Правильное решение/Неправильные вещи

      Гермиона прокручивала в голове домашнее задание по чарам, пока шла по коридору. Приближались СОВ, и хотя никто больше не был склонен заниматься или вообще переживать о них, Грейнджер знала, что лучше начать готовиться заранее.       Во время патрулирования она повторяла материал. В это время вечером в замке было так тихо — особенно теперь, когда Амбридж ввела свои «указы», — она сошла бы с ума, если бы не нашла себе занятие. Гермиона спросила Рона, не хочет ли он патрулировать вместе с ней, но, конечно, поскольку его днём обхода был вторник, он решительно отказался.       — Зачем мне патрулировать дважды, — пробормотал он за обеденным столом, жуя пудинг.       Чтобы составить ей компанию? Закатив глаза, Гермиона продолжила мысленно перечислять заклинания, созданные в 1920-х годах. Повернув за угол в сторону кабинета истории магии, она внезапно остановилась на полпути.       Драко Малфой прижимал Пэнси Паркинсон к каменной стене. Он целовал её, а она вцепилась в его руки.       Гермиона моргнула, чувствуя, как воздух покидает её лёгкие.       Паркинсон прижималась спиной к стене, обвивая руками плечи Драко, а когда он впился в неё губами, она вцепилась в его волосы. Правая ладонь Малфоя лежала на её бедре, а левая опиралась на стену.       Грейнджер сглотнула.       Они были… Они были старостами, ради Мерлина! И членами восхитительной маленькой дружины Амбридж. Они знали, что им лучше не выходить в коридоры замка в это время и не обжиматься здесь в 9 вечера! В четверг! Оставьте это для гостиной, чёрт возьми!       Пэнси улыбнулась ему в губы.       Гермиона открыла рот, готовая подойти и насильно разнять их — потому что это был её долг, как старосты, конечно же.       Затем она увидела, как Драко, тяжело дыша, оторвался от Паркинсон, выдохнул воздух через рот и снова приник к месту чуть ниже её уха. Пэнси издала тоненький писк, прикусив губу.       Гермиона не понимала, что в этом такого. Каждый раз, когда Виктор пытался поцеловать её в шею, он либо щекотал её, либо причинял боль.       Гермиона осознала, что стоит посреди коридора и смотрит, как Драко Малфой пожирает свою девушку… или любовницу… или кем бы она ему не приходилась. Ей нужно было либо уйти, либо сделать свою работу и разогнать их.       Она шагнула к ним как раз в тот момент, когда Драко подвинулся и скользнул коленом между бёдрами Пэнси. Он наклонился вперёд, прижимаясь к ней ближе, и когда его нога достигла её промежности, Пэнси застонала и схватила его за волосы.       — Драко…       Хорошо. Этого было достаточно. Гермиона сузила глаза на двух слизеринцев.       — Прошу прощения, — громко сказала она. Глаза Пэнси распахнулись, и Драко оторвал губы от её шеи, но не повернулся к Гермионе лицом. — Мне бы не хотелось прерывать то, что здесь должно произойти, но сейчас 21:08. Как старосты, вы знаете, что студенты должны сейчас находиться в своих гостиных.       Драко выпрямил ногу, но продолжал держать руку на стене, тяжело дыша. Паркинсон бросила на Малфоя взгляд и обошла его, поправляя юбку.       — О, будто ты имеешь хоть какое-то представление о том, что должно было произойти, ты, чопорная маленькая грязнокровка, — Пэнси усмехнулась.       — У меня есть несколько догадок, — невозмутимо произнесла Гермиона. — Пожалуйста, вернитесь в гостиную факультета…       — Или что? — улыбнувшись, перебила её Пэнси. — Снимешь баллы у факультета? Ты знаешь, что не можешь этого сделать. На самом деле, как член инспекционной дружины, я бы сказала, что ты ведёшь себя неоправданно грубо, грязнокровка.       Сдержав свой комментарий, Гермиона наблюдала, как Драко выпрямился и, отойдя от стены, повернулся и впился в Гермиону горящими глазами.       — Я бы сказал, что ты права, Пэнси.       Гермиона хмыкнула.       — Десять очков с Гриффиндора за то, что ты поставила под сомнение полномочия двух членов инспекционной дружины, — заявила Пэнси.       — Я думаю, десять очков за каждого члена дружины, Пэнс.       Двадцать очков за выполнение своей работы?       — Вы оба смешны.       Обойдя Пэнси, Гермиона прошла дальше по коридору, желая завершить своё патрулирование. Она повернулась к ним.       — Если я ещё раз увижу вас в коридорах после комендантского часа, я буду вынуждена задержать вас.       Паркинсон фыркнула, а Драко с растрёпанными волосами и перекрученным галстуком ухмыльнулся.       — Не могу дождаться, Грейнджер, — произнёс он.       Она сердито посмотрела на него и, развернувшись на каблуках, зашагала по длинному коридору к левому повороту, зная, что они будут смотреть ей вслед весь её путь.

***

      — Что ты сделала?       Гермиона поморщилась. Она пыталась просто рассказать произошедшее вчера из кухни, пока готовила яичницу.       — Я подала заявление в «Малфой Консалтинг Групп».       Раздалось шлёпанье босых ног Джинни по полу и скрежет стула Гарри.       — Когда?       Грейнджер разбила яйцо, повернувшись спиной.       — Вчера в час ночи, — ответила она бросив скорлупу в измельчитель раковины и вытерла руки о полотенце.       Гермиона проснулась в ужасе и продолжала нервничать всё утро, сомневаясь в том, что сделала, а теперь, уже перестав беспокоиться и почти смирившись с этим, она рассказала Джинни и Гарри. Она была готова к их расспросам.       — Почему? — раздался голос Гарри. Сглотнув, она обернулась.       — Малфой уговорил меня. Он напомнил мне, что я хочу спасти мир, — Гермиона встретила взгляд Поттера из под очков. Его брови скрывались под растрёпанными волосами.       — Значит, ты оставляешь свою должность в Министерстве и все возможности для карьерного роста, чтобы стать ручной собачкой Малфоя? — Гарри нахмурился.       — Я не буду «ручной собачкой Малфоя». Я буду старшим консультантом по связям с не-волшебниками, — она упёрла руки в бока. Глаза Гарри расширились от удивления.       — Старшим консультантом? — прошептала Джинни. — Что это вообще значит?       Чёрт возьми, Гермиона сама этого не понимала. Именно это её и пугало.       — Я… Думаю, я выясню это, — она откинула волосы с лица. — Но я буду представлять интересы магических существ, оборотней, к примеру. Наверное, я буду отстаивать их права перед Визенгамотом…       — Одно из твоих любимых занятий, — услужливо подсказала Джинни.       — Да, — сказала Гермиона. — Я буду искать прецеденты и судебные дела, на которых хочу сосредоточиться.       — Работая под началом Малфоя, — добавил Гарри.       — Да, — подтвердила Гермиона.       Они втроём уставились друг на друга на кухне. За её спиной зашипела яичница.       — Я думаю, — начала Джинни, — это отличный карьерный ход, — она произнесла это напряжённым голосом, приподнявшимся под конец фразы.       — Но есть какое-то «но»?.. — подсказала Гермиона.       — Ну, — Джинни подняла на неё взгляд. — Теперь ты никогда не сможешь с ним спать.       Гермиона моргнула, стараясь сосредоточиться на своих приоритетах. Кашлянув, Гарри извинился и удалился в гостиную.

***

      В понедельник утром она передала Матильде заявление об увольнении за две недели. Матильда не была так шокирована, как Гарри и Джинни. Кивнув, она улыбнулась и сказала, что будет очень скучать по ней.       Эйден был очень… Эйден был Эйденом. Он просто дал ей пять.       Во вторник, вернувшись с работы домой и снова приняв душ, Гермиона готовилась к первому уроку с мадам Мишель. Она попросила Джинни заплести ей волосы, чтобы не было беспорядка на голове. Гермиона надела самую красивую мантию и ужасные «практичные» туфли на каблуках. И вот в 19:45 она прошла через камин и оказалась в маленькой чайной комнате.       Она оглядела помещение, радуясь, что в нём никто не находился. Девушка прошлась взглядом по столикам, рассматривая цветочные композиции и перебирая пальцами маленькие чайные чашки. Колдографии чашек на стенах немного напомнили ей колдографии кошек в кабинете Амбридж, но, по крайней мере, эти не мяукали.       Она не решалась сесть. Здесь не было дивана, и ей пришлось бы передвигать стул, чтобы сделать это, поэтому Гермиона продолжала бродить по комнате.       Ровно в восемь часов вечера дверь боковой комнаты открылась. Из неё вышла невысокая брюнетка с элегантным тюрбаном на голове и маленькими очками, которые были приспущены и находились на кончике её носа. Она приподняла бровь, уставившись на неё.       — Мисс Ге’рмиона Г’рейндже’р?       — Да, здравствуйте.       — Я мадам Мишель.       И это была та отвратительная женщина, о которой ей рассказывала Флёр? Она едва доставала Гермионе до носа.       — Здравствуйте. Рада познакомиться с вами, мадам Мишель.       Гермиона шагнула вперёд и, набросив пальто и сумочку на руку, протянула ладонь.       Мадам Мишель уставилась на её руку. После секундной паузы она поприветствовала её, пожав ладонь Гермионы не снимая перчатку.       Боже мой. Разве рукопожатие запрещено? Должна ли она была сделать реверанс?       Миниатюрная женщина отпустила её руку и улыбнулась ей.       — Пожалуйста, п’роходите в мой кабинет, — мадам Мишель отошла в сторону, жестом приглашая Гермиону войти внутрь комнаты.       Она заняла место перед письменным столом в углу и оглядела ещё одну прекрасную просторную комнату.       Мадам Мишель плавно опустилась в кресло, и Гермиона поразилась, как элегантно она передвигается, будучи такой маленькой. Женщина взмахнула палочкой, и рядом с ней появилось прытко-пишущее перо.       ― Не об’ращайте внимания на него, мисс Г’рейндже’р.       Она перевела взгляд обратно на маленькую женщину, осознавая, что та верно определила, куда смотрят её глаза.       Мадам Мишель поджала губы, рассматривая что-то на своём столе. Несколько мгновений прошли в тишине. Гермиона не понимала, куда ей следовало смотреть, но точно знала, что должна была игнорировать перо. Позади мадам Мишель находилось окно, поэтому Гермиона в ожидании наблюдала, как плывут облака.       Мадам Мишель подняла газету, которую читала за своим столом, и Гермиона заметила, что это был субботний выпуск «Ежедневного пророка». Пока мадам Мишель разглядывала середину газеты, Грейнджер уставилась на первую полосу, где стоящий на сцене Драко, подняв бокал, смотрел на Гермиону в канун нового года.       Она просмотрела эту статью в тот же день. Скитер расписала практически всю газету, восторженно рассказывая о новогоднем приёме Нарциссы Малфой. Колдография Гарри, Джинни и её самой, поднимающих бокалы, была помещена на второй странице, а снимок её беседы с министром магии Германии — на четвёртой. У Нарциссы, Драко, Гарри и Блейза тоже были снимки в статье. Она помнила, что одну страницу газеты украшает её цитата: «Великолепный вечер!». Ну, она полагала, что это наполовину правда.       Мадам Мишель держала газету в пальцах.       ― Вы пот’рясающая девушка, мисс Г’рейндже’р.       ― О, э-э… спасибо.       ― «О, э-э… спасибо»? ― Мадам Мишель уронила «Ежедневный пророк» на стол. ― Вот так вы отвечаете на комплимент?       Ох, теперь она точно поняла, что имела в виду Флёр.       ― Спасибо, мадам Мишель, ― поправила себя Гермиона.       ― Значит, вы считаете себя пот’рясающей девушкой? ― её чёрные глаза пронзительно смотрели на неё поверх маленьких очков.       — …нет?       Мадам Мишель снисходительно улыбнулась ей и встала из-за стола. Гермиона сделала то же самое.       ― Давайте выпьем чаю. Я хочу узнать вас лучше.       Она обошла свой стол и вышла с Гермионой в чайную комнату. Девушка шла за ней, наблюдая, как маленькая женщина идёт на своих невысоких каблуках. Остановившись у входа в свой кабинет, мадам Мишель потянулась за пальто и сумкой Гермионы и повесила их на вешалку.       ― Пожалуйста, выби’райте любой столик, кото’рый вам пон’равится.       Гермиона окинула взглядом двенадцать столов в комнате и, выбрав большой в центре, как можно тише отодвинула стул и присела. Как только она расположилась, преподаватель отвернулась от неё и направилась к тележке с чаем. Она взмахнула палочкой, и к Гермионе подплыл поднос с пирожными и печеньем, приземляясь в самом центре столика. Мадам Мишель подогрела воду с помощью магии и, взяв в руки поднос с чайником, молоком и сахаром, подошла к выбранному Гермионой столу.       Она поставила поднос на стол и заняла место напротив Гермионы. Поскольку стол был на шесть персон, это означало, что они сидели довольно далеко друг от друга.       ― ’Расскажите мне о себе, мисс Г’рейндже’р.       Гермиона моргнула. Мадам Мишель сложила руки на коленях и изучающе посмотрела на неё.       ― Меня зовут Гермиона Грейнджер, ― она хотела пустить Аваду себе в лоб. ― И я выросла здесь, в Англии. Я единственный ребенок в семье. Мои родители маглы, но в возрасте одиннадцати лет я получила письмо из Хогвартса…       Гермиона взглянула на женщину в тюрбане. Та молчала, продолжая наблюдать за ней.       ― Итак… я отправилась в Хогвартс, где встретила Гарри Поттера и Рона Уизли, двух моих самых близких друзей. И, несмотря на некоторые… заминки и войну… мы выбрались оттуда живыми.       Гермиона улыбнулась, пробуя «остроумие» против мадам Мишель.       ― Сейчас я работаю в Министерстве… нет, эм… Я работала в Министерстве, но недавно согласилась работать в «Малфой Консалтинг Групп».       Гермиона сделала паузу, думая, о том, как долго она должна рассказывать о себе. Когда мадам Мишель кивнула головой, постукивая пальцами по подбородку, она задумалась, стоит ли теперь просить её рассказать о себе. Работало ли это в обратную сторону?       ― Спасибо, мисс Г’рейндже’р, ― хмыкнула преподаватель. ― Вам удалось обойти все инте’ресные под’робности о себе, сос’редоточившись только на банальщине.       Глаза Гермионы расширились. Банальщина?       Мадам Мишель встала и подняла крышечку чайника. Она опустила внутрь ложку и трижды помешала содержимое по часовой стрелке, затем поднесла чайник к чашке Гермионы. Налив чай в обе чашки, она спросила.       ― Молоко, мисс Г’рейндже’р?       ― Да, спасибо.       Мадам Мишель поставила молоко прямо перед её чашкой.       ― Саха’р, мисс Г’рейндже’р?       ― Да, спасибо, ― ответила Гермиона, обнаружив, что на столе нет мёда.       Женщина вскинула бровь.       ― Вы не добавляете саха’р, мисс Грейнджер, поэтому, пожалуйста, скажите мне, что вам нужно.       Гермиона сглотнула.       ― У вас случайно нет мёда, мадам Мишель?       ― Есть, ― женщина ухмыльнулась.       Она взмахнула рукой, и на столе появился мёд. Мадам Мишель ждала, пока Гермиона наливала молоко в свою чашку и добавляла три ложки мёда. Грейнджер вспотела, помешивая чай, но, к счастью, прибор стукнулся о стенки посуды только один раз.       Она посмотрела на мадам Мишель, всё ещё стоявшую рядом с ней. Женщина ухмылялась, глядя на вазочку с мёдом.       Сердце Гермионы ёкнуло, когда она задумалась о том, сколько раз мадам Мишель наблюдала за тем, как Драко добавляет три ложки мёда в чай. Она покраснела и опустила взгляд.       Убрав молоко, преподаватель снова села на место и принялась наливать чай себе. Гермиона наблюдала за движением её рук. На её коротко подстриженных ногтях квадратной формы не было лака. Гермиона ковырнула кутикулу на пальце.       Женщина подняла чашку с чаем, прихватив с собой блюдце, и произнесла:       ― Вы слишком известная девушка, чтобы ’рассказывать банальные под’робности. Любой, кто п’росит «’рассказать о себе», либо д’разнит вас, либо фли’ртует с вами, мисс Г’рейндже’р.       Гермиона нахмурилась.       ― Не хму’рьтесь.       Она сразу же расслабила лицо.       ― Мисс Г’рейндже’р, почему вы здесь?       Гермиона хихикнула. Она опустила взгляд на свою чашку, постыдившись своего нервного смеха. Грейнджер подняла глаза и снова посмотрела на мадам Мишель. Она попыталась вспомнить ответ Люциуса Малфоя на этот вопрос.       ― Я здесь, чтобы научиться правилам чистокровного общества, которые я не получала в детстве, будучи маглорождённой. Я здесь для того, чтобы лучше соответствовать своим сверстникам.       Мадам Мишель покачала головой, опустив взгляд в свою чашку.       ― Соответствовать…       Она сделала глоток чая и, поставив чашку обратно на стол, встала со стула.       ― Мисс Г’рейндже’р, наш у’рок на сегодня окончен.       Что? Когда он начался?       ― Простите? ― Гермиона также поднялась из-за стола. ― Я сделала что-то не так?       ― Нет-нет, мисс Г’рейндже’р, ― мадам Мишель взмахнула рукой, и из её кабинета выплыли два листа пергамента. ― Никогда не думайте, что вы виноваты.       Женщина пробежалась взглядом по первому пергаменту и, кивнув, протянула его Гермионе.       ― Изучите это и ве’рнитесь лучшей ве’рсией себя.       ― Что это? ― спросила Гермиона, не уверенная, стоит ли ей раскрывать сложенный пергамент.       ― Ваши замечания.       Замечания? Глаза мадам Мишель были устремлены на второй лист бумаги в руках.       ― Вы ’работаете в книжном магазине по выходным?       ― Э-э, да, ― сказала Гермиона, гадая, что же было написано на втором листе бумаги. Мадам Мишель посмотрела на неё, подняв бровь. Гермиона вновь поправила себя.       ― Да, мадам Мишель. Да, я работаю.       — Я запишу вас к мадам Т’русдейл на вече’р четве’рга. А мисте’р Дюбуа сам п’ришлёт вам сову, чтобы назначить вст’речу на субботу или воск’ресенье ут’ром.       Гермиона нахмурилась.       — Мисс?..       — Т’русдейл. Ваш учитель танцев.       Глаза Гермионы расширились.       — О, нет… Я всего лишь… — Гермиона запнулась. — Я беру только ваши уроки хороших манер, мадам Мишель. В данный момент я не посещаю другие занятия…       — Мисс Г’рейндже’р, — мадам Мишель сняла очки, дав им повиснуть на цепочке из драгоценных камней. Её взгляд был уставшим, но прямолинейным. — Наследство будет пе’реведено сегодня в девять вече’ра.       Гермиона почувствовала, что у неё резко похолодело в груди.       — Но только десятая часть, — мадам Мишель поджала губы. — В девять часов вече’ра следующего вто’рника будет пе’реведена ещё одна десятая часть. И так далее, далее, далее, — она подняла на Гермиону свой взгляд. — При условии, что вы будете посещать у’роки на этой неделе. Все уроки.       Гермиона открыла рот, из которого вырвался возмущённый звук, и почувствовала, как кровь закипает в её венах. Она сжала в руке замечания мадам Мишель и опустила взгляд в пол, прожигая в нём дыру. Её челюсть сжалась, пока она перечисляла многочисленные способы, которыми она хотела бы убить Люциуса Малфоя. Маленькая ладонь приподняла её подбородок.       Встретившись с ней взглядом, мадам Мишель положила руку на верхнюю часть груди Гермионы чуть ниже шеи и двумя пальцами легонько коснулась её горла. Гермиона встревожено вскинула глаза.       — Поднимите голову, мисс Г’рейндже’р. Не сде’рживайте свой гнев. Нап’равляйте и конт’роли’руйте его.       Чёрные глаза пронзили её насквозь, и Гермиона перестала дышать.       — И самое главное, не п’рячьте его. — Гермиона почувствовала лёгкое прикосновение к горлу. — Это ваше единственное о’ружие.       Мадам Мишель убрала руку с её шеи, и Гермиона почувствовала, что тяжесть исчезла, а воздух вернулся в её лёгкие, когда она снова посмотрела в непоколебимые, но добрые глаза преподавателя.       Что это было, чёрт возьми?       — Я очень давно знаю Люциуса Малфоя, мисс Г’рейндже’р, — женщина вновь поджала губы. — Вы не пе’рвая, кого он шантажи’рует, и не последняя. Он получит то, что хочет, так или иначе, — она протянула второй лист пергамента Гермионе. — Выбе’рите самый лёгкий путь.       Быстро моргнув, Гермиона опустила взгляд на бумагу, обнаружив в нём своё расписание на оставшуюся неделю. В четверг вечером у неё назначен урок танцев, в субботу или воскресенье утром занятия по организации мероприятий, а в субботу в обеденный перерыв она должна была встретиться с дизайнером интерьера. Такой будет её жизнь в течение следующих десяти недель.       Грейнджер прерывисто выдохнула, вспомнив только что сказанные мадам Мишель слова о направлении своего гнева и его контроле. Она подняла взгляд на женщину.       — Спасибо, мадам Мишель. Как мне заплатить вам за сегодняшнее занятие?       — Оно уже оплачено, mademoiselle.       — Ну уж нет, — фыркнула Гермиона. — Пожалуйста, вышлите счёт на мой домашний адрес, и, пожалуйста, верните деньги мистеру Малфою. Я их не приму.       Ухмыльнувшись, мадам Мишель кивнула. Гермиона подхватила своё пальто и сумочку и, бросив порох в камин, вернулась домой.

***

      Все нежные чувства, которые Гермиона испытала к мадам Мишель в конце их урока, быстро угасли, как только она прочитала замечания преподавателя. Похоже, всё это время она делала их с помощью прытко-пищущего пера.       Не бродите в чужой гостиной.       Рукопожатие?       Принятие комплиментов?       Не пяльтесь в окно, как последний глупец.       Не выбирайте самый большой стол для двух человек.       Не дёргайте ногой под столом.       Нет необходимости подниматься, когда встаёт женщина.       Что за обувь у вас на ногах?       Не заикайтесь. Вы знаете себя и знаете, что хотите сказать.       Список продолжался, занимая весь пергамент. Гермиона в раздражении бросила его на пол, но спустя пять минут снова взяла лист в руки.       Вскоре после возвращения домой она получила счёт за занятие, которое принесла сова. От шока Грейнджер приоткрыла рот. Возможно, ей следовало позволить Люциусу оплачивать уроки.       Потом Гермиона вспомнила, что в контракте фирмы Драко была указана зарплата в три раза превышающая её нынешнюю в Министерстве, и мысленно согласилась с тем, что она сможет оплачивать услуги мадам Мишель в течение десяти недель. Конечно, она понятия не имела, сколько будут стоить уроки танцев, занятия по организации мероприятий и дизайну интерьера.       Он получит то, что хочет, так или иначе.       Чего же хотел Люциус?       Гермиона закусила губу и уставилась на место, где раньше находилась «стена». Грейнджер думала, что мистер Малфой хотел, чтобы она держалась подальше от Драко. Что эти занятия были её наказанием за то, что она ослушалась его. Но теперь она не была так в этом уверена.

***

      Мисс Трусдейл оказалась самым ужасным человеком, которого Гермиона когда-либо имела несчастье знать.       На уроке танцев, который проходил в четверг, эта увядшая бывшая балерина так пошатнула в Грейнджер уверенность в себе, что та в одиночку съела целое ведро мороженого.       Мисс Трусдейл ясно дала понять Гермионе, что ей понадобится гораздо больше десяти недель, чтобы наверстать упущенное, и что она не испытывала абсолютно никакого удовольствия, наблюдая за её движениями в течение вечера. Только приведя её в балетный зал и начав проводить с ней разминку магловского балета, преподаватель смотрела на Гермиону как угодно, только не с отвращением. В памяти Грейнджер всплыли два года занятий магловским балетом в шестилетнем возрасте, и она, по крайней мере, смогла вспомнить некоторые позиции.       В пятницу, пока Гермиона лечила больные ноги, она получила письмо с почерком Драко, написанным на фирменном бланке «Малфой Консалтинг Групп», но оно показалось ей довольно… общим.       В нём была подробно изложена информация, которой не было в первоначальном контракте и документах. Первый рабочий день для всех сотрудников должен был состояться в понедельник семнадцатого января, а основная трудовая деятельность начиналась на следующей неделе. В письме также предлагалось всем старшим консультантам начать обустройство своих кабинетов уже в ближайший понедельник. Драко предложил провести неформальную встречу во вторник или среду вечером, чтобы все старшие консультанты смогли познакомиться.       Гермиона сразу же написала ему ответ, сообщив в нём, что вторник ей не подходит, но в среду вечером она сможет присутствовать. Она нахмурилась, думая о следующем занятии мадам Мишель, ведь впереди ещё девять. Сова вернулась немного позже. Драко ответил, что вечер среды — лучший вариант для большинства сотрудников.       Уроки по дизайну интерьера в субботу днём и по организации мероприятий в воскресенье утром были вполне сносными. Похоже, Гермиона не очень понравилась преподавателям, а месье Дюбуа заставил её почувствовать, что она зря тратит его время. Второе занятие с мадам Мишель было очень похоже на первое. Женщина встретила её так же, как и в прошлый раз. В восемь часов вечера дверь кабинета открылась, и мадам Мишель спросила, есть ли у Гермионы какие-либо вопросы.       — Я… ну… — Гермиона вздохнула и закрыла глаза.       Не заикаться.       — Да, мадам Мишель. Я надеялась, что вы объясните мне, как правильно здороваться, если рукопожатие запрещено.       Уголок рта мадам Мишель дёрнулся, и она произнесла:       — Вы можете подать ’руку, мисс Г’рейндже’р, но вы должны делать это как леди. А не как джентльмен.       Это было слишком расплывчато. Женщина увидела её замешательство.       — Мисс Г’рейндже’р, как поживаете? — спросила мадам Мишель, и шагнула к Гермионе, подняв руку. Ладонь женщины смотрела вниз, а пальцы были изящно расслаблены, чего хотела добиться в Гермионе мисс Трусдейл.       Единственным выбором Грейнджер было взять её руку своей ладонью вверх, как будто она собиралась поцеловать её кольцо.       — Как поживаете, мадам Мишель? — пальцы женщины обхватили её собственные, но не прикоснулись к ладони.       Гермиона чувствовала себя нелепо. Она чувствовала себя нелепо почти весь вечер. Мадам Мишель велела Гермионе подать чай. Моргнув, Грейнджер отошла в угол комнаты и начала возиться с тележкой для сервировки. Девушка знала, что мадам Мишель наблюдает за ней, как и то, что в соседней комнате яростно строчит мысли преподавателя прытко-пишущее перо.       Она пыталась вспомнить всё, что мадам Мишель делала на предыдущей неделе, зная, что это и есть своего рода тест.       В тот вечер список её замечаний был вдвое длиннее.

***

      Ей нужны были новые мантии. В среду вечером Гермиона чуть не закричала от досады, когда в шкафу не оказалось ничего подходящего. Она собиралась увидеться со своими новыми коллегами, людьми, с которыми ей предстояло тесно сотрудничать, а ей нечего было надеть. У нее была магловская деловая одежда, но хотела ли она встретиться со всеми в кричащем «Я маглорождённая!» наряде?       Грейнджер остановила свой выбор на голубой мантии. Она была самой удобной, и Гермиона любила этот цвет.       Офис «M.К.Г.» находился в Вестминстере, совсем рядом со зданием Министерства. Волшебники должны были войти через дверь с надписью «Доставка», ведущую в вестибюль, и подняться на лифте на самый верхний этаж. Гермиона вызвала лифт и, уставившись на свои ноги, сделала глубокий вдох.       Ей, ко всему прочему, нужны новые туфли.       — Гермиона Грейнджер?       Обернувшись, она увидела джентльмена средних лет с портфелем, вошедшего в дверь «Доставки». Она не узнала его.       — Да, здравствуйте?       — Я слышал, что вы присоединились к «Малфой Консалтинг», — он тепло улыбнулся. — Венделл Вентворт. Консультант по управлению.       Джентльмен протянул руку, и Гермиона совсем забыла о вчерашнем наставлении мадам Мишель, когда пожала его ладонь.       — Я буду работать в тесном контакте с мистером Малфоем над делами отдела кадров, финансами и всем подобным.       Сердце Гермионы снова забилось, когда она поняла, что «мистер Малфой» — это Драко, а не Люциус.       — О, прекрасно, — она повесила сумку на плечо. — Я буду курировать отношения с не-волшебниками — магическими существами и маглами…       — Боже, какая великолепная идея! — Вентворт просиял. — Какая идеальная ведьма для этой работы! — Он уже ей нравился.       Лифт прибыл, и они вошли внутрь.       — Знаете, мисс Грейнджер, мне кажется, что мы с вами пока единственные гриффиндорцы, так что мы должны держаться вместе!       Гермиона улыбнулась, гадая, действительно ли она направляется в змеиное логово.       Распахнувшиеся двери лифта открыли широкий и просторный этаж пентхауса. Непосредственно перед ними находилась стойка ресепшн, рабочие кабинки были разбросаны по центру этажа, а двери, ведущие в личные кабинеты, располагались вдоль всех четырёх стен. Между кабинетами гордо возвышались окна для естественного солнечного света, а по углам стояли растения. Помещение казалось живым.       — После вас, мисс Грейнджер, — сказал Вентворт. Гермиона опомнилась и шагнула из кабины.       Из-за стойки приёмной поднялась полная черноволосая женщина.       — Мистер Вентворт, мисс Грейнджер. Добро пожаловать, — не улыбаясь, сказала она. — Я Доротея. Менеджер администрации. Как только на следующей неделе у нас появятся администраторы, я буду находиться вон в том кабинете.       Она указала толстым пальцем на кабинет за левым плечом Гермионы, который находился справа от лифтов. Грейнджер втайне была рада, что эта сварливая маленькая женщина не будет встречать посетителей.       — Вы можете обращаться ко мне по любым административным вопросам, например, по поводу зарплаты, заказа портключей и тому подобных вещей. Я могу помочь вам во всём, — голос Доротеи совсем не соответствовал её дружелюбным, услужливым словам. — Как видите, наши исследователи, аналитики и младшие консультанты займут большую часть офисного пространства, — Доротея жестом указала на кабинки в центре этажа. — Мистер Вентворт, ваш кабинет находится здесь, рядом с кабинетом мистера Малфоя.       Гермиона проследила за пальцем Доротеи, который указал на противоположный лифтам левый угол. Кабинет мистера Малфоя.       — И мисс Грейнджер, — повернувшись направо, Доротея указала на дверь прямо за Гермионой. — Ваш кабинет находится здесь.       Угловой кабинет. Угловой кабинет, который был настолько удалён от кабинета Драко, насколько это было возможно. Гермиона подумала, что это к лучшему.       Отмахнувшись от них, Доротея откинулась на спинку кресла и начала листать папку. Вентворт улыбнулся и, попрощавшись с Гермионой, направился в свой кабинет. Грейнджер повернулась и посмотрела на дверь своего кабинета, замечая что между ним и лифтом стоял диван — небольшая зона ожидания. Гермиона улыбнулась, подумав о клиентах, ожидающих встречи с ней. Может быть, у неё будет предварительная запись, и люди будут ждать целый день, чтобы она уделила им свободное время.       Она подошла к своему кабинету и увидела табличку с именем на двери кабинета слева.       Блейз Забини       Маркетинг и связи с общественностью       Гермиона вздохнула, задаваясь вопросом, справится ли она с работой здесь.       Открыв дверь, Грейнджер увидела помещение вдвое больше размера спальни в её квартире. Её брови приподнялись, а губы приоткрылись, когда она увидела письменный стол из вишнёвого дерева с соответствующими шкафчиками за ним и целую стену пустых книжных полок справа от себя. Здесь было два огромных окна с видом на Уайтхолл, по одному на каждой стене углового кабинета.       Под ногами лежал роскошный ковёр, и Гермиона несколько секунд стояла в дверях, глядя на мягкие кресла перед своим столом и тёплый цвет стен, думая о том, как серо она будет выглядеть в этом кабинете.       Грейнджер прошла в дальний угол, любуясь открывающимся с её стола видом. Она опустила взгляд на вишнёвое дерево, и до неё наконец-то дошло. Гостиная Гриффиндора. Вот что напомнил ей дизайн кабинета.       Она улыбнулась и, сев за свой стол, провела по нему пальцами.       — Гермиона Грейнджер продалась за место в корпорации.       Подняв глаза, она увидела прислонившегося к дверному косяку Блейза Забини, который держал кружку с чаем. Он стоял, скрестив ноги в лодыжках, и ухмылялся ей.       — Продалась за место?       — Конечно. У тебя угловой кабинет, высокая зарплата, собственный отдел. А значит, ты продала душу дьяволу.       Гермиона приподняла бровь, посмотрев на него.       — А если твой кабинет находится по соседству с моим, то это значит?..       Он поднёс чай к своим тёмным губам.       — Повезло, — произнёс Забини и подмигнул ей, делая глоток.       Она нахмурилась, чувствуя, как ползёт румянец по шее.       — Блейз, — раздался голос Драко.       Гермиона выпрямилась и попыталась выглядеть занятой, хотя она явно была в середине разговора с Блейзом, и на её столе ничего не было.       — Мой господин, — сказал Блейз, повернувшись в дверном проёме и отвесив глубокий поклон. Гермиона успела разглядеть лишь плечо Драко.       — Когда я выделял тебе кабинет, я ожидал, что ты будешь находиться в нём.       — Но я предпочитаю вид из окна с этой стороны здания, — сказал Блейз улыбнувшись, и, по мнению Гермионы, эта улыбка была дьявольской.       — Ты — старший консультант по маркетингу и связям с общественностью, и мне нужно, чтобы ты был ближе ко мне. Убирайся из этого кабинета, — твёрдо сказал Драко.       — Да, мистер Малфой, — Блейз отсалютовал ему и, подмигнув ей, вышел из кабинета.       Значит, Блейзу был выделен кабинет на другом конце этажа, но он перенёс свои вещи и дверную табличку в соседний к Гермионе? Она покачала головой, глядя на пустые книжные полки. Её пустые книжные полки.       Движение в дверном проёме привлекло её внимание, и подняв голову, она заметила Драко, заглянувшего внутрь.       — Добрый вечер, Грейнджер.       — О, да, привет.       И Драко исчез. Она хлопнула себя ладонью по лбу.       Гермиона приняла решение перевести дух и собраться с мыслями. Она — профессионал, и должна была начать вести себя соответствующе. Грейнджер встала из-за стола, намереваясь просмотреть свой шкаф для хранения документации, когда услышала стук в дверь. Боже, у неё словно был проходной двор.       Повернувшись, Гермиона увидела, как в её кабинет входит худой мужчина в стильных очках.       — Мисс Гермиона Грейнджер?       — Да? Здравствуйте?       — Я Корбан Хартфорд. Адвокат «Малфой Консалтинг», — он полностью зашёл в кабинет, и Гермиона обратила внимание на его шикарную мантию.       — Адвокат группы адвокатов? — Гермиона улыбнулась. — Тогда вы, должно быть, лучший, — она пожала ему руку, и Корбан, ухмыляясь, поправил очки.       — Сегодня я провожу частные встречи со всеми старшими консультантами по поводу контракта и подписи документов. Вам сейчас удобно?       — Да, конечно, — Гермиона повернулась к своей сумке и принялась доставать конверт, в котором Драко прислал ей контракт с основными положениями фирмы. — Присаживайтесь.       Она повернулась, и Корбан Хартфорд осторожно закрыл дверь её кабинета. Как странно иметь кабинет с дверью, а не обычную кабинку. Как странно присутствовать на совещании за закрытыми дверьми.       Корбан занял своё место и распахнул папку, которую принёс с собой.       — Итак, у вас есть оригинал контракта, — его взгляд переместился на её пальцы, которыми она держала документы. — Мы добавили дополнения, которые я буду рад обсудить с вами, если потребуются разъяснения или если вы захотите о чём-то переговорить.       Его голос повысился в конце речи, словно он уже в десятый раз за сегодня произносит эти слова. Возможно, так оно и было. Он продолжил слегка ленивым голосом:       — Итак, мисс Грейнджер, имейте в виду, что, хоть я подчиняюсь «М.К.Г.» и самому мистеру Малфою, а поскольку вы теперь являетесь сотрудником «М.К.Г.», я также являюсь и вашим адвокатом. Вы можете обращаться ко мне с любыми вопросами не только как работник компании, но и как физическое лицо. Единственное, когда я не смогу представлять ваши интересы, это если вы подадите иск против «Малфой Консалтинг Групп» или мистера Малфоя. Но на сегодня моя работа, — он постучал пальцем по контракту и дополнениям, — убедиться, что у меня не будет причин оказаться по другую сторону суда от вас, — Корбан слабо улыбнулся.       Её мозг гудел от проносящихся в голове различных вопросов. Все возможные варианты того, как она могла бы выступать против «М.К.Г.» и Драко в суде.       — Хорошо, да.       Он перевернул страницу папки.       — Итак, у нас есть руководство трудовой деятельности на рабочем месте, соглашение о неразглашении, политика конфликта интересов, приложение о сексуальных домогательствах, включая любовный контракт, положение о не-конкуренции и, конечно, должностная инструкция.       — Э… Мне нужно объяснение нескольких терминов, которые вы назвали.       — Конечно, — сняв очки, Корбан протёр их. Затем Хартфорд приступил к обсуждению руководства трудовой деятельности на рабочем месте и рассказал о соглашении о неразглашении. К тому времени, как он перешёл к политике конфликта интересов, колено Гермионы задёргалось под столом, и она желала, чтобы Корбан поторопился. Грейнджер знала, что такое грёбаный конфликт интересов.       — В документах о сексуальных домогательствах вы найдёте стандартные положения, — сказал он, почёсывая висок. — Любые жалобы могут быть направлены мне или миссис Булстроуд в администрацию. — Гермиона поняла, что это, должно быть, Доротея, и подумала о своей однокурснице Миллисент. Так вот в кого она такая. — Или вы можете заполнить анонимную жалобу и отправить прямо в Министерство, чтобы её рассмотрел вышестоящий орган.       Гермиона моргнула.       — Да, хорошо. А что вы говорили о любовном контракте?       — Ах да, — Корбан Хартфорд махнул рукой, словно это было не самое интересное, что он сказал за последние десять минут. — Политика любовного контракта помогает установить некоторые правила на рабочем месте для коллег, которые вступают в романтические отношения. Мы просим всех сотрудников сообщать о любых текущих или прошлых романтических отношениях с другим сотрудником, а если два сотрудника всё же вступят в таковые, то они должны незамедлительно сообщить об этом.       — О, конечно. — Это было не так уж плохо.       — Все отношения между старшими консультантами и подчинёнными, конечно же, запрещены, так как это может повлиять на рабочие отношения. Если такое происходит, то именно старший сотрудник должен будет освободить свою должность и найти работу в другом месте.       Она напряглась. Корбан изучал Гермиону, наблюдая за её смущением.       — Например, — продолжил он, поправив очки, — если вы вступите в связь с мужчиной, который является одним из ваших младших консультантов в отделе по связям с не-волшебниками — или с женщиной! Даже не хочу этого предполагать!       Хартфорд улыбнулся. Он был довольно милым, но ей очень хотелось его убить.       — Если вы вступите в отношения с кем-то на ступень ниже вас, как только об этом станет известно, вам придётся освободить должность старшего консультанта, чтобы продолжить встречаться с этим человеком, — Корбан скрестил ноги. — Как вы думаете, в этом есть логика?       Она уставилась на себя в отражении его очков, услышав, что Драко придётся покинуть «Малфой Консалтинг Групп», если они когда-нибудь найдут путь друг к другу.       Она сглотнула.       — Разумеется.