Three-Point Shot

      Трясущийся лифт медленно, но уверенно спускался вниз в комнату суда. Расследование прошло более-менее гладко после эксперимента Сайхары с вентиляцией. Каэде была на протяжении всего времени довольно тихой, то тут, то там задавала вопросы, но по большей части предоставляя детективу делать то, в чём он был лучшим.       Несмотря на это, его беспокойство просвечивало насквозь.       — Волнуешься?       Она кивнула.       — Да. Мне придётся рассказать им, не так ли?       — Это будет лучший способ сделать это. Они примут твои решения немного лучше, если ты будешь откровенна, — объяснил Шуичи.       — Я всё ещё не знаю, смогу ли я сделать это, — пробормотала она, опуская свою голову.       На мгновение воцарилась тишина, и Каэде вскоре почувствовала что-то, что немного сдавило ей голову. Она подняла свои руки, чтобы проверить, и её подозрения подтвердились.       — Твоя кепка?       Сайхара почесал затылок.       — Как я и говорил, я использовал её, чтобы не смотреть людям в глаза, но прямо сейчас ты нуждаешься в ней больше, чем я.       Акаматцу ухватилась за козырёк и поправила кепку, чтобы она лучше сидела на её голове. Она украдкой глянула на мальчика-теперь-без-кепки и слегка улыбнулась.       — Спасибо.       Шуичи также улыбнулся.       — Она... она хорошо смотрится на тебе, — пробормотал он застенчиво.       Каэде усмехнулась.       — Хотелось бы, чтобы у тебя была запасная. У тебя довольно плохая прическа под кепкой.       Чёрноволосый мальчик прошёлся рукой по своей голове, отметив ахогэ, которое он обычно скрывал, и нерешительно сказал:       — Да.       Внезапный лязгающий звук оповестил студентов о том, что лифт закончил своё путешествие вглубь школы, перенеся их в зал суда.       — Вот всё и началось, — прошептала себе Каэде.       Ученики заняли свои места на соответствующих подиумах и суд начался.       — Ладненько, давайте начнём с базовых объяснений Классного Суда! — объявил Монокума. — После того, как вы всё обсудите, настанет время голосования за того кто, по вашему мнению, является убийцей. Если вы окажетесь правы, убийцу казнят. Но если вы ошибетесь, казнят всех невиновных, а убийца покинет Академию Одаренных заключенных безнаказанным!       — Прямо как наш папа, когда дает такое прекрасное объяснение! — Воскликнул Монотаро.       — И для этого ему понадобилась всего одна попытка! — Заметила Монофани.       Моноске взглянул на свои счеты, прежде чем ответил, — Что ж, он опытный в подобных вещах.       — Чёрт возьми, да! — Закричал Монокид. — Нам нужно постараться для того, чтобы когда-нибудь стать такими же хорошими в этом, как он! Особенно Монодаму!       Монодам молчал.       «Опытный в этом? — задумалась Каэде. — «Значит, убийственные игры уже проводились ранее?»       Шингуджи начал дискуссию среди учеников.        — Осмеливаясь начать наше обсуждение, я бы хотел задать два вопроса. Во-первых, почему убийца не воспользовался Привилегией Первой Крови?       Голос Акаматцу не вырвался из её горла. Когда она думала, что убила Рантаро, её план состоял в том, чтобы отказаться от Привилегии и использовать Классный суд, что бы раскрыть личность Кукловода. Но сейчас, когда оказалось, что она невиновна, она казалась сбитой с толку. Какой ещё могла быть причина отказаться от возможности покинуть это место?         — Моя первая версия, — ответил Хоши, — заключается в том, убийца что-то выиграет от судебного процесса.       — Но всё, что он может получить, это либо он уходит, либо умирает, — возразил Момота, — так зачем рисковать жизнью, когда он может уйти автоматически?       — А вы не думаете, — размышляла вслух Широганэ, начиная содрогаться от такого исхода, — что кто бы это не был, он хочет просто убить всех нас?       — Я не думаю, что дело в этом, — вставил Сайхара, — я не могу представить, что кто-то действительно хотел увидеть пятнадцать незнакомцев мертвыми всего через несколько дней.       — Тогда польза должна быть в самом суде, — предположила Кируми.       — Я думаю, — начал детектив, — есть что-то, что он может получить от всего этого.       — Что ж, он придурок, раз думает, что это сработает! — Объявил Кайто, — в конце концов, на нашей стороне Абсолютный Детектив!        Услышав это, Шуичи смутился, робко ответив:       — С-спасибо.       — Тогда, переходя к моему второму вопросу, — прервал Корекиё, — в чём была цель того, что Сайхара-кун продемонстрировал нам с ядром для метания в библиотеке?       Детектив на мгновение задержал взгляд на Каэде, прежде чем она кивнула ему, показывая, что он может продолжать.       — Ирума-сан, не могла бы ты показать нам твой аэрофотоснимок библиотеки?       Миу ухмыльнулась от уха до уха.       — Конечно же вам понадобиться помощь от гения, как я. — Она вытащила панорамный снимок, который она сделала с помощью дрона. — Получите, сучки!       Шуичи указал на книжный шкаф на снимке. Монокума вывел увеличенную версию на различные обзорные экраны и выделил область, о которой Сайхара говорил.       — Как вы можете видеть, здесь есть дорожка из книг на верхней части книжного шкафа. Она ведёт от открытой вентиляции и туда, где мы нашли тело Рантаро-куна.       — И тебе бы никогда и в голову не пришло посмотреть туда, если бы не я, — похвастался Кокичи.       — Как бы то ни было, — сказал детектив, решив не обращать внимания на Ому, — моей моментальной реакцией на то, что я увидел, была мысль, что убийца мог бросить шар через вентиляцию и дорожка из книг привела бы к тому месту, где был Амами-кун.       — А-ах... Движение, как это... — пробормотала Химико, — довольно продвинутая магия...       — Но Шуичи и Кокичи проверили это ранее, правильно? — Спросила Анджи, — на самом деле это не сработало таким образом.       — По-видимому, нет, — согласился Саихара.       — Погодите, — прервал Кибо, — эта вентиляционная шахта соединена с классом возле лестничной клетки. Тот, ну... давайте назовём его «нападающий», должен был кинуть шар оттуда. И единственные два человека в этой комнате были...       — Я кинула его.       Слова Каэде заставили всех в комнате замолчать.       — Я не думаю, что я убила Рантаро-куна. Но я определённо пыталась сделать это.       Тишина быстро сменилась безумием.       — Ты... Ты что?! — Воскликнул Момота.       — Это, это шутка, правда?! — Добавила Тенко.       — Гонта не может в это поверить! Он не поверит в это!       — Ни-ши-ши... Теперь всё становиться веселей.       — Хмм... — Это было всё, что предложила Маки.       — Бог не рассказал мне об этом!       — Бакаматцу... Ты пыталась...       Проблема быть Абсолютной Пианисткой заключалась в том, что слух Каэде был очень острым. Она могла разобрать каждое слово, сказанное её одноклассниками и это было так же душераздирающе, как она и предполагала.       Но один голос заглушил водоворот звуков.       — Все вы, дайте ей сказать!       В комнате снова воцарилась тишина после слов Сайхары. Акаматцу перевела свой взгляд на мальчика в чёрном и увидела в его глазах яростную решимость.       «Сайхара-кун... Ты... На самом деле, довольно крутой», — подумала она.       — Извините, — начал он, — но мы не сможем двигаться дальше, если вы не выслушаете её.       Всё взгляды были прикованы к блондинке в кепке, и она глубоко вздохнула, прежде чем высвободила правду.       — Чем больше Сайхара-кун рассказывал мне его план, тем больше я волновалась, что он не сработает. Мы все рискуем и у нас есть только один шанс найти Кукловода. Так что... Я подумала... Я... Я... — Она сглотнула, — я должна была убедиться, что Кукловод не сможет продолжать игру. Я выяснила, как я могу доставить оружие на место преступления так, чтобы никто, даже Шуичи-кун, не заметил. Я включила вспышку на одной из камер, чтобы приманить Кукловода к месту. Я собиралась сделать это. Я сделала это. — Она потянула козырёк кепки Сайхары вниз, настолько низко, насколько это возможно. — Я пыталась убить Кукловода. И теперь... Теперь Рантаро-кун мёртв вместо него.       Слёзы начали течь вниз по лицу пианистки.       — Мне так жаль, — она шмыгнула носом и всхлипнула, — я не хотела, что бы это произошло.       — Прекрати рыдать.       Акаматцу вскинула голову вверх, что бы посмотреть, кто сделал такое грубое замечание.       Неудивительно, что это был Кокичи.       — Сайхара-чан уже доказал, что это была не ты. Твоя Маленькая Машина Убийств не сработала правильно, так что тебе не нужно себя винить.       — Человек мёртв, Ома-кун! — Завизжала Каэде.       — Так что, может быть, тебе стоит начать меньше ныть и больше выяснять, кто настоящий убийца, хм-м? — Ответил с ухмылкой Кокичи.       — Эй, отстань от неё, ты, придурок! — Закричал Кайто.       — Момота-кун... — Тронутая, пробормотала Каэде.       — Мужлострофа вроде тебя не имеет права так жестоко себя вести! – добавила Тенко.       — Чабашира-сан...       — Акаматцу-сан, — сказал Кибо, — пожалуйста, не плачь. Никто из нас не может винить тебя за то, что ты пыталась спасти нас всех!       — Кибо-кун...       — Во всяком случае, это моя вина, — успокоил её Сайхара, чувствуя себя немного подавленным, — я, вроде как, навязал тебе мой план. Я никогда не спрашивал тебя, что, по твоему мнению, мы должны...         — Всё в порядке, — сказала Акаматцу, обрывая его. Она вытерла слёзы с глаз. — Все, спасибо вам.       Чувство тепла и товарищества охватило группу впервые с тех пор, как объявление об обнаружении тела разнеслось по школьным коридорам. Преступление было далеко не раскрыто, но Каэде была освобождена от вины, которой она не заслуживала.       Вот что имело значение.