Правильное решение/Неправильные вещи

      Выйдя из больницы Святого Мунго Гермиона вернулась на работу, чтобы закрыть кабинет и забрать некоторые свои вещи, включая сумку для танцев.              Сегодня вечером состоится её последний урок с мисс Трусдейл, в субботу — c месье Дюбуа, а утром воскресенья — с мадам Бернар. Во вторник пройдёт урок у мадам Мишель и последняя десятая часть наследства будет переведена в девять часов вечера.              Некоторое время она, сидя за столом, отвечала на письма и читала вечерний выпуск «Пророка», в котором Рита Скитер опубликовала свою статью о состоянии Люциуса Малфоя. Гермиона вышла из офиса за пять минут до начала урока и аппарировала в нескольких кварталах от маленькой танцевальной студии. Она была рада закончить эти занятия, особенно после разговора с Люциусом.              Рано или поздно вы бы пошли на эти занятия.              Она покачала головой, чтобы отогнать ненужные мысли, и забежала в здание. Быстро сбросив шарф, пальто и перчатки, Грейнджер повесила их на вешалку в крохотном вестибюле студии.              Гермиона переобулась из уличной обуви в маленькие балетки и захватила с собой туфли на двухдюймовых каблуках, в которых тренировалась с мисс Трусдейл. Она была очень рада, что Пэнси уговорила её прийти сегодня в платье, и ей не придётся надевать студийную юбку.              Оставались считанные секунды до начала занятия, и Гермиона обернулась, чтобы побежать в тренировочный зал, но встретилась взглядом с Драко, который сидел в вестибюле и наблюдал за ней.              Она ахнула от удивления, а потом и вовсе покраснела от неловкости ситуации.              — Что ты здесь делаешь? — спросила Гермиона, прижимая руку к груди. — Твой отец в порядке?              Драко кивнул и, встав с кресла, засунул руки в карманы, всё ещё наблюдая за ней.              — Тогда почему ты… — Грейнджер затаила дыхание. Почему он здесь? Хочет пристыдить её за посещение уроков или он запретит помогать себе? — Я хожу на эти занятия, — решительно начала она. — Осталась последняя неделя, и я закончу уроки. Наследство полностью перейдёт к тебе, и я закрою сделку.              Драко молча кивнул, а Гермиона смотрела на него в ожидании ещё какой-то реакции. Он слегка ухмыльнулся и открыл дверь, придерживая её перед собой.              — После тебя.              Она непонимающе посмотрела на него, после чего тихонько вошла в светлую студию, чувствуя, как Драко идёт за ней следом.              Мисс Трусдейл сидела у граммофона спиной к ним.              — Мисс Грейнджер, вы опоздали на две минуты, — её суровый голос донёсся до них, эхом отскакивая от паркетного пола.              Гермиона открыла рот, чтобы извиниться, но Драко перебил её.              — Боюсь, это была моя вина, мисс Трусдейл.              Женщина слегка повернулась и, когда её глаза остановились на Драко, засияла в улыбке.              — Юный мистер Малфой! Какой приятный сюрприз! — семидесятилетняя женщина, которая всё ещё настаивала на том, чтобы её называли «мисс», рассматривала Драко, пока он пересекал зал и затем с улыбкой поцеловал её руку. — Нам вас так не хватало.              Драко ухмыльнулся, а Гермиона едва сдержалась, чтобы не закатить глаза, гадая, действительно ли учителя, воспевающие Малфоя, помнят его таланты, или они просто были очарованы им и его матерью. Был ли он правда так хорош во всём?              Мисс Трусдейл спросила Драко о Нарциссе, выразила соболезнования по поводу здоровья его отца и, щёлкнув палочкой по граммофону, отогнала Гермиону к станку. Грейнджер хмуро посмотрела на старую перечницу, но начала разминку. Пытаясь не обращать внимания на их милую болтовню, она думала о том, почему же Драко находился здесь и сидел в кресле, пока она занималась.              До неё донёсся голос мисс Трусдейл.              — Если вы здесь, чтобы проверить её успехи, мистер Малфой, то, к сожалению, сообщаю, что ей нужно гораздо больше времени и целеустремлённости, чтобы достичь уровня девушек её возраста.              Грейнджер поджала губы, чтобы не возразить в ответ, и, услышав смешок Драко, закончила последнее движение разминки. Мисс Трусдейл взмахнула палочкой, и на полу появились следы танцевальных движений, которые Гермионе предстояло учить.              — Мисс Грейнджер, — сказала она. — Сегодня у нас в программе венский вальс. Смените обувь.              Гермиона быстро сменила балетки на тренировочные туфли и подошла к мисс Трусдейл, стоящей в центре зала. Пожилая женщина показала движения, заскользив по полу на счёт «раз-два-три», идеально попадая в такт музыки.              Когда подошла очередь Гермионы, девушка старательно избегала взгляда Драко. Это было похоже на урок полётов на метле в Хогвартсе — снова нашлось что-то, чего не знала всезнайка Грейнджер.              Она несколько раз споткнулась, повторяя движения, и услышала недовольное цоканье со стороны граммофона.              — А я что говорила, мистер Малфой. Никакой координации и сосредоточенности на деле.              — Хм, — усмехнулся Драко. — Возможно, она слишком долго занималась без партнёра.              Гермиона неуверенно посмотрела на него. Она переминалась с ноги на ногу, наблюдая, как Драко подходит к ней, и вздрогнула, когда он потянулся к её правой руке и талии.              — Э-э, я пока ещё не запомнила движения…              — Давай, Грейнджер. Позволь мне вести.              Одной рукой он скользнул по её талии, а другой схватил её ладонь. Гермиона услышала, как зазвучала музыка, и опустила взгляд на свои ноги в тот момент, когда мисс Трусдейл начала считать.              — Посмотри на меня, — прошептал Драко, и она заглянула ему в глаза, когда он шагнул вперёд. Гермиона старалась не отрывать взгляда, пока его ладонь на её талии направляла и подталкивала к нужным шагам. Она даже не моргнула, когда мисс Трусдейл что-то крикнула ей по поводу движений ног.              Они вернулись к центру танцевальной площадки, и Гермиона увидела, как Драко улыбался глазами. Мисс Трусдейл не переставала делать замечания, наклоняя её голову и тыкая костлявыми пальцами в её позвоночник. Грейнджер попыталась сконцентрироваться на ощущениях от объятий Драко.              Слишком долго занималась без партнёра.              Когда они попробовали ещё раз, немного усложнив движения, она сосредоточилась на соприкосновении их бёдер, как Драко управлял их танцем. Гермиона чувствовала себя легко и свободно, когда он приподнял их руки и слегка подтолкнул её, чтобы она прошла под ними. Её ноги повиновались движениям, и она снова подплыла в его объятия. Гермиона рассмеялась, а Драко вопросительно приподнял бровь.              Мисс Трусдейл была довольна, но всё равно напомнила ей, что в бальных танцах нет повода для смеха. Женщина попросила Драко порепетировать с Гермионой ещё несколько танцев, над которыми та работала в течение нескольких недель. И он был прав. С партнёром действительно танцевалось проще.              Затем заиграл французский вальс. Гермиона взглянула на Драко, и уголок его губ приподнялся. Он поклонился, и Грейнджер ответила реверансом. Драко потянулся к ней, прижав её к себе, начиная танец, который она так хорошо знала. Впервые они танцевали в качестве настоящих партнёров.              Кружась по залу с Драко, она не могла не думать о том, как легко ощущается его рука на её спине по сравнению с крепкой хваткой Виктора. Крам смотрел на свои ноги во время всего танца, а Драко же не сводил глаз с неё.              Гермиона отстранилась от Малфоя, продолжив танцевать с воображаемым мужчиной через две пары, где всегда раньше находился Драко.              Посмотрев в зеркало на боковой стене танцевальной студии, она увидела, что её волосы выбились из хвоста, лицо раскраснелось, и на лице играла глупая улыбка. Через плечо в своём отражении она наблюдала, как Драко делает поклон. Затем он выпрямился, и поймал её взгляд. Гермиона улыбнулась ещё шире и присела в реверансе.              Малфой поднял правую руку, обратив ладонь к своему отражению и воображаемой партнёрше. Гермиона взметнула вверх свою, как делала уже дважды, когда перед ней находился он. Его глаза сверкнули на её отражение в зеркале, и, когда Драко шагнул вперёд, чтобы покружиться, она увидела тысячу разных Драко и Гермион, танцующих вокруг друг друга в отражениях зеркал.              Грейнджер вспомнила о своём испуге, когда, повернувшись на Святочном балу, увидела перед собой Малфоя. Тогда она ждала, что Драко выплеснет на неё всевозможные гадости, а он лишь поклонился, внимательно наблюдая за ней. Её дыхание сбилось, когда она поднесла свою ладонь к его руке, не давая их коже соприкоснуться, боясь, что он огрызнётся, отпрянет и вытрет её о брюки.              Обернувшись, Гермиона поймала взгляд Драко и рассмеялась.              — Мисс Грейнджер, сосредоточьтесь на своём новом партнёре.              Это заставило её рассмеяться ещё сильнее. Драко улыбнулся ей, прикусив щёку.              — Вы должны уделить всё своё внимание новому партнёру, которого встречаете, — произнесла мисс Трусдейл. Гермиона закончила круг и снова встала лицом к зеркалу, наблюдая за отражением Драко.              — Новый партнёр во французском вальсе означает конец наших юношеских утех. — Гермиона прикусила язык, чтобы не высказать своё мнение о бальных танцах. Она повернулась и двинулась обратно к Драко, снова встретившись с ним в центре площадки.       Мисс Трусдейл продолжила комментировать движения танца.              — А возвращение к первоначальному… — Гермиона снова повернулась к Драко. — Означает, что вы оставили всех остальных позади. — Грейнджер наблюдала, как он поднял руку на уровень груди в приглашающем жесте. — И выбрали своего партнёра на всю жизнь.              Она подняла на Драко взгляд, и он сглотнул. Гермиона поднесла руку к его ладони, наконец соприкоснувшись, и перед тем, как они начали последнее вращение вокруг друг друга, она сильнее прижалась к его коже.              Они обошли друг друга. Драко крепко держал её ладонь в своей тёплой руке. Гермиона прикусила губу, наблюдая за его лицом, когда они закончили танец.              Драко поклонился, а она присела в реверансе. Его глаза были такими глубокими и почти голубыми.              — Приемлемо, мисс Грейнджер.              Голос мисс Трусдейл вывел её из транса. Встряхнув головой, Гермиона глубоко вздохнула и стала слушать замечания женщины.              Гермиона поблагодарила её за занятия и стоически молчала, когда мисс Трусдейл предлагала ей несколько занятий для начинающих, которые она проводит летом для студентов на каникулах. Она предложила ей присоединиться к двенадцатилетним чистокровным волшебникам, так как именно на этом уровне она сейчас находилась. Гермиона подняла бровь и ответила, что подумает.              Грейнджер махнула рукой этой ужасной женщине на прощание, пока Драко придерживал для неё дверь в вестибюль, сдерживая улыбку.              — Если уж на то пошло, я думаю, ты, как минимум, на уровне четырнадцатилетних, — сказал он, когда дверь закрылась.              Бросив на него злобный взгляд, Гермиона переобулась и укуталась в пальто.              — Вы с месье Дюбуа всегда встречаетесь в том кафе?              Она подняла на него взгляд.              — Э-э… да, в основном. А что?              — А с мадам Бернар пьёте чай в том французском ресторане?              Гермиона прищурилась.              — Почему ты спрашиваешь?              — Как я уже сказал, — он поднял руку и поправил её шарф, — ты слишком долго занималась без партнёра.              Драко ухмыльнулся и вышел на оживлённую улицу, на которую уже опустились сумерки.       

***

      На следующий день Гермиона была поглощена подготовкой к первому слушанию по делу оборотней, который состоится в понедельник. Лишь мельком увидев Драко, она вошла в свой кабинет и увидела на столе стаканчик кофе.              В субботу она пришла в кафе и обнаружила, что Драко уже сидит и болтает с месье Дюбуа, смеясь над чем-то, что сказал преподаватель. Она придвинула стул, и месье Дюбуа первые десять минут игнорировал её, а потом, наконец, начал расспрашивать о современной архитектуре.              В воскресенье утром Драко был с ней в компании мадам Бернар, и пожилая женщина решила, что это прекрасная возможность для Гермионы проверить свои навыки и попытаться спланировать воображаемую вечеринку в поместье Малфоев вместе с ним. Малфой настоял на том, чтобы всё было оформлено в зелёных и серебряных тонах, просто чтобы позлить её.              В обоих случаях он попрощался с ней сразу же после занятий. Он не предложил проводить её обратно в «Корнерстоун» и не проявил к ней никакой привязанности. Да и не было возможности. Они никогда не оставались наедине. К утру понедельника она серьёзно запуталась в их отношениях.              Утром понедельника он встретил её со стаканчиком кофе у стойки ресепшн. Гермиона поблагодарила его, и Драко проводил её до двери кабинета, обсуждая предстоящий день. Он отправится в Министерство пораньше, чтобы поговорить со Скитер, пока Гермиона и Уотерстоун могли сосредоточиться на деле.              Грейнджер потратила двадцать минут на то, чтобы пробежаться по своим записям и отрепетировать вступительную речь, прежде чем начать собираться. Она должна была додуматься закрыть дверь кабинета для уединения…              — Итак, я вижу, твоя доставка кофе снова работает по расписанию.              Она подняла взгляд и увидела в дверях Забини с чашкой чая в руках.              — Привет, Блейз. Я как раз собираюсь уходить.              Он молча наблюдал за ней, пока она возилась с бумагами. Когда он так и не ушёл, Гермиона снова посмотрела на него.              — Вы помирились? — спросил Забини и, приподняв бровь, сделал глоток чая.              Она посмотрела через его плечо, нет ли никого в коридоре.              — Да, в некотором смысле.              — Ничего жизненно важного, не так ли?              Грейнджер снова посмотрела на него. В его голосе прозвучала неожиданная резкость, а губы Забини были плотно сжаты.              — Тебе что-то нужно, Блейз?              Он медленно допил свой чай. Затем, махнув рукой, закрыл за собой дверь. Гермиона смотрела, как он засунул руки в карманы и прислонился к стене.              — Мне нужно задать тебе вопрос, Грейнджер. Тот, который я задал ему давным-давно, — Блейз внимательно наблюдал за ней, и Гермиона нахмурилась. — Это игра?              Она моргнула.              — Игра?              — Что-то типа «кошки-мышки»? Нравится нарушать правила? — он пожал плечами, и по её телу прошла дрожь. — Или… это надолго?              Гермиона открыла рот, чтобы ответить, но почувствовала, будто на неё наложили Конфундус.              — Потому что, если ты не настроена серьёзно, — сказал он, подняв на неё взгляд, — тогда я прошу тебя… отвали от него.              Грейнджер почувствовала себя так, словно ей дали пощёчину. Она не видела Забини таким с Хогвартса, со времён издевательств в коридорах. Но даже тогда в них была дразнящая радость. Но сейчас её словно отчитывали. И это было совершенно неуместно.              Она почувствовала, как в ней поднимается гнев, и уже собиралась сказать ему, чтобы он занимался своими делами и убирался к чёрту из её кабинета, когда Блейз заговорил снова, уже тише.              — Пожалуйста, — произнёс он. Его взгляд смягчился. — Он этого не переживёт.              Это немного успокоило её. Гермиона перевела взгляд на Блейза и кивнула.              — Я ценю твою заботу о Малфое, — прочистив горло, сказала она и посмотрела на ковёр. — Но я действительно люблю его, — Грейнджер почувствовала, как быстро бьётся её сердце. — Уже давно.              Она ждала. Ждала, что Блейз начнёт смеяться над ней после своей победы в том, что она так легко открылась ему.              — Но ты не передумала насчёт будущего с ним?              Она подняла на него взгляд.              — Передумала?              В выражении его лица не читалось самодовольство. Только любопытство.              — Никаких свиданий и ужинов, — сказал Блейз. — Никаких публичных встреч.              — Я… Это было и его решение тоже, — зашипела Гермиона.              — О, перестань, Грейнджер, — Блейз закатил глаза, и она ошарашено посмотрела на него. — Как будто не ты установила правила с самого начала.              — Что?! — это было полной противоположностью тому, что она чувствовала на самом деле…              — Если ты передумала, ты должна сказать ему, — продолжил он. — Он берёт только то, что может получить.              — О чём я должна передумать?! — Гермиона повысила голос, но Блейз оставался спокойным, когда заговорил:              — Ты сказала, что не выйдешь за него замуж.              Гермиона почувствовала, как её кожа покрылась мурашками, а кровь застыла в жилах. Она впилась в Забини взглядом.              Да, она сказала. Она сказала это Нарциссе, когда вернулась из Азкабана. Ей нужно было, чтобы та перестала давить на неё. Ей нужно было положить конец заблуждениям миссис Малфой.              И Нарцисса рассказала об этом Драко…              И он всё ещё верил в это?              Грейнджер уставилась на Блейза Забини, единственного близкого человека, которому было позволено проникнуть в разум Драко.              В дверь постучали.              — Грейнджер? — послышался голос Драко. — Готова?              Она подпрыгнула.              — Да-да. Входи.              Открыв дверь, Драко бросил взгляд на Блейза. Быстро схватив свои бумаги, Гермиона проскользнула мимо двух слизеринцев и направилась к лифтам. В её голове был полнейший беспорядок.       

***

      Драко, Корнелия Уотерстоун и Гермиона стояли в лифте Министерства, направляясь вниз в залы Визенгамота.              Уотерстоун болтала без остановки. Она провела исследование по поводу каждого члена Визенгамота, отметив, какую позицию они занимали по тем или иным вопросам в прошлом. Она была очень уверена в положительном исходе слушания.              Они стояли в длинном каменном коридоре около двадцати минут, и Корнелия всё рассказывала о членах Визенгамота, которые могли бы быть более внимательными, чем другие, а Гермиона стояла неподвижно, слушая информацию.              — Корнелия, — произнёс Драко. — Знаете что сейчас было бы полезнее всего? — Грейнджер услышала в его голосе те успокаивающие нотки, которые он использовал, когда собирался незаметно манипулировать кем-то, подталкивая на блестящие решения. — Думаю, всем бы стало спокойнее, если бы мы узнали когда всё начнётся.              — О, конечно, — ответила Уотерстоун. — Я поднимусь наверх и попробую выяснить, когда прибудут члены Визенгамота, хорошо?              — Спасибо. Великолепная идея!              Корнелия кивнула и направилась по коридору в сторону лифтов. Как только она исчезла, Гермиона попыталась сосредоточиться.              — Волнуешься? — спросил Драко.              Грейнджер усмехнулась. Из всего, что происходило в её жизни, Визенгамот вызывал у неё наименьшее беспокойство.              Она подняла на него взгляд. Малфой прислонился к стене напротив неё, как и тогда, несколько месяцев назад, перед судом над Долоховым. В тот день началась неразбериха: любовный контракт, список и «стена».              Гермиона смотрела на каменную кладку между ними, как на линию сражения, которую нельзя пересекать.              Драко думал, что она не хочет выходить за него замуж.              Он берёт только то, что может получить.              Разве не то же самое она сказала Джинни на прошлой неделе?              И что она ответила?              Ты никогда не узнаешь, пока не попробуешь.              Она снова посмотрела на Драко. Он уставился на стену рядом с её ногами. Будто ожидая чего-то.              Ожидая…              — Я хочу быть с тобой, — слова сорвались с её губ и разбились о каменный пол между ними. Гермиона смотрела, как он моргает, глядя на противоположную стену. Она сглотнула, пытаясь успокоить стучащее в горле сердце. — Я хочу встречаться с тобой. На людях. А не только обедать в твоём кабинете, — она снова взглянула на Драко, а он всё ещё стоял на месте, остекленевшим взглядом сверля стену. — Я хочу заявить о себе в качестве твоей девушки, войдя в «М.К.Г.», и разобраться, наконец, с любовным контрактом и политикой свиданий…              Она встряхнула головой, пытаясь прояснить свои бессвязные мысли.              — Я хочу пойти с тобой на ужин в ресторан и чтобы нас засняли репортёры «Пророка». Хочу держаться за руки по пути к точке аппарации, — её сердце колотилось, и она чувствовала дрожь на кончиках пальцев. — Я хочу снова провести вместе ночь — все ночи. Я хочу каждую неделю обедать с твоей мамой, и чтобы Миппи готовила мне тыквенный суп, и проводить долгие часы в твоей библиотеке…              Её голос дрогнул, и уголок его плеча, на котором она остановила свой взгляд, начал расплываться от подступающих слёз. Гермиона подумала о том, как сильно она хотела эту библиотеку и его в ней. И как легко она могла бы получить это…              — Я хочу быть твоей женой, — она вздохнула, слова так легко слетели с языка. — Хочу просыпаться и видеть тебя по утрам, сыграть свадьбу в беседке Мэнора, и… И править с тобой этим грёбаным миром.              Она не могла посмотреть на него. Драко так и не пошевелился.              — И я не знаю, в какой момент всё так сильно запуталось, не понимаю, как всё так закрутилось. Но это всё, чего я когда-либо хотела, — она смахнула слезу с щеки и всхлипнула.              — Когда ты спрашиваешь меня, почему я сделала то, что сделала… Мне хочется ответить — это было потому, что я люблю тебя, — Гермиона почти задохнулась, когда слова наконец вырвались из неё. — Всё это было ради тебя. Это никогда не было правильным решением, — она истерично засмеялась, не в силах сдерживать себя. — Это было потому, что я люблю тебя.              — И я хочу узнать тебя. Я хочу знать о тебе всё. Понимаю, что мне придётся спрашивать, но я хочу иметь возможность спрашивать. Хочу, чтобы ты рассказывал мне всю правду, когда я задаю вопросы, — произнесла она, топнув ногой. Ей казалось, что она будет продолжать этот бред, пока он не остановит её. — Но если есть что-то, что ты не можешь мне рассказать, не прямо сейчас, а вообще, тогда, может быть, мы можем придумать… Какой-нибудь сигнал или что-то в этом роде. Например, ты начнёшь дёргать своё ухо…              Наконец, Драко отошёл от стены. Грейнджер втянула воздух, ожидая его реакции. Он повернулся к ней лицом. Его щёки залил румянец, а глаза скользили по её лицу. Драко шагнул к ней, пересекая невидимую границу между ними.              — Спроси, — прошептал он. — Спроси меня сейчас.              Гермиона смотрела, как Драко приближается, и набрала воздух в лёгкие. Миллион вопросов пронеслись в её голове, но был самый первый её вопрос. Тот, на который она так и не услышала ответа.              — Почему ты не выдал меня той ночью в Малфой Мэноре?              Драко сделал последний шаг к ней, и она откинула голову назад, чтобы рассмотреть его лицо. Он взглянул ей в глаза, и уголки его губ тронула лёгкая ухмылка.              — Это было правильным решением.              Она моргнула, впитывая его ухмылку и тепло его глаз, чувствуя, как по её щеке потекла ещё одна слеза. Из груди вырвался смешок, который разбил её на тысячу кусочков. Гермиона не могла понять, смеётся она или плачет, но с этим мужчиной она была готова на всё сразу.              Грейнджер закрыла глаза, зажмурив веки и плотно сжав губы, и прислонилась затылком к стене.              — Боже, как я тебя ненавижу, — она снова рассмеялась, чувствуя, как его горячее дыхание задело её кожу.              — Я тоже люблю тебя, Грейнджер.              И Драко прижался губами к её губам. Она крепко закрыла глаза и почувствовала, как по щекам бегут несдерживаемые слёзы. Гермиона обвила руками его плечи, и он прижал её к себе, мягко обхватив за талию.              Грейнджер плавно отстранилась, когда осознание сказанного настигло её.              — Прости меня. Это, наверное, было слишком, — она открыла глаза, а Драко всё ещё стоял перед ней. — Про… свадьбу и то, что мы будем вместе каждую ночь…              — Ну, я не знаю, — Драко пожал плечами. — Думаю, беседка свободна в эти выходные, — он изогнул бровь, и Гермиона засмеялась, шлёпнув его по груди.              Раздался звук прибывающего лифта, который объявил о возвращении Уотерстоун. Драко в последний раз поцеловал её и выскользнул из её объятий, когда двери открылись.              Гермиона улыбнулась ему, когда Уотерстоун сказала, что время пришло.              Дубовые двери распахнулись, и на пороге появился невысокий щуплый мужчина. Тот самый, что и несколько месяцев назад. Она отдала ему свою палочку и оглянулась на Драко. Он мягко улыбнулся ей.              Она знала, что её лицо было опухшим, глаза всё ещё слезились, а руки тряслись от эмоционального потрясения, но Драко улыбался ей.              Пришло время спасать этих грёбаных оборотней.       

***

      Члены Визенгамота были рады видеть её ещё меньше, чем на прошлом заседании. Рыжеволосая женщина, которую Гермиона терпеть не могла, возглавила рассмотрение их дела и, казалось, целенаправленно подначивала её. Блондинка, напоминающая ей Молли Уизли, пыталась ободряюще улыбаться, но по лицам присутствующих было ясно, что они тщательно готовились к этому дню.              Дню, когда Гермиона Грейнджер выступит против Визенгамота.              После вступительного слова Визенгамот получил возможность задать вопросы. Заседание закончилось после двух часов рассмотрения дела, чтобы дать судьям время на изучение документов и статистики, предоставленных Гермионой.              Это было замечательно, потому что у Драко появилась возможность пригласить её на обед.              Они оказались в магловском ресторане, и после сорока пяти минут болтовни Гермионы о том, как замечательно она выступила в зале суда, и этих же сорока пяти минут наблюдения Драко за ней с лёгкой ухмылкой, она наконец остановилась и спросила:              — Как тебе твой сэндвич?              Драко улыбнулся.              — Знаешь, Грейнджер, я не уверен, что мне нравится такая концепция свиданий. Зачем приглашать тебя куда-то и платить за еду в ресторане, когда я могу часами слушать, как ты болтаешь о себе самой в том же офисе.              Гермиона прищурилась.              — Может быть, сегодня заплачу я?              — Только попробуй, — предупреждающе хмыкнул он.       

***

      Суд продолжался до конца недели. Во вторник пришёл Гарри, чтобы свидетельствовать от имени Римуса Люпина и его сына. Каждый вечер Драко приглашал Гермиону на ужин. Они ещё не решили, что делать с любовным контрактом и обстановкой в офисе, поэтому предпочитали посещать магловские рестораны, где их с меньшей вероятностью узнают.              В конце каждого вечера Драко провожал её до ближайшей точки аппарации, держал её за руку и целовал на прощание. Они не встречались в обеденное время, и Гермиона не знала, было ли это связано с тем, что проходили слушания Визенгамота или же он действительно не хотел торопить события.              Во вторник вечером Драко пришёл с ней на урок к мадам Мишель и сидел с ними, попивая чай. В среду вечером Гермиона спросила его, не хочет ли он пойти к ней домой.              Глаза Драко загорелись, и он закусил губу.              — Как бы я ни хотел, — сказал он, — не могу. Мне нужно кое-что сделать в офисе сегодня вечером, — он выглядел очень расстроенным.              — Тебе нужна помощь? — уточнила Гермиона.              Он моргнул и сделал паузу, прежде чем ответить.              — Пока нет. Но, возможно, скоро.       

***

      В пятницу Визенгамот провёл голосование. Сорок семь из пятидесяти членов заседания проголосовали за принятие новых законов об оборотнях, предоставляющих им равные права и корректирующих действующее законодательство.              Гермиона была уверена, что рыжая была одной из тех, кто проголосовал против, и сумела узнать её имя и должность, чтобы на следующей неделе отправить ей корзину гнилых фруктов.              Они с Драко вернулись в офис, и он взял её за руку, когда они вошли в лифт «Малфой Консалтинг».              — У меня есть для тебя сюрприз.              Грейнджер подняла на него взгляд, в то время как он разглядывал свои ноги.              — Надеюсь, мне он понравится? — засмеялась она.              — Угу, — он кивнул. Двери лифта закрылись. — Я был потрясён, когда узнал, что он уже готов, — Драко посмотрел на неё. — Поэтому я решил, что ты получишь его сейчас в честь своего сегодняшнего триумфа в Визенгамоте, — Малфой нервно усмехнулся.              Гермиона удивлённо моргнула. Подарок? Не книга, не свитер, не пергамент или перья. Что-то, что он сделал сам и над которым работал? Она не могла придумать ничего такого, что можно было бы сделать. Возможно, он подарит ей пергамент или перья с выгравированными инициалами.              — Я… Спасибо. У меня… просто нет слов, — её распирало от любопытства. — Ты что-то сделал сам?              — Нет, — сказал Драко, глядя на двери лифта. — Скорее починил, чем сделал.              Она нахмурилась.              — Починил? Я что-то сломала? — Гермиона рассмеялась, и он улыбнулся.              — Ты всё поймёшь всего через тридцать секунд, женщина. Не можешь подождать?              Гермиона тоже уставилась на двери лифта. Сюрприз для неё. От Драко…              Лифт остановился, и Малфой крепче сжал её руку, прежде чем отпустить, его пальцы мягко отстранились от неё.              — Сейчас в конференц-зале соберутся старшие сотрудники и их помощники для ежемесячного собрания персонала. Я сообщу им о твоём сегодняшнем успехе. — Двери лифта открылись. — Ты свободна до конца дня, Грейнджер.              Он начал выходить. Гермиона замерла.              — Что? Почему? Зачем? — Гермиона вышла из лифта. — Это твой сюрприз? Ты, должно быть, совсем не знаешь меня, Малфой, если думаешь, что я наслаждаюсь выходными…              — Иди! — произнёс Драко, оборачиваясь к ней. — Иди в свой кабинет и наслаждайся моим сюрпризом. Увидимся завтра.              Драко напряжённо зашагал в сторону своего кабинета. Было заметно, как он нервничает. Гермиона оглядела офис, обнаружив, что несколько человек направляются в конференц-зал. Её не пригласили на встречу?              Гермиона покачала головой и пошла к своему кабинету. Она медленно открыла дверь, ожидая нападения воздушных шаров, фейерверков или чего-то опасного.              За её столом сидел мужчина, а в кресле для гостей — женщина. Мужчина встал.              — Мисс Грейнджер, — он улыбнулся. Это был тот самый мужчина, с которым она видела Драко на праздновании дня Святого Валентина. Тот самый, с которым он встречался в офисе несколько недель назад.              Она моргнула, собираясь спросить, кто они, когда женщина повернулась к ней, и Гермиона уставилась на лицо своей матери.              Она почувствовала, как весь воздух будто выбили из лёгких, а по коже побежали мурашки. Она смотрела на свою маму…              Нет. Это лицо Моники Уилкинс. Эта женщина не знает её. Гермиона заметила это по её лицу, когда та нахмурилась.              Рот Гермионы был открыт от удивления, поэтому она поджала губы.              — Здравствуйте, чем я могу вам помочь? — прохрипела она.              — Гермиона? — раздался голос со стороны её книжных полок. Там стоял её папа. Она не заметила его. Он только что назвал её Гермионой?              — Да, это я, — она чувствовала, как колотится её сердце о рёбра. Она не могла быть уверена. Она не могла даже надеяться на это…              Её мама встала и снова начала рассматривать её. Гермиона скучала по каждому её движению.              — Твои волосы. Они изменились.              Гермиона подняла руку и коснулась своих волос, уложенных в крупные локоны для сегодняшнего заседания суда. Она помнит.              Моника Уилкинс помнит, как было раньше.              — Мама? — зрение Гермионы затуманилось. Она почувствовала, что её губы дрожат, и снова попыталась сжать их вместе.              Её папа сделал шаг к ней, а мама кивнула. Гермиона обняла себя руками, стараясь держаться. По щеке скатилась слеза, когда папа коснулся её плеча.              На лице мамы всё ещё было странное выражение, но папа обнял её, и Гермиона почувствовала, что её сердце разрывается на части. Когда он отпустил её, она повернулась к человеку, сидящему за её столом.              — Кто вы? Что случилось? Как они могут помнить?              Мужчина мягко улыбнулся ей.              — Меня зовут доктор Фландерс. Я эксперт в области чар забвения. Также в магловском мире я — психолог. Ваши родители находятся на пути к выздоровлению. Следующий шаг в этом процессе — вы. Встреча с вами и проведение времени вместе.              — Следующий шаг? — Гермиона нахмурилась. — Как долго вы с ними работаете? — она не могла игнорировать взгляд своей матери.              — Уже около двух недель, — ответил мужчина. — Вы трое должны поговорить. Задайте друг другу вопросы. Я останусь тихим наблюдателем на случай, если это станет слишком обременительным для ваших родителей.              Гермиона уставилась на него. Затем её мама подошла к ней.              — К сожалению, я… медленнее справляюсь в этом процессе, — сказала миссис Грейнджер, и Гермиона почувствовала, как упала ещё одна слеза. — Но я узнаю тебя. Гермиона, — она коснулась её лица. — И я знаю, что ты — моя девочка.              Гермиона кивнула, но её охватило сильное чувство пустоты при мысли о том, что её маму нужно ещё убедить. С ней придётся действовать осторожно.              — Расскажите мне, как это работает. Что вы уже знаете? — спросила она.              — Ну… — начал её папа. — Доктор Фландерс начал с наших самых ранних воспоминаний. Я хочу сказать, что я хорошо помню твоё детство.              Мама кивнула.              — А потом тот мальчик рассказал нам о тебе в подростковом возрасте, — продолжил он. — Это помогло.              — Да, там было много пробелов, но доктор Фландерс объяснил нам, что ты училась в школе-интернате.              — В школе магии. Помнишь, дорогая? Мы узнали о магии.              — Да, верно. Магия для меня в новинку, — сказала мама, закрыв глаза. — Но всего два дня назад этот мальчик позволил нам… Как это правильно называется? Посмотреть воспоминания?              — Да, — подтвердил мистер Грейнджер. — Именно. Мы окунулись в… такую штуку и посмотрели несколько его воспоминаний о тебе из школы. Гаррольд не очень любил этого мальчика, не так ли?              — Гарри, дорогой. Её друга зовут Гарри.              Гермиона моргнула, чувствуя, что её сердце снова разрывается.              — Какой мальчик?       

***

      Этаж, казалось, вымер, когда она, извинившись, на мгновение вышла из своего кабинета. Только несколько стажёров и ассистентов, сплетничавших в углу, подпрыгнули от удивления, увидев её.              Стук её каблуков раздавался эхом по пути в конференц-зал. Гермиона распахнула двери, и все взгляды обратились в её сторону, когда она вошла. Катберт Мокридж зачитывал свой отчёт о работе своего отдела. Старшие сотрудники сидели на своих местах вокруг стола, а помощники стояли вдоль стен, за исключением Уолтера, который сидел на её месте за столом.              — Мисс Грейнджер, — поприветствовал Мокридж. — Как я уже говорил…              Гермиона посмотрела на мужчину — «мальчика», как называли его её родители — сидящего в конце стола. Он настороженным и напряжённым взглядом наблюдал за ней, пока она обходила стол, направляясь прямо к нему.              Мокридж продолжал свою речь. Блейз отодвинулся с её пути, а Драко выглядел так, будто приготовился к удару. Гермиона резко подняла руку и, схватив его за воротник рубашки, прижалась к его губам.              Она услышала свист, шипение, вздохи присутствующих, но продолжила целовать его. Его пальцы запутались в её волосах, и она улыбнулась ему в губы.              Грейнджер отстранилась и посмотрела на людей вокруг. Мокридж смотрел на них, прищурившись, и несколько мужчин-коллег выглядели ошеломлёнными. Но женщины захихикали, включая помощницу Мокриджа, которая знала, как именно Драко проводит свои обеды. Блейз ухмылялся, как умалишённый, и даже Доротея изобразила на лице небольшую ухмылку.              — Всем здравствуйте, да, — прошептала Гермиона и жестом указала между собой и Драко. — Мы с Драко Малфоем встречаемся. Мы… Да. Мы встречаемся. Как парень и девушка, — она кивнула на стол. — Так что нам нужно взглянуть на эту… Э-э… ситуацию с любовным контрактом. И, думаю, просто… отменить его… — Гермиона пожала плечами.              — А я о чём говорил! — закричал Блейз.              — Потому что… Потому что я люблю его, — Гермиона посмотрела на Драко. Он покраснел и пытался побороть расползавшуюся на губах улыбку. — И он любит меня, наверное…              — Да, люблю, — он усмехнулся, глядя на стол переговоров.              — Итак. Вот и всё! Я, эм… позволю вам всем вернуться к тому, чем вы тут занимались, — она махнула рукой в сторону Мокриджа. — Пожалуйста, продолжайте. Я сейчас отправляюсь на ужин с моими родителями.              Она кивнула всем присутствующим, не обращая внимания на хихиканье Блейза, и вышла из конференц-зала.              Вслед ей раздались громкие аплодисменты. Гермиона улыбнулась.       

***

      За ужином родители продолжали задавать простые вопросы и рассказывать разные истории. Гермиона расспрашивала их об Австралии и жизни там. Они спрашивали о её нынешней жизни, а не о прошлом, которое они не могли вспомнить. Мама не сводила с неё глаз весь вечер.              Они остановились в гостинице неподалёку, поэтому Гермиона проводила их обратно и обняла на прощание в холле. Завтра они пообедают в перерыве её смены в «Корнерстоуне».              Аппарировав к дому, она поднялась по лестнице в их с Джинни квартиру и, открыв дверь, обнаружила Драко, Гарри и Джинни за небольшим обеденным столом. Прежде чем она успела получше рассмотреть Драко в своей квартире, Джинни набросилась на неё.              — Ты выиграла! Ты выиграла! — она крепко обняла Гермиону, сжимая её рёбра, и отпрянула назад. — И твои родители! Родители!              — Эм, да. Я выиграла, и мои родители, — она посмотрела мимо рыжих кудрей на Малфоя. — Драко рассказал вам?              — Да, завтра у нас с Гарри будет сеанс с ними.              — Сеанс?              Драко шагнул вперёд.              — Доктор Фландерс считает, что это может помочь — если твои родители увидят воспоминания о том, как они общались с тобой. От стороннего наблюдателя, скажем так.              — Например, те воспоминания, когда мы покупали книги в Косом переулке с мистером Уизли, — уточнил Гарри.              Гермиона кивнула, всё ещё ошеломлённая всеми событиями. Ей отчаянно необходимо выяснить у доктора Фландерса, как именно всё это работает.              Джинни молча переводила взгляд между Гермионой и Драко.              — Мы с Гарри хотели… Отойти куда-нибудь… на некоторое время. Может быть, на несколько дней.              Уизли схватила Гарри за руку и протащила его мимо Гермионы. Девушка усмехнулась Джинни, и как раз перед тем, как за ними закрылась дверь, она услышала, как Поттер произнёс:              — Мы ведь ещё не поужинали!              Гермиона посмотрела на Драко, стоявшего с засунутыми в карманы руками посреди её гостиной.              — Разве я не плачу тебе, Грейнджер? — он окинул взглядом маленькую квартирку. — Мне кажется, с зарплатой Уизли за её игры в квиддич и твоим «мизерным» доходом, вы могли бы позволить себе лучшие условия.              Гермиона посмотрела на него.              — Мне нравится эта квартира. Кроме того, я в ней почти не живу.              Малфой ухмыльнулся и подошёл ближе.              — Сегодня ты рассказала о нас всему офису.              Гермиона нахмурилась.              — Да. Я и правда сделала это, — она поджала губы, когда он снова шагнул ближе и положил ладони ей на талию.              — Вы обсуждали дальнейшие действия по любовному контракту или тебе придётся уволиться?              Улыбнувшись, Драко поцеловал её. Она подняла руки, прижимая его к себе.              — Ты действительно показывал моим родителям свои воспоминания? — отстранившись, спросила Гермиона.              Драко отвёл взгляд.              — Некоторые. Сейчас почти все заглядывают в мой разум, вот я и подумал, какая разница?              Она улыбнулась, когда Драко, коснувшись губами её шеи, прикусил своё любимое место. Её пульс участился, а её тело стремилось каждой клеточкой к нему.              — Какие именно воспоминания? — выдохнула она.              — Тебе не обязательно это знать. — Его дыхание опалило её кожу.              — Спасибо, Драко, — Гермиона сначала провела руками по его плечам и затем запуталась пальцами в волосах. — Спасибо, что вернул их мне.              — Не стоит, — он притянул её ближе к себе и прошептал: — Это было правильным решением.              Она хлопнула его по плечу, и Драко засмеялся. Этот звук был таким уютным.       

***

ГЕРМИОНА ГРЕЙНДЖЕР И ДРАКО МАЛФОЙ ВЛЮБЛЕНЫ ДРУГ В ДРУГА!

             История любви на века. Романтические отношения вопреки всему.              Да, именно так, дорогие читатели. Гермиона Грейнджер подцепила себе Малфоя. А Драко Малфой, должно быть, делает всё правильно.              Их видели на прошлой неделе за ужином с семейной парой, которыми могли быть только родители мисс Грейнджер. После ужина Грейнджер и Малфой были замечены держащимися за руки и обнимающимися по дороге домой.              Их двоих также видели ещё несколько раз в течение недели, даже на двойном свидании с Гарри Поттером и Джинни Уизли. Ждать ли нам гонку за алтарь?              Когда Драко Малфоя попросили прокомментировать его новые отношения, он ответил: «Она очень важный для меня человек. Мы очень серьёзно относимся друг к другу».              Гермиона Грейнджер отказалась от комментариев в довольно грубой форме.              Вы, конечно, знаете меня, дорогие читатели. Жажда подробностей отправила меня к Нарциссе Малфой.              «Я давно люблю Гермиону как родную дочь. Я полностью поддерживаю эти отношения».              Что ж, как моим настоящим друзьям, я должна с уверенностью сказать вам — Драко Малфой наконец-то покинет список самых завидных женихов магической Британии.              «Ежедневный пророк» желает ему удачи с его золотой девочкой.       

Рита Скитер