Правильное решение/Неправильные вещи

      В субботу утром Гермиона рассказала Морти о бале и спросила, может ли он отпустить её сегодня вечером на час раньше, чтобы она могла отправиться домой и подготовиться.              — Ни в коем случае, — нахмурился мистер Хайндс. — Ты уйдёшь в полдень, юная леди.              Она моргнула.              — Прошу прощения?              — Бал в честь дня Святого Валентина — огромное событие! Я не хочу, чтобы ты шаталась по книжному магазину, когда должна готовиться к мероприятию!              Грейнджер изумлённо уставилась на него.              — Я… Ну, мне не нужно много времени. Я бы не хотела доставлять вам неудобства…              — И не беспокойся по поводу завтрашнего дня, — Морти взмахнул рукой, начиная подниматься по лестнице в квартиру. — Тебе нужно будет восстановить силы!              — Что? Нет, Морти. Завтра я буду!              — Даже не думай об этом! — крикнул он ей в ответ.              Она надула губы.              — Хорошо! Но я приду к полудню!              Дверь в его квартиру захлопнулась, и Грейнджер нахмурилась.              Морти вытолкнул её из магазина в двенадцать. Появившись дома, Гермиона приняла душ и готовилась к приходу Дафны и Трейси.              Уходя с работы, Грейнджер послала им сову и спросила, помогут ли они ей подготовиться к балу, если она им заплатит.              Это было странно — видеть их вдвоём без Пэнси. Паркинсон всегда болтала и сплетничала о старых друзьях, поэтому, когда Трэйси включила музыку с помощью своей волшебной палочки, Гермиона решила сидеть молча.              — Сегодня поднимем волосы наверх или оставим распущенными? — спросила Трейси, нарушая тишину.              — Э-э… — пробормотала Грейнджер. Её платье было схоже с нарядом на новогоднюю вечеринку. В тот вечер Джинни заставила её накрутить локоны, несмотря на протесты Гермионы собрать их в причёску.              — Какое у тебя платье? — спросила Дафна, смешивая тональные кремы, чтобы найти подходящий оттенок для кожи Гермионы.              — Золотое в пол.              — Может, пойдёшь и наденешь его? — спросила Трейси с широко раскрытыми глазами. Дафна же была больше заинтересована соответствием тона макияжа.              — Э-э… да, хорошо…              Гермиона прошла в свою комнату и надела золотое платье, которое ещё не примеряла. Шёлковая материя прохладно заскользила по коже. Она планировала изменить цвет её новогодних туфель в золотой, чтобы надеть их вместе с новым платьем.              Грейнджер вышла из своей комнаты. Трейси восхищенно вздохнула, а Дафна выглянула из-за её плеча и послала Гермионе слизеринскую ухмылку.              Она прошла в гостиную, где освещение было лучше.              — Я знаю, мне придётся подобрать другой бюстгальтер, — произнесла она, разворачиваясь. Платье было с открытой спиной, как и белое, но спереди немного отличалось.              Как только Трейси снова заговорила о выборе причёски, камин затрещал, и из него высунулась голова Джинни. Её глаза расширились.              — Что, чёрт возьми, на тебе надето?! Что это?! — у неё отвисла челюсть.              — Я… Джинни! — Гермиона подпрыгнула, — Что ты здесь делаешь?              — А что делаешь ты? Я уехала из города всего на три дня, а ты уже успела стать королевой Англии?              — Я собираюсь на бал в честь дня Святого Валентина.              Джинни восторженно вздохнула.              — С Малфоем?              Глаза Гермионы чуть не выскочили из орбит. Джинни не могла видеть Дафну и Трейси из камина в гостиной, а Гермионе так и не удалось поговорить с ней на этой неделе.              — С… «Малфой Консалтинг», да, — пробормотала Гермиона.              Она мельком взглянула на Дафну и Трейси. Трейси ухмылялась, нагревая плойку для волос, Дафна же вздёрнула удивлённо бровь.              — Мерлинова борода, Гермиона, — Джинни снова оглядела её с ног до головы. — Может, мне следует научить тебя противозачаточным чарам, прежде чем ты уйдёшь на бал?              Джинни пошевелила бровями, и Гермиона застыла с открытым ртом. Она услышала, как Трейси фыркнула.              — Я… я… — заикалась Гермиона. — Дафна и Трейси помогают мне с причёской и макияжем.              Последняя подошла к камину и приветственно махнула рукой.       — О, привет, — произнесла Уизли так, словно присутствие девушек её нисколько не беспокоило.              — Ладно, Джинни, ты что-то хотела? — Гермиона почувствовала, как начало гореть её лицо, и поняла, что Дафна сможет увидеть это, когда начнёт наносить макияж.              — Я просто хотела сообщить тебе, что вернусь домой сегодня вечером. Завтрашний матч перенесён из-за погоды, — сказала Джинни. — Но, похоже, тебя не будет дома!              — О, хорошо. Увидимся, когда я вернусь, — сказала Гермиона, отчаянно желая снять платье.              — Повеселись! И не делай ничего такого, чего бы не сделала я, — Джинни подмигнула ей и исчезла в пламени.              Гермиона закрыла глаза. Когда она открыла их, Трейси смотрела на неё, пряча улыбку.              — Итак. Распускаем или поднимаем?              — Ну… Может быть, поднимем? Или, если распустить, всё же будет лучше?              Гермиона уловила голос у своего уха, шепчущий: «Никогда не делай этого», когда Драко распускал её волосы из хвоста. Грейнджер посмотрела на ухмыляющуюся Трейси, и ей почудилось, что она тоже его услышала.              — Давай совместим.              Гермиона переоделась из золотого платья в халат и, вернувшись в кресло гостиной, позволила девочкам продолжить. Дафна начала наносить на неё тональный крем, а Гермиона пыталась не краснеть.              Она отстранилась, глядя на неё сверху вниз.              — Грейнджер, это засосы?              Гермиона посмотрела на неё с ужасом, когда Дафна уставилась на её шею.

***

      В семь часов вечера она появилась в холле особняка председателя попечительского совета Хогвартса и он был таким же большим, как и в Малфой Мэноре, однако вместо холодного мрамора и снежинок её встретили уютные гобелены и трепещущие сердечки.              Направившись ко входу с развевающимися занавесками, перевязанными виноградными лозами и украшенными низко висящими фонариками, она присоединилась к очереди прибывающих гостей.              Гермиона поняла, что у неё нет приглашения. Как и сопровождающего. На новогоднее мероприятие ей прислали приглашение, и она даже принесла его с собой на случай, если Нарциссе понадобится его увидеть. Теперь Гермиона просто шла к освещённому свечами входу с группой людей, не имея ничего, кроме воспоминания о записке на своём столе.              Подойдя ближе, она увидела, что списка нет, и никто не проверяет приглашения, но она всё ещё понятия не имела, кто стоит у входа и пожимает руки гостей. Это был седобородый джентльмен с добрыми глазами, а также, по всей видимости, его весьма молодая жена, которая висела у него на руке, словно портмоне.              — Мисс Грейнджер! — воскликнул мужчина и лучезарно улыбнулся ей, и Гермиона улыбнулась в ответ.              Он пожал ей руку и представил жене. Женщина протянула ладонь, как понравилось бы мадам Мишель, и Гермиона ответила ей тем же.              — Для меня большая честь быть здесь сегодня. Спасибо, что пригласили «Малфой Консалтинг Групп».              — Конечно-конечно! — он с гордостью похлопал себя по груди. — Мы так восхищены тем, что делаете вы и молодой мистер Малфой.              Грейнджер вежливо кивнула, заметив, что из всех консультантов «Малфой Консалтинг» он выделил только её.              — Полагаю, мистер Малфой уже внутри. Пожалуйста, наслаждайтесь вечером, мисс Грейнджер.              Она улыбнулась и, шагнув за шёлковый занавес, оказалась на втором этаже большого бального зала, который освещали двенадцать люстр. Перед ней находились две лестницы, которые огибали стороны помещения.              Она как раз обдумывала, были ли они практичными или сделаны лишь для красоты, когда Драко появился у подножья лестницы справа от неё.              И всё было решено.              Опустив одну руку на перила, второй же Гермиона приподняла шёлковую ткань на бедре, чтобы не споткнуться, и сошла с площадки. Она не сводила глаз с ухмыляющегося Драко, который был одет в белый костюм.              Малфой позволил своему взгляду скользить по её фигуре, прежде чем снова взглянуть на её лицо. Грейнджер почувствовала, как от шеи вверх ползёт румянец, а затем раздалась вспышка слева от неё. Гермиона повернула голову и увидела стоящих посередине двух лестниц Скитер и её колдографа.              — Мисс Грейнджер! Вы выглядите изумительно! — взвизгнула Рита. — Скажите мне, назначено ли у вас свидание в этот день Святого Валентина с кем-то особенным?              Гермиона замерла на лестнице. Она открыла рот и, издав непонятный сдавленный звук, закрыла его.              Грейнджер повернулась к Драко, всё ещё наблюдавшему за ней на расстоянии четырёх ступеней.              Как унизительно. Это ведь не свидание. Или нет?              Каким должен быть её ответ в этот момент?              Драко посмотрел вниз. Гермиона заметила, как он начал пятиться назад, словно собираясь отойти от лестницы. От неё. Отойти в сторону и исчезнуть прямо сейчас.              Гермиона повернулась к Скитер.              — Я отказываюсь отвечать на этот невероятно провокационный вопрос, Рита, но если вы хотите сделать снимок меня, уходящей под руку с Драко Малфоем, то не стесняйтесь.              Глаза Скитер расширились, и в них плескался жадный огонёк. Бозо быстро поднял камеру, и Гермиона, обернувшись, увидела, как сверкнули глаза Драко.              Она спустилась по последним четырём ступеням и, убрав ладонь с перил, вложила её в протянутую руку Драко.              Его тёплые пальцы сжали её ладонь, и в этот момент раздался щелчок камеры. Когда она сошла с последней ступени, Драко, притянув её ближе и развернув, направился прочь от Скитер, и тогда Гермиона увидела, что его белый костюм расшит золотой нитью.              Она усмехнулась, опустив взгляд на свои туфли. Подведя её к подносу с шампанским с клубникой на дне, Драко протянул ей бокал и собирался что-то сказать, когда знакомый голос привлёк её внимание.              — Мисс Гермиона Грейнджер!              Повернувшись, Гермиона увидела розовощёкого профессора Слизнорта, который приближался к ним со стаканом бренди в руках, расплёскивая напиток через края.              — Профессор!              Грейнджер едва успела рассмотреть его, как он быстро поцеловал её в щёку. О Боже.              — Мисс Грейнджер! Вы неотразимы, моя дорогая! — Гораций перевёл взгляд на Драко. — И мой любимый слизеринец. Только не говорите об этом мистеру Забини, — прошептал он.              — Даже не думал об этом, — ухмыльнулся Драко и пожал ему руку.              — Я так и знал, — икнул Слизнорт. — Я знал, что в тот год собрал отличную команду для Клуба Слизней! Дико успешная консалтинговая фирма, в которой работает не один, а трое моих студентов!              Гермиона поджала губы, удерживаясь от упоминания о том, что в тот год Драко думал совершенно о другом…              — О! — загорелся Слизнорт. — Я хочу вас кое с кем познакомить, мисс Грейнджер, — он отвернулся, жестом приглашая их следовать за ним. — Она закончила Хогвартс раньше вас, но, думаю, вы бы хотели заполучить её контакт.              Они последовали за Горацием. Сняв руку Гермионы со своего локтя, Драко положил ладонь ей на поясницу.              Это было намного хуже. Прохладный шёлк её платья сразу же нагрелся от его прикосновения.              Решив плыть по течению, Гермиона начала беседовать с подругой Слизнорта. Спустя тридцать минут она удивилась, как профессору ловко удавалось вести их по залу, представляя четырём гостям, которые могли бы стать отличными спонсорами или клиентами для «Малфой Консалтинг». Гермиона отпила шампанского и прониклась ещё большим уважением к Горацию.              На протяжении всего вечера Драко держал руку на её спине. Грейнджер не могла сказать, что было хуже — когда его ладонь находилась так низко на изгибе поясницы, что она могла чувствовать пробегающее по всему телу электричество при каждом движении, или же когда Малфой поднял руку немного выше во время беседы с вампиром-романистом, словно случайно касаясь большим пальцем её обнажённой кожи, что заставляло её покрываться мурашками.              — Ах, мистер Бакворт! — голос Слизнорта вырвал Грейнджер из раздумий. — Мистер Бакворт, познакомьтесь с моими друзьями.              К ним подошёл широкоплечий мужчина примерно того же возраста, что и её дедушка, и протянул руку Слизнорту. Гермиона почувствовала, как Драко напрягся рядом с ней, и быстро взглянула на него, замечая, что его взгляд сосредоточен исключительно на мистере Бакворте.              — Мистер Бакворт, вы ведь знакомы с моим другом Драко Малфоем? — Гораций жестом указал на Драко рукой, которой держал бокал с бренди. Возможно, ей показалось, но Гермиона почувствовала, как на её ногу попала капля напитка.              Бакворт посмотрел на Драко.              — Мальчик Люциуса? Конечно-конечно! Вы произвели настоящий фурор! — Бакворт улыбнулся и пожал Малфою руку.              При упоминании Люциуса Гермиона сконцентрировалась на Драко, ожидая, что его глаз дёрнется или он разозлится от того, что его назвали «мальчиком Люциуса». Но Драко усмехнулся и с энтузиазмом ответил на рукопожатие.              — Спасибо, мистер Бакворт. Мой отец очень тепло отзывается о вас. А вы, конечно, знаете Гермиону Грейнджер?              Она почувствовала лёгкий толчок в спину и, шагнув вперёд, пожала руку другу Люциуса Малфоя. Второй день подряд звук её имени из уст Драко затормаживал её мозговые процессы.              — Какая честь! — добродушно улыбнулся мистер Бакворт, и Гермиона оценила то, что его взгляд не скользил по её телу, как делали в этот вечер многие представленные ей гости мероприятия. — Ретт Бакворт, мисс Грейнджер.              — Приятно познакомиться, мистер Бакворт! Вы познакомились с Горацием в Хогвартсе?              — И да, и нет, — мужчина усмехнулся, а Слизнорт сделал глоток бренди. — Несмотря на то, что я был ужасным учеником в Хогвартсе, мне выпала честь после окончания школы поработать с Горацием в разработке зелий.              — О, прекрасно, — протянула Грейнджер.              — Скажите, мистер Бакворт, вы всё ещё поддерживаете связь с Джеффри Таунсендом?              Гермиона посмотрела на Драко. Она узнала этот блеск в его глазах, но тот был таким слабым, что, вероятно, никто кроме неё не заметил его.              — Джеффри? — мистер Бакворт наклонился вперёд, словно не расслышал. — Боже мой! Я не видел его много лет! Прекрасный зельевар, не правда ли, Гораций?              Слизнорт что-то пробормотал в свой стакан.              — Грейнджер встречалась с ним на прошлой неделе, — сказал Драко, и Гермиона моргнула. Разве он не присутствовал на том ужине? Взглянув на неё, он едва заметно кивнул, но Гермиона не могла правильно растолковать его жест.              — Это правда? — спросил мистер Бакворт. — Он всегда любил побеждать меня в квиддиче на школьных матчах. Как поживает старик?              Гермиона повернулась к мистеру Бакворту.              — У него всё замечательно, и мы прекрасно провели время за встречей, — она почувствовала, как Драко слегка надавил рукой на её спину. Она сделала попытку: — Мы обсуждали мой текущий проект — политику оборотней. Уже в следующем месяце мы передадим дело в Визенгамот и попытаемся получить равные права на работу и образование для оборотней. Мистер Таундсенд был весьма щедр и пообещал выделить значительную сумму для реализации данного проекта.              — Правда? — протянул мистер Бакворт, и Гермиона увидела, как губы мужчины скривились, а глаза сузились. Неужели она сказала что-то не то? — Значит, Джеффри всё ещё разбрасывается деньгами?              Драко усмехнулся рядом с ней. Гермиона чувствовала, что что-то ускользает от неё. Разве она не должна была поднять вопрос о сборе средств?              — Сколько он пообещал? — прищурившись, спросил мистер Бакворт.              Гермиона моргнула.              — Я думаю, примерно половину, — добавил Драко, глядя на Гермиону сверху вниз, словно нуждаясь в подтверждении своих фактов. В его глазах всё ещё горел огонёк, и Грейнджер узнала его. Она уже видела его раньше. Это означало, что он выигрывает.              — Ну естественно, — пробормотал мистер Бакворт. Малфой посмотрел куда-то поверх плеча Гермионы, потом снова перевёл взгляд на неё. — На следующей встрече скажите ему, что его старый приятель Ретт поддержал ваш проект той же суммой, — он посмотрел на Драко. — А так же, что он послал прекрасную корзину фруктов, которая будет доставлена в понедельник утром.              Что… Что только что произошло?              Малфой усмехнулся и сказал что-то о великодушии мистера Бакворта и пожал ему руку. Они пошутили, что любимый фрукт Драко — это клубника в шоколаде, и Гермиона снова почувствовала, как его большой палец провёл по её коже. Как похвала.              Слизнорт привлёк внимание мистера Бакворта старой историей о флоббер-червях, и Гермиона повернулась к плечу Драко.              — Я понятия не имею, что только что произошло, — прошептала она.              — Ты только что обеспечила сбор средств для своего первого проекта, Грейнджер, — его дыхание коснулось её макушки и шеи.              — Но я… я же ничего не сделала.              — Ты была идеальна.              Он учил её, как и обещал.              Гермиона обрадовалась факту, что «М.К.Г.» только что получила финансирование для дела оборотней. Она была немного сбита с толку, не понимая, как они это сделали, но от восторга у неё слегка кружилась голова.              Когда Слизнорт привлёк внимание проходящего мимо джентльмена, Драко наклонился и прошептал ей на ухо:              — Мне нужно ещё кое о чём поговорить с Горацием, а этот мужчина — самый молодой попечитель Хогвартса. К тому же — маглорождённый.              Гермиона посмотрела в его серые глаза и кивнула. Это была её возможность обсудить программу интеграции маглорождённых с кем-то, кто действительно мог её поддержать.              Драко пожал попечителю руку и отошёл в сторону вместе со Слизнортом, — его ладонь соскользнула с её спины, и большой палец задел кожу — когда Гермиона представилась. Краем глаза она увидела, как Драко задал Горацию вопрос, и глаза последнего широко раскрылись, и затем он закивал головой. Профессор отвёл Драко подальше, и Гермиона вновь сосредоточилась на разговоре с попечителем Хогвартса.              Двадцать минут спустя, когда она прощалась с ним, обещая быть на связи, Драко всё ещё не вернулся. Она поставила пустой бокал из-под шампанского на поднос и, обернувшись, увидела, что посередине бального зала начали танцевать пары. Гермиона пробралась к колонне и оглядела помещение в поисках кого-нибудь знакомого с кем можно было бы поговорить.              — Мерлин, что за отрада для глаз!              Обернувшись, Грейнджер увидела Блейза, который приближался к ней, бегая глазами по её платью и волосам.              — Мои глаза выше, Блейз, — Гермиона указала на своё лицо.              — Невозможно оторваться.              Она оглядела его с ног до головы. На нём был розовый костюм. Гермиона моргнула, поражённая его смелостью.              — Очень в духе дня Святого Валентина, — отметила она.              — Ну, я предполагал, что большинство одиноких женщин будут в красном на Балу, — сказал Забини, прислонившись рядом с ней к колонне. — Я хотел убедиться, что буду органично смотреться на фотографиях.              Она усмехнулась.              — И каковы перспективы? Кто-то уже попался на твой крючок?              — Ты имеешь в виду, помимо тебя? — Забини подмигнул ей. — Здесь не хватает одиночек, — заныл он, глядя на танцующих. — Несколько тут и там, но мне никто не приглянулся. Даже Драко здесь с кем-то.              Она почувствовала, как кровь застыла в жилах, и улыбка сползла с её лица. Гермиона посмотрела на Забини, яростно разыскивая ложь в его словах.              — Что?              Блейз не сводил глаз с толпы.              — Какая-то шикарная модель в золотом платье.              Гермиона нахмурилась, её дыхание сбилось. Вот почему его костюм был расшит золотыми акцентными нитями — чтобы он подходил к золотому платью другой девушки. Зачем… Драко сейчас находился с ней?              Она повернулась в сторону танцпола, ища взглядом золото.              — Грейнджер.       Голос Блейза заставил её снова посмотреть на него. Она сжала губы, стараясь унять дрожь. Забини поднял бровь и ухмыльнулся ей.              — Я имел в виду тебя.              Гермиона моргнула, когда его полные губы расплылись в широкой улыбке. Его глаза прищурились, и он фыркнул.              — О… — она почувствовала, как вспыхнули её щёки. — Нет. Э-э… мы с Драко не…              Блейз рассмеялся.              — Мне кажется, у тебя проблемы, Грейнджер!              — Нет, я имею в виду… Я хотела сказать, что… — Склонившись, Забини упёрся руками в колени. Его смех разносился по всему залу.              — Это не так… — пробормотала Гермиона. Блейз выпрямился, вытирая выступившие от смеха слёзы.              — Мерлин, я рад, что мы всё выяснили. Думаю, первая девушка в золотом платье, с которой ты бы столкнулась, сразу же получила бы Аваду!              Грейнджер почувствовала, как горит её лицо, и покачала головой.              — Нет, я не имела в виду…              — Удачи тебе сегодня, Грейнджер, — Блейз сжал её плечо. — Не делай ничего такого, чего бы не сделал я, — он подмигнул и оставил её одну.       

***

      Чуть позже Гермиона нашла Драко, разговаривающего в другом конце зала с морщинистым седым мужчиной. Они стояли лицом друг к другу и вели, казалось, очень серьёзный разговор. Прежде чем у Грейнджер появилась возможность дойти до них, она столкнулась с несколькими людьми, с которыми познакомилась на новогодней вечеринке, и перекинулась с ними парой фраз.              Гермиона уже повернулась, чтобы ретироваться от особенно скучного собеседника, как её взгляд упал на стоящего в трёх шагах Виктора Крама, который ожидал, чтобы поговорить с ней.              Его глаза загорелись, когда она заметила его. Виктор улыбнулся, и Гермиона невольно ответила ему тем же.              — Гермини, — произнёс он, и девушка откинула голову назад, рассмеявшись от того, что некоторые вещи никогда не меняются.              Виктор взял её руку и поднёс к губам. Казалось, он не постарел ни на день: та же короткая стрижка, широкие шея и плечи, добрые глаза. Виктор был одет в тёмно-красную мантию, и когда он оторвал губы от её руки, Гермиона увидела его тёмно-карие глаза — такие же, как она помнила.              — Как у тебя дела, Виктор? — Грейнджер улыбнулась.              — Всё хорошо, — его глаза заскользили по её лицу. — Ти всё так же прекрасна.              Она покраснела.              — Ты всё ещё играешь за Болгарию, верно? Кстати, теперь я знаю немного больше о квиддиче, потому что познакомилась с большим количеством игроков!              — Да. Я виграл твоего Рональда Висли пару недель насад, — при упоминании Рона он посмотрел ей в глаза, а затем продолжил: — Ти работаешь с Драко Малфоем?              — Да, — ответила Грейнджер. — Я возглавляю отдел по связям с не-волшебниками.              — И что это сначит? — Виктор ухмыльнулся.              — Я помогаю магическим существам и маглорождённым, — она решила пойти ва-банк. — У меня есть в планах проект, который может заинтересовать тебя… — Гермиона посмотрела на него сквозь ресницы, увидев, что Виктор всё ещё смотрит на неё. — Ты что-нибудь знаешь о золотых сниджетах?              Десять минут лёгкой беседы, и Крам был согласен на всё, о чём бы Гермиона не попросила. Он кивал и соглашался со всякой несправедливостью по отношению к маленьким птичкам. Грейнджер сообщила ему, что напишет ему, чтобы получить некоторую огласку проекта, и Виктор был в восторге от мысли, что они снова будут на связи.       Гермиона собиралась упомянуть ещё один скучный факт о популяции золотых сниджетов, когда струнный квартет за её спиной начал играть новую композицию. Узнав мелодию, Гермиона обернулась, и снова повернувшись к Виктору, увидела его протянутую ладонь.              — Потанцуешь ещё рас со мной, Гермини?              Она кивнула и вложила свою ладонь в его руку. Он вывел её на танцпол, присоединяясь к другим парам. Они смотрели друг на друга, и Гермиона была так рада, что недавно повторила этот танец с мисс Трусдейл.              Играл французский вальс.              Виктор поклонился, не сводя с неё глаз.              Она улыбнулась ему и присела в реверансе, как только подошла очередь дам приветствовать партнёра. Гермиона подумала, что мисс Трусдейл могла бы гордиться тем, как элегантно она это сделала.              Виктор закружил её в вальсе, когда она, шагнув в его объятия, положила одну руку ему на плечо, а другую опустила в его ладонь. Он прижал её к себе, приподнимая над паркетом, и Гермиона хихикнула, когда Крам опустил её.              Это было легко. Танцевать с Виктором Крамом было так легко, словно и не было всех этих лет. Как будто не было войны, и Седрик Диггори всё ещё был жив… и Сириус, Римус, Снейп, Фред, и Дамблдор. Они развернулись друг к другу, а затем она сделала оборот, повернувшись направо, чтобы встретить другого джентльмена через две пары.              И её сердце остановилось, когда им оказался Драко Малфой. Снова. Он так же ухмылялся, как в прошлый раз.              Тот же танец. Та же мелодия. Те же партнёры.              Его глаза сверкнули, прежде чем Драко поклонился, как и пять лет назад. Когда он выпрямился, Гермиона хихикнула себе под нос и сделала реверанс так изящно, как только могла.              — Над чем ты смеёшься, Грейнджер?              Она выпрямилась и, встретившись с ним взглядом, улыбнулась.              — Над совпадениями.              Драко поднял правую руку. Гермиона поднесла свою ладонь к его, но не прикоснулась к нему, так же, как и пять лет назад. Только теперь по многим другим причинам.              — Я не верю в совпадения, — протянул Малфой. Они начали поворачиваться вокруг друг друга.              — О, неужели? — Грейнджер ухмыльнулась, думая, что, если бы он только знал…              — Я именно там, где и планировал быть. Точно так же, как и в прошлый раз, когда мы танцевали под эту мелодию.              Она замерла, её пульс подскочил. Малфой ведь не мог иметь в виду…              Гермиона наблюдала, как он ухмыльнулся ей и, сверкнув глазами, развернулся к своей первоначальной партнёрше.              — Гермини?              Она повернулась с остекленевшими глазами к Виктору и увидела его протянутую руку. Девушка приняла её как раз в тот момент, когда началось следующее движение.              Она не могла дышать. Она не могла…       Гермиона наступила Виктору на ногу, и он хмыкнул. Позволив ему вести танец, она искала глазами Драко, пытаясь разглядеть его среди танцующих.              Виктор поклонился. Танец уже закончился? Он ведь только начался. Гермиона присела в самом неподобающем реверансе и сказала ему, что ей нужно выпить и она сейчас вернётся.              Грейнджер развернулась и заскользила по толпе взглядом, не обращая внимания на голос с болгарским акцентом, спрашивающий, не хочет ли она, чтобы он принёс ей напиток.       Гермиона не могла дышать. Прижав руку к животу, нащупав золотистый шёлк, она свернула в тихий коридор.       В течение многих лет она думала о том, как сама судьба свела их на одно лишь мгновение на Святочном балу. Грейнджер вспоминала, как Драко смотрел на неё в ту ночь, и задавалась вопросом, о чём он думал в этот момент.              Она прислушивалась к стуку каблуков своих туфель. А затем появился ещё один звук — туфель из драконьей кожи.              Грейнджер не была готова. Она… Что он имел в виду?              Шаги ускорились.              — Грейнджер.              Она замерла в конце коридора, а Драко остановился прямо за ней.              — Я не хотел… напугать тебя или…              Она услышала, как он раздражённо откинул чёлку назад.              Гермиона хотела посмотреть на него, но не доверяла своей выдержке.              — Когда это началось у тебя? Пожалуйста, ответь мне, — прошептала она.              В ответ звучала тишина, и Гермиона ужаснулась. Может быть, он не это имел в виду…              — На четвёртом курсе.               В её груди нарастала паника, но та была восторженной. Гермиона обернулась и увидела на его лице выражение неприкрытого страха, вероятно, точно такого же, как и у неё.              — Я выиграла, — она ухмыльнулась.              Драко растерянно заморгал.              Грейнджер сокращала между ними расстояние, наблюдая, как темнеют его глаза.              — Ох, какая же ты глупая, — Драко потянулся к ней, и Гермиона чуть не рассмеялась, когда он поцеловал её.              Она цеплялась за лацканы его пиджака, шею и волосы, прижимаясь грудью к его торсу. Драко прильнул к губам Гермионы и, руками заскользив по шёлку платья, приподнял её.              Подойдя к двери, он пригвоздил Гермиону к ней, и опустил ручку. Ввалившись в маленькую гостиную, Грейнджер восстановила равновесие, и прижалась к закрытой двери спиной.              Драко тяжело дышал ей в лицо, и она услышала собственное сбивчивое дыхание. Его серые глаза заскользили по её телу, и Гермиона почувствовала сквозь шёлк, как его ладонь очерчивает её рёбра.       Осмотревшись, Гермиона заметила камин, кресла и диваны.              — Ты знал, что здесь находится гостиная? — она подозрительно посмотрела на Драко.              — Грейнджер, ты вела меня по этому коридору, а не наоборот, — он наклонился, приблизив свои губы к её. — Но да, я бывал здесь раньше. В прошлом месяце мы с мамой пили чай на этих креслах.              — Я скучаю по твоей матери.              — Давай поговорим о ней позже, ладно?              Она улыбнулась и прильнула к его губам. Её руки всё ещё путались в его волосах, и Гермиона, воспользовавшись возможностью, царапнула кожу его головы. Драко застонал, его ладони сжали её ягодицы, притянув ближе к своим бёдрам.              — Скажи мне, чего ты хочешь.              Его дыхание коснулось её губ, а руки заскользили по её телу, приближаясь к груди. Одна ладонь дотронулась до бюстгальтера, и Гермиона ахнула.              — Всё.              Он уронил голову ей на плечо и издал хриплый стон.              Гермиона резко втянула воздух, когда Драко, приподняв её, обхватил руками её талию и отстранился от двери. Девушка ухватилась за его плечо, и он понёс её вглубь комнаты. У неё было мгновение, чтобы рассмотреть камин и кресла, прежде чем она приземлилась на плюшевую кушетку.              Грейнджер старалась выровнять дыхание, но Драко сел рядом с ней и начал снимать свой пиджак.              О Боже, пожалуйста.              Её дыхание участилось, когда он приблизился к ней. Под мерцающим светом люстры над ними платиновые волосы Драко идеально переливались.              — Скажи мне, когда остановиться.              Грейнджер хотела рассмеяться, но Драко прервал её поцелуем. Он опустился коленями на кушетку и одной рукой упёрся в спинку, склоняясь над Гермионой, в то время как другой заскользил по её бедру вверх к груди. Она судорожно выдохнула ему в губы, когда он, проведя большим пальцем по чувствительной плоти через ткань платья, сжал её сосок.              — О Боже, Драко.              Он прикусил её губу, и Гермиона пискнула от пронзившей её жгучей боли. Малфой быстро отстранился, и она скользнула языком по укусу.       — Прости, — пробормотал Драко, вновь припав к её шее и продолжая ласкать Гермиону сквозь шёлк.              Она обняла его за талию, чувствуя, как дрожат его мышцы под её ладонями. Гермиона хотела, чтобы он был сверху и прижимался к ней. Почему Драко был так далеко?              — Ещё. Пожалуйста, Драко.              Он вздрогнул и усмехнулся в её шею. Гермиона развела ноги и, приподняв левую, почувствовала, как шёлк заскользил к талии. Её колено прикоснулось к его бедру, и Драко толкнулся вперёд. Он опустился на неё, прижимаясь к ней грудью, и Гермиона вздохнула.              — Лучше?              — Да, о господи.              Грейнджер чувствовала вливающийся в неё жар его тела. Их губы снова встретились, искушая Гермиону извиваться под ним, слыша срывающиеся стоны Драко. Ей нравились эти звуки. Она снова пошевелилась, и Малфой оторвался от её губ.              Просунув руку между их телами, он коснулся её груди, и Грейнджер застонала. Драко толкнулся в её промежность, и Гермиона вскрикнула, вцепившись в его плечи.              — Скажи мне, когда остановиться, — прошептал он ей в губы и снова двинул бёдрами.              Гермиона в третий раз встретила его бёдра своими и выругалась, чувствуя, как, простонав, вздрогнул Драко. Она снова приподнялась ему навстречу, но Малфой оставался неподвижен.              — Я не могу… Мне нужно… — пробормотал он.              Драко отстранился, и её охватил ужас. Но спустя мгновение он склонился над ней, и Гермиона почувствовала его горячую ладонь на своём левом бедре, скользнувшую под шёлк.              Она тяжело вздохнула, когда губы Драко скользнули к её шее. Гермиона уставилась на люстру, пока его пальцы очерчивали её живот, приближаясь к линии трусиков.              Он прикоснулся к её лобку поверх тонкой материи нижнего белья, и Грейнджер, повернув голову, втянула его мочку уха в рот. Она чувствовала тяжёлое дыхание Драко на своей шее, когда он снова коснулся её.              — Боже, пожалуйста. Пожалуйста-пожалуйста, — задыхалась она.              — Скажи мне… Скажи мне, когда остановиться.              — Почему ты… — она застонала, когда Малфой снова коснулся её промежности. — Зачем нам останавливаться? Что-то не так?              Драко посмотрел на неё сверху вниз. Его щёки порозовели, а лоб покрылся испариной.              — Если ты хочешь, чтобы я прекратил… Если ты захочешь остановиться… — он задыхался, смотря на неё сверкающими глазами.              — С какого чёрта нам нужно останавливаться?!              У Гермионы перехватило дыхание, когда взгляд Драко скользнул по её лицу.              — Это потому … потому что я девственница? — Грейнджер облизнула губы. — Поэтому?              — По этой причине ты остановила нас. В прошлый раз.              — Я остановила нас? Это ты остановил нас!              Она начала садиться, и Малфой откинулся назад.              — Ты сказала, что никогда… И я остановился!              — Я помню, что говорила, — прорычала она. — Но я не просила тебя останавливаться!              Его брови сошлись на переносице, а рот приоткрылся. Драко выглядел как расстроенный ребёнок. Затем его серые глаза потемнели.              — Если ты не скажешь мне остановиться, я возьму тебя, Грейнджер. Прямо здесь, на этой кушетке.              Её дыхание перехватило, и она вздрогнула.              — Так чего же ты ждёшь?              Гермиона почувствовала, как к щекам прилил румянец от её собственной наглости, как раз перед тем, как Драко толкнул её в плечи, и она упала спиной на подушки. Окинув её жадным взглядом, он навис над ней и, вскинув руки к её платью, разорвал его посередине. Гермиона задохнулась от возмущения.              — Что ты…              — Я куплю тебе тысячу платьев, — прошептал он ей в губы. Пульс Гермионы подскочил от этого обещания.              Гермиона только подумала о том, как она собирается покидать замок председателя в разорванном платье, когда Драко скользнул губами по её щеке, прокладывая дорожку поцелуев вдоль ключицы и спускаясь к левой груди. Бюстгальтер казался ей мешающим элементом одежды, когда Малфой облизнул её грудь поверх кружева. Гермиона вцепилась в его волосы, прижимая ближе, и закинула ногу ему на бедро.              Его пальцы начали собирать материал платья у её ног, подтягивая его к талии, и он продолжил скользить по очерченному ранее пути к её нижнему белью. Драко проник под влажную ткань трусиков и тут же нашёл клитор. Гермиона прогнулась навстречу его ласкам и захныкала, в то время как он, склонившись над ней, провёл зубами по верхней части её груди.              Малфой начал в мучительно медленном ритме кружить и потирать пальцами клитор, и Гермиона закрыла глаза, чтобы раствориться в ощущениях.              Поднимаясь на вершину блаженства, Грейнджер не замечала, что его губы оторвались от её груди, пока не услышала, как он заговорил.              — Посмотри на меня.              Она открыла глаза и обнаружила, что Драко наблюдает за ней. Гермиона едва успела смутиться от его взгляда, прежде чем он проник в неё одним пальцем.              Она схватилась за подлокотник кушетки, увидев звёзды.              Гермиона перевела взгляд на люстру над головой, наблюдая, как множество кристаллов спиралью выходят из её центра и продолжают танцевать в пространстве.              Гермиона вскрикнула, приблизившись к оргазму, и задрожала всем телом, сжимая бёдра и удерживая пальцы Драко внутри себя.              Плавая на волнах освобождения, Грейнджер приоткрыла глаза и увидела, что Малфой, тяжело дыша, разглядывает её. Его щёки порозовели, а волосы намокли от пота. Гермиона видела, как он проводит языком по нижнему ряду зубов.              Он убрал руку из её трусиков, и Гермиона прикусила губу, чтобы не застонать от разочарования потери контакта.              Грейнджер села на кушетке, и Драко отстранился, чтобы предоставить ей пространство. Она спустила разорванное платье с плеч, полностью обнажая грудь в кружевном бюстгальтере. Расстегнув его и отбросив в сторону, Гермиона увидела, как Драко облизнул губы и облокотился на кушетку. Она потянулась к нему и начала расстёгивать пуговицы на его рубашке. Такой тонкий материал.              Малфой сидел неподвижно, наблюдая, как Гермиона раздевает его, и она чувствовала, как его глаза пожирают её почти обнажённое тело.              Грейнджер уже почти закончила расстёгивать пуговицы, когда увидела её. Еле заметная неровная линия начиналась от ключицы и спускалась вниз по груди. Она откинула правую сторону рубашки с его торса и увидела участок кожи, где линия проходит под сердцем и, изгибаясь, спускается вниз по животу.              Сектумсемпра.              Схватив её за запястья, Драко оторвал от себя её руки. Грейнджер подняла на него взгляд, и он, сжав челюсти, отвернулся от неё. Размеренно вздохнув, Малфой развернул её правую руку, и прижался губами к внутренней части запястья.              Она позволила ему поцеловать свою руку ещё два раза, прежде чем броситься на него.              Гермиона впилась зубами в его губы, и услышала гортанное рычание. Она отстранилась, поднеся руку к горящим губам. Драко рассмеялся, и звук его смеха разнёсся по комнате, наполняя её теплом.              Гермиона снова попыталась потянуться к нему, но разорванная ткань сковала её движения. Фыркнув, она встала с кушетки и стряхнула платье по ногам на пол. Грейнджер наклонилась и сняла туфли на каблуках, и только повернувшись к Драко, она поняла, что стоит перед ним в одних трусиках. А он всё ещё был полностью одет.       Не то чтобы это хоть как-то его беспокоило. Гермиона наблюдала за его лицом, когда его взгляд облизывал каждый дюйм её тела, и дёрнулась, чтобы прикрыть грудь, но остановила себя.              — Снимай свои брюки.              Она с трудом могла поверить, что эти слова так беззастенчиво сорвались с её губ. По-видимому, для Драко это тоже было неожиданностью. Его глаза удивлённо расширились и в одно мгновение потемнели. Он посмотрел на неё и глубоко вздохнул.              — Я имею в виду… — пробормотала она, смутившись. — Это то, к чему мы и идём, верно?              Грейнджер стояла перед ним в одних трусиках, а он продолжал сидеть на кушетке на том же месте, где и находился, когда она начала стягивать платье. Драко загадочно улыбнулся и одним плавным движением поднялся на ноги, вставая прямо перед ней на расстоянии нескольких дюймов.              Гермиона глубоко вздохнула, и её налитые соски коснулись его рубашки. Ей хотелось отступить назад, но она решила твёрдо стоять на месте. Грейнджер взглянула на Малфоя из-под ресниц, немного запрокинув голову назад.              Губы Драко были приоткрыты, и она слышала его прерывистое дыхание, тогда как их грудные клетки соприкасались при каждом вдохе.              Переместив руки к пряжке своего ремня, костяшками пальцев Драко скользнул по её животу. Из Гермионы вырвался судорожный вдох, и губы Малфоя дрогнули.              Гермиона услышала лязг металла, и, бросив взгляд вниз, увидела, как пуговицы на его брюках выскользнули из петель. Снова посмотрев в его лицо, она обнаружила, что дышит быстрее, просто чтобы почувствовать сосками ткань его рубашки.              Костяшки пальцев Драко продолжали оглаживать её живот, спускаясь всё ниже и ниже лёгкими, как пёрышко, касаниями, пока он расстёгивал пуговицы. Гермиона облизнула губы и увидела, как дёрнулся кадык Малфоя, когда он сглотнул.              Краем зрения она заметила, что его руки легли на талию, медленно спуская брюки. Грейнджер услышала, как они с глухим звуком упали на пол, и, не желая терять ни секунды, толкнула его на кушетку. Малфой откинулся на спинку, и Гермиона, расставив ноги по обе стороны бёдер Драко, оседлала его и поцеловала, в то время как её пальцы принялись расстёгивать последние пуговицы на его рубашке.              Драко застонал, прижимаясь к её рукам, и она почувствовала его эрекцию своими бёдрами. Его руки поднимались от её ягодиц вверх, сжимая и нежно проводя пальцами по её телу.              Она расправилась с последними пуговицами и развела полы рубашки в стороны. Гермиона нежно прикоснулась кончиками пальцев к его торсу и услышала сдавленный стон Драко. Ей хотелось его почувствовать на вкус, и поэтому она проникла языком в его рот, а Драко откинул голову назад.              Придвинувшись ближе, Гермиона прижалась промежностью к его члену.              Задохнувшись от ощущений, они одновременно втянули разгорячённый воздух. Она чувствовала его эрекцию и знала, он также чувствует жар, исходящий от неё. Грейнджер закрыла глаза и, сжав губы в тонкую линию, пошевелила бёдрами, чувствуя, как он сильнее приподнялся навстречу её трению. Импульсы удовольствия пронеслись через всё её тело, сконцентрировавшись внизу позвоночника, когда Драко схватил её за ягодицы и толкнулся глубже, издавая сдавленный стон.              Гермиона запустила ладони в его волосы и продолжила извиваться у него на коленях. Бёдра Драко двигались в такт её движениям, но потом его пальцы сильно сжали её тазобедренные кости, удерживая её на месте.              — Драко, пожалуйста.              Малфой потянулся к ней, прижимая её ближе, и повернул их на кушетке так, что Гермиона снова оказалась на спине, а он навис над ней.              Дыхание Драко касалось её лица, и она смотрела на него в ожидании, в то время как он сильно зажмурился.              Его глаза распахнулись, и Малфой взглянул на неё.              — Ты уверена?              — Да, — прохрипела она, — Да, да, да.              Рука Драко, до сих пор лежащая на бедре Гермионы, начала стягивать её трусики по ногам, и она приподняла бёдра, чтобы помочь Малфою это сделать.              Грейнджер казалось, что хрипы, вырывающиеся из её груди, звучали не особо привлекательно, но Драко, похоже, было всё равно. Гермиона потянулась вниз, чтобы помочь ему с нижним бельём, но он снова прикоснулся к её клитору. Поддавшись ощущениям, она откинула голову назад и уставилась на свою, теперь уже, любимую люстру из всех, которые видела.              Гермиона застонала, почувствовав, что он проник в неё пальцем. Затем Малфой ввёл второй, и она закрыла глаза, растворяясь в его ласках, когда Драко начал дразнить стенки её влагалища. Грейнджер ощущала его прерывистое дыхание на своей шее.              Его пальцы были толще и длиннее, чем её собственные, а заданное им давление сводило её с ума.              — Драко, пожалуйста. Пожалуйста-пожалуйста, — Гермиона открыла глаза и увидела, что он наблюдает за ней. — Мне нужно больше, пожалуйста.              — Ш-ш-ш, — успокаивающе прошептал Малфой ей в губы, когда она захныкала. — Доверься мне.              Драко, не сбавляя темп, погружался в неё снова и снова. Пальцы с каждым толчком сильнее растягивали её, приближая к разрядке, а затем он прикоснулся большим пальцем к её клитору, и Гермиона приоткрыла рот в немом стоне.              — Я готова, готова, — задыхаясь, произнесла она. Отпустив подушку, за которую цеплялась, Гермиона зарылась пальцами в его волосы и приблизила его лицо к своему. Она умоляюще начала покрывать его губы поцелуями, и Малфой, отстранившись, избавился от боксеров.              Гермиона почувствовала прижимающийся к ней твёрдый член и, открыв глаза, взглянула на Драко. Он прижался своим лбом к её, и Грейнджер кивнула.              Малфой плавно вошёл в неё, медленно растягивая стенки влагалища, и это причинило ей боль. Она прикусила язык, чтобы не показать ему этого. Слёзы начали пощипывать глаза, и Гермиона зажмурилась, задумываясь о том, зачем люди вообще занимаются этим?              Она стиснула зубы и почувствовала, как Драко рвано выдохнул ей в лицо. Грейнджер посмотрела на него, но его глаза были зажмурены, а челюсть плотно сжата. Если ему тоже больно, может быть, им стоит остановиться? И тут Гермиона увидела, как с его губ сорвался протяжный стон, а на лице отразилось удовольствие. И это она доставляла ему удовольствие.              Открыв пылающие огнём глаза, Малфой взглянул на неё, отчего Грейнджер вздрогнула.              — Всё хорошо? — спросил он.              Гермиона кивнула.              Драко отстранился и снова медленно вошёл. Слабое давящее чувство внизу живота всё ещё присутствовало, но теперь, когда Малфой закрыл глаза, она могла наблюдать за его эмоциями. Толкнувшись в третий раз, он склонил голову вперёд и накрыл её губы своими, вторгаясь языком в рот и продолжая погружаться в неё членом.              Так немного лучше. Гермиона обняла его за плечи, впиваясь в его кожу ногтями, пока Драко, скользнув кончиками пальцев к груди, коснулся её возбуждённого соска.              Это тоже было невероятно приятно. Гермиона снова почувствовала волну удовольствия, пронзившую всё тело, и это успокоило её.              Драко очертил изгибы её груди и, проведя рукой по животу Гермионы, обхватил её бёдро и слегка приподнял колено, изменяя угол проникновения, что позволило ему толкнуться глубже. Она почувствовала новую вспышку боли внизу живота, но ей нравилось смотреть на его лицо, выражающее истинное наслаждение, и слышать его стоны.              Это было намного лучше.              Грейнджер наблюдала за Драко: его глаза были закрыты, грудь тяжело вздымалась, а волосы стали влажными от пота. Каждые несколько толчков он закусывал губу, и выпускал её из зубов при следующем толчке. Ей это нравилось.              Гермиона только начала привыкать к его ритму и считать толчки, когда его глаза открылись. Гермиона смотрела, как её дыхание шевелит его упавшую на лоб чёлку.              — Могу я ускориться?              Его голос звучал низко и хрипло. Грейнджер кивнула, и Драко пошевелил бёдрами, наблюдая за её реакцией. Поджав губы, она кивнула, чтобы он продолжал.              Малфой снова прижался своим лбом к её, немного навалившись на неё верхней частью тела. Он схватил и приподнял её ногу, которая покоилась на его бедре, держа её в таком положении, пока его член растягивал её.              Так было… лучше.              По крайней мере, она чувствовала его горячую кожу и тёрлась о его грудь сосками.              Затем Драко отпустил её ногу и скользнул между их телами, находя пальцами её клитор.              Так… лучше. Да, это было прекрасно.              Гермиона застонала, когда он надавил на напряжённый комочек нервов большим пальцем. Разрываясь между желанием и болью, она хотела, чтобы это прекратилось, и, когда она резко сжала внутри себя его член, ритм Драко сбился. Он снова ускорился, тогда как Гермиона снова сделала это. Малфой застонал и стал двигаться ещё быстрее, в том же темпе лаская её клитор.              Она чувствовала, как капельки пота скользят по их телам, и у неё перехватило дыхание.              Это было лучше всего. Они занимались сексом, и это было прекрасно.              Рука, которой Драко вцепился в кушетку, удерживаясь над Гермионой, зарылась в её волосы. Грейнджер почувствовала, как он, слегка притянув её к себе, прикоснулся губами к её шее, продолжая тереть клитор пальцами.              — Чёрт… — прошептал Малфой.              Гермиона протяжно застонала, когда Драко, толкнувшись внутрь, увеличил темп и легко коснулся губами её щеки. Приближаясь к оргазму, Гермиона смотрела на люстру, прикусывая губу.              Громко застонав, Гермиона задрожала, когда её накрыла волна удовольствия.              Грейнджер вцепилась в его спину, и Драко ускорился, приближая собственный оргазм. Извиваясь под ним, она срывалась на стоны и сжимала его изнутри. Драко замедлил темп, пока она разрывалась на кусочки, и когда волны её оргазма стихли и Гермиона открыла глаза, он наблюдал за ней.              Сглотнув, Гермиона улыбнулась. Толкнувшись в неё ещё четыре раза, Малфой издал гортанный стон и задрожал всем телом.              Гермиона наблюдала за его лицом во время оргазма: его рот был приоткрыт, а глаза зажмурены. Драко уронил голову ей на грудь и выдохнул, горячим дыханием обжигая её кожу. Одна его ладонь всё ещё путалась в её волосах, а другая крепко сжимала бедро. Его тяжёлое тело вдавливало её в кушетку, и Гермиона медленно провела руками по его плечам, спине и влажным волосам, повторяя эти движения снова и снова.              Она подумала, что, может быть, они так и уснут.              Затем Гермиона почувствовала, как Драко прикоснулся губами к верхней части груди, слизывая языком капельки пота с её кожи. Затем Драко сместился и выскользнул из неё.              Её одолевало странное чувство.              Его руки дрожали, когда он приподнялся на кушетке и сел на коленях. Она вспомнила, что лежала перед ним обнаженная, когда Драко, бросив на неё последний взгляд, встал и протянул ей руки, помогая Гермионе сесть.              Они неспешно оделись. Точнее, Малфой оделся, а потом трансфигурировал из её разорванного платья что-то похожее на мантию. Драко нашёл на каминной полке горшочек с летучим порохом, и, Гермиона, перестав искать своё нижнее бельё, присоединилась к нему у камина, держа в руках туфли.              — Если ты собираешься вернуться на бал, — произнесла она, — то сначала тебе нужно взглянуть в зеркало.              Его волосы были в полнейшем беспорядке, лицо раскрасневшимся и в следах от её помады.              Драко кивнул ей.              — Я найду для тебя оправдание.              Гермиона кивнула, представляя всевозможные отговорки.              Грейнджер должна была уйти. Она прекрасно себя чувствует после настоящего траха, и теперь ей нужен отдых.       Пожалуйста, извините Грейнджер, она ищет своё нижнее бельё.              Она подняла голову и увидела, что Малфой наблюдает за ней. Шагнув к ней, Драко легко коснулся своими губами её. Гермиона сглотнула, и он бросил горсть летучего пороха в камин. Она шагнула внутрь и пробормотала своё место назначения.              Грейнджер смотрела, как Драко отвернулся от неё, прежде чем языки пламени поглотили её.              Гермиона вышла в тёмную гостиную. За окном уже царила ночь. Кинув туфли на пол, она развернулась и зашла в комнату к спящей Джинни.              Грейнджер аккуратно села на её кровать и потрясла подругу за плечо.              Глаза Уизли медленно открылись.              — Эй, надеюсь тебе было весело?              Гермиона улыбнулась.              — Мне нужно, чтобы ты научила меня противозачаточным чарам.              Джинни резко села в кровати, определённо проснувшись от её слов.