Второй шанс

—Ты мне не нужен! Фашист грёбанный! —Союз! Ну я же не виноват!—сквозь слезы говорил Тройка. —Ха! Не виноват он! Ты виноват!—продолжал кричать СССР. —Раз я виноват, то и ты тоже виноват! —Заткнись! И вали из моего дома! —Почему? У нас же всё было хорошо...—Рейх искренне не понимал недовольства Коммуниста. Разве это проблема? —Мне не нужен ребёнок! Вали, я сказал!—вновь закричал и указал на дверь Коммуняга. Рейху ничего не оставалось, как уйти из дома Коммуниста в разыгравшуюся грозу. У них всё было хорошо. Но вот новость о ребёнке и невозможности избавиться от него привела Союза в бешенство. Как он мог вырастить 15 детей? Ещё и при том, что почти все дети не являются ему родными. Рейх шёл под дождем, захлебываясь слезами. Куда ему идти? К Германии нельзя. Польше волноваться вредно. Да и вообще, Герман сейчас ничего кроме своего Поляка не видит. Других родственников у него нет, как и друзей. Дома у него нет, идти некуда, поддержки ждать не от куда... А он ещё и в положении... Что делать?.. Решение нашлось само собой. Рейх просто подошёл к оживлённой дороге. Правда! Это самый лучший способ! Так он мешать никому не будет! Да и тем более, Тройка точно знает, что смерть–это не конец. По ту сторону от жизни его ждут родные. Там он нужен. Там его ждут. Шаг... Кровь... Визг тормозов... Крики... Тьма... *** Рейх резко подскочил на кровати... Сердце бешено стучало, дыхание не желало становиться умеренным. Это сон... Это всего лишь сон... Какое облегчение... Хотя, где это Рейх? В больнице? Почему? Вдруг внизу живота почувствовалась боль. Немец поднял эту недо-сорочку и увидел живот с растяжками и швом. Ему делали операцию? Какую? А почему у него растяжки? Что происходит? В палату зашёл врач. Он то и прольёт свет на это дело. —Вы уже полность отошли от наркоза, Ваше состояние не даёт поводов для беспокойства, поэтому Вам совсем скоро принесут Вашего ребёнка,—эти слова ввели в ступор Фашиста. Какой ребёнок? Почему он ничего не помнит? Рейх продолжал истерить в мыслях. Он ничего не понимал. Но его внимание привлёк звук открывающейся двери. В палату зашла молодая медсестричка с закутанным нечто на руках. Рейх внимательно смотрел на свёрток, будто если он отведёт взгляд, то что-то случится. —А вот и Ваш сыночек!—девушка протянула свёрток Немцу. Он не мог ничего сделать,—Ну же!—окликнула его медсестра, и Тройка отошёл от "гипноза". Он аккуратно взял ребёнка, чьё лицо было прикрыто. Казалось, что это маленькое чудо хрустальное, и одно лишнее движение будет стоить жизни. Что-то сказав, девушка покинула палату. Теперь Рейх остался наедине с малышом. Только сейчас он осознал, что держит на руках своего сына. Фашуле стало дико интересно, и он открыл личико маленького ангела. Флаг был как у самого Нациста, только вот вместо свастики красовались чёрные серп и молот. Это ребёнок Союза... А как он отреагировал? Даже если он зол, то взглянув на это чудо, он не сможет и слова бранного сказать, не то что кричать. Аккуратно прижав сына, Рейх потянулся к телефону, чтобы позвонить любимому и обрадовать его. —Я говорил больше не звонить мне?—раздался раздраженный голос Коммуниста на той стороне. —Совок, выслушай меня... —Не называй меня так! —Ладно...—немного помолчав и собираясь с мыслями, Тройка продолжил,—У нас родился сын... —Мне не нужен не ты, не твоё нагулянное отродье,—раздражённо сказал Комсомолец. —Но он на тебя похож! —Иди нахуй! Я тебе неоднократно повторял, что ты мне противен! Я вообще тебя не любил! Раньше это было для поддержания мира, а теперь я поразвлёкся, и ты мне больше не нужен! Не звони мне больше...—СССР сбросил вызов... По щекам Рейха стали скатываться слёзы... Теперь он один... Хотя нет... У него есть сын. Ради него Рейх и будет жить. Уедет куда-нибудь, вырастит сына, и никто не помешает этому маленькому счастью. Плевать, что Союз его не любит. Плевать, что его старший сын послал его, когда Рейх хотел сообщить ему радостную новость. Плевать, что он должен один растить сына. Третий Рейх сильный. Он справится. *** Рейх уже целый месяц заботился о сыне. Они жили в небольшом доме на самой окраине Города Стран,так, что их никто не видел. Рейху пришлось самому вызывать такси к больнице, ведь на выписку никто не приехал. Его никто не навещал. Рейх пытался позвонить хоть кому-нибудь, но его либо посылали, либо вообще не брали трубку. Даже РИ не захотел видеться с ним. Почему все отвернулись от него? Это же всего лишь ребёнок. Что он им сделал такого, что они его ненавидят? Когда эти мысли появлялись в голове бедного Нациста, он еле как сдерживал слёзы. Порой просто хотелось умереть, но на этом свете его держал маленький обладатель ангельской улыбки. Именно эта улыбка придавала сил Фашисту. *** Сегодня Четвёртому Рейху(именно так Тройка назвал сына) исполнялся месяц. Рейх старший с самого утра суетился у кроватки. Четвёрка никак не мог успокоиться. Обычно он был спокойным, и даже ночью мирно спал, позволяя отцу набраться сил. Обеспокоинный папаша хотел было вызывать врача, из-за чего ему пришлось идти к себе в спальню за телефоном, но Нацист не успел набрать номер "Скорой", как плач прекратился. Странно. Рейх рванул в детскую, наклонился к кроватке. Чётверка молчал. Его отец вгляделся и заметил, что даже животик малыша не поднимается от дыхания. Он не дышит! Он умер? Боже! Только не это! Рейх раскрыл ребёнка и расстегнул распашёнку, стараясь дать возможность дышать. Трясущимися руками Фашист всё таки набрал номер врача, а потом стал пытаться реанимировать Четвёрку, но все было четно... Причина смерти—асфексия. Он просто задохнулся... Через три дня провелись похороны. На них пришёл только Тройка... Он был совершенно разбит. Недавно он потерял единственного любимого человека... Ему казалось, что даже ГДР отрекся бы от него и его сына. Вместе с сыном Рейх потерял и смысл жизни. Поэтому, закупившись всем нужным, Нацист решил посидеть "на дорожку". Он зашёл в детскую. Именно в этом помещении прошли самые счастливые минуты жизни у Рейха и единственный месяц жизни у его сына. Вся комната пропитана ностальгией. Куда не глянь, Тройка будто видел, как он возится с его маленьким ангелом. От радостных воспоминаний слёзы навернулись на глаза и быстро устремились проделать солёные дорожки на щеках. Вот, он уже не мог плакать. Его глаза были стеклянными и не выражали ни радости, ни грусти, ни злости. Пустота. Если Четвёртый Рейх–это несостоявшаяся, на всё таки страна, то он обязательно должен попасть в Рай. Рейх яро верил в существование Рая. Он там был. И скоро будет там вновь. Но теперь уже навсегда... *** Он повесился в комнате сына, веря в скорую встречу с ним и его родственниками...