Правильное решение/Неправильные вещи

      Он оставил синяки на ней. Пометил её.       Гермиона уставилась на следы укусов на своей шее, откинув волосы за спину.       Драко Малфой заявил свои права на неё.       Грейнджер оставила волосы распущенными. Сначала она решила не прятать их, вспомнив, что Драко не скрывал оставленные ей отметины, хотя до сих пор не понимала причины этого поступка.       Затем она подумала о том, что скажут люди, когда увидят её в офисе. Что скажет Блейз…       Гермиона спрятала следы укусов под чарами, потом для большей надежности нанесла тональный крем.       Поднимаясь на лифте «Малфой Консалтинг Групп» в среду утром, Грейнджер прокручивала в голове все причины, почему вчера ей захотелось всё бросить и уволиться.       Все её идеи пресекались на корню.       Она не получала необходимой поддержки для реализации своих проектов.       Она устала от текущего дела, несмотря на то, что оно было единственным, над которым ей разрешили работать.       Босс игнорирует её и обращается, как с какой-то помехой.       Он использует её в качестве средства привлечения общественности.       У неё напряжённые отношения с боссом, непредсказуемые настолько, что уже начали вызывать боли в животе.       Гермиона решила исключить из этого списка все случаи сексуального домогательства, потому что не считала себя лицемерной. Драко поцеловал её первый. Затем она поцеловала его.       Грейнджер решила выбросить эти мысли из головы прежде, чем задаться вопросом: «Кто же спровоцирует третий поцелуй?»       Двери лифта открылись. Гермиона подняла голову, собираясь с духом, и её взгляд упал на Драко, который стоял у стойки ресепшн.       Нервный узел затянулся в её животе.       Она наблюдала за тем, как Малфой поднял на неё взгляд, отрываясь от бумаг, которые держал в руках. Драко кивнул в знак приветствия и глубоко вздохнул. Неделю назад Гермиона бы этого даже не заметила, но сейчас она чувствовала, что их дыхание словно синхронизировалось — после того, как его выдох касался её губ во время её собственного вдоха…       Выходя из лифта, она не представляла, какие эмоции сейчас отражаются на её лице, поэтому сразу повернула направо, направляясь в свой кабинет. Драко пошёл за ней.       — Доброе утро, — произнёс он.       Обернувшись, Гермиона взглянула на Малфоя и увидела, как он протянул руку со стаканом кофе. Она удивлённо моргнула. Это был кофе на вынос из соседней кофейни.       — Мистер Таунсенд хочет прийти завтра, чтобы просмотреть документы. Нужно доработать некоторые отчёты.       Грейнджер забрала из его руки стакан и, совершенно позабыв о манерах, не поблагодарила его.       — Ладно.       — Как насчёт времени до обеда?       — Хорошо, — она уставилась на стакан в своих руках. Малфой мог бы узнать её расписание у Уолтера.       Они подошли к её кабинету.       — У меня есть несколько идей на оставшуюся часть сбора средств, которые мы можем обсудить в удобное для тебя время.       Гермиона подняла на него взгляд. Выражение его лица было спокойным, глаза — серыми и безэмоциональными, но не такими холодными, как раньше.       — Отлично, — согласилась Грейнджер.       Они немного постояли перед дверью, глядя друг на друга, после чего Малфой кивнул и вернулся в свой кабинет. Возможно, она ошибалась, но ей показалось, что Драко скользнул взглядом по её шее прежде, чем отвернуться. Наблюдая за его удаляющейся спиной, Гермиона подняла свою свободную руку к замазанной отметине на шее и сделала глоток кофе. Идеальное соотношение сахара и сливок.       И к какому именно «раньше» он хотел вернуться?

***

      Меньше часа спустя, когда Гермиона устроилась поудобнее и полностью погрузилась в работу, Драко пришёл снова.       — Грейнджер.       Она вздрогнула от звука его голоса и подпрыгнула в кресле, когда увидела Малфоя в дверях.       — Да?       — Ты свободна?       Она моргнула.       — Да?..       Драко зашёл в кабинет, и её сердце едва не остановилось, когда он начал закрывать дверь… но, к её счастью, оставил её приоткрытой.       О, хвала Мерлину.       — Хорошо, — произнёс он, подходя к столу и откидывая свою чёлку назад. Малфой бросил перед ней папку с документами и уселся в одно из кресел для гостей, — Тогда предлагаю обсудить это.       Гермиона в ужасе подумала о том, что документы, которые он только что положил перед ней, каким-то образом связаны с любовным контрактом, или с конфликтом интересов, или с другими неприятными вещами.       Малфой придвинул своё кресло и открыл папку.       — Заповедник сниджетов, — произнёс он, пробегая глазами по тексту перед собой, — предоставил фактические цифры уменьшения количества существ или это неподтверждённые оценки?       Драко посмотрел на неё и часто заморгал, словно пытаясь прояснить свой взгляд.       Ей потребовалось некоторое время, чтобы понять, что вообще сейчас происходит.       — Это оценки, основанные на прошлогодней тенденции к уменьшению популяции, — ответила она, прочистив горло.       — Итак, первое, что нужно сделать, — это отправить туда наших людей, чтобы получить реальные цифры этого года, а так же подсчитать прогнозируемое снижение на следующий год. — Драко ещё раз взглянул на текст, и Гермионе наконец-то удалось собрать пазл в своей голове и понять, что это были её документы по проекту сниджетов с нацарапанными на полях заметками.       Малфой изучил их.       — В этот раз твой изменённый график и запланированный бюджет разработаны гораздо лучше, чем в первый, но для того, чтобы сократить расходы, я хотел бы отправить одного Уолтера в Сомерсет, — Драко посмотрел на неё, ожидая реакции.       Гермиона открыла рот, готовясь возразить, но Малфой продолжил:       — Он уже готов отправиться туда на следующей неделе, но если ты всё же решишь отправиться вместе с ним, то пропустишь некоторое количество очень важных встреч и слушаний, касаемых дела оборотней.       Ей пришлось закрыть рот. Вот, что значит компромисс, Гермиона…       И она совсем не была в восторге от этого.       — Хорошо, — всё-таки согласилась она. — Если мы сможем начать уже на следующей неделе — это будет замечательно.       Малфой кивнул.       — Я всё ещё считаю, что назначение слушаний в суде на март — слишком амбициозно. — Гермиона поджала губы. — Я предполагаю, что Визенгамот уже будет сыт нами по горло к концу процесса по политике оборотней, и если наброситься на них сразу же с другим проектом, то это может вызвать некоторую негативную реакцию.       — Но они должны быть беспристрастны, — нахмурившись, сказала Грейнджер. — Они должны рассматривать каждое дело независимо от других.       Драко вопросительно взглянул на неё.       — Они должны… — продолжение его фразы не нуждалось в озвучивании.       Он поёрзал в кресле, пытаясь безуспешно скрестить ноги.       — Нужно будет принести тебе кресла получше. Эти ужасны.       Она наблюдала за тем, как он менял своё положение в надежде устроиться поудобнее.       — Мне нравятся эти кресла.       — Должно быть, ты ненавидишь своих посетителей.       — На самом деле у меня их просто нет, — пояснила она. — Единственный человек, кто сидит здесь, — это Блейз.       — О, тогда мы их оставим, — ухмыльнулся Малфой.       Грейнджер встретила его взгляд, который казался теплее, чем обычно. Она не была уверена в том, чем они сейчас занимались. Её губы дернулись в улыбке в ответ на его шутку, но Гермиона не до конца понимала, откуда взялась эта его переменчивость.       Она решила перевести разговор на сниджетов.       — Значит, мы назначим дату слушания на апрель?       Драко кивнул в знак согласия. Они перешли к обсуждению её целей по сбору средств.       — Я думаю, что мы должны привлечь внимание общественности к делу золотых сниджетов, — выдвинул свой вариант Малфой. — Мало кто знает их историю или отношение к квиддичу. Мы могли бы получить больше внимания спонсоров, заручившись поддержкой нескольких знакомых игроков в квиддич, — он внимательно посмотрел на Гермиону.       В задумчивости она приподняла бровь, обдумывая эту мысль, как вдруг её осенило.       — Я ведь могу связаться с Виктором!       В голове Гермиона уже начала лихорадочно обдумывать этот план, думая о том, как всё сложится удачно, если у них будет поддержка от игроков в квиддич. Она взглянула на Малфоя и заметила, как он плотно сжал губы.       — Я имел в виду Уизли, но да, — протянул Драко, потирая подбородок, — Крам тоже может быть полезен.       О, конечно, Рон и Джинни. На самом деле, она не разговаривала с Роном с тех пор, как он прислал ей то неприятное письмо несколько недель назад.       — О чём ты думаешь? — задала вопрос Гермиона.       — Я думаю, что публичность может помочь делу, — ответил Драко. — Скитер напишет статью, и было бы неплохо привлечь и Лавгуд.       Гермиона кивнула. Это было бы чудесно.       — Знаешь, кого ещё могут заинтересовать сниджеты? Рольфа Саламандера, — сказала Грейнджер. — Мне кажется, он хотел бы привлечь внимание к данному проекту.       Она посмотрела на него широко раскрытыми от волнения глазами и увидела, что Малфой всё ещё сжимает и разжимает свою челюсть.       — Отлично, — он встал с кресла. — Продолжай собирать документы и подготовь Уолтера к отъезду на следующей неделе, — Драко схватил свои записи и направился к двери.       — Спасибо, Драко, — она прикусила губу, как только фраза слетела с языка.       Он повернулся к ней и, кивнув, вышел из кабинета.       Позже в тот же день Уолтер принёс ей почту. Он продолжал отделять деловые письма и личные, стараясь не читать последние, если ему удавалось их отличить. Уолтер отдал ей служебное письмо, в котором сообщалось, что в субботу вечером попечительский совет Хогвартса устраивает бал в честь дня Святого Валентина и все сотрудники «М.К.Г.» приглашены на празднование. Девушка закатила глаза — она презирала этот день всю свою прошлую жизнь. Гарри в эти выходные не будет в городе, ведь он собирался поддержать Джинни на предстоящем матче в Канаде, так что Гермиона не могла рассчитывать на то, что кто-то из них пойдёт с ней на мероприятие.       Она решила начать с личной почты, и её внимание привлёк красивый желтовато-оранжевый конверт со изогнутыми закорючками на лицевой стороне.       Мисс Гермионе Грейнджер       Гермиона нахмурилась, глядя на своё имя. Она открыла конверт и её глаза расширялись всё сильнее и сильнее.       Моя дорогая Гермиона!       Я только что вернулась в Великобританию с новогодних праздников и с удовольствием хочу пригласить тебя на обед! Я непременно должна поздравить тебя со всеми твоими успехами в «Малфой Консалтинг Групп»!       Я умираю от желания обсудить с тобой благотворительную организацию, которую хочу организовать. Буду надеяться на твой ответ и с нетерпением жду встречи в конце этой недели!

С любовью к тебе,

Катя

      Гермиона отбросила письмо на стол и провела руками по лицу.       Ты, чёрт возьми, серьёзно?

***

      В четверг вечером урок танцев Гермионы принял неожиданный поворот. Из граммофона заиграла знакомая мелодия, и мисс Трусдейл объявила, что на сегодняшнем занятии они будут изучать французский вальс.       По счастливому совпадению, французский вальс был единственным танцем чистокровных, который Гермиона хорошо знала. Тот самый танец, который она разучила для Святочного бала на множественных тренировках, отчаянно стараясь не опозориться перед Виктором Крамом. Именно этот танец не выходил у неё из головы на протяжении последних пяти лет — тогда она на мгновение провальсировала с Драко, не касаясь его руками.       Конечно же, она не собиралась рассказывать о своих знаниях мисс Трусдейл. Грейнджер просто кивала головой, когда ей показывали технику исполнения танца и расположение позиций. Пару раз, лишь для вида, Гермиона сделала несколько неверных движений, однако к концу урока на лице у мисс Трусдейл можно было прочитать удовлетворение.       Придя домой этим вечером, Грейнджер почувствовала, что у неё не осталось никаких сил что-либо делать, кроме как лечь в постель, немного почитать и уснуть.       Как только она вошла в квартиру, Гарри встал с дивана.       — О, привет.       — Привет, Гермиона, — он потёр ладони о брюки.       — Разве Джинни сейчас не в Канаде?       — Так и есть, — ответил он, пряча глаза, — я просто пришёл.       — О, ничего, — она положила сумку и скинула туфли. — Что-то случилось?       — Э-э, нет, ничего страшного, — Гарри поправил очки и стал заламывать пальцы. — Может, присядем?       Гермиона уставилась на него. Она что-то натворила? Это касается Драко? Гарри наконец-то выскажется по этому поводу? Кто-то пострадал? Случилось что-то ужасное?       Она села за обеденный стол, чувствуя как дрожат её ноги. Сев напротив неё, Гарри сделал глубокий вдох и выпалил:       — Я собираюсь сделать Джинни предложение.       Её брови приподнялись, но это было скорее рефлекторное движение. Она перестала ощущать, как бьётся её сердце и расширяется грудная клетка. Грейнджер уставилась на лучшего друга.       Улыбка. Ты должна улыбнуться, услышав это.       Гермиона улыбнулась, затем со смехом выкрикнула:       — Гарри!       Беспокойство исчезло с его лица, и он улыбнулся ей.       — Когда?!       — В понедельник, — произнёс Гарри. — В день Святого Валентина.       Она поднесла руки ко рту.       — Почему ты так нервничал, рассказывая мне об этом?       — Я не знаю… — усмехнулся он и потёр глаза. — Ты последний человек в моём списке, кто ещё не знает — кроме Джинни, конечно, — и я так рад, что половина дела уже сделана.       Последний человек…       — Кто ещё в курсе?       Он посмотрел на стол.       — Я был у Артура на этой неделе. А на прошлых выходных в Ирландии.       Чтобы увидеть Рона. Гермиона кивнула. Он побывал в другой стране до встречи с ней. Затем она вспомнила ту неловкую и ужасную встречу за обедом на прошлой неделе, когда он застал её и Драко. Она прикусила щёку изнутри.       — И с кем же разговор оказался сложнее? — рассмеялась она.       — Удивительно, но с Роном. Кстати, с ним всё в порядке.       — Отлично.       — Он… что ж, он встречается кое с кем, — Гарри посмотрел на неё, и Гермиона сглотнула.       — Да, он сообщил мне об этом на Рождество.       — Да, — протянул он, почесав переносицу. — Я видел её, она действительно милая.       Гермиона медленно выдохнула.       — Замечательно.       Гарри вновь посмотрел на неё.       — В любом случае я рад, что ты знаешь про нас с Джинни, — он улыбнулся.       Гермиона кивнула, улыбаясь ему в ответ так сильно, как только могла.       — Кольцо у тебя с собой?       Гарри покраснел и вытащил коробочку из кармана мантии.       Ухмыльнувшись, Грейнджер кивнула и спросила, как он собирается сделать предложение, будет ли этот момент романтичным или спонтанным, как отреагировал Артур, в какой ресторан они пойдут. Гермиона слушала Гарри, ощущая, как камень на её сердце становится всё тяжелее и тяжелее.       Гарри женится, Рон встречается с милой девушкой, а она раз в неделю зажимается с Драко Малфоем.

***

      В пятницу утром Гермиона посмотрела на свой запланированный наряд на этот день и нахмурилась. В нём было что-то не так. Как будто цвета не сочетались или всё дело было в подоле юбки.       Она подумала о том, чтобы позвать Пэнси, чтобы понять, что с ним не так, но Паркинсон была в Италии — шила платье для дочери итальянского министра магии на бал дебютанток. Для неё это было очень важно, к тому же Гермиона не считала, что «обеденная встреча с Катей Виктор» классифицируется как чрезвычайная ситуация.       Драко снова встретил её со стаканом кофе, как и вчера утром. Похоже, это начало входить привычку. Те пятнадцать секунд, что они шли до двери её кабинета, он посвящал Гермиону во все неотложные дела и личные встречи, которые они должны были провести, а затем оставил её в кабинете. Грейнджер смотрела ему вслед, пока он направлялся к себе.       Она сбежала с работы без десяти минут полдень и направилась в единственное волшебное кафе рядом с офисом «М.К.Г.». Гермиона никогда не была в этом заведении, но Катя уверяла, что там «обалденно».       Катя пришла раньше, чем Гермиона, хотя это было трудно сделать. Она поднялась из-за стола с сияющей улыбкой и заключила её в самые дружеские объятия, которые Грейнджер когда-либо получала от незнакомого человека.       Что ж… По всей вероятности, Катя ещё не знала о поцелуях Гермионы с её будущим-бывшим возлюбленным…       — Моя дорогая! — Катя разорвала объятия и схватила её за плечи. — Ты выглядишь великолепно! — взгляд Кати прошёлся по наряду от Пэнси, и Гермиона воздержалась от каких-либо комментариев, которые мадам Мишель растолковала бы как: «не принимаю комплиментов».       Катя провела пальцами по ткани на плече Гермионы.       — О, как бы я хотела, чтобы Пэнси Паркинсон сделала что-то и для меня! Она такая талантливая! — Гермиона чуть не рассмеялась, вспомнив неприязнь Пэнси к болгарке. В это время Катя продолжила: — И, конечно, одежда — ничто без подходящей ведьмы в ней, — она блеснула своей белоснежной улыбкой, а затем ласково коснулась лица Гермионы.       Поблагодарив девушку, Грейнджер выскользнула из её рук, чтобы они могли присесть и перевести тему разговора.       Они немного поболтали о прошедших праздниках, заказали кофе и чай у милой старой ведьмы, которая управляла заведением, и добавили в свои напитки любимые ингредиенты. Гермиона заметила, что Катя использовала именно то количество молока и сахара, которое рекомендовала мадам Мишель. Её ложка не касалась чашки, когда Виктор перемешивала содержимое. Впрочем, как и у Гермионы.       — О, я так рада, что у нас появился шанс наверстать упущенное! Я умирала от желания посидеть с тобой с тех пор, как мы встретились… а точнее, задолго до этого!       Гермиону посетила та же мысль, что и тогда, когда она впервые увидела Катю в газетах с Драко: она слишком много улыбается.       — И я рада, что у нас наконец-то появился шанс по-настоящему познакомиться, — ответила Гермиона. — Надолго ли ты остаёшься в городе? — Гермиона не смогла остановиться, когда из неё полились следующие слова: — По крайней мере до понедельника, дня Святого Валентина?       — О, нет, — Катя скривила губы. — Завтра я уезжаю в Болгарию. И вернусь не раньше марта.       — О, — воскликнула Гермиона и, постараясь задать вопрос как можно невиннее, удивлённо приподняла брови, — разве ты не собиралась провести день Святого Валентина с Драко?       Зачем, Гермиона? Зачем ты это спросила?       — О, в этом нет необходимости, — ответила Катя, махнув наманикюренной ладонью. — Мы расторгли наш договор несколько месяцев назад, — она поднесла чашку к губам, приставив блюдце так, как мадам Мишель бы одобрила.       У Гермионы дёрнулся глаз, когда она посмотрела на собеседницу.       — Договор?       — Да, насчёт свиданий, — Катя поставила чашку с блюдцем и оглядела кафе.       Гермиона уставилась на неё. Возможно, сейчас возникла какая-то проблема перевода с болгарского на английский?       — Ты имела ввиду, что вы расстались?       Катя посмотрела на неё.       — Расстались? — она выглядела такой же растерянной, как и Гермиона. Но вдруг у Кати в голове будто что-то щёлкнуло. — О, как неловко! — она засмеялась. Гермиона же не находила в данной ситуации ничего смешного. — Я думала, Драко уже всё рассказал тебе, раз вы стали так близки.       Гермиона ждала продолжения, игнорируя собственное смущение по поводу их «близости» с Драко.       — У нас были отношения только для газет, — продолжила Катя, глядя на Гермиону добрым взглядом. — В реальности мы не были близки, — она откинулась на спинку стула. — Я удивлена, что он тебе ничего не рассказал.       Гермиона стиснула зубы.       — Как и я! — из неё вырвался смешок, который прозвучал истерично. — Боюсь, я всё ещё не понимаю.       — Он нуждался в захватывающей и привлекательной общественной жизни после освобождения из Азкабана, чтобы восстановить свой имидж. Поэтому мы пришли к договорённости, — Катя пожала плечами и подозвала официанта.       Они сделали заказ, и Гермиона закипела. Как только официант ушёл, она повернулась к Кате.       — Не хочу показаться грубой, но разве ты не чувствовала себя использованной?       — О, нет, — сказала Катя, улыбаясь, — На самом деле, я думаю, что порой я получала от сделки больше, чем могла бы.       Гермиона умоляюще смотрела на девушку, к которой она относилась с уважением, ненавистью и завистью одновременно, в надежде, что она всё объяснит ей.       Катя огляделась и, понизив голос, сказала:       — У меня есть жених в Болгарии, — она указала на кольцо, которое Гермиона не заметила, — оно было простым, но в то же время прекрасным. — Он магл.       Глаза Гермионы метнулись к ней, ожидая кульминационного момента.       — Мой отец… он этого не одобряет, — Катя нахмурилась, глядя на стол.       Гермиона прищурилась.       — Прости, но я думала, что твоя мама… Я слышала, ты полукровка.       — Она была маглорождённой, но всё же ведьмой. Для моего отца это большая разница.       И вот так вся уверенность девушки улетучилась при упоминании её отца. Ссутулившись и закусив губу, Катя посмотрела на Гермиону и отмахнулась.       — Мне нужно было прикрытие. Пока мы с Андреем копили деньги, мне требовалась причина, по которой отец не заставил бы меня встречаться с выпускниками Дурмстранга или заместителем министра магии Болгарии, — она закатила глаза. — Но теперь мы с Андреем сбежим в следующем месяце, — закончила Катя, улыбнувшись.       — И… Андрея устраивала эта договорённость? — Гермиона постаралась, чтобы в её голосе не слышалось осуждения на следующей фразе: — Ты целовалась с другим мужчиной ради газет.       Катя засмеялась.       — В первый раз это прошло легко. Но со вторым поцелуем у Андрея возникли небольшие проблемы.       Слушая разносившийся по кафе смех Кати, Гермиона вспомнила образ Драко, прижимающего болгарку к кирпичной стене, его руки в её волосах и на бёдрах. Голос Виктор вывел её из воспоминаний.       — Но Драко спрашивал разрешения. Он говорил, что ему нужно нечто большее, но лишь единожды.       — Для чего? — тихо спросила Гермиона. Она знала ответ, но отчаянно хотела его услышать.       Захлопав ресницами, Катя быстро бросила взгляд в сторону и затем снова посмотрела на Гермиону.       — Для своего отца.       Грейнджер сглотнула, услышав в своей голове слова, которые так хорошо запомнила:       …отправляясь на свидания с этой полукровкой из Болгарии каждый раз, когда ваше совместное колдо появлялось в газете.       Гермионе стало нехорошо. Официант поставил перед ней салат, и Катя принялась болтать о благотворительном проекте, которым будет заниматься в этом году. Гермиона давала односложные ответы, не доверяя своему голосу.       Когда они попрощались, пообещав поддерживать связь, Гермиона окликнула её.       — О, Катя?       Девушка обернулась, ветер медленно развевал её волосы.       — Драко когда-нибудь дарил тебе подарки? Книгу в подарочной упаковке?       Катя удивлённо моргнула.       — Нет. Не припоминаю ничего такого.       Кровь Гермионы закипела, но она улыбнулась болгарке на прощание и, весело махнув рукой, развернулась на каблуках, направляясь обратно в свой кабинет.

***

      Двери лифта открылись, и Гермиона заметила Блейза, который, облокотившись на стойку администрации, флиртовал с Мелоди. Увидев выходящую Грейнджер из лифта, девушка выпрямилась, и с её лица исчезла улыбка. Блейз повернулся к Гермионе и что-то сказал, но она проигнорировала его и направилась в дальний кабинет в левом углу офиса.       Его дверь была приоткрыта, поэтому Гермиона не стала узнавать у секретарши, занят ли он. Она вошла, закрыв за собой дверь.       Малфой посмотрел на неё, и она заметила, как он кинул взгляд на закрытую дверь и сглотнул.       — Да, Грейнджер? — Драко вернул свой взгляд к бумагам.       — Только что у меня была очень интересная встреча.       Подняв голову, он оглядел её с головы до ног.       — С кем же?       — С Катей.       Он выдержал её пытливый взгляд.       — О, — Малфой слегка пожал плечами, — не знал, что она в городе.       Гермиона кипела от злости. Она вытащила палочку и пробормотала «Силенцио».       — Не надо… — Драко стиснул зубы, — Пожалуйста, не ставь заглушку на кабинет.       — Но я хочу наорать на тебя, — прошипела она.       — Если я буду знать, что нас никто не услышит в закрытом помещении, то мне будет труднее продолжать разговор, — покраснев, выпалил он.       Её сердце едва не замерло от этой фразы, но натянутая нить ярости в ней взяла верх. Гермиона отменила заклинание и глубоко вздохнула.       — И где же книги?       Он уставился на неё.       — Книги?       — Книги! — она немного повысила голос. — Книги в подарочной упаковке!       Малфой поёрзал на стуле.       — Если это были подарки, то я уверен, что подарил их…       — Сегодня Катя сказала, что так и не получила ни одной книги! — Гермиона прошлась по кабинету. — Я упаковывала книги в подарочную упаковку для твоей девушки, и сейчас я узнаю, что Катя не твоя девушка и, мало того, никогда ею не была, так ещё она не получала книги! — Грейнджер понизила голос. — Я хочу знать, что с ними случилось.       Драко изучал её, приподняв бровь.       — Ты действительно так рассержена из-за этих книг?       — Да! — она немного снизила громкость голоса. — Я в бешенстве из-за этих книг, — прошипела она. Грейнджер компенсировала невозможность кричать яростной жестикуляцией.       — Разве я не купил их?       — Да, но…       — Значит, после покупки я вправе делать с ними всё, что мне заблагорассудится?       Она свирепо посмотрела на него, наблюдая за тем, как он сжимает пальцы в кулаки, положив локти на стол.       — Я потратила драгоценное время и усилия, упаковывая эти книги для Кати, и теперь слышу, что она никогда не получала их. Итак, я хочу знать, в чём был смысл! — шёпотом прорычала она.       — Прошу прощения, — начал Драко с ноткой превосходства, которая заставила её внутренности закипать, — но у меня сложилось впечатление, что упаковка подарков в «Корнерстоуне» — это услуга, оказываемая клиенту, — он ухмыльнулся ей. — Я не знал, что нужно указывать получателя при покупке.       У неё отвисла челюсть, и Гермиона сузила глаза.       — Знаешь что, Малфой? — прошипела она. — Теперь, когда ты упомянул об этом, упаковка подарков — это не бесплатная услуга. На самом деле она стоит два кната, — она оперлась руками о его стол. — Я совсем забыла об этом, потому что никто ещё не был настолько идиотом, чтобы попросить завернуть книгу!       Она начала повышать голос, поэтому ей пришлось глубоко вздохнуть, но не останавливаясь просверливать в Малфое дыру. Драко остался сидеть в кресле и не сводил с неё глаз. Затем он потянулся в карман своей мантии и вытащил мешочек.       — Два кната, говоришь?       Она подавилась воздухом.       — Даже не смей пытаться заплатить мне.       — Я плачу не тебе, а «Корнерстоуну».       — Я не хочу, чтобы ты платил!        — Тогда чего же ты хочешь?! — его голос, наконец, взлетел выше привычного уровня громкости. Малфой развёл руки в стороны, и его щёки порозовели.       Тяжело дыша, Гермиона смотрела на него с другой стороны его чёрного мраморного стола и на мгновение задумалась, почему он до сих пор не поднялся из-за стола. Обычно в такие моменты спора Малфой прижимал её к стене…       Она глубоко вздохнула и отошла на шаг от стола.       — Я просто хочу знать, в чём был смысл.       Гермиона смотрела, как Малфой сделал ровный вдох и, наконец, ответил:       — Это был способ провести с тобой лишние три минуты.       Её сердце бешено колотилось о грудную клетку, и Гермиона встретилась с глазами Драко. Их серый цвет был теплее, чем обычно. Она медленно выдохнула.       — Что-нибудь ещё, Грейнджер? — Малфой моргнул, и его глаза вновь стали нейтральными. Не холодными, но и без той теплоты.       Чувствуя, как горят щёки, Гермиона посмотрела на его стол.       — Да… То есть нет, это всё, — она опустила взгляд. — Да, это всё, — пробормотала Гермиона и направилась к двери. Она не могла вспомнить, за что ещё она должна была на него накричать.       — Увидимся завтра.       Она остановилась в дверях.       — Завтра суббота.       Драко поднял на неё свой безэмоциональный взгляд.       — Бал попечителей.       Она моргнула, глядя на него.       — Я не собиралась… я не пойду.       Он прищурился.       — Разве ты не получила приглашение?       — Я… — начала Гермиона. — Это предложение прийти, а не необходимость!       Малфой постучал костяшками пальцев по столу.       — Как старший консультант и одна из движущих сил «Малфой Консалтинг», ты обязана быть там.       О да, это и было тем, за что она хотела наорать на него. Гермиона упёрла руки в бока.       — Ты имеешь в виду, я обязана быть там, как золотая девочка?       Драко посмотрел на неё.       — Прошу прощения?       Она шагнула в его сторону.       — Меня наняли старшим консультантом по связям с не-волшебниками, а не лицом «Малфой Консалтинг Групп».       — О чём ты говоришь, Грейнджер?       — Я знаю о Вентворте, — отрезала она. Гермиона понизила голос, отходя от двери, и продолжила. — Ты использовал меня, чтобы заставить Вентворта подписать контракт, и я уверена, что таких, как он, — бесчисленное множество! Ты сказал ему, что я буду работать в «М.К.Г.» ещё до того, как эта идея пришла мне в голову. Я знаю, что ты использовал моё имя и мою репутацию, чтобы улучшить свою собственную, так же, как ты использовал Катю, и я устала от всего этого, — прошипела Гермиона.       — Вполне возможно, я сказал, что предлагаю тебе эту должность, — ответил Драко, приподняв бровь, — но я не припомню, чтобы говорил Вентворту, что ты подписала контракт.       — Но ты же не… — запнувшись, она прошептала: — Но ты не предлагал мне эту должность. Ты просто сказал тост и поднял бокал шампанского, — она скрестила руки на груди.       — Это то же самое, — махнул Драко рукой, растерянно нахмурившись.       Она фыркнула.       — Послушай, Малфой. Я с радостью буду защищать тебя перед всеми, кто в тебя не верит, и писать рекомендательные письма. Я счастлива отстаивать интересы этой компании и того, что она делает. И я также с удовольствием помогу тебе оставить след в этом мире, но не смей ничего обо мне предполагать, не спросив!       Она рвано втянула воздух. Вот так. Дело было сделано. Гермиона посмотрела на Драко, и он поджал губы.       Встав с кресла, он начал наступать на неё, медленно обходя стол.       — Единственное, что я предполагал о тебе, Грейнджер, так это то, насколько глупо тебя недооценивали в Министерстве, — его глаза вновь вспыхнули, и Гермиона шагнула вправо, хватаясь руками за одно из кресел для посетителей, когда Драко приблизился. — Я предполагал, что Министерство уничтожит тебя, как уничтожает всех мечтателей. И я предполагал, что ты достойна большего.       Выровняв дыхание, Драко остановился в двух шагах от неё.       — Ты пришёл ко мне с проектом оборотней, зная, что я не смогу устоять…       — Да, я рассказал тебе о проекте, чтобы заманить к себе. Чтобы показать, на что ты можешь быть способна. На что мы способны, — Драко подошёл ближе, становясь возле кресла. — Мне плевать на оборотней.       Она должна рычать на него и ругать за лицемерие.       Но вместо этого Гермиона вздрогнула.       Драко заметил это, и его глаза сверкнули, как раньше.       — Ты… Ты не должен был говорить людям, что я возглавляю этот отдел, не зная наверняка.       — Я создал его для тебя, — прошептал он, и Гермиона увидела, как его глаза скользнули по её лицу, пока она пыталась отдышаться. — Без тебя в «Малфой Консалтинг» не было бы отдела по связям с не-волшебниками. Он был создан для тебя и только ради тебя. Чтобы дать тебе именно то, чего ты хотела.       Его колени касались кресла, и она вцепилась в спинку, держа её как щит между ними. У неё пересохли губы. Гермиона облизала их и пожалела об этом, увидев, как глаза Драко переместились от её глаз вниз.       — В следующий раз, — прошептала она, — просто спроси меня, хочу ли я этого.       Её слова пронеслись сквозь пространство между ними, как туман. Гермиона смотрела, как Драко вдыхает их, и словила себя на мысли, что она забыла, о чём вообще они разговаривали. Увидев, как он кивнул, Грейнджер почувствовала, что воздух вокруг них изменился, словно они наконец поняли друг друга.       Малфой глубоко вздохнул, и она увидела, как огонь в его глазах рассеивается.       — Я бы хотел, чтобы ты сопровождала меня на балу попечителей, — он судорожно сглотнул. Гермиона сдержалась от того, чтобы не прикусить щёку, услышав его просьбу. Драко продолжил: — Там будут присутствовать несколько человек, которые будут иметь большие связи не только для «Малфой Консалтинг», но и для тебя лично.       Настала её очередь сглатывать.       — Я… мне нечего надеть.       Легкая улыбка коснулась его губ, и он сделал шаг назад.       — Я уверен, мы сможем попросить Пэнси что-нибудь подготовить.       Драко вернулся к своему столу, подальше от неё. Гермиона всё ещё сжимала спинку кресла.       — Она в Италии. К тому же она… — теперь Гермиона смогла глубоко вздохнуть, когда Малфой был далеко от неё, — она работает над проектом.       Малфой в размышлении остановился и тихо выругался.       — У тебя действительно дома ничего нет?       — Ну, я имею в виду, если это будет социально приемлемо — надеть то же самое платье, в котором я была на новогоднем мероприятии, то…       Это явно было не то, о чём следовало говорить. Она увидела, как Малфой повернулся к ней с горящими глазами. Он быстро оглядел её, прежде чем отвернуться, и, прочистив горло, спросил:       — Откуда у тебя то платье?       — Это был… маленький магазинчик в Косом переулке, я не помню его название.       — «Дезрозье»? — спросил Драко, подходя к камину.       — Думаю, да, — Гермиона смотрела, как он бросает летучий порох в камин и произносит название магазина.       Из огня показалась худая женщина с длинными седыми волосами, и её морщины разгладились, когда она, лучезарно улыбнувшись Драко, поприветствовала его как старого друга. Вдруг Малфой заговорил с ней по-французски.       Гермиона никогда не слышала более восхитительных звуков.       Она снова вцепилась в спинку кресла. Его голос понизился, произнося иностранные слова, и Гермиона тщетно пыталась уловить их смысл. Драко жестом подозвал её и сдвинулся в сторону.       — Мисс Грейнджер! — ахнула женщина. — Да, мадемуазель, у меня, кажется, есть ваши мерки, — она продолжила говорить с Драко по-французски. Он ответил, затем они над чем-то засмеялись. Гермиона нахмурилась.       Закончив диалог, женщина исчезла, послав воздушный поцелуй, а Малфой отошёл от камина.       — Они пришлют тебе платье завтра днём. Оно будет немного похоже на твоё новогоднее платье.       Он вернулся к своему столу и схватил перо, чтобы написать записку.       — Пришли мне счёт, — произнесла Гермиона.       Малфой усмехнулся.       — Конечно.       Совершенно неубеждённая, она прищурилась и зыркнула на него. Гермиона наблюдала, как чёлка упала ему на глаза, пока он писал, склонившись над столом. Драко больше ничего не сказал ей, и она решила уйти.       Грейнджер направилась к двери, но едва ступив в её направление, остановилась, услышав его вопрос.       — А чем отличается твоё партнёрство с Пэнси? Она ведь также использует твоё имя и репутацию.       Она повернулась к нему.       — Это совсем другое.       Драко, вероятно, решив расставить все точки над «i», посмотрел на неё.       — Отчего же?       — Она… Я получаю кое-что взамен. Это помогает её имиджу так же, как и моему.       — Значит, ты получаешь недостаточно от наших отношений, Грейнджер? — сказал он, встав из-за стола.       Грейнджер понятия не имела, как ему удалось высосать весь воздух из помещения всего несколькими словами и взглядами.       — Это не… — Гермиона отвернулась от него.       — Я дам тебе сниджетов.       Её глаза метнулись к нему. Малфой засунул руки в карманы и продолжил:       — Предлагаю перенести дату суда.       — Я не… И ты не… — заикалась она, уставившись на Малфоя.       — Хочешь проект по интеграции маглорождённых? Он одобрен.       Грейнджер удивлённо моргнула и, открыв рот, так же быстро закрыла его.       — Или, — продолжил Драко, — любой другой проект, который ты захочешь. Все. Я полностью их поддержу.       Её сердце бешено колотилось в груди. Гермиона не знала, как заставила его провести с ней переговоры. Драко медленно приближался к ней. Она пожалела, что отошла от того кресла.       — Но ты должна понимать, что люди хотят видеть не Драко Малфоя на этих вечеринках, благотворительных приёмах и званых обедах. А Гермиону Грейнджер, активистку, героиню войны, золотую девочку. Тебе придётся использовать свою известность, чтобы получать то, что хочешь.       Драко остановился перед ней, достаточно близко, чтобы дотронуться. Она дышала так ровно, как только могла…       — Возможно, тебе придётся научить меня этому, — сказала Гермиона, посмотрев на Драко из-под ресниц.       Его челюсть щёлкнула. Малфой глубоко вздохнул, и девушка заметила, что его руки всё ещё находились в карманах — он намеренно держал их подальше от неё.       — Мы можем начать завтра вечером, — прошептал он.       Она кивнула. Драко посмотрел на свои туфли и отступил.       — Твой болгарин будет там, — он проверял её реакцию.       — Виктор? — Гермиона вскинула брови. — На балу попечителей?       — Угу, — промычал Драко, — Там ты сможешь поговорить с ним о сниджетах. Постарайся заручиться его поддержкой.       Грейнджер прикусила губу, обдумывая его слова.       — Замечательно, — произнесла она, обводя взглядом пол.       — На балу также будут присутствовать ещё несколько человек, которых, как мне кажется, ты могла бы привлечь на свою сторону по любому из наших проектов. Я могу вас познакомить.       Гермиона подняла на него глаза.       — Хорошо.       — Увидимся завтра в семь, — произнёс Драко, скользнув взглядом по её лицу.

***

      Она получила платье в субботу утром в коробке, которую она узнала с прошлого раза, когда «Дезрозье» доставили ей платье на новогоднюю вечеринку. Грейнджер сняла крышку и развернула обёрточную бумагу, отчаянно желая поскорее узнать, какое платье Драко выбрал для неё.       У Гермионы перехватило дыхание, когда её пальцы заскользили по великолепнейшему шёлку.       Платье было золотым.