя рубашку, которую он нехотя привез из дома. Мама Лёвы уверяла, что цвет данной вещицы, вообще-то подчеркивает его цвет глаз, но сейчас смотря на себя в отражение парень как и до поездки сомневался в том, что ему стоило брать её с собой. Он так нелепо выглядит в этой рубашке, будто лицо теряется на ее фоне. Футболист снова взглянул в зеркало, приглядываясь к себе. И с чего это он так стал волноваться о своем внешнем виде? В голове почему-то вспыхнул образ всегда идеального Валерки. Хлопов смущённо нахмурился, после чего отвернулся от зеркала. — Какая разница. — буркнул про себя Лёва и побежал в столовую. Всё-таки скоро начнется мероприятие в честь дня Нептуна, так что лучше успеть поесть и не опоздать. Хлопов чуть ли не залпом запрокидывает в себя кашу. Все остальные уже почти съели свои порции, так что футболисту пришлось есть быстрее лишь бы не отставать. На удивление, Валерка сегодня особенно тихий. А вот будь он как прежде вредный, наверняка он, увидев как Лёва быстро поглощает завтрак, сказал бы фразу с плаката у доски объявлений: «Любил он кашу кушать вволю, но не любил он гречку в поле». Но нет. Вампир сидел тише воды, ниже травы. Закончив трапезу, Хлопов громко положив тарелку на стол уставился на Лагунова, забыв что на губах осталось пол завтрака. Но как только Валера встретился взглядом с футболистом, он тут же испуганно его опустил и продолжил что-то разглядывать в своей тарелке. Подозрительно. Но ничего не поделаешь. Нужно идти на праздник Нептуна, раз он такой важный, если даже самодовольный Валерка сегодня такой растерянный. И вот пора. Все пионеры собираются у входа в лагерь. Каждый из них что-то обсуждает, смотрит по сторонам, ожидая начала мероприятия. Лева же пытается уследить за всем, что происходит вокруг. И вот из реки показывается Игорь Саныч, снаряженный в костюм водяного. Он машет рукой, где блестит самодельный трезубец и смеётся, вальяжно поднимаясь из морской пучины и подходя ближе к зрителям. Маленькие октябрята смеются и визжат от радости, когда «Нептун» проходит мимо и брызгает на них водой. Лёва улыбается вместе с ними, но вдруг замечает, что в их пионеротряде не хватает кого-то. Хлопов обводит взглядом всех присутствующих и замечает, что Лагунов предпочел смыться к другим вампирам, которые стояли от вожатого как можно дальше. — «Странно.» — подумал футболист. — «Обычно же вампиры хотят показать какие они молодцы, поэтому активно участвуют во всех мероприятиях, а здесь они тише воды ниже травы…» А вот «тушки» вели себя совсем иначе. Титяпа, например, пытался дёрнуть Нептуна за бороду, поэтому тот, сделал вид, что сейчас в сдачу ткнет его трезубцем. После передачи слова Свистухе, можно было официально идти купаться. Все пионеры загалдели, засуетились, пытаясь как можно быстрее окунуться в воду. Кто-то же бурча про себя бежал обратно в палаты, чтобы переодеться в купальники. Кажется, такого оживления не было даже в самый первый день. Октябрята бегали по берегу, шлепая ногами по воде, будто бы решаясь нужно ли прыгать туда с разбегу, либо же надо пощадить других людей. Но когда кто-то из их друзей раньше заходил в воду, этот вопрос автоматически отпадал. Пионеры плескались в речке, брызгая водой и на тех, кто находился на берегу. А вампиры в выглаженных рубашках стояли максимально далеко от водоёма, но при этом никуда не уходили, видимо ожидая окончания мероприятия, чтобы показать, что они как порядочные пионеры были здесь от начала и до конца. Хлопов стоял в растерянности. Что уж греха таить, конечно же ему хотелось как и всем уйти купаться, но он понимал, что тогда он может упустить что-то важное, что-то что так горячо ему обещал Валерка. Жарко. Футболист вытирает лоб, думая о том, что ему стоило взять кепку. Голова горячая. Лёва пытается вглядеться в толпу, чтобы увидеть что-то подозрительное. Но увы, ничего такого не происходило. Хлопов ищет взглядом в толпе Лагунова. Тот стоит, глядя куда-то в другую сторону. Лев вздыхает. Почему-то именно сейчас ему так хотелось увидеть, что он смотрит на него. Кажется… Будто это могло бы придать футболисту уверенности, что он делает всё правильно. Будто бы… Его взгляд мог бы успокоить. Вдруг Лёва слышит, как кто-то начинает ругаться. Пионер поворачивает голову на источник шума. Пионерке нужно пройти обратно в лагерь, но тропинка проходит совсем рядом с речкой. Девочке не нравится, что в нее, хоть и не специально, брызгают прохладной водой. Она стоит в нерешительности, после чего решается пробежать мимо веселящихся ребят. Но именно в этот момент водная баталия приобретает более серьезный характер и количество брызг увеличивается в три раза, из-за чего пионерка не может избежать того, чтобы не оказаться обрызганной. Вдруг девочка падает на землю. Хлопов удивлённо смотрит на нее, замечая что от капель воды на ее теле расползаются узоры ожогов. Она начинает стонать от боли, закрывая рот, видимо боясь привлечь к себе лишнее внимание. Но глаза пионерки наполняются слезами, а на ее лице читается невыносимая боль. Но в чем причина? В речной воде нет ничего такого, что может повредить человеку, но почему тогда она так страдает? Девочка переворачивается на спину и судорожно хватается за футболку, пытаясь ею оттереть капли воды, но увы, те уже испарились, оставляя лишь раны на коже. Пионерка морщится, и кусая губы содрогается в конвульсиях. Под футболкой Хлопов замечает хвост от пионерского галстука. Кажется эта вампирша единственная, кто догадалась скрыть свою сущность, поэтому и не надела пионерскую форму. Но тогда зачем она оставила галстук? Видимо без него вампиры не могут существовать. Неужели речная вода так действует на вампиров? Но почему? В этот момент Хлопову кажется, будто он находится на сцене. Солнечный свет неестественно фокусируется на девочке, содрогающейся от боли. Многие и не замечают произошедшего, продолжая водные баталии. Но футболисту становится не по себе. Он чувствует, что другие вампиры смотрят на него. Он чувствует, что те изучают его реакцию. Лёва испуганно сжимает кулаки. Нет… Хлопов не должен выглядеть так жалко перед своими врагами. Но ему страшно представить, что ради своей безопасности придётся доставлять вампирам такую боль. Их кожа плавится, как воск, они кричат, беспомощно извиваются, падают… Смотреть на это невыносимо. Неужели они заслужили таких страданий? Ведь они… Они почти как обычные пионеры. Почти… Но даже если и так, то это не значит, что нужно доставлять им такую боль. Хлопов испуганно моргает. Он не сможет. Он не сможет так жестоко использовать оружие против вампиров. Футболист не хочет и думать о том, что на такие страдания он может обречь не только остальных, но и Лагунова… Нет… Только не это. Он этого не заслуживает. Лёва не настолько жесток, чтобы сделать больно тому… К кому он… Привязан. Лёва встречается взглядом с Лагуновым. Взгляд вампира холодный, прожигающий насквозь. Хлопову становится стыдно за себя, ведь он чувствует, что на своем лице читается растерянность и ужас. Разве так должен выглядеть тот, кто собирался всех спасти от вампиров? Как жалко… Но он переводит взгляд на нее. Вампирша плачет, трясется от боли, а мальчишки и не думают униматься, продолжая свое веселье и не замечая, что кто-то от этого страдает. Другие вампиры ей ни за что не помогут, ведь они не хотят оказаться на ее месте. На это больно смотреть. Хлопов, сам того не осознавая, делает шаг вперёд. Взгляды вампиров ещё сильнее впиваются в его тело. Пионер сжимается, продолжая делать шаги навстречу вампирше. Когда он останавливается в одном шаге от нее, глаза девочки округляются, и она подняв голову на футболиста лишь судорожно вздыхает, не в силах что-то сказать. Лёва снимает рубашку и укрывает ею девочку. — Аккуратнее! — шипит Хлопов на мальчика, ставшего причиной ожогов вампирши. — Не видишь, у человека аллергия! Пионер лишь сжал губы, после чего стыдливо отплыл подальше. Но грусть его продолжалась не долго, так как он вскоре продолжил водную перестрелку со своими друзьями. Хлопов аккуратно вытирает капли с кожи пионерки, после чего берет её на руки. Тяжело, конечно, но герою стоит привыкать к трудностям. Футболист чувствует, что все вампиры не спускают с него глаз. Наверное думают о том, что Лёва собрался ее добить, кинув в реку. Но Хлопов, трясясь как стиральная машинка, нес вампиршу на руках в сторону медпункта. Даже девочка, которая с трудом могла говорить, тихо произнесла: — Сейчас грыжу получишь. Я сама могу пойти. — Нет, — заупрямился Лев. Ему было стыдно признавать, что он взял на себя то, с чем он не может справиться. Но признать это он ни за что не хотел. Даже несмотря на то, как он позорится перед вампиршей. — Дурак. — тихо буркнула девочка, уткнувшись носом ему в плечо. — «Немного… Осталось немного» — успокаивал себя Хлопов, чувствуя как у него дрожат колени. Это не говоря уже о том, как у него напряглась спина и живот. Тяжело. Но что ж поделать, взялся, так тащи! Хоть и кажется, что сейчас умрешь… Ступени к медпункту оказались сложнейшим препятствием. Два раза Хлопов чуть не упал назад себя и три раза чуть не выронил вампиршу. Та испуганно вцепилась в него, несмотря на то, что в ее руках почти совсем не осталось сил. — Всё хорошо, — убеждал себя и девочку футболист, с трудом открыв дверь. Слава богу в коридоре стоял доктор. Увидев вошедших он быстро схватил вампиршу и, ничего не спросив у Хлопова, унес ее в палату. Прошло минут десять. Футболист с облегчением хлопнулся на скамейку, чувствуя как становится немного легче его ногам. Зря он взялся её тащить. Лёва в сотый раз твердил это, и, кажется, завтра будет твердить это ещё чаще. Наверное после такого он вряд-ли вообще поднимется с кровати. В медпункт вбежала Ирина Борисовна. Увидев издалека Хлопова она быстро подбежала к нему и вцепилась в его плечи. — Хлопов, что с Леной случилось?! Пионер опешил. Что же ответить? Сказать правду, так никто не поверит, это бесполезно. Сказать, что обгорела на солнце? Нет. С вампирши чуть ли кожа не слезала, а сама она подавилась будто воск. Это она должна была целыми днями делать на солнце, чтобы симптомы были похожи. Сказать что не знаешь? Вожатую такой ответ не устроит. Начнет докапываться до Лены, а ей сейчас явно не до придумывания оправданий. Лучше уж соврать. — Она сказала, что у нее аллергия… Эм… На какие-то там микроорганизмы. Не помню названия. Вот… А они у нас в речке обитают. — придумал на ходу футболист. — Боже мой, Леночка! — причитала вожатая. — Как же так! Ее родители не предупреждали, что у нее аллергия! Из палаты, куда положили вампиршу, вышел доктор. Ирина Борисовна метнулась к нему, забыв про Хлопова. — Аллергия значит. — хмыкнул доктор на слова вожатой, бросив взгляд на Хлопова. Футболист взглотнул под тяжёлым взглядом мужчины. Кажется, доктор ему не поверил. — Да, такое случается. Очень редкие случаи. — ответил мужчина, что-то написав в своем журнале. — Не стоит волноваться, скоро она пойдет на поправку. — «Почему он так ответил?» — недоумевал Лев. — «Я по его глазам вижу, что он понял, что я вру. Неужели… Он тоже что-то знает?» Доктор молча удалился, оставив вожатую наедине с Хлоповым. Женщина начала активно озираться, после чего решила, что сейчас она больше нужна там, где творится балаган, чем здесь, поэтому ушла. В медпункте было прохладно и тихо. Полная противоположность того, что происходило на улице, у речки. Лёве было слишком неловко. Наверное ему стоит узнать как там Лена. Он с трудом поднялся со скамейки и не спеша подошёл к двери. Пионер с болью подняв руку постучал. Никто не ответил. Хлопов постучал ещё раз, после чего подождав пару секунд открыл дверь и вошёл. В палате было приоткрыто окно. Белые занавески тихо шуршали, пуская внутрь еле доносившиеся голоса веселящихся пионеров. Вампирша не шевелилась. Она лежала на спине, укрытая рубашкой Лёвы, повернув голову в сторону окна и не обращая никакого внимания на того, кто заходит к ней в комнату. Футболист сделал пару шагов, после чего присел на край кровати Лены. Та никак не отреагировала на это. — Эм… — нарушил тишину Хлопов. — Как ты? Тебе стало легче?. — Почему? — лишь тихо произнесла Лена, не ответив на вопрос и не поворачивая головы на Хлопова. Футболист замолчал. Он лишь неловко сложил пальцы, пару секунд сохраняя молчание. Он и сам не знал, что ответить на этот вопрос. — Потому что тебе было плохо. Вот и всё. Девочка молчала, но пионер чувствовал, что ее несказанные слова тяжёлой гирей висели в воздухе. Парень вздохнул. — Главное поправляйся. — нарушил тишину Хлопов. Он поднялся с кровати и медленно подошёл к входной двери. Лёва не знал, что ещё ему нужно сказать, поэтому он решил, что этой фразы будет достаточно. — Спасибо. — тихо ответила Лена, продолжая лежать, не двигаясь. Футболист с трудом вышел из медпункта. Парень медленно ковылял по тропинке, думая о том, что теперь делать дальше. Раз известно как речная вода действует на вампиров, то… Нужно набрать воды. Лев остановился, после чего тяжело вздохнул и направился в сторону столовой. Хлопов забрал бутылки у неприятно пахнущей мусорки и быстро помчался их отмывать, так как они источали увы не запах горной лаванды. А иметь тары под рукой надо часто, поэтому лучше их отмыть. Речка уже почти опустела. Только старшие ребята бродили возле воды, греясь и готовясь к следующему заходу. Кто-то кидал камушки в воду, пытаясь делать блинчики. В общем, не было похоже на то, что происходило недавно. Теперь намного спокойнее. Вода приятно булькала, заливаясь в бутылки. По уставшим рукам приятно поглаживала прохладная гладь речки. Лёва задумчиво смотрел на красиво переливающуюся воду и думал: — «Почему же вампиры появились прямо там, где есть оружие против них? С их стороны это очень нелогично.» Вдруг, кто-то подходит к футболисту, и чья-то тень нависает над пионером. Хлопов испуганно вздрагивает, видя размазанный силуэт чуть левее от себя. Если это вожатая, то Лёве придется несладко, ведь приличному пионеры грязные склянки не нужны! — Хлопов! — звучит голос вожатой Вероники. — Почему это мы с мусором возимся? Решил речку загрязнять? Хоть предположения девушки по сути были вопросами, она явно ничего не спрашивала, а даже наоборот утверждала. Ее брови грозно сдвинулись к переносице, говоря о том, что возражений она не потерпит. Но Льва это не остановило, и он начал придумывать отмазку на ходу: — Я и не собирался загрязнять речку. Я мою бутылки, так как в подобном виде нельзя сдавать. — И куда ты их сдавать собрался? — подняла бровь Вероника. Она не верит ни одному слову. — В худкружок. — выпалил футболист. — Я слышал, что там планируется мероприятие посвященное… Э… Созданию поделок из мусора, так как это, ну, поможет не загрязнять природу. Вожатая замолчала. Хлопов с ужасом смотрел на нее снизу, как страшно возвышалась она над ним. Казалось, наступи она на него ногой, и от бедного пионера, любившего копаться в мусоре ничего не останется. На ее шее от еле заметного ветра качался красный галстук. Галстук! Как и у всех вампира. О, боже! Она тоже одна из них?! И что теперь делать?! Она же вампир, наверняка она поняла для чего Хлопову нужны бутылки! Футболист испуганно взглотнул. — Я про такое не слышала. — отрезала Вероника, и у Лёвы пробежались мурашки по спине. Она не поверила. И что теперь делать? Как обороняться от вампиров если бутылки отберут?! — Его ещё не думали воплощать, так как не должны же все пионеры рыться в мусорках. — пытался придумать отмазку Лев. — Поэтому сначала нужно набрать подходящий материал, для того, чтобы уже на его примере сделать что-то стоящее. Но ещё ведь надо и придумать что именно. — Хорошая идея, Хлопов. — грозно произнесла вожатая. — Я спрошу у Альберта. И если это не так, то мне придётся тебя допросить, так как зачем нашему пионеру нужны грязные бутылки. — А пытки будут? — еле слышно спросил Лёва, надеясь, что девушка не услышит. Но та лишь усмехнулась, а в ее глазах загорелся какой-то недобрый огонек. Ясно. Пытки будут, и похоже самые жестокие. Вожатая развернулась и ушла. Футболист же удивлённо смотрел ей вслед, после чего вспомнил, что бутылки уже наполнились. Что ж. Пора обратно к себе. Пройдя в палату Хлопов почувствовал, что он безумно устал. А вот не стоило как макака так энергично скакать на зарядке! А ещё, между прочим, не стоило поднимать на руки вес равный твоему! Но Леве уже не хватало сил даже себя корить. На него будто навалился огромный груз, который больше было невыносимо терпеть. Футболист доковылял до своих кровати и грохнулся в неё, сразу же провалившись в сон. Проснулся Хлопов только посреди ночи. Он услышал чьи-то шаги. Протерев глаза пионер увидел, что какая-то фигура движется в сторону кровати Лагунова. Лёва хотел вздохнуть, но случайно кашлянул. Фигура развернулась и начала двигаться на футболиста. Тот вжался в кровать и начал судорожно искать способ защититься, подумав вдруг это какой-то вампир пришел по его душу. Лева нащупал бутылку под кроватью и… Но вместо нападения фигура аккуратно присела на край его кровати. Хлопов недоуменно заморгал, после чего с трудом узнал в темной фигуре Лагунова. Пару секунд тот ничего не делал, лишь вглядываясь в лицо пионера. Но после холодная рука вампира аккуратно приземлилась на лоб футболиста, после чего медленно поползла вверх, чтобы потрепать непослушные волосы. — Решил воспользоваться моей беспомощностью? — прошептал Хлопов, чувствуя руку, которая переместилась на его щеку. — Вполне в твоём стиле. — Да. — подтвердил вампир. Хоть он и сам пришел к футболисту, но от Лагунова не сквозило той самоуверенностью, которая читалась в каждом его слове. Кажется, что-то его изменило. Но что?.. — Иди лучше Анастасийку мучай. — буркнул Лёва, отворачиваясь от Лагунова. Хоть Хлопов и сказал чтобы Валера уходил, он не хотел этого всем сердцем. Внутренний голос умолял: «Не отпускай меня.» Пионеру хотелось ещё, ещё немного побыть в плену его рук, его игр, его голубых глаз. Собственное сердце казалось таким горячим, будто бы пройдя ещё одна секунда и простыни в любой момент загорятся. Так горячо, будто его сердце качает не кровь, а кипяток. — Ты до сих пор дуешься? — Лагунов ухмыляется, поглаживая футболиста по голове. — Не думал, что я настолько тебя мучаю с твоей ревностью. — Не меня, а её. — фыркнул Хлопов. — Если заигрываешь с ней, так пусть она будет единственная. — Она использует меня лишь как трофей, чтобы хоть как-то возвыситься над своими подружками. — ответил вампир. — Мои заигрывания, как ты говоришь, лишь повышают ее авторитет. Но я не удивлюсь, если она найдет мне замену, как только увидит кого-то получше. — Это неправильно. — настоял Лев. Он не знал, что ответить на эти слова, но всё равно продолжал упрямиться. — Сегодня ты тоже сделал кое-что неправильно. Так что 1:1. — улыбнулся Валера. — Потому что… Признаться честно, ты удивил меня, Лёва. Я знал, что ты любишь погеройствовать, но не настолько. Я был в шоке, да и остальные тоже. Так приятно… Он хвалит. В это сложно поверить. Будто горячий мед растекается по груди. Тягучее, но такое приятное чувство. Ощущение, что тебя ценят. Пионер и не осознавал, что так нуждался в его похвале, пока этого не произошло. — И ваш главный тоже? — уточнил футболист, взглялываясь в лицо Лагунова. Вампир застыл. Он удивлённо взглянул на Хлопова, после чего ответил: — А откуда ты знаешь? — Алик как-то обронил. Это он вас такими сделал, да? — спросил пионер, взяв вампира за его холодную руку. Пару секунд Валера молчал, лишь глядя на то, как Лев слабо сжимает его руку в своих. — Да, он. — тихо ответил Лагунов. — Я ведь могу это исправить, да? — тихо спросил Хлопов. Валера грустно улыбнулся, будто бы Лёва сказал большую глупость. — Зачем? — спросил вампир. Футболист замолчал. Он не знал как ответить на этот вопрос. Что значит зачем? Надо это исправить, ведь негоже мертвым ходить и других порабощать, вот и всё. Разве нужно объяснять такие простые причины? Лев чувствуя боль в руках с трудом проводит пальцами по запястью Лагунова. Хлопов чертит какой-то непонятный узор, после чего тихо шепчет: — Хочу почувствовать тепло твоих рук. Валера удивлённо застывает, а футболист вздрагивает: — «Что? Что за бред я только что сказал?! Я ведь брякнул это не подумав!» Но несмотря на эти мысли, Лева знал, что это действительно его самые искренние слова. Ведь он действительно хочет… Удивительно, но Валера даже не язвит в ту же секунду. Хлопов чувствует как пылает его собственное сердце. Всё внутри клокочет, сталкивается, не давая собраться. Все силы уходят на то, лишь бы почувствовать приятное соприкосновение руки Валеры. Запомнить каждый сантиметр, каждую клеточку. Но и их становится мало. Беспощадно мало. Лагунов лишь учащенно дышит, опускает голову, не зная что ответить на данное утверждение. А кажется, и отвечать уже ничего не нужно. Будто бы всё в этом мире уже ясно и понятно, нет смысла ничего скрывать. Кажется… Но это не так. Страшно думать о том, что будет завтра. Ведь один неверный шаг, одна мысль и всё… Противостояние Хлопова будет стоить ему жизни. Валера не может этого позволить. Вампир отводит взгляд, после чего спрашивает: — Это правда того стоит? — Стоит. — не раздумывая и секунды отвечает Хлопов. Голос Лёвы дурманит. Лагунов пытается мыслить логично, пытается придумать варианты того, что делать дальше. Но он лишь переводит взгляд на футболиста. Когда вампир видит его губы, его глаза ему хочется забыть о всех тех невзгодах, что будут ждать впереди. Он не может позволить всему этому идти на самотёк. Но… И предавать главного нельзя… Он узнает, он мучительно уничтожит Валеру, убьет и Хлопова… Нет, только не это. Всех ещё с малых лет учили, что предательство это отвратительное преступление. Но когда вампир чувствует как сильно нуждается в нём Лев, то он сдается. Он чувствует что бессилен перед тем, кто смог заново заставить его сердце биться. — Тогда у тебя осталось мало времени. — произносит Лагунов. — Это можно прекратить только одним способом. Убить его. — шепотом произносит Валера. — После этого вампиры больше не появятся. — Но как? Я даже не знаю кто это. Вампир пытается ответить, но чувствует, что его язык перестал ему подчиняться. Он пытается произнести имя, но не может ничего выговорить. А кончик языка жжет так, словно у нему приложили раскалённую монетку. Хлопов удивлённо смотрит на него, не понимая, что происходит с Лагуновым. — Я… Я не могу сказать. Как бы я этого не хотел… Прости. — ответил Лагунов. Видно при обращении вампиры теряют способность говорить о том, кто их сделал такими. — Его можно убить только с помощью серебряной пули. Больше я ничего не могу сказать. — Спасибо. — тихо шепчет Хлопов. — Теперь я знаю что делать. И теперь я прекращу всё это. — Тебе не обязательно. — пытается спорить Лагунов. — Он легко может тебя убить. Пожалуйста… Лучше побереги себя. Футболист молчит. Он не хочет ничего на это отвечать. Лева и так знает, что это опасно. Он и так знает, что у него от одной мысли об этом главном трясутся коленки. Но также он знает, что не хочет, чтобы этот гад продолжал кровь у пионеров пить. Но больше всего на свете Хлопов не хочет чтобы с Валерой что-то случилось. Поэтому он и не может по-другому. Кажется, будто вампир всё понимает. Он горько ухмыляется, после чего наклонившись тихо произносит: — Какой же ты упрямый. Валера пару секунд нависает над футболистом. Лева теряет дыхание, чувствуя как от того, что Лагунов так близко сердце начинает стучать быстрее. Они смотрят друг другу в глаза. Секунда, две… Футболист не понимает, сколько времени прошло пока он пытался покорить океан валеркиных глаз. Вампир улыбается смущённо. Он слегка приоткрывает рот, и футболист со стыдом замечает, что не может отвести взгляд от его губ. Густые ресницы Лагунова опускаются вниз, прикрывая глаза. Лёва чувствует, будто всё вокруг замирает. Он не слышит ничего, кроме ускоряющегося темпа стука своего сердца. Так волнительно. Но Лева не думает о том, что это неправильно. Он не думает о том, что так не должно быть. Футболист лишь думает о том, что хочет этого всем сердцем, хоть никогда себе в этом не признавался. Валерка наклоняется ещё ближе, а Хлопов стыдливо зажмуривается, не зная что делать дальше. Вампир робко касается губ Левы своими. Футболисту кажется, будто по его телу прошла волна накрывающего с головой тепла. Переполняющие Льва чувства вспыхнули, словно фейерверк. Все мысли растворились где-то, оставляя после себя лишь звенящую пустоту в голове. Впервые Лева чувствовал себя таким счастливым. Лагунов отстранился от футболиста и пристально взглянул в его глаза, будто бы ища ответ понравилось ли ему. Но Хлопов лишь смущённо улыбнулся, прикоснувшись пальцами к губам. Вампир всё понял. Он улыбнулся в ответ, а его рука потрепала волосы Льва. Так приятно… Таким невинным и стал первый поцелуй Лёвы.