Глава 45. Гермиона
5 мая 2022 г., 13:00
Она подписала любовный контракт меньше трёх недель назад, а уже позволила Малфою соблазнить себя и уложить на стол.
Гермиона сглотнула, постукивая ногтями по тому самому столу, и расфокусировала взгляд в направлении книжных полок. Она постучала пером по пергаменту, оставляя на нём пятна и кляксы.
Было бы это как в кино? Он бы прижался к ней, уронив на пол её чернильницу, рамки с фотографиями и документы? Возможно, они посмеялись бы над этим.
Грейнджер моргнула и тряхнула головой, отгоняя видение.
Трудно сказать, кто чувствовал бóльшую неловкость во время обеда — она или Гарри. Это был самый быстрый и самый молчаливый ланч за всё время их дружбы. За день до этого Гарри попросил её о встрече, и Гермиона думала, что у него есть какие-то новости или забавная история, но сейчас же он просто сидел и смотрел, как она ест. Наблюдал за её мыслями.
Весь оставшийся день Гермиона держала дверь своего кабинета закрытой. И каждый раз, когда кто-то стучал по дереву, она вздрагивала. Надеясь, что это не Драко, и одновременно тайно желая, чтобы это был он.
В её затуманенный разум постоянно проскальзывали тёмные мысли. Что, если бы Гарри не вошёл? Она бы позволила Малфою… всё? Она никогда не…
Знал ли Драко? Он предполагал это, когда рассказал ей об аукционе. Малфой говорил о тридцати пяти тысячах галлеонов, думая, что дополнительные пять будут целесообразны.
Ещё пять тысяч были бы добавлены к общей сумме, если бы удалось доказать, что ты ещё «не тронута».
Она закрыла глаза, насмехаясь над собой и своими глупыми, мрачными мыслями.
Уолтер заглянул к ней около трёх часов, спрашивая о проекте золотых сниджетов, обсуждаемом на сегодняшней встрече. Гермиона совершенно забыла об этой части дня. Он был очень расстроен, услышав о том, что проект откладывается. Но Грейнджер сказала, что они должны продолжать двигаться вперёд насколько это возможно.
Она задержалась на тридцать минут после работы для того, чтобы не пересечься с коллегами. В кабинете Драко горел свет. Она видела его проблески из-под двери, нажимая на кнопку лифта. Тот поднимался целую вечность, и Гермиона ощущала себя беззащитной, находясь на открытом пространстве. Грейнджер считала секунды, бросая взгляды на дверь Драко и молясь, чтобы та не открылась, пока она ещё здесь.
Лифт приехал, оповестив об этом громким звоном. Поморщившись, Гермиона заскочила внутрь и нажала на кнопку «закрыть двери» около двадцати раз.
Она аппарировала за несколько кварталов от своего дома, желая немного пройтись. Открыв входную дверь подъезда, девушка увидела Джинни, сидящую на лестнице их этажа.
Широко раскрыв глаза, та подскочила с места, одной рукой держась за перила, а другой — за свою шею.
Грейнджер остановилась и удивлённо моргнула, не отводя взгляда от подруги. Дверь позади неё закрылась.
Джинни моргнула в ответ.
Гермиона открыла рот, но не проронила ни звука.
Уизли дёрнула головой, пытаясь её расслышать.
Гермиона отстранённо уставилась куда-то за плечо Уизли и, закрыв рот, перевела взгляд на лестницу.
Джинни вздохнула и, замерев посмотрела на стену. И ещё один вдох...
Грейнджер поджала губы.
— Кто кого поцеловал?
— Он. Он поцеловал меня.
Джинни кивнула, пытаясь прочитать реакцию Гермионы.
— И как это было?
— Это было… Да. Хорошо. Это… да.
Уизли скрестила руки на груди, но потом опустила их.
— Закажем сегодня китайской еды?
— Да, отлично.
***
Джинни повесила трубку, закончив разговор с китайской кафешкой, и повернулась к Гермионе. — Так он… То есть… — она нахмурилась. — Гарри сказал, это было на письменном столе? — Да. На столе, да. Джинни кивнула и прикусила щёку.***
— С языком? — Да. Уизли снова кивнула, и Гермиона начала мыть посуду.***
Грейнджер открыла пакет соевого соуса. — Это было нежно и… медленно? — Нет, я бы сказала агрессивно. Джинни кивнула и откусила яичный рулет.***
— Он сказал тебе, что чувствует, или, может, вы наладили… — Мы ругались. — Хм, — Джинни включила телевизор.***
— Он тебя лапал? — Не то чтобы… Нет. Джинни разломила печенье с предсказанием напополам.***
После ужина Джинни оставила Гермиону одну. Той ночью Грейнджер ворочалась в постели, постоянно переворачивая и взбивая подушку, пока, наконец, не заснула беспокойным сном, отпустив мысли о событиях этого дня. Что она скажет ему завтра? И должна ли она что-то говорить? Возможно, вся эта идея — стать коллегами — была плохой. Может, ей стоит написать Матильде и узнать, не занята ли ещё её должность. Ей всё ещё нужно было отчитать его за то, что он использовал её имя для заманивания сотрудников в компанию. Зачем она прикоснулась к нему после того, как Малфой попросил этого не делать? Почему она не послушалась его? Какой наряд подготовлен на завтра? Нужно проверить, не слишком ли он откровенный. Она коснулась его щеки, а Драко сжал её бедро. Подтолкнув её назад, он начал опускать на стол… и что было бы дальше? О чём подумал Гарри? Нужно уточнить, каковы были юридические последствия нарушения любовного контракта? Случится ли это ещё раз? Или больше никогда? И что из этого хуже? Как она будет обсуждать дело оборотней и заседания Визенгамота, сидя рядом с ним в конференц-зале? Ей было интересно, целуется ли она как девственница…***
В три часа ночи Гермиона забралась в постель к Джинни и начала с самого начала. Грейнджер поделилась с ней своим открытием, что Малфой, используя её имя, завоёвывал уважение и заключал деловые сделки. Рассказала ей о платье, причёске, золотых сниджетах, и, наконец, о поцелуе. Джинни тяжело вздыхала в нужные моменты, стонала над глупостью Драко и хихикала над дерзостью Гермионы. Она хотела знать все подробности, чем вынуждала Грейнджер краснеть и запинаться. Уизли спрашивала, каково это было, где находились руки Драко, какие звуки он издавал и позволила бы она ему больше? Джинни нужно было вставать в пять утра на тренировку, поэтому Гермиона, извинившись, наконец позволила ей заснуть. Сама она поспала около часа. Ей снился балкон с видом на сады Малфоев, где она стояла у перил, любуясь прудом. Драко подошёл к ней сзади, и, повернувшись, она увидела его в чёрной мантии, расшитой серебряными нитями. Гермиона опустила взгляд на свой наряд и обнаружила себя в белом платье, в котором встретила Новый год. Драко улыбнулся ей и взял за руку, а когда она подняла глаза, они стояли в беседке. Гермиона держала букет серебристых цветов. Она повернулась и увидела Джинни в голубом платье, протягивающую к ней руку, чтобы взять её цветы. Проснувшись, Грейнджер с улыбкой смотрела в потолок комнаты Джинни. Постель была пуста, а из ванной слышался звук воды. Гермиона расплакалась.***
Она выбросила произошедшее из головы. Нет, у неё не было ответов на вопросы. Нет, она не знала, чего ожидать от сегодняшней встречи с Драко. Но она надела своё фиолетовое платье и в тон к нему туфли, скрыла свои тёмные круги под глазами и направилась в офис. Гермиона слышала биение своего пульса в ушах, когда двери лифта открылись. Но потом Мелоди, улыбнувшись, пожелала ей доброго утра, и она снова сосредоточилась. Грейнджер зашла в свой кабинет и почти закрыла за собой дверь, но осознала, что для этого нет причин. Оставив её открытой, Гермиона почувствовала себя уязвимой, но по крайней мере, так она сможет увидеть или услышать, как Малфой приближается. Первый час её рабочего дня прошёл тихо. Уолтер принёс её почту, и Гермиона ответила на несколько писем. Она изо всех сил старалась не вздрагивать каждый раз, когда слышала чьи-то шаги или мужские голоса. Блейз зашёл в её кабинет с надутым видом. Она подняла взгляд и увидела, как он радостно плюхается в кресло для гостей. — Я не хочу проводить собеседования. Пожалуйста, сделаешь это за меня? — Забини нахмурился и провёл рукой по лицу. — Собеседования на должность сотрудника по связям с Визенгамотом? — Он кивнул. — Почему ты проводишь их? — Потому что Драко не захотел их переносить… извините, мистер Малфой, — Блейз закатил глаза. — Проведёшь их со мной? Она нахмурилась. — Почему ты за главного? — Без понятия! — Блейз сгорбился в кресле. — Он сказал мне провести собеседования в его отсутствие. Гермиона уставилась на него. — Дра… Малфой сегодня не в офисе? — Ага, — ответил Блейз, оглаживая пальцами рукав своей мантии. Погрузившись в мысли, она перевела взгляд за его плечо. Почему Драко не пришёл? Он заболел? Избегал её? Мерлин, это бизнес, и ему необходимо быть здесь! — Первое собеседование в одиннадцать. Проведешь их со мной, пожалуйста? Если откажешься, то я найму первую симпатичную девушку, которая войдёт в двери. Она нахмурилась, зная, что он говорит правду. — Ладно. Следующие полчаса Гермиона провела за просмотром должностных обязанностей вакансии и присланных на неё резюме. Расположившись в конференц-зале, они с Блейзом составляли вопросы, которые будут задавать кандидатам. Забини, похоже, вообще не собирался делать заметки, поэтому Гермиона смирилась с тем, что будет вести записи сама. После первых двух собеседований, Блейз попросил одного из младших консультантов принести им ланч. Грейнджер не была большой поклонницей подобного использования сотрудников или трат средств компании таким образом, но Забини, закатив глаза, сказал, что заплатит из своего кармана. Она ковырялась в своём салате, передвигая гренки, когда Блейз заговорил. — Почему ты выступила на суде Драко? Гермиона повернулась к нему. Забини наблюдал за ней, ковыряя тост своего сэндвича. — Это было правильным решением, — она начинала уставать от этих слов… Блейз прищурился. — И что это значит? — спросил он и закинул в рот кусочек хлеба. — Я… считаю, что Визенгамот несправедливо выдвинул ему обвинения. Он был единственным осуждённым студентом и… — Он был единственным студентом, который пытался убить Альбуса Дамблдора. Гермиона подняла на него взгляд. Блейз жевал, глядя на неё. — И Малфой не справился. Он опустил палочку. Гарри видел это. Блейз поднял бровь. — Так это объясняет, почему Гарри Поттер давал показания, — произнёс Забини, и Гермиона ждала, что он продолжит, но этого не произошло, и она заговорила. — Когда егеря поймали нас — Рона, Гарри и меня — они отвели нас в Малфой Мэнор, — начала она, опустив взгляд на салат. — И он не опознал нас, — она наколола помидор. — Не думаю, что такой человек должен быть заключён в Азкабане. Силуэт Драко, отворачивающегося от её измученного тела, и звук его вздоха пронеслись в её голове… — И если бы это был кто-то другой? — спросил Блейз, и она взглянула на него. — Скажем, если бы Грегори Гойла попросили вас опознать. И он бы тоже сказал, что не уверен в том, что это вы. Глаза Забини блестели, и в этот момент она поняла: его не одурачить. Гермиона сглотнула. — Тогда я бы свидетельствовала в пользу Гойла, если бы Визенгамот решил его судить. — Потому что это «правильное решение», — усмехнулся он и отправил в рот ещё один кусок хлеба. Гермиона кивнула. Она чувствовала, как горит её лицо, и не в силах посмотреть на Забини, просто наблюдала за тем, как он разбирает свой сэндвич на составляющие. Какой интересный способ поесть… — Что между тобой и Дафной? Его пальцы замерли, и, подняв взгляд, Грейнджер увидела, как ухмылка сползает с лица Забини. Внезапно ей показалось, что она спросила лишнее. — Мы… встречались, — он посмотрел на сэндвич, складывая его начинку обратно на тост. — Оу. Тяжелое расставание, я полагаю? — Разве не все расставания такие? — Блейз грустно улыбнулся. Гермионе показалось, что на его лице отразилось чувство вины. И на момент вообразила, каково это — быть в отношениях с Блейзом Забини, самым неисправимым соблазнителем, которого она знала. Грейнджер сказала наугад: — Ты изменил ей? — она сохраняла невозмутимое выражение лица. Поджав губы, Блейз перевёл на неё взгляд, и Гермиона поняла, что ошиблась. — Как раз наоборот, — сглотнув, Забини смял упаковку от своего ланча и, извинившись, ушёл. Отбросив вилку на стол, Грейнджер закрыла глаза и взяла на заметку больше никогда не строить догадки о слизеринцах. Они были намного сложнее, чем она когда-либо себе представляла.***
Они с Блейзом провели все собеседования, и Грейнджер набросала свои заметки для Драко. На четверг были назначены ещё несколько, на которых, она надеялась, Малфой будет присутствовать. Мадам Мишель в тот вечер, по всей видимости, находилась в кошмарном настроении. Ей не нравилось всё, что делала Гермиона, и в конце занятия она передала ей возмутительно длинный список замечаний. Это был пятый урок. Грейнджер находилась на полпути к завершению занятий, но не чувствовала, что чему-то научилась. Если Люциус Малфой действительно хочет её помучить, то он назначит тест в конце всего этого. В среду она повторила утренний распорядок предыдущего дня: нанесла макияж, надела одежду и толстокожесть, подготавливаясь к встрече с Драко. Но он всё ещё не появлялся в офисе. Около десяти часов она подошла к его секретарю. — Мистер Малфой будет сегодня? — Не думаю, — оторвав глаза от журнала, девушка попыталась засунуть его под какие-то бумаги. — Хорошо, — ответила Грейнджер. — Эм… Он отменил сегодняшнюю встречу с мистером Таунсендом? — Нет, — ответила девушка, заглянув в расписание, — встреча в силе, — она перевела взгляд на Гермиону. — Я думаю, что портключ мистера Малфоя запланирован на сегодняшний вечер, как раз перед встречей. — Портключ? — Грейнджер моргнула. — Ох, он… не в городе? — Да, он в Нью-Йорке на запланированной встрече, — девушка улыбнулась, накручивая на палец прядь волос. На секунду Гермиона не могла подобрать слов. Редкая проблема для неё. — Не могли бы вы дать мне какие-нибудь его заметки о встрече с Таунсендом? Боюсь, я недостаточно подготовлена, поскольку надеялась встретиться с мистером Малфоем сегодня, чтобы подготовиться. — Конечно, — ответила девушка и записала что-то на стикере. — Я вышлю вам копии. — Спасибо, — произнесла Гермиона и, повернувшись, направилась в свой кабинет. Нью-Йорк. Единственной американкой, о которой она вспомнила, была Ноэль. Но на самом деле Грейнджер сомневалась, что у Драко запланирована встреча с дочкой Огдена после того, как он сам настаивал, чтобы она не связывалась с ней. К тому же Гермиона была уверена, университет Ноэль находится в Калифорнии. С кем он встречается в Нью-Йорке?***
Грейнджер прибыла на место за пятнадцать минут до встречи с мистером Таунсендом. И она полностью подготовилась на случай, если Драко не придёт. Хостес провела её к столику, и Гермиона почувствовала облегчение, сев за него первой. Сегодня она прочитала всё о мистере Таунсенде. Он был вдовцом и полукровкой в возрасте шестидесяти лет, который сколотил небольшое состояние на производстве зелий. Таунсенд открыто высказывался о том, чтобы волчье противоядие было доступно тем, кто не может за него заплатить. Без пяти минут семь одна из официанток провела седовласого мужчину к её столику. Гермиона улыбнулась, поднимаясь со стула. — Мистер Таунсенд? — она протянула ладонь, уверенная, что мадам Мишель одобрила бы этот жест. — Да. Здравствуйте, мисс Грейнджер, — он пожал её руку и тепло улыбнулся. — Очень рад с вами встретиться. — Взаимно, мистер Таунсенд, — Гермиона опустилась на место. — Для меня большая честь, что вы захотели встретиться с нами по поводу политики в отношении оборотней. Мистер Малфой должен быть здесь, но, насколько я знаю, он в командировке, — она указала рукой на пустой стул. Официант принял их заказ. Мистер Таунсенд захотел виски, а Гермиона, последовав его примеру, остановилась на бокале вина. И именно в этот момент она задумалась о том, должна ли «Малфой Консалтинг» покрыть счёт за этот ужин? Гермиона моргнула, глядя на белую скатерть. Она пыталась вспомнить, достаточно ли у неё с собой золотых, чтобы оплатить счёт сейчас, а потом получить эту сумму от компании. Так ведь проходят деловые ужины? Или у Драко имелся счёт в этом ресторане, на который она могла бы записать заказ? Грейнджер оглянулась. Она надеялась, что это волшебный ресторан, поскольку у неё не было с собой магловской кредитки. Решив поговорить с метрдотелем позже, Гермиона отбросила свои тревоги и переключила всё внимание на мистера Таунсенда, который оказался очень приятным мужчиной. Они болтали о Хогвартсе и книгах, медленно продвигаясь к делу оборотней. Было десять минут восьмого, когда Грейнджер решила начать обсуждение без Драко. Она только начала рассказывать мистеру Таунсенду об их текущем прогрессе, как знакомый голос заставил её замереть. — Прошу прощения за опоздание. Она подняла взгляд и увидела, Драко Малфоя, который слегка улыбался мистеру Таунсенду. Тот встал со стула, чтобы пожать ему руку. Гермиона была в замешательстве от незнания: нужно ли ей тоже подняться? Необходимо ли это? Чёрт бы вас побрал, мадам Мишель. Почему она так и не научила её чему-то полезному? Малфой выглядел отлично. Даже лучше. Он выглядел восхитительно. Гермиона моргнула и схватила свой стакан с водой, когда Драко присел рядом с ней, напротив мистера Таунсенда. Она наблюдала, как он ведёт светскую беседу, и пыталась сделать выражение своего лица нейтральным. Малфой улыбнулся и, подозвав рукой официанта, заказал огневиски — всё-таки это магический ресторан — и приступил играть роль опоздавшего, но любезного хозяина положения. Гермиона поглядывала на него, но старалась не пялиться в открытую. Когда беседа снова вернулась к теме оборотней, Драко жестом предложил ей взять инициативу в свои руки. Грейнджер осознала, что он ни разу не взглянул на неё. Она моргнула и повернулась к мистеру Таунсенду, начиная разговор с того места, на котором они остановились. Грейнджер рассказала о предыдущих событиях и текущих трудностях в этом деле. Драко время от времени вступал в разговор, и ей удалось вздрогнуть от его голоса только один раз. Малфой хотел заказать несколько закусок, и Гермиона решила выбрать из меню что-то для себя. Немного отклонившись от политики оборотней, мистер Таунсенд болтал с Драко про общих знакомых, пока Грейнджер изучала представленные блюда. — И Маркус Флинт! Вы были с ним близки в Хогвартсе, да? Гермиона вздрогнула. Она вздохнула и взглянула на мистера Таунсенда. Он улыбался, как будто его воспоминания о Маркусе Флинте были яркие и счастливые. Она посмотрела на Драко, когда он с улыбкой произнёс: — Да, он несколько лет был моим капитаном в команде по квиддичу. Подняв свой бокал, Гермиона бросила на Малфоя взгляд, и увидела напряжение в его глазах. — Вообще именно Маркус рассказал мне о вашей политике в отношении оборотней, — мистер Таунсенд улыбнулся, а Гермиона сделала большой глоток вина. — Он сказал: «Джеффри, ты слышал, что задумали Драко Малфой и Гермиона Грейнджер?», — Мистер Таунсенд — Джеффри — усмехнулся. Поджав губы, Грейнджер почувствовала лёгкую тошноту. — Он был отличным учеником. Маркус очень способный зельевар. И вдруг её осенило. Маркус Флинт сам сварил то зелье. Он был учеником мистера Таунсенда, который посвятил свою жизнь помощи людям путём зельеварения. Невероятно грустно. Гермиона втянула воздух и попыталась выдохнуть напряжение. — Это было так любезно с его стороны рекомендовать вам данную политику, — улыбнувшись, сказала Грейнджер и услышала, как справа от неё хрустнули костяшки пальцев Драко. Она воспользовалась возможностью перевести разговор в другое русло, подальше от Маркуса Флинта. Подошёл официант и принял их заказ. После беглого просмотра цен в меню, Гермиона была очень рада, что Драко оплатит счёт. Как только официант удалился, мистер Таунсенд снял салфетку с колен. — Извините, я пойду поищу уборную. Она почувствовала, как холодный ужас сковал её грудь. О, мистер Таунсенд, пожалуйста, не делайте этого… С каждым его удаляющимся шагом, узел в её животе скручивался всё сильнее и сильнее. Не осмелившись взглянуть на Драко, Гермиона потянулась за своим бокалом вина и, едва его не опрокинув, поднесла к губам. Поставив напиток на стол, она отсчитала три секунды и снова пригубила его. Грейнджер слышала равномерное дыхание Малфоя. — Как прошла встреча в Нью-Йорке? Она посмотрела на него и увидела, что Драко, уставившись на солонку с перечницей, то сжимал, то расслаблял челюсти. — Превосходно. Он не смотрел на неё. И Гермиона была почти благодарна за это, не зная, как бы она поступила, если бы он взглянул на неё. — Потенциальный клиент? — Грейнджер проскользила взглядом по его подбородку, задержавшись на губах. — Нет, — ответил он и прочистил горло. — Личная встреча. — О, — произнесла Гермиона. — Извини, я не хотела совать нос… Не отрывая глаз от солонки, Драко покачал головой, давая понять, что всё в порядке. — Мы с Блейзом провели собеседования, — Гермионе хотелось, чтобы они просто посидели в тишине, но, очевидно, она сама этого не может допустить. — Есть несколько отличных кандидатов. Малфой кивнул. — Ты будешь завтра в офисе? — Да. Мистер Таунсенд вернулся, и она снова смогла дышать. Они прекрасно провели остаток вечера за восхитительным ужином. Мистер Таунсенд поддерживал приятную беседу и даже пообещал внести половину суммы в запланированный ими сбор средств. Гермиона была потрясена. Мистер Таунсенд и Драко поспорили из-за того, кто из них оплатит счёт. Грейнджер сочла это очаровательным. Когда она встала из-за стола, чтобы отойти в уборную, оба мужчины встали вместе с ней. Манеры. Когда они попрощались, пожав руку мистеру Таунсенду и назначив новую встречу в офисе на следующей неделе, Драко жестом предложил ей выйти первой из заведения. Только сейчас Гермиона осознала, насколько она привыкла к ощущению его направляющей руки на своей пояснице…***
В четверг утром Драко, Блейз и Гермиона собрались за обсуждением собеседований, проведённых ранее на этой неделе. Она сделала три копии своих записей со вторника и вручила каждому из них по экземпляру. Женщина, которая больше всех произвела впечатление на Гермиону, конечно же, не нравилась Блейзу. — Но я действительно хочу поделиться с вами одним из её ответов. Это довольно впечатляюще, — сказала Грейнджер, листая заметки. — Ага, вот. Мы спросили: «Расскажите о ситуациях, когда у вас были разногласия или недопонимание с коллегой, и как вы двое решили эту проблему». И она сказала, что ей нравится подходить к проблемам с разных точек зрения. Она потратит минутку, чтобы попытаться выяснить причину недопонимания, поставить себя на место коллеги и смириться с тем фактом, что она может ошибаться. Гермиона оторвала взгляд от своих записей и обнаружила, что Драко смотрит прямо на неё. Она моргнула. Грейнджер не видела его глаз с понедельника, с того самого момента, как он поцеловал её. Тогда они были страстными и полными обещаний. Сейчас его взгляд был нейтральным и спокойным. Грейнджер старалась найти хотя бы тень какой-либо эмоции. Ничего. — Э-э, — продолжила она, — так же она сказала, что подходит к каждой ситуации с деловой точки зрения, а не с личной, и понимает, что иногда приходится жертвовать офисной дружбой ради благ клиента. Гермиона снова подняла взгляд. Драко смотрел на неё так же безэмоционально. — Она ужасно скучная, — пожаловался Блейз. — У меня сложилось впечатление, что вот та часть про «необязательно поддерживать дружеские отношения в офисе со всеми» относилась лично ко мне. — Хорошо, — сказал Драко. — Я буду иметь её в виду. Мы с Блейзом проведём сегодняшние собеседования, чтобы он мог должным образом сравнить и сопоставить всех кандидатов, которых я не видел. Он встал из-за стола, собирая её заметки. Забини будет проводить собеседования сегодня? Она нахмурилась. Блейз, который не сделал ни единой заметки и судил людей по их внешности? Грейнджер открыла рот, чтобы возразить, но Драко стремительно вышел из кабинета. Она фыркнула.***
Гермиона попросила секретаря Малфоя проверить его расписание на пятницу и найти для неё свободное время. Она очень хотела бы обсудить с Драко его расчётливое использование её имени, однако нынешняя атмосфера была слишком… нестабильной для этой беседы. Грейнджер хотела дать Уолтеру возможность воплотить в жизнь его идею о золотых сниджетах. У него так же были идеи насчёт двух других проектов, и один из них показался Гермионе довольно любопытным. Уолтер предложил ей и её отделу начать консультационную кампанию для семей маглорождённых первокурсников, в ходе которой они будут давать советы родителям и устроят небольшую программу по «навёрстыванию упущенного» для студентов, которые только узнали о магии. Грейнджер это нравилось. Это была именно та работа, которая её интересовала. Гермиона подумала об Артуре Уизли, который, показывая её родителям Косой переулок, наблюдал за потрясением её отца и благовейным страхом матери. Она с удовольствием помогла бы семьям маглорождённых на этом периоде неизвестности. Примерно за тридцать минут до спонтанной встречи Уолтер вошёл в её кабинет. — Я только что получил это, — сказал он, размахивая листом бумаги. — Нам придётся перенести встречу на следующую неделю. Гермиона нахмурилась, забирая у него записку от секретаря Драко с извинениями о том, что в три часа дня он занят. Она ведь видела, как несколько часов назад девушка проверила его расписание и сказала, что это время свободно. — Ну ладно, — Уолтер пожал плечами. — Я продолжу дорабатывать идею, и мы попробуем ещё раз на следующей неделе, — произнёс он и вышел. Гермиона подошла к своей двери и прислонилась к косяку. Дверь в кабинет Драко была закрыта, но там горел свет. Малфой действительно занят, Или он просто отменил их приватную встречу?***
Выходные тянулись медленно. В «Корнерстоуне» не произошло ничего чересчур интересного, и Грейнджер поймала себя на мысли: стоит ли уволиться? Но потом она решила, что будет продолжать здесь работать просто назло Драко. В понедельник вышел новый выпуск «Ведьмополитена». Для обложки они выбрали платье цвета перванш, а несколько других снимков в разных нарядах и позах расположили внутри. Она была очень довольна результатом. Грейнджер получила милую записку от Пэнси, в которой говорилось, что она в полном восторге от колдосессии. Выйдя из лифта в понедельник, Гермиона едва не споткнулась, увидев Драко за стойкой регистрации, который что-то читал, пока Мелоди перебирала почту. Он повернулся в сторону своего кабинета, собираясь уйти, и его взгляд остановился на ней. Гермиона кивнула ему и продолжила путь, пытаясь стряхнуть с себя его безэмоциональный взгляд, которым он одарил её. На совещании старших консультантов она собиралась огласить идею Уолтера. Вентворт, последовав её примеру на прошлой неделе, подготовил и раздал свои собственные брошюры, в которых представил свои дальнейшие шаги по реструктуризации бизнесов Косого переулка. Когда дело дошло до неё, она раздала присутствующим две брошюры. — Уолтер и я пересмотрели проект золотых сниджетов. Мы скорректировали бюджет и установили более подходящие сроки, чтобы, как я надеюсь, перенести его в этот квартал, а не в следующий… — Я думал, что уже отклонил этот проект. Гермиона посмотрела на Драко. Его глаза всё ещё были безжизненными. — Так и есть. Вот почему мы пересмотрели его. Для твоего повторного ознакомления. Он закрыл брошюру, открыл рот, чтобы заговорить, но она оборвала его. — Это означает, что ты возьмёшь брошюру, ознакомишься с ней, обдумаешь и огласишь мне своё решение, — сказала Гермиона. Грейнджер чувствовала, как жар ползёт вверх по шее. Ей показалось, что в его глазах промелькнула какая-то эмоция, но она исчезла прежде, чем Гермиона успела подумать об этом. Она перевела дыхание. — Следующий проект, который я хотела бы представить, — идея Уолтера, и я думаю, что она замечательная. Гермиона продолжила рассказывать о программе интеграции маглорождённых, объясняя коллегам тезисы в брошюре. Она обернулась и увидела, что Вентворт ухмылялся, Мокридж просматривал финансовый анализ, а Блейз… как и ожидалось, рисовал на страницах. Драко же хмуро смотрел на обложку. Гермиона закончила, и он взял слово. — Итак, это третий проект твоего отдела, который будет финансироваться без прямого дохода от конкретных клиентов? Гермиона едва не закатила глаза. — Некоторые семьи маглорождённых вполне могут позволить себе оплату программы, но да, я предполагала, что мне понадобится своего рода «стипендиальный фонд» для этого проекта… — Повторю: расходы твоего отдела поставят компанию в невыгодное положение без прогнозируемого дохода для любого из проектов. Она встретилась с его холодными глазами, пытаясь сдержать гнев в своих собственных. — Разве не в этом смысл сбора средств? — На три проекта одновременно? — Программа интеграции маглорождённых неактуальна до июля, пока не будут разосланы письма из Хогвартса. Этот проект определённо должен начаться в следующем квартале. — Это бизнес, Грейнджер, — Драко откинулся на спинку стула, и его беспечность возмутила её. — Ты просто пытаешься потратить финансы вместо того, чтобы побеспокоиться о доходности своего отдела. Хотя, конечно, эти проекты отлично привлекли бы внимание общества к «М.К.Г»… — Разве не для этого я здесь? Ради общественного мнения? — словно выстрел, озвучила она вопрос. Блейз приподнял бровь, внезапно заинтересовавшись происходящим. В этот раз Гермиона точно увидела огонь в глазах Драко. Но, когда он стиснул челюсти, пламя погасло. — Продолжайте думать об идеях, которые повысят доходность. Она сделала глубокий вдох. Драко закончил собрание, и Гермиона как можно спокойнее вернулась в свой кабинет. Часть её понимала, что Малфой был абсолютно прав. Гермиона лучше, чем кто-либо, знала о финансовом положении этой компании. Но сколько ещё она сможет работать только над проектом оборотней? Ей наскучила выполняемая работа, и её отношения с Драко всё время были на грани. Это становилось… невыносимо.***
Во вторник днём Грейнджер пересекла офис, держа в руке сложенный лист бумаги. Подойдя к его секретарю — имени которой, стыдно признаться, она всё ещё не знала — она спросила, на встрече ли Малфой. Девушка ответила отрицательно, но, отведя глаза в сторону, добавила, что он попросил не беспокоить его, если это не имеет большого значения. Гермиона кивнула и постучала в его дверь. Секундная пауза. — Войдите. Гермиона глубоко вздохнула и открыла дверь. Драко сидел за своим столом, расслабленно откинувшись на спинку кресла, и перечитывал брошюру Вентворта со вчерашнего совещания. Его глаза метнулись к ней, затем снова опустились к бумагам. — Да? Гермиона закрыла за собой дверь. Посмотрев на неё, Малфой перевёл взгляд на закрытую дверь. Грейнджер сглотнула. Она подошла к его столу, перебирая пальцами написанное одностраничное заявление. Сегодня Гермиона надела наряд, который Пэнси подготовила на пятницу. Из всех образов недели этот понравился ей больше всего: струящаяся тёмно-синяя юбка до колен с серой рубашкой на пуговицах. Она очень хотела найти повод надеть их. Волосы она собрала в конский хвост, закрутив локоны, как учила её Пэнси. Гермиона положила лист перед ним на стол. — Я хотела… Мне нужно предупредить тебя о своём уходе. Он уставился на заявление и стиснул зубы. — Я начала чувствовать себя некомфортно здесь и не думаю, что со временем моё положение улучшится. Это начинает сказываться на моей работе. У меня были нереальные ожидания, когда я пришла в эту компанию, но я разочаровалась. Поэтому я уведомляю тебя об этом за две недели. Гермиона сцепила руки перед собой и прикусила щёку изнутри, наблюдая, как Драко остаётся неподвижен. — Нет. Она моргнула. — Нет? — Я его не принимаю, — Малфой вернулся к бумагам, даже не удостоив её взглядом. Гермиона почувствовала, как жар прилил к её шее, и она поджала губы, проглотив несколько отборных слов. — Что ж, мне жаль это слышать. Я с радостью обучила бы свою замену. Но теперь мой последний день будет не двадцать пятого февраля. Я буду работать до конца этой недели и уйду в эту пятницу. Хрустнув шеей, Драко швырнул брошюру Вентворта через стол и поднялся со своего кресла. Её сердце бешено заколотилось, когда он посмотрел на неё сверху вниз. Выражение его лица выражало скуку, но глаза горели огнём. Малфой обошёл свой стол, схватил сложенный лист, который она положила на край, и развернул его. Стоя в трёх шагах от неё и оперевшись на край стола, он быстро пробежался взглядом по написанному. — Здесь ничего не сказано о том, что твой босс сексуально домогался тебя, — нахмурившись, он поднял на неё взгляд. Гермиона сглотнула. О, так они собирались поговорить об этом прямо сейчас? — Нет. Это не входило в мои намерения… — И каковы же твои намерения, Грейнджер? — скомкав заявление, Малфой отбросил его в сторону и ухватился за край стола позади себя, гордо вздёрнув подбородок. Его щёки порозовели. — Чего ты хочешь? — Я… Я хочу уволиться. Это очевидно, — Гермиона покачала головой, не понимая его. — Ты уволишься, если я не сделаю… что? — он наклонил к ней голову. — Ничего, — Гермиона рассмеялась и внимательно посмотрела на него. Его челюсть была стиснута, а костяшки пальцев побелели. — Это не шантаж, Драко… — И снова Драко, — он выпрямился во весь рост, отойдя от стола. Теперь между ними осталось буквально пару метров. — Прошло несколько месяцев с тех пор, как я слышал это в последний раз, — Гермиона услышала, как хрустнули костяшки его пальцев, и у неё перехватило дыхание. — Я думаю, что в последний раз ты шептала мне это на ухо в переулке, сжимая пальцами мои волосы… Она ахнула и отступила назад. — …или, может быть, это было на моём балконе, когда ты, стоя в белом платье, улыбалась мне, как будто отлично знала, что делаешь… — О чём ты говоришь, Малфой… — Не-а! Сказанное обратно не вернуть. Я снова Драко, — он сделал шаг к ней. Его глаза сверкали, а дыхание стало неровным. Грейнджер отступила назад, проклиная каблуки. В груди ощущалась тяжесть, и казалось, что в комнате не хватало воздуха. Несколько секунд назад его глаза были безжизненными, а теперь они пылали. — Ты хочешь, чтобы я подала жалобу о сексуальном домогательстве? — она неуверенно засмеялась. — Я хочу, чтобы ты честно объяснила, почему уходишь, Грейнджер, — Малфой снова шагнул вперёд, и она очень хотела бы найти в себе силы не отступать от него. — Храбрая, маленькая, золотая гриффиндорка позволила мне поцеловать себя, и теперь не знает, как повернуть всё вспять. Гермиона рассмеялась, даже когда снова отступила назад. — Это я та, кто хочет всё повернуть вспять?! — Его серые глаза скользнули по её лицу, а на щеках проступили розовые пятна, когда она прислонилась спиной к стене. Взгляд Малфоя снова поймал её в ловушку. Всегда ловил. — Всегда спокойный и собранный Драко Малфой, который никогда не смешивает бизнес и личное, поцеловал сотрудницу и теперь хочет быть наказанным за это, — прорычала Грейнджер. Его руки опустились на стену по обе стороны от неё. Драко подошёл невероятно близко, и она чувствовала, как его торс прижался к её груди. — Ты собираешься наказать меня, Грейнджер? — он прикусил нижнюю губу, и она смогла разглядеть тень ухмылки в уголке его рта. Гермиона вздрогнула. Это было… не то, что она планировала. Она ощущала его дыхание на своих губах и чувствовала, как с каждым вдохом Драко сомневается всё сильнее. Ожидая его действий, Гермиона откинула голову, слыша, как тяжело он дышит. Она посмотрела в его тёмные и горящие глаза, полные… ожидания, что она поцелует его. Чёрт бы его побрал. Гермиона встала на цыпочки и накрыла его губы своими. Малфой потянулся к ней и пробормотал «блять», соприкасаясь с ней бёдрами. Грейнджер ахнула, и он проник языком в её рот. Она услышала собственный стон, когда Драко сильнее вжался в неё, схватив одной рукой её за талию, а другой переместился на её шею. Он хмыкнул и, протянув руку, сорвал ленту с её собранных в высокий хвост волос, позволяя им рассыпаться по плечам. — Никогда так не делай… — прохрипел Малфой в область её шеи, и Гермиона вздрогнула, когда он прикоснулся к ней губами. Почувствовав, как он прикусывает её кожу, Грейнджер позволила своим глазам закрыться. Его рука скользнула к её волосам за ухом, немного оттягивая их, и Гермиона не смогла сдержать стон. Осторожно разведя её колени правой ногой, Драко продолжал исследовать рукой её талию и бёдра, не отрываясь от её шеи. Она, задыхаясь, вцепилась в его плечи, не зная, что ей необходимо сделать. Колено Драко плавно раздвинуло её ноги, и Гермиона ощутила, как его рука на бедре начала задирать юбку. Она прикусила губу. Это было божественно. Так, как и должно быть. Грейнджер почувствовала, как колено Малфоя поднимается выше, касаясь её промежности, и застонала, осознав, что именно такую картину она наблюдала, заставая в коридорах Хогвартса его и Пэнси. Именно об этом она мечтала в свои шестнадцать лет. Грейнджер сильнее прижалась к нему бёдрами, и по её телу пронёсся электрический разряд. Она сделала это снова. И ещё раз. — О Боже, — простонала Гермиона, заскользив руками по его плечам и хватая его за волосы. Идеальный. Она почувствовала дрожь, пронзившую его тело, и потянула Драко за голову к себе, заставляя оторваться от её шеи. Малфой поднял взгляд, и Грейнджер увидела, как припухли его губы и как у него перехватило дыхание, когда он посмотрел на неё. Она снова нашла его губы, и Драко ответил на поцелуй, проведя ладонью от её шеи вниз к груди, едва касаясь её, и Гермиона выдохнула в его губы. Грейнджер почувствовала, как расстёгиваются верхние пуговицы её рубашки, а ткань юбки поднимается по бёдрам, и, наконец, ощутила, как кончики его пальцев прикоснулись к её коже. Драко разденет её через несколько минут, и она ему не помешает. Он хотел её, и она его не остановит. — Ты сводишь меня с ума, — закрыв глаза, прохрипел он ей в губы и прижался своим лбом к её. Правой рукой он рисовал круги на верхней части её оголившегося бедра, а левой — тянулся к её груди, забравшись под рубашку. — Прости… Усмехнувшись и зажмурив глаза, Драко прикусил губу и коснулся её соска через бюстгальтер. Гермиона ахнула, и он, схватив её за бедро, приподнял её ногу и притянул ближе к себе. Она покачнулась на одном каблуке: она и на двух едва сохраняла равновесие. Его пальцы блуждали по внешней стороне бедра, спускаясь к ягодице, и найдя ткань трусиков, Драко поцеловал её. Его пальцы скользнули под бельё, и девушка резко открыла глаза. Он узнает. Скоро он… сможет это почувствовать, да? Грейнджер запаниковала. Наверное, Драко и сам уже это понял по тому, как она едва касалась его, даже когда он раздевал её. Но о таком же предупреждают, верно? Даже если человек уже догадался… — Я… Я… Драко снова поцеловал её в губы и вздохнул, потянув чашечку лифчика вниз. — Подожди, подожди, — пробормотала Гермиона. — Я… ты был прав… предположив тогда о пяти дополнительных. — Что? — прошептал он, приближаясь пальцами к её клитору. — Это было бы тридцать пять,— сказала она, краснея. — Тридцать пять? — Тридцать пять тысяч, — с трудом выдавила она. Его пальцы замерли, а глаза распахнулись, встречаясь с ней взглядом. — Я… У меня никогда… Драко тяжело дышал, приоткрыв рот. Зажмурившись, он уронил голову ей на плечо. — Как? — сказал Малфой, как будто усмехнувшись. Гермиона не знала, нужно ли отвечать. — Я хотела, чтобы ты знал, прежде чем… Затем она почувствовала, как Драко убрал руку из её трусиков. Её словно окатили ледяной водой. Его голова всё ещё лежала на её плече. Он прерывисто дышал в её шею, уперев одну руку в стену рядом, и вытащив другую из-под её рубашки. Малфой опустил колено с того места, где оно прижималось, идеально соприкасаясь с ней. Гермиона едва не захныкала. Он не собирался продолжать. Потому что она была девственницей. Драко перехотел её, потому что она была девственницей? Грейнджер открыла рот, но не издала ни звука. — Прости, — прошептал он ей в плечо. — Всё зашло слишком далеко. Гермиона сглотнула, и слёзы защипали ей глаза. Это было несправедливо. Она ждала и мечтала только о нём. Ей было плевать на других, и теперь он не хотел её из-за этого? Малфой поднял голову и невесомо коснулся её щеки ладонью. — Не уходи. — Его взгляд серых глаз метался по её лицу. — Не увольняйся, — он сглотнул. — Я буду лучше. Мы вернёмся к тому, как было… раньше. Я не буду игнорировать тебя или относиться к тебе по-другому из-за этого. К тому, что было раньше. Стать просто коллегами после этого. После того, как она попробовала, каково это — по-другому… — Не уходи, — он очертил большим пальцем её губы. Либо эти крупицы, либо ничего — вот её варианты. Всего он ей не даст. — Хорошо.
