И кто я теперь?

      Во вселенной было очень, очень мало вещей, которые могли бы удивить Тима Дрейка.       Что касается детективных навыков, Тиму вновь и вновь говорили, что однажды он, скорее всего, превзойдет даже Бэтмена. Причина, конечно, была довольно очевидна. Тиму удалось сделать то, чего не удавалось никому другому, с такой относительной легкостью, что сам Тим иногда удивлялся, почему никто другой не собрал все воедино.       Брюс Уэйн и Бэтмен были одним человеком.       Найтвинг и Ричард Грейсон были одним человеком.       Как никто другой этого не видел, было выше понимания Тима, когда он вскрыл личность линчевателей. Мальчик внимательно посмотрел, сложил кусочки вместе и понял, как они все подходят друг другу.       Однако «как» было той частью, которая ему больше всего не нравилась: его предшественник.       Джейсон Тодд когда-то был Робином, но теперь все, чем он был, — это тело в могиле, похороненное на глубине шести футов на личном кладбище Уэйнов. Джейсон тоже был там не один. Его родители. Родители Брюса. Родители Найтвинга. Мама Джейсона. Стефани Браун. Все люди, которых они потеряли за эти годы, похоронены там.       Смерть Джейсона стала катализатором: последней частью головоломки. После этого Тиму не потребовалось много времени, чтобы осознать правду.       Джейсон был Робином.       И потерять его значило припереть Бэтмена к стенке. Буквально.       Итак, реакция Тима была на это откровение была совершенно естественна. Он сбежал из Готэма, пересек страну, выследил Найтвинга и потребовал, чтобы тот ненадолго вернулся в роль Робина, чтобы стабилизировать Бэтмена.       …       Найтвинг не одобрял смену костюмов, и каким-то образом, хотя Тим не был уверен, каким образом, именно Тим оказался в колготках Мальчика Чуда.       Даже это его не удивило.       Конечно, это было неожиданно, но такая возможность приходила Тиму в голову. Он никогда не утруждал себя развлекать такой вероятностью, пока она не стало реальностью, но это было там, на заднем плане.       Это было там, так что он смог подготовиться, смог адаптироваться.       Тим Дрейк был хорош в этом.       Его мало что удивляло.       Так что, конечно, одной из этих немногих вещей должна была быть неуклюжая голова его лучшего друга, его выходки и проделки.        — Ты сделал что?!       Кон, казалось, не заметил тона Тима. Вместо этого другой подросток практически прыгал по комнате в возбуждении. Тим надеялся, что тот не сделал ничего особо… Супер. У Бэтмена было что-то насчет мета в его городе, хотя до сих пор он молчал.       Не будет преувеличением сказать, что Коннер Кон-Эл Кент отскакивал от стен Тима. Буквально. Ухмылка не сходила с лица Подростка из Стали.       Хотя Тиму было интересно, применимо ли все ещё слово «подросток». Больше похоже на малыша. Да, решил Тим. Малыш из Стали. У него, по-видимому, были умственные способности одного из них, потому что он, о, я не знаю, подумал, что это ХОРОШАЯ ИДЕЯ — РАССКАЗАТЬ ЛЕКСУ ЛЮТОРУ ВСЕ!       Кон перестал подпрыгивать. Вместо этого Супербой приземлился, повернувшись, чтобы бросить на Тима обеспокоенный взгляд. Руки скрючены по бокам, глаза бегают туда-сюда, Кон выглядел как ребенок, которого нашли с руками в банке из-под печенья.        — Э-э… Да. Может быть. Определенно? — просто сказал Кон. Тим сморгнул. Ах. Дерьмо. Тим снова проделывал то же самое, когда выкрикивал свои мысли вслух. Плохоооо. Особенно для подростка, борющегося с преступностью, который бегал в ярко-красных и зеленых колготках, чтобы сражаться с суперзлодеями.        — Чувак. Успокойся, — продолжил Идиот из Стали. — Конечно, сначала он немного испугался, потому что у него действительно не было удостоверения личности — не смотри на меня так скептически, он действительно не знал!       Тиму было трудно в это поверить. Как Лекс Лютор мог не знать, что происходит в его собственной компании…       О. Стоять.       Даже Брюс не знал всех проектов в «Уэйн Индастриз». Хорошо. Тим мог бы дать это преимущество сомнения Лютору. И все же, как мог Лютор не заметить такой большой проект?       Создание Кона (™) не было каким-то крошечным проектом, который можно было бы спрятать под ковром, похоронить под бесконечными грудами корпоративной документации. Кон был больше, чем просто какой-то эксперимент, и если бы Лютор отказался от него из-за этого, то даже Мерси Грейвс и ее армия неверно названных женщин-телохранителей не помешали бы Тиму избить Лютора до полусмерти.       Хотя, возможно, Тиму следовало бы возложить вину там, где она должна быть.       Конечно, для этого ему понадобилось бы чертово криптонитовое кольцо, которое Брюс держал запертым примерно за 73 уровнями зашифрованной безопасности.       Тем не менее, как еще Тим мог ударить Супермена за то, что он был таким небрежным отцом, что Кон подумал, что Лекс Лютор был бы подходящим кандидатом на эту роль?       Руки внезапно оказались на плечах Тима, встряхивая его. Пораженный, он посмотрел в глаза другому подростку.        — Эй, Тим, прекрати. Я знаю это лицо. Я знаю этот взгляд. Ты слишком много об этом думаешь. Прекрати это. Все в порядке. Что сделано, то сделано, — сказал Кон.       Тим дернулся.       Отбросив руку, Тим сверкнул глазами.        — Что сделано, то сделано? Что могло заставить тебя в первую очередь столкнуться с Лютором?! — рявкнул Тим.       Кон вдруг очень заинтересовался узорами пола в комнате Тима. Тим подозрительно прищурил глаза.       Подожди секунду…       Безумное импульсивное поведение…       Раскрытие информации, которую не следовало раскрывать…       Противостояние суперзлодею там, где сами суперзлодеи чувствовали себя в безопасности…       Он мгновенно щелкнул.       Подняв обвиняющий палец, Тим указал прямо на Коннера:       — Ты был под кайфом от Красного К, не так ли!        — Что! Нет? — Кон попятился, мотая головой, отчаянно размахивая руками взад и вперед, с лицом, искаженным чувством вины.       Да. Верно. Этот парень был полон дерьма.       Кон помолчал.        — Хорошо, может быть, немного, — признал он.        — Ага!        — Хэй! Тим! Прекрати это! В любом случае, откуда ты вообще достал этот посох?       Тим ударил его еще раз для пущей убедительности.        — Почему ты был на Красном К?! Ты знаешь, что происходит, когда ты на Красном К! Помнишь прошлый раз? — укоризненно спросил Тим, а затем покраснел.       Кон тоже залился румянцем. Верно. Они не должны были, гм, говорить об этом конкретном инциденте.        — Это был несчастный случай, ясно? — заявил Кон. Тим позволил одной недоверчивой брови приподняться.        — Мы с Хло просматривали некоторые из ее старых школьных вещей, — Кон продолжил. Вторая бровь присоединилась к своей напарнице.        — Не смотри на меня так, Хлоя показывает мне вещи из тех времен, когда они с Кларком были моложе и когда мои родители действительно ладили! — рявкнул Кон.       Ах. О. Так вот в чем было дело…       О, черт.       Тим узнал этот взгляд, но он никогда не думал, что увидит его у Коннера. Нет. Неееет. Не идем туда. Нет, — значит, нет!        — Ты не собираешь их обратно вместе! — завопил Тим. Кон попытался выглядеть невинным. Каким-то образом он преуспевал, несмотря на то, что был неуклюжим 200-фунтовым фермерским мальчиком. Тим помолчал.        — Подожди, не те слова. Они никогда не были вместе. Э-э. Они были? — Тим задумался вслух, прежде чем побледнеть.       Нет.       У него не было такой мысли. Дурной мозг. Плоооохооооой.        — Они были лучшими друзьями. Неразлучными. Кларк был папиным лучшим другом. И шафёром, — Кон пожал плечами.       О, ничего себе. Так что они были довольно близки, это было странно…       Стоп. Пластинку заело. Приостановиться. Отойти немного назад.        — Папа?! — пролепетал Тим.       Кон смущенно засмеялся, почесывая затылок.       Тим застонал, закрыв лицо руками.        — Ах, да ладно тебе! Тебе не кажется, что ты слишком остро реагируешь, Тим? Как будто это самое худшее, что может случиться?       Тиму не нужно было отвечать на это. Как бы то ни было, судьба решила сделать это за него.       Брюс ворвался в комнату, как будто она принадлежала ему. Как, технически, и было.        — Тим. Одевайся. У нас в Метрополисе ситуация, которая потребует всей возможной помощи… — Брюс замер.       Тим поднял глаза.       Кон смотрел на Бэтмена с нескрываемым чувством вины. Бэтмен, в свою очередь, скрестил руки на груди, бросив на клона равнодушный взгляд, прежде чем повернуться и посмотреть на Тима.        — Мне действительно нужно снова угрожать тебе поясом целомудрия? Что я тебе говорил о метах, приходящих не предупреждая меня?       Тим ощетинился, прежде чем бросить испуганный взгляд на Кона. Ах. Хорошо. Он выглядел смущенным. Хороший Кон. Добрый невежественный Кон.       Повернувшись, Тим бросил свирепый взгляд на своего наставника, в глазах которого весело играли чертята.        — Ты чертовски хорошо знаешь, что знал в ту секунду, когда Кон вошел в этот дом!.. и у меня могут быть друзья, которых ты не проверяешь, ты же знаешь! — рявкнул Тим.       Брюс не выглядел впечатленным. Кон, с другой стороны, был таким. Наклонившись ближе, Кон закрыл лицо рукой, как будто одно это могло помешать Бэтмену услышать его слова.        — Чувак. Я бы никогда не смог так накричать на Бэтмена. Он страшный, — Кон признался шепотом.        — Он взрослый мужчина, который в свободное время бегает в костюме летучей мыши. Не очень страшно, — Тим усмехнулся, скрестив руки на груди и закатив глаза.       Брюс выглядел удивленным.       Обернувшись, он оглянулся через плечо, чтобы посмотреть прямо на Тима.        — Я полагаю, что тогда мне просто придется послать Кас, чтобы она одела тебя вместо меня?       Затем, весело присвистнув, крестоносец в плаще зашагал прочь.       Тим побледнел.       О нет. Нет. Не справится с этим. Неееет. Повернувшись к Кону, Тим помахал ему отгоняюще рукой.       Коннер не был впечатлен. Вместо этого другой подросток скрестил руки на груди и пожал плечами.        — Что?        — Убирайся, чтобы я мог переодеться! — рявкнул Тим.       Кон приподнял одну бровь.        — Ты же понимаешь, что у меня рентгеновское зрение, верно? Если бы я хотел увидеть тебя голым, я мог бы сделать это, верно? Вау, я не знал, что у тебя там родимое пятно.       …        — Хэй! Проклятье, Тим, прекрати меня бить!       …        — Подождите, какая ситуация в Метрополисе?! ________________________________________       Хлоя задавалась вопросом, была ли это ее вина. Она не осознавала, что у нее все еще был старый кусок оставшегося Красного К в коробке, в которой хранились все ее школьные воспоминания, но в ее защиту…       Ладно, у нее нет защиты, но все же.       Хотя, она предположила, что, возможно, ей следовало что-то сказать. Может быыыыыыть.       Хорошо.       Она действительно взломала башню Лютора, так что это было так. Досадно, однако, что Лютор не держал в своем собственном кабинете никаких функционирующих камер. О, конечно, их было несколько, но каким-то образом Лютор настроил их так, чтобы весь звук был зашифрован, так что слов было не разобрать, а качество изображения было слишком плохим, чтобы читать по губам.       Лютор, очевидно, был параноиком, опасаясь, что кто-то может взломать его камеры. Что было совершенно правильно, но все же.       Несмотря на это, Хлоя получила хорошее представление.       Образ Лекса и Коннера, обнимающего его, вызвал красный флаг. Тем не менее, Хлоя на краткий, крошечный приступ безумия решила, что даст Лексу преимущество сомнения. Хлоя ничего не сказала, просто ждала, когда они разыграются. Она сказала себе, что, если это выйдет из-под контроля, она войдет и остановит это.       Хлоя была дурой.        — У Лютора были смертельные роботы? Кто вообще строит смертельных роботов?! — спросила Лоис.       О чудо, Метрополис в настоящее время находился в осаде. Виновники?       Роботы LexCorp. Роботы LexCorp, на которых с гордостью были выставлены этикетки LexCorp. Приятный штрих со стороны Лекса.       Никто никогда не поверит, что Лекс Лютор был настолько глуп, чтобы натравить на город своих собственных роботов. Во всяком случае, они были бы убеждены, что кто-то пытается его подставить. Коварный маленький ублюдок.       Роботы Лютора в настоящее время опустошали город. Если этого было недостаточно, большинство из них, казалось, питались светящимися осколками криптонита. Хлоя не удивилась. Вы можете буквально использовать криптонит для чего угодно.       С хорошей стороны, Лютор не придерживался чистого зеленого, что сделало бы это еще большим кошмаром. С другой стороны, большинство роботов были снабжены причудливой смесью зеленого и синего с редкими красными вставками, хотя то, как Лексу это удалось, все еще ускользало от Хлои.       Криптонит не просто плохо вел себя с криптонцами. Это также не очень хорошо сочеталось с другими версиями. В противном случае установка Металло на Красный K Кларка, чтобы выжечь наркотик из его организма, никогда бы по-настоящему не сработала.       Но, конечно, Лексу это удалось.       Хлоя вскрикнула, когда робот приземлился прямо перед ней. Зарычав, робот поднял руку, в пушке уже горел огонь… И выстрелил.       Машина Хлои взорвалась.       Хлоя дернулась. Робот ухмыльнулся ей. Он буквально ухмыльнулся. Затем он взорвался, без сомнения, чтобы вызвать еще больший хаос.       С другой стороны, Лютор никого не убивал. С плохой стороны, материальный ущерб городу и жизни людей в целом, безусловно, скажется на них.        — Почему он это делает? В чем может быть причина этого? Я никогда не был самым большим поклонником Лютора, но он никогда ничего не делает, не подумав на десять шагов вперед, так почему же? — Лоис, игнорируя опасность вокруг них, начала расхаживать взад и вперед по улице, скрестив одну руку на груди, а другой подперев подбородок, размышляя о том, что могло быть мотивом Лекса.       Хлое не нужно было размышлять.       Хлоя уже знала.       «Черт возьми, Коннер». ________________________________________       Кларк увернулся от другого робота, выстрелив в него издалека своим тепловым зрением.       На этот раз Лекс действительно превзошел самого себя.       Какого черта его бывший лучший друг должен был быть таким злым маньяком? Разве Лекс не мог бы завести более здоровое хобби, например, йогу или тай-чи? Разве он не мог вернуться к чтению комиксов, как раньше, когда они были моложе?       Но нееет, вместо этого Лекс решил черпать вдохновение у своего тезки, Александра Македонского, и превратить Метрополис в зону тотальной войны. И вся зона военных действий, для которой Кларку требовалась поддержка, потому что, конечно, Лексу каким-то образом удалось заполучить в свои грязные маленькие руки то, что должно было быть, по крайней мере, метрической тонной криптонита.       В всяком случае, зачем Лекс вообще это делал?        — КЛАРК ДЖЕРОМ КЕНТ!       Кларк замер.       Медленно голова Кларка склонилась набок. Хорошо. Медленно для Кларка. Он не слышал того, что, как ему показалось, он только что услышал. Он не расслышал слов в голосе, который, как ему показалось, он слышал. Нет. Невозможно. Совсем нет.       За исключением того, что, очевидно, он правильно расслышал слова. Он расслышал их правильно, потому что там был Лекс, одетый в блестящий боевой костюм в комплекте с маленькими репульсорами на подошвах ботинок, которые удерживали его на плаву. Там был Лекс, пристально смотревший на него.       Кларк кашлянул.        — Вы, должно быть, меня с кое-кем спутали, Лютор, — заявил Кларк.        — Кларк Кент и я… — начал Кларк.        — Наш сын рассказал нам все, ты, великодушный эгоцентричный патологический лживый кусок инопланетных экскрементов, — Лекс холодно перебил его:       …       Наш сын? У Кларка не было детей, тем более с Лексом Лютором, из всех людей…       О. Ах.       Проклятый Коннер.       Лекс начал хрустеть костяшками пальцев сквозь броню. У Кларка было очень плохое предчувствие по этому поводу.        — Скажи мне, Кларк, почему наш ребенок ворвался в мой кабинет, плача, потому что он думает, что ты его не хочешь? Почему именно Коннер должен был сообщить мне о своем собственном существовании, и какое у вас может быть оправдание для того, чтобы скрывать от меня моего собственного сына! — рявкнул Лекс.       …        — Подожди, что?       Очевидно, было неправильно сказать это.       С нечеловеческим ревом, который напомнил Кларку о Думсдее в ярости, Лекс бросился на него, блестящий металлический шлем появился из… ниоткуда, на самом деле, закрывая лицо Лекса, когда его кулак замахнулся, светясь тошнотворным зеленым. ________________________________________       Папа гонялся за другим папой Коннера, обмениваясь энергетическими взрывами взад и вперед. Кларк выглядел так, словно проигрывал, а папа выглядел так, словно собирался наслаждаться каждой секундой боли Кларка, беспорядочно выкрикивая о секретах то и то и бла-бла-бла.       Стреляя в него лучом смерти.       Буквальный луч смерти.       Метрополис был в руинах, роботы бегали повсюду, вызывая случайные акты вандализма, и каждый доступный член Лиги Справедливости в настоящее время боролся с ними в меру своих возможностей.       Коннер обернулся.       Рядом с ним стоял Тим, скрестив руки на груди и безупречно одетый в свой костюм Робина, бросая на Коннера запатентованный взгляд семьи Бэтмена (™) «Я же тебе говорил».        — Заткнись, Дрейк, — рявкнул Коннер.       Тим, конечно, ответил, снова ударив Коннера палкой.       Ах. Раздражающие лучшие друзья.       Злые досаждающие лучшие друзья.       Как бы то ни было, Коннер должен был положить этому конец, пока все не вышло из-под контроля.       Рядом с ними Марсианский Охотник за Людьми рухнул на улицу, его спина пробивала себе дорогу сквозь асфальт.       …       О’кей, пока все не вышло из-под контроля.       Коннер бросил взгляд на Тима. Тим вздохнул.        — Ладно-ладно. Показывай дорогу, Кон.       Коннер ухмыльнулся. По крайней мере, он мог положиться на Тима. Теперь… Как разлучить его родителей и остановить их маленькую «ссору» до того, как Метрополис был разрушен сильнее, чем он уже был. Хм.