Правильное решение/Неправильные вещи

      Мадам Мишель была довольно сильно удивлена, увидев её в тот вечер в одежде Пэнси.       Она ещё больше поразилась, когда Гермиона взорвалась гневной тирадой:       — Я не могу справиться с этими рукопожатиями! Я… я просто никак не могу принять это. Я работаю в профессиональной среде с мужчинами, которые обмениваются рукопожатием, как мужчины, и которые даже не пожимают руку даме. Я не могу с этим мириться. И не стану! — она фыркнула. — Мне жаль.              Гермиона смущённо посмотрела себе под ноги.              — Тепе’рь вы хотя бы понимаете ’разницу, мисс Г’рейндже’р, — прозвучал холодный ответ мадам Мишель. Она оглядела Гермиону с головы до ног. — Вы отлично выглядите. Что с вами случилось?              Гермиона взяла себя в руки.       — Благодарю вас, мадам Мишель. Вы очень любезны, — она посмотрела на своё платье. — Я стала представителем и моделью коллекции «Паркинсон».              — Ой! Мисс Па’ркинсон. Она оча’ровательная девушка!              Гермиона с трудом удержала себя, чтобы не закатить глаза. Конечно, само очарование.       В тот вечер мадам Мишель, воспользовавшись случаем, обучала её ходить на каблуках и ухаживать за дорогой одеждой.              Гермиона подумала, что это был пока единственный урок, который она нашла хоть немного полезным для повседневной жизни.       

***

             На следующее утро Гермиона в панике позвонила Пэнси по каминной сети в семь утра.              — Мне очень-очень жаль, Пэнси, — сказала Гермиона, когда высокая девушка вышла из камина. — Но я пыталась повторить то, что вчера сделали Дафна и Трейси, и не думаю, что у меня получилось.              Пэнси посмотрела на неё.        — Так и есть.              — Я знаю, знаю… Я просто не хочу надевать это потрясающее платье, когда мои волосы и макияж не выглядят так же превосходно, — она указала на прелестный ярко-оранжевый наряд, который заранее выбрала для неё Пэнси. Отметив, что макияж Паркинсон был безупречен для такого раннего утра, Гермиона подняла на неё умоляющий взгляд.              — Сними всё это, — нахмурилась Пэнси. — Сними платье, смой макияж, распусти этот ужасный конский хвост. Мерлин, Грейнджер, что ты вообще пыталась сделать?              — Я пыталась повторить то, что вчера сделала Трейси! — прорычала она.              — Грейнджер, ты не можешь укладывать волосы в одну и ту же причёску два дня подряд! — Паркинсон состроила гримасу.              — Ты не можешь просто забить мой шкаф красивой одеждой и ожидать, что я буду знать все эти тонкости, Пэнси!              Гермиона застонала и потопала в ванную смывать макияж. Когда она вернулась в халате через пять минут, Трейси и Дафна уже были в гостиной и выглядели так, будто только проснулись.              — Ой, — пискнула Грейнджер. — Простите, я приношу столько проблем для всех вас.              Трейси покачала головой, словно всё было в порядке. Дафна же не стала с ней спорить.              — Хорошо, — Пэнси появилась из кухни с подносом чая для всех. — Мы будем делать это перед зеркалом в течение следующих трёх дней.              Когда девушки приступили к работе, а Пэнси пошла выбрасывать всё, что ей не нравилось в её шкафу, Гермиона задумалась: было ли происходящее сейчас похоже на сборы в слизеринских спальнях по утрам. Сама Гермиона ничуть не жалела о семи годах, проведённых с мальчиками, и она радовалась, что Лаванда с Парвати почти всё время оставляли её одну…              Но она подозревала, что именно таким и было утро выходного дня в общежитии Слизерина.       

***

      Выпуск воскресного «Ежедневного пророка» украсил снимок Драко, Блейза и Гермионы, сидящей на подлокотнике дивана прямо перед Малфоем.              Прекрасно. Это был её самый нелюбимый снимок из всех сделанных, и, конечно, именно он украсил первую полосу «Пророка».       

СВЕЖАЯ КРОВЬ НА ГОРИЗОНТЕ

             Совершенно уверенно можно сказать, что Драко Малфой начал революцию. Он лично подобрал команду, снял офисное помещение и купил мебель. Компания, которая принесёт большие перемены в волшебный мир, официально открылась.              Самопровозглашённый «решатель проблем», Драко Малфой поправлял свои платиновые волосы, когда говорил с вашей покорной слугой о своих грандиозных планах.       

Рита Скитер

      Грейнджер закатила глаза. Она облокотилась на прилавок «Корнерстоуна» и хмуро уставилась на заголовок. У него был… весьма любопытный подтекст.              Гермиона быстро просмотрела интервью с другими консультантами, задержав взгляд на групповом снимке. Она на нём выглядела довольно симпатичной. Платье Пэнси сидело идеально, а кожаный жилет, как нельзя лучше, подчёркивал изгибы фигуры. Причёска и макияж были безупречны.              Значит дело было не в ней, а в самом снимке, который смотрелся просто…слишком сексуально. Как идеальная шведская семья. Как Гермиона и думала, её бёдра находились ужасно близко к голове Драко, а Блейз склонился вперёд, прикасаясь грудью к её плечу.              Это была консалтинговая фирма, а не стрип-клуб, ради Мерлина!              Грейнджер перевернула страницу и, обнаружив целый разворот, посвящённый ей одной, ахнула посреди книжного магазина. Рядом стоящая ведьма посмотрела на неё так, словно она произнесла имя Волдеморта вслух.              Колдо, на котором она читала книгу, сидя на столе Драко, заняло почти всю страницу. Гермиона открыла и закрыла рот, гадая, сделала ли Скитер что-то с самим снимком. Её ноги в туфлях на каблуках казались слишком длинными, а губы чересчур пухлыми. Она смотрела, как её собственная рука переворачивает страницу книги, а губы растягиваются в ухмылке.              Увидев рядом ещё одну свою колдографию, где она позировала перед окном, Грейнджер узнала момент, когда Драко вошёл в комнату и их взгляды пересеклись.              Настоящая Гермиона покраснела, увидев, как горят её глаза на странице «Пророка».              — О Боже… — Грейнджер прикрыла веки, стараясь не думать о том, что она следила за Драко, который в это время наблюдал за ней. Неужели это настолько очевидно?              Она вздохнула и прочла всю статью о себе. Скитер подробно описала её должностные обязанности, к счастью, включив отрывки из её интервью о том, на каких группах магических существ они будут сосредоточены в первом квартале. Затем, очевидно, Скитер расспросила о ней остальных.              Она заметила цитату Блейза Забини: «Она столь же страстна, сколь и прекрасна».              Глаза Гермионы округлились. Как нелепо и неуместно. Она просмотрела страницу и обнаружила, что девушка из административного отдела сказала Рите, что Гермиона была для неё «своего рода героем! Все в Ильверморни знали, кто она такая!». Грейнджер нахмурилась, не узнав имени девушки, и сделала пометку, чтобы выяснить, кто она.              В конце статьи цитировался Драко Малфой: «Меня привлёк её ум. Она очень логична».              Гермиона откинула голову назад. Логична? Ну да…              Дверь в «Корнерстоун» открылась, и она закрыла газету с собственными колдографиями. Грейнджер подняла глаза и увидела Корбана Хартфорда.              Она на мгновение задумалась и поняла, что ей трудно видеть его вне обсуждения служебного романа.              — Мистер Хартфорд! Здравствуйте! — Гермиона улыбнулась, когда он помахал ей.              — Мисс Грейнджер, я так и думал, что вы здесь работаете, — Корбан ухмыльнулся и подошёл к стойке. — Я ищу подарок на день рождения отца и решил навестить вас, — он поправил очки и оглядел магазин.              — Ну что ж, тогда сегодня мой счастливый день, — Гермиона отодвинула газету. — Что-нибудь конкретное? Или просто пройдётесь, чтобы присмотреться?              — Буду рад вашим предложениям, если они у вас есть, — Корбан закинул сумку повыше на плечо. — К сожалению, он не любитель фантастики, иначе у меня было бы несколько собственных идей для подарка.              Гермиона обошла прилавок.       — Значит, вы любите фантастику, мистер Хартфорд? — она подвела Корбана к разделу биографий и научной литературы.              — Да, безусловно. Она отвлекает меня от всех юридических книг, которые я уже, кажется, выучил наизусть, — он лениво улыбнулся ей. — И вы можете звать меня Корбан. Не беспокойтесь об этом официозе, — Хатфорд махнул рукой и посмотрел на стеллажи.       Гермиона показала ему книги Мэтти МакХэндри, которые она советовала Нарциссе. Корбан купил две из них, и они немного поболтали о «Малфой Консалтинг».              — Кстати, статья в «Пророке» получилась прекрасной, — упомянул он.              — О, спасибо, — Гермиона покраснела. Она прислушалась к советам мадам Мишель и приняла комплимент. — Мне никогда не нравилось быть на первой полосе «Пророка», но статья и правда вышла неплохой, — Грейнджер положила книги в пакет и протянула его Корбану. — Надеюсь, вашему отцу они понравятся!              — Я тоже! — он нервно посмотрел на неё, на что Гермиона рассмеялась. — Хорошего вам дня, мисс Грейнджер.              — Можете звать меня Гермионой.              Подойдя к двери, он повернулся к ней.        — Хорошего дня, Гермиона, — Корбан улыбнулся и поправил очки.              После этого она улыбнулась ещё шире.       

***

      Когда Гермиона вернулась домой с работы, её ждало письмо от Рона. Она поставила сумку, и едва успела взять конверт, когда Джинни заглянула в комнату.              — Оно пришло около часа назад, — Уизли застыла в дверях.              — Ммм, — Гермиона быстро пробежалась глазами по письму. Рон ставил под сомнения её решения, формулируя свои мысли примерно так: «Я думал, ты ищешь работу в отделе перераспределения домовых эльфов или в аврорате… Я совершенно сбит с толку, Гермиона».              Нахмурившись, Грейнджер прочитала весь текст ещё раз. Она посмотрела на Джинни, которая закусила губу.              — Ну и?              — Я просто потрясена, что он не узнал обо всём раньше, — Гермиона потёрла переносицу. — Что, неужели это ни разу не проскользнуло в разговоре?              — Я не собиралась ему говорить! — Джинни, пританцовывая, подбежала к ней и, выхватив письмо, прочла его. — О, как мило, Рональд… — проворчала она.              — И Гарри не сказал ему? И он не читал об этом на прошлой неделе, когда об этом написала Скитер? Разве он не мог просто прислать мне кричалку, как остальные на прошлой неделе? — Гермиона присела на край кровати. Рядом с ней лежал экземпляр сегодняшнего «Пророка», и глаза её копии со страницы смотрели прямо на неё.              Джинни попыталась немного её приободрить, но всё, что Гермиона видела — это себя в зелёном платье и с ярким макияжем на колдо, пока в голове звучали слова Рона.              Видимо, теперь ты действительно слизеринка, Гермиона.

***

      Статья в «Ежедневном пророке», должно быть, здорово помогла «М.К.Г.», потому что в понедельник утром офис гудел. Гермиона едва успела поставить кофе на стол, как в комнату влетела записка о совещании всех старших консультантов в девять.              Подготовив свои записи, Грейнджер наколдовала зеркало в полный рост, чтобы ещё раз проверить свою работу над макияжем и причёской этим утром, и направилась в конференц-зал. Вентворт и Доротея заняли места, как на предыдущей встрече, поэтому она сделала то же самое.              Драко и Блейз вошли вместе, над чем-то смеясь. Было очень приятно видеть, как они вдвоём ведут себя как друзья, а Драко отдыхает от своего амплуа босса.              Блейз сел напротив неё и подмигнул. Она в ответ удивлённо подняла бровь.              Как только Драко произнёс «доброе утро», вошёл Корбан. Гермиона улыбнулась и легко махнула ему рукой. Он улыбнулся ей в ответ и поставил свой портфель в конце стола на пустое место напротив Драко. Она не видела его в офисе всю прошлую неделю, и ей начинало казаться, что у него и вовсе не было тут своего кабинета. Будто он просто заглядывал время от времени.              Грейнджер посмотрела на Драко, готовясь к его речи. Но он в свою очередь наблюдал за Корбаном. Спустя мгновение Малфой, кинув взгляд на свои записи, переступил с ноги на ногу и начал говорить.              — Первая неделя прошла отлично. На мой взгляд, всё идёт просто прекрасно. Я хочу проводить собрания каждый понедельник. Вместе мы будем контролировать и устанавливать цели на неделю, а так же делиться успехами, — он повернулся к Забини. — Блейз на прошлой неделе принёс нам контракт с «Пушками Педдл». Прекрасные новости!              Гермиона повернулась и увидела гордо улыбающегося Блейза.              — Вы заставляете меня краснеть, мистер Малфой.              Драко продолжил, обрисовывая в общих чертах предстоящую неделю. Драко и она встретятся с Квентином Марголисом в среду по поводу проекта оборотней, а затем в четверг или пятницу они пересекутся с Корбаном, чтобы обсудить предстоящие планы в работе с Визенгамотом. Мокридж подписал контракт с несколькими чистокровными семьями, а Вентворт вёл переговоры с предпринимателями в Косом переулке.              По мере того, как он продолжал говорить, а остальные консультанты подключались к разговору, Гермиона поняла, что слышит «мистер Малфой» довольно часто. Это было странно. Немного странно для неё, но она понимала, что называть его Малфоем было лучше, чем Драко. Они, в общем-то, не были друзьями.              — И, наконец, будьте осторожны с почтой, — продолжил Драко. — Статья в «Пророке» действительно ввела нас в игру, но не всякая реклама хороша. Сегодня утром я уже имел дело с четырьмя кричалками.              Он почесал подбородок. Малфой уже выглядел уставшим, а день ведь только начинался.       Драко отпустил их, и она, собрав вещи, прошла мимо Корбана.              — Вашему отцу понравились книги? Вы уже подарили их ему?              — Он… Ну, он сказал спасибо, — улыбнулся Корбан. — Он не то, чтобы блещет особой любовью или благодарностью в таких случаях… или отцовскими инстинктами, в целом… — он рассмеялся, сидя за столом. — Но, думаю, они ему понравились.              Гермиона усмехнулась.       — Это замечательно. Я всегда готова снова помочь с выбором. Дайте мне знать!              — Отлично. Спасибо, Гермиона.              Он улыбнулся ей и начал листать какие-то записи вместо того, чтобы собираться, возможно, планируя переговорить с Драко Малфоем. Да. Точно. Малфоем.              Гермиона подняла глаза и увидела, что он наблюдает за ней и Корбаном. Малфой отвёл взгляд и начал перебирать свои бумаги, когда она направилась на выход.              Шагнув за порог конференц-зала, Гермиона свернула к своему кабинету и столкнулась с Блейзом, который стоял, прислонившись к стене. Он улыбнулся ей.              — Да, Блейз? — спросила она, продолжая идти по проходу к своему рабочему месту.              — Вы с Хартфордом друзья. Это восхитительно, — он последовал за ней. — Вы похожи на двух маленьких ботаников, которые выросли и теперь выглядят просто потрясающе.              Она кашлянула, чтобы скрыть румянец, услышав его слова за спиной.       — Блейз, если ты так заинтересован, я могу тебя представить, ты только скажи, — бросила она через плечо и увидела его ухмылку.              Гермиона завернула за угол и почувствовала, как люди, сидящие в кабинках, следят за ними. «А может, всё дело в Блейзе», — подумала она, когда Мелоди ослепительно улыбнулась им.              — Уолтер уже получил вашу утреннюю почту, мисс Грейнджер, — пропела Мелоди.              — О, замечательно. Спасибо, — продолжила она, надеясь, что Блейз увлечётся декольте этой девушки…              — Мне нравится этот образ современной бизнес-ведьмы, Грейнджер.              Не повезло. Забини шёл прямо позади неё, и до Гермионы дошло, какой именно образ он комментировал.              — Спасибо, Блейз. А теперь уходи!              Он рассмеялся, когда Гермиона подошла к столу Уолтера. Тот в свою очередь встал и поднял корзину.              — Что это? — в ужасе спросила Грейнджер.              — Ваша почта, — поморщился Уолтер и заглянул внутрь. — Я всё разделил. В левой части корзины находятся все письма и посылки, связанные с работой. Я могу обсудить их с вами позже, так как нашёл очень интересное письмо от Общества сниджетов. А вот здесь, — он постучал по правой стороне корзины и сморщился, — все ваши личные письма.              — Личные письма? Мне явно не стоило указывать этот адрес для доставки личных писем…              Уолтер сморщил нос.       — Совершенно согласен. Мне было очень неудобно их открывать, так что, возможно, нам стоило бы придумать какую-нибудь систему, если всё будет продолжаться в том же духе.              — Что за личные письма? — Блейз прислонился к кабинке Уолтера, с ухмылкой глядя на корзину. Он уже где-то раздобыл чашку чая.              — Ну, несколько от фанатов, парочка гневных, письмо из «Ведьмополитена» — очевидно, вас выбрали для обложки на следующей неделе, а также несколько предложений от завидных холостяков, — Уолтер закатил глаза.              — Предложений? — Гермиона нахмурилась.              — Серьёзно? — Блейз бросил жадный взгляд на корзину и поднёс кружку к губам.              — Полагаю, если я получу ещё какие-нибудь подобные письма, то могу их выбросить? — спросил Уолтер.              Гермиона моргнула, всё ещё не до конца понимая, какими могут быть предложения совершенно незнакомому человеку по почте? Она посмотрела на ухмыляющегося Блейза и повернулась снова к Уолтеру, приподняв бровь.       — А там есть их колдографии?              Забини подавился чаем.       

***

      Квентин Марголис предложил встретиться в магловском кафе вместо того, чтобы посетить офис «М.К.Г.» в среду, что, по мнению Гермионы, было странным выбором для оборотня-отшельника. Стая Северного леса была мирной, но, по-видимому, чересчур, раз они отклонили просьбу Римуса принять участие в Битве за Хогвартс.              Они с Драко появились в точке аппарации в одном из переулков, а затем прошли несколько кварталов пешком. Молчание было... комфортным. Но от этого Гермиона не стала меньше его ненавидеть.              — Я хотела спросить тебя, — начала она и увидела, как Драко повернул к ней голову, — что случилось с Тибериусом Огденом? Я была очень удивлена, узнав, что должность сотрудника по связям с Визенгамотом снова пустует.              — Он отказался.              Гермиона подняла на него взгляд. Остановившись на пешеходном переходе, Драко внимательно осматривал улицу.              — Отказался? Но мне казалось, что всё идёт хорошо. Я имею в виду, судя по тому, что Ноэль говорила об этом.              Она вспомнила подвыпившую девушку-пикси, которая болтала, что Драко был с ней только из-за того, чтобы добраться до её отца.              Малфой молчал. Светофор переключился на зелёный, и Драко сошёл с тротуара, положив руку Гермионе на спину, направляя её к дороге. Грейнджер немного оттаяла от его прикосновения, но всё ещё была довольно сосредоточена.              — Что он сказал, когда ты обедал с ним и Ноэль?              — Он всё отменил, — Малфой стиснул зубы. — Тиберий сказал, что компания его не интересует.       Малфой что-то недоговаривал. Гермиона изучающе посмотрела на Драко, когда он взялся за дверную ручку и пропустил её в кафе. Она остановилась в дверях.              — Хочешь, я напишу ему?              Драко посмотрел на неё сверху вниз, и его глаза заскользили по её лицу.        — Нет, мы найдём кого-нибудь другого, Грейнджер.              Гермиона нахмурилась и шагнула внутрь заведения. Драко надеялся, что Огден вложит в компанию деньги, если она всё правильно помнила. Какая это была бы огромная помощь… Она повернулась к нему.       — А как же Ноэль? Думаю, мы с ней поладили. Я могла бы узнать, когда она будет дома в следующий раз…              — Нет, — его голос был твёрд, а взгляд суров. — Не связывайся с Ноэль. Ты поняла меня, Грейнджер?              Она посмотрела ему в глаза, пытаясь понять происходящее.       — Ладно.       Драко сглотнул и отвернулся от неё, оглядывая кафе в поисках столика Марголиса. Гермиона нахмурилась, глядя на свои туфли — кошачий каблук*, как сказала Пэнси, — и попыталась собраться с мыслями…              Драко и Ноэль гуляли в четверг, а в субботу они должны были встретиться с Тиберием. Так что именно за эти два дня он всё и отменил. Что такого Ноэль сказала отцу?              Драко подвёл их к диванам, где Гермиона увидела крупного бородатого мужчину. Марголис встал из-за стола, когда они подошли, и натянуто улыбнулся Малфою, обмениваясь с ним рукопожатием. Тепло поздоровавшись с Гермионой, он представил второго мужчину, которого она сперва не заметила за его спиной.              — Это Мейсон, — объявил скрипучий голос.              Если Квентин был темноволосым и открытым в своих действиях, то Мейсон был его полной противоположностью — светловолосым и холодным. Он не встал, когда его представили, и даже не попытался пожать Драко руку или поздороваться. Он выглядел на тридцать, хотя определить возраст оборотня всегда было трудно.              — Могу я вас чем-нибудь угостить? Кофе, Грейнджер? — спросил Драко.              — Да, спасибо.              Квентин поблагодарил его и попросил чай. Оглядев Драко с ног до головы, Мейсон заказал чай, сэндвич с ветчиной и салат со стейком. У Гермионы сложилось чёткое ощущение, что Драко проверяют.              К его счастью, Драко даже не вздрогнул. Он кивнул и направился к стойке.              — Как поживает юный Тедди? — Квентин повернулся к Гермионе.              — Насколько я знаю, они с бабушкой недавно гостили у Рона Уизли в Ирландии, — Гермиона улыбнулась. Она перевела взгляд на Мейсона, который лениво наблюдал за ней. — Мейсон, вы были знакомы с Римусом Люпином до его смерти?              — Да, я с ним встречался.              Больше он ничего не сказал. И Гермиона услышала в голове голос мадам Мишель, рассказывающий, как лучше общаться с трудными людьми.              — Он правда был изумительным человеком. Одним из моих любимых учителей в Хогвартсе и близким другом, — сказала она. — Полагаю, вы тоже из стаи Северного леса?              — Ага.              Гермиона посмотрела на Квентина. Он поджал губы и виновато посмотрел на неё в ответ.       Драко вернулся с кофе и тремя чашками чая. Гермиона подавила улыбку, увидев, как он старается удержать их в руках, не прибегая к магии. Малфой опустил на середину стола пластиковую карточку с номером.              — Не будем ходить вокруг да около, да? — предложил Квентин, опершись на локти. Мейсон остался сидеть, откинувшись на спинку сидения. Гермиона полезла в сумку, чтобы вытащить папку с презентацией, а Квентин продолжил: — У нас с мистером Малфоем была очень короткая встреча в декабре. Так что я в курсе изменений в вашей политике и шагов, которые предпримет ваша компания. Я сказал мистеру Малфою, что подумаю, обсужу это со своей стаей, — он указал на Мейсона, который наблюдал за Драко, — и мы снова встретимся.              — Отлично, — сказала Гермиона, найдя нужную страницу. — Я составила план предполагаемой хронологии нашего дела, — она вытащила из папки графики и передала Квентину и Мейсону. — Я могу начать беседы с членами стаи уже в феврале. Мы с моим помощником можем посетить Северный лес, провести там неделю или две, чтобы не потревожить вашу стаю и её распорядок …              Мейсон усмехнулся. Гермиона посмотрела на него, но когда он ничего не сказал, продолжила:              — Как только мы побеседуем с каждым членом стаи Северного леса, я смогу начать поиск инвесторов, которые будут спонсировать это дело. Как сказал мистер Малфой во время своей предыдущей встречи с мистером Марголисом, стая Северного леса не будет оплачивать услуги «М.К.Г.», но мы надеемся заручиться помощью инвесторов после проведения благотворительных приёмов. Как только мы…              — Значит, вы будете собирать деньги для бизнеса Малфоя, основываясь на наших беседах, — Мейсон уставился на Гермиону. Это был не вопрос.              — Мы соберём деньги на это дело, основываясь на ваших беседах, — Гермиона поджала губы.              — А скажите мне, Гермиона Грейнджер, — произнёс Мейсон. — Сколько стоит слушание Визенгамота?              Она моргнула, глядя на него.       — Полагаю, пошлина за регистрацию составляет десять галлеонов.              — Благотворительные приёмы ради десяти галлеонов? Вот это да. Оказывается, в твоём бизнесе, Малфой, дела обстоят намного хуже, чем я думал, — Мейсон холодно посмотрел на Драко. Он ответил ему таким же взглядом и подался впёрёд.              — Сбор средств покроет расходы на исследования, поездку в Северный лес, оплату труда работающему над этим делом персоналу и жильё для членов стаи, если они решат приехать в Лондон во время судебного процесса…              — Итак, я даю вам интервью, рассказываю, какой трудной была моя жизнь оборотня и как сильно я хотел быть похожим на других девочек и мальчиков, а вы даёте мне работу в Министерстве? Так это происходит? — спросил Мейсон, возвращая разговор к политике. Гермиона посмотрела на Квентина, который молча потягивал чай.              — Нет, — ответила она, чувствуя, как пылает её лицо. — С интервью от стаи мы поборемся за ваше право получить работу в Министерстве, если вы когда-нибудь заинтересуетесь ею, — Грейнджер почувствовала, что её дыхание участилось. — Если какой-либо оборотень захочет найти стабильную работу, эта политика запретит любую форму дискриминации. Мы также будем бороться за финансируемые правительством субсидии, покрывающие расходы на учёбу ваших детей в Хогвартсе, и школа должна будет принять меры к полнолунию, чтобы они могли чувствовать себя комфортно.              Мейсон выдержал её взгляд.              — Я ценю всё, что вы сделали, мисс Грейнджер, готовясь к этому проекту, и всю работу, которую вы планируете сделать для сообщества оборотней, но нам придётся отказаться, — откашлявшись, сказал Квентин.       Гермиона открыла рот и нахмурилась, глядя на Квентина. Тихий писк вырвался из её горла, прежде чем она смогла спросить:       — Почему?              — Возможно, вам это всё даётся легко, мисс Грейнджер, ведь вы всю жизнь находились в центре внимания, но я не хочу быть купленным для рекламы, — сказал Квентин. Он перевёл суровый взгляд на Драко.              Ей «даётся легко»? Гермиона нахмурилась, уставившись на Марголиса. Она повернулась к Драко и увидела, что он замер, но не сводил глаз с Квентина.              — Очень жаль, мистер Марголис, — сказал Малфой. — Мы можем что-нибудь сделать, чтобы заставить вас передумать?              — Вы можете воскресить Альбуса Дамблдора? — съязвил Мейсон. Он ухмыльнулся Драко, как будто знал, что только что ударил его по больному. Гермиона наблюдала, как ноздри Драко раздулись, но он больше ничего не делал. — Или, возможно, вы можете вернуться в прошлое и усыпить Фенрира Сивого, вместо того чтобы играть с ним в семью в течение года.              Драко стиснул зубы, и ей показалось, что она видит, как наливаются кровью его глаза.              Гермиона повернулась к Мейсону.       — Вы понятия не имеете, о чём говорите, — образ Сивого в её спальне, всплыл перед её глазами. — У Малфоя не было никаких дел с Фенриром Сивым, которые не были бы ему навязаны…              — Я действительно не понимаю вас, Гермиона Грейнджер, — прошипел Мейсон. — Он сражался против вас в битве всего два года назад, а теперь вы бросаетесь на его защиту. В «Малфой Консалтинг Групп», должно быть, отлично платят.              Её кровь закипала.              — Если мне не изменяет память, Мейсон, вы вовсе не участвовали в войне. По крайней мере, у Малфоя хватило чести выбрать чью-то сторону.              Наступила тишина. Челюсть Мейсона щёлкнула. Она услышала, как рядом с ней медленно вздохнул Драко.              — Вы сильно ошибаетесь насчёт мистера Малфоя и меня, — сказала Гермиона спустя секунду молчания. — То, чем я занимаюсь в компании, — не ради пиара, а потому, что считаю это правильным решением. Когда я оказываюсь в положении, в котором могу помочь недооценённым людям, я стараюсь делать всё, что в моих силах. Это не реклама.              — Но и отличная колдосессия не помешает, — сказал Мейсон, глядя на неё, и затем перевёл взгляд на Драко, — не так ли, Малфой? — он ухмыльнулся и театрально вскинул руки перед лицом. — Какая команда. Чистокровный и грязнокровка.              У неё перехватило дыхание. Драко подался впёрёд.       — Осторожнее в выражениях, — прорычал он так тихо, что Гермиона не поняла, кто из них оборотень на самом деле.              — Ладно. Давайте не будем опускаться до драматизма, — Квентин поставил свой чай на стол. — Мейсон, ты закончил?              — О нет, пожалуйста, оставайтесь, — Гермиона встала с дивана и схватила свою сумку. — У вас ведь ещё салат и сэндвич, — прошипела она и закинула папку в сумку. — Знаете что, Квентин? Я продолжу это дело, потому что искренне забочусь, а не потому, что мне заплатили за эту заботу. Мы будем бороться с этой несправедливостью без вас и победим, а вы сможете поблагодарить Драко Малфоя, когда ваши дети-оборотни будут иметь равные права с остальными, — она знала, что для магловского заведения она разговаривала слишком громко. — Пошли, Малфой.              Она развернулась и выскочила за дверь кафе.              Гермиона не стала ждать. Она продолжала идти по улице, стуча каблуками по тротуару. Её кровь кипела.              У них явно не было намерения работать с компанией, но всё равно Марголис пришёл на встречу. Гермиона проигнорировала часть своего мозга, которая напомнила ей, что Квентин, возможно, проявил уважение, желая отказаться лично, потому что Мейсон намеренно неуважительно себя вёл.              Возможно, вам это всё даётся легко, мисс Грейнджер, ведь вы всю жизнь находились в центре внимания, но я не хочу быть купленным для рекламы.              Купленным? Грейнджер фыркнула, чувствуя, как волосы выпадают из заколок. Она услышала за спиной шаги Драко, когда его длинные ноги догнали её.              Дойдя до перекрёстка в молчании, они остановились в ожидании зелёного сигнала. Гермиона бросила взгляд на лицо Драко и увидела, что он хмуро смотрит на тротуар.              — Мне очень жаль, — произнесла она. Он поднял на неё взгляд. — Их. Жаль, что они не видят тебя так, как я.              Она продолжила идти по улице к точке аппарации. Через пять шагов она почувствовала, что Драко отстаёт. Остановившись, Гермиона развернулась. Малфой холодно смотрел на неё, и она нахмурилась, узнав этот взгляд со времён его слушания в Визенгамоте много месяцев назад.              — Мне не нужна твоя жалость, Грейнджер.              Она посмотрела на него. Его челюсти были плотно стиснуты, а руки сжались в кулаки.              — У тебя и нет моей жалости, — сказала Гермиона. — У тебя есть моё уважение.              Она покачала головой и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, добралась до точки аппарации первой и трансгрессировала без него.       

***

      Обед с оборотнями испортил ей весь день. Уолтер попытался расспросить её, как всё прошло. Гермиона была уверена, что он будет последним, кто задаст ей этот вопрос.       В четыре часа Грейнджер наконец просто взяла книгу с полки и начала читать, чтобы успокоиться. Не за это, конечно, она получала зарплату, но, по-видимому, ей всё равно платили слишком много.              В открытую дверь постучали, и, подняв голову, она увидела застенчиво улыбающегося Вентворта.        — Плохая встреча? — спросил он.              — Худшая, — Гермиона закрыла книгу. — Они не могли просто отказаться. Они должны были отказаться, оскорбляя мою честность, — Гермиона перевела взгляд в окно. — Они решили, что всё это дело — рекламный трюк.              — Ах, — поморщился Венделл. — Ну, это была бы невероятная реклама. «Гермиона Грейнджер борется за права оборотней».              Это заставило её нахмуриться.        — Вы имеете в виду, что «Малфой Консалтинг Групп» борется за права оборотней?              — О нет-нет. Это всё вы, — усмехнулся он. Грейнджер знала, что он был очень добр, но его реакция ей не понравилась после сказанного сегодня Квентином и Мейсоном. — Должен признаться, у меня были сомнения насчёт контракта с Драко Малфоем, но как только я услышал, что вы на борту, это действительно заставило меня передумать.              — Это так мило с вашей стороны, — сказала она. — Значит, вы тоже присоединились к фирме довольно поздно?              — Ну не очень. Примерно в начале декабря.              Она удивлённо моргнула.       — Вы имеете в виду начало января?              — Нет, это было в начале декабря. Примерно тогда у моей жены был день рождения.              Гермиона почувствовала, как в груди разрастается холодная тяжесть.        — Значит, Драко сказал вам в начале декабря, что я присоединюсь к «М.К.Г.»? — пробормотала она, но её лицо выражало спокойствие.              — Да, он сказал, что понимает все мои сомнения, ввёл меня в курс своих планов и перечислил тех, кто уже подписал контракт, — Вентворт улыбнулся. — Я уверен, что вы были решающим фактором для многих людей здесь, как сотрудников, так и клиентов.              Она провела языком по зубам, чтобы не сказать ничего лишнего, и выдавила улыбку.       — Ну что ж, спасибо, Вентворт. Приятно слышать.              Он кивнул и покинул кабинет, оставляя её одну.              Встав с кресла с тяжелой головой, Грейнджер подошла к полке, ставя книгу на место, и прикрыла дверь, чтобы подумать.       Но перед тем, как полностью закрыть её, она поймала Малфоя глазами.       Драко уже был в офисе и болтал с одним из помощников Мокриджа.              Как он догадался, что она подпишет контракт уже в начале декабря? Драко даже не говорил с ней об «М.К.Г.» до 31 декабря. Всё это не укладывалось у неё в голове.              Гермиона смотрела, как он облокотился на кабинку и, улыбаясь, закатил на что-то глаза.              Но Драко принёс папку с планом по оборотням раньше. Как раз в начале декабря. Он обменял три книги и улыбку на рекомендательное письмо для Марголиса и сунул ей фолиант, полный своих заметок. Заметки, которые тронули и пробудили её любопытство…              Соблазнить можно кого угодно, Грейнджер.              И вдруг она снова оказалась на балконе Малфоев в белом платье, наблюдая, как Драко, прислонившись к перилам, говорит ей, что она хочет добиться в своей жизни. Малфой решил всё за неё ещё до того, как она сама об этом подумала.              Драко рассмеялся над тем, что сказал один из помощников, и зашагал в свой кабинет, перелистывая бумаги. Почувствовав на себе взгляд Гермионы, он посмотрел на неё и кивнул.              Грейнджер пристально наблюдала за ним.              Квентин Марголис был прав. Только вот купилась она не на деньги.