Three-Point Shot

      Как только ученики убедили Каэде, что они не питают к ней злобы за её действия, кабы Монокумы воспользовались временем, чтобы побаловать себя яркими комментариями.       — Посмотрите на них всех, — прокомментировала Монофани, — Они все такие счастливые. Это прекрасно!       — Как бы там не было, — усмехнулся Монокид, — эта глупая чушь просто действует мне на нервы.       — Это слёзы я вижу в твоих глазах, Монокид? — фыркнул Моноске.       — Что?! — Крикнул в ответ Монокид. — Нет! Монодам заставил меня съесть лук ранее!       Монодам хранил молчание.       — Я думал, плачут, когда вдыхают запах лука, а не едят его... — Пробормотал Монотаро.       — Гм! — крикнул Монокума, привлекая внимание класса. — Если вы забыли, это классный суд, а не групповая терапия! Возвращайтесь к делу!       — Сайхара-сан рассказал всё это, но все улики которые мы имеем, указывают на Акаматцу-сан... — прокомментировала Цумуги.       — Но Каэде-сан не преступник, верно? — Спросил Гонта.       — Это кажется маловероятным, — поправил Шуичи. — К сожалению, я не уверен, что мне удалось проверить всё до мелочей.       — Если ты не сможешь найти никого другого, я приму вину на себя, — предложила Акаматцу. — Это меньшее, что я могу сделать.       — Мы не дадим этому произойти! — Заявил Кайто. — Давайте выясним, кто на самом деле это сделал!       — Это звучит хорошо и замечательно, — заявила Харукава, — но какие улики у нас ещё есть?       — Металлический шар всё ещё является оружием убийства? — Поинтересовалась Химико.       Сайхара кивнул.       — Он по-прежнему соответствует форме ранения и в файле Монокумы сказано, что травма головы стала причиной смерти Рантаро-куна.       — Если мы до сих пор доверяем файлу Монокумы, нам нужно подтвердить, кто бы ни убил Амами-куна, он это сделал до того как Каэде-сан запустила свою ловушку в действие, — рассуждал Шингуджи.       — В этом случае, нам нужно собрать алиби на это время, — посоветовала Тоджо.       — Зачем? — спросила Широганэ, — скрытые камеры не показали никого другого, кроме Рантаро-куна, заходящего в комнату.       — Камеры имеют интервал в тридцать секунд между снимками, — объяснила Мию, — Кто угодно мог зайти и убить маминого сыночка, если они были достаточно осторожны.       — Кто ещё знал об этом, кроме тебя? — Спросил Кокичи.       — Только я и Шлюхара, — ответила Ирума.       — Итак, Сайхара-чан мог зайти в комнату не замеченным? — предположил Ома.       — Но он не мог уйти, не включив камеру. — Возразила Акаматцу, — Я столкнулась с ним возле библиотеки, когда спустилась вниз.       — И Каэде-сан не могла обойти меня за это время, так что она не смогла бы войти тоже, — добавил Сайхара.       — Вы говорите, что преступник не знал об интервалах и всё ещё не был заснят на плёнку? — недоумевала Маки.       — Либо так, либо Ирума-чан сделала это, — ответил Кокичи с улыбкой.       — Только Ирума-сан была со мной вместе с Шингуджи-куном и Широганэ-сан в кафетерии в это время, — прокомментировала Кируми, — Наши алиби неопровержимы.       — Это так, ты, короткоствольный лжец! А у тебя какое у тебя алиби? — крикнула изобретатель.       Так называемый диктатор бросился в слёзы.       — Ты... Ты такая грубая... Просто потому что у меня нет алиби... Ты думаешь, что это я? А-а-а-а-а-а-а! — Слёзы водопадом лились из глаз Кокичи. После того, как он успокоился, он вернулся к своей обычной улыбке, как будто бы ничего не произошло. — Ах... Это было освежающее.       — Кроме Кокичи-куна, — начал Сайхара, снова взяв контроль над дискуссией, — Кибо-кун и Хоши-кун не имеют алиби.       — Прошу прощения за неудобства! — Объявил Кибо.       — Хех, — усмехнулся Рёма, — мне не впервой быть подозреваемым.       — Эй... — Заговорила Юмено, — Как преступник попал в комнату и всё равно не попался?       — Вопрос Химико-сан супер-важный! — Воскликнула Тенко, — Это вообще возможно?       Каэде снова изучила аэроснимок.       — Я не знаю. Здесь только два входа в библиотеку, так что...       — Три.       — А?       Все взгляды были прикованы к Кокичи, который выглядел очень безразличным ко всему происходящему.       — Здесь два главных входа и дверь в логово Кукловода.       — Дверью не пользовались, — объяснил Шуичи, — Пыль на устройстве для считывания карты...       — Я говорю, что они уже были внутри секретной комнаты и вышли, — прервал Ома, говоря насмешливым тоном, — Им не нужно было прикасаться к считывателю карт, если они оставили дверь за собой открытой.       — Но чтобы попасть в комнату в первую очередь... — начал Сайхара.       Однако Кокичи ничего не слушал.       — Вы серьёзно думаете, что есть только один способ войти или выйти из этой комнаты?       В комнате воцарилась тишина.       — Ома-кун, что ты имеешь в виду? — Спросила Цумуги.       — Нам сказали в самом начале, что это школа была построена только для нас, — рассуждал Ома, — Это означает, что Кукловод мог заставить конструкцию здания работать так, как он хотел. Представьте на секунду, что вы Кукловод. Хотели бы вы действительно, что бы один-единственный проход к вашему секретному логову был в комнате, в которую кто угодно может зайти когда захочет?       Снова воцарилась тишина.       — Это... На самом деле, действительно хорошее замечание, — прокомментировал Шуичи.       — Ни-ши-ши... Ты не можешь стать Абсолютным Верховным Лидером не зная, как построить логово зла, — сказал Кокичи с ухмылкой.       — Если Ома-кун прав, — рассуждала Акаматцу, — тогда это значит, что настоящий убийца — это Кукловод!       — Что ж, я полагаю, наш план всё-таки сработал... — пробормотал Сайхара.       — Более того, Кукловод хотел Классного Суда больше, чем кто-либо, так что это имеет смысл, почему он не использовал Привилегию Первой Крови, — добавил Хоши.       — Так вы думаете, что Кукловод — это преступник? — спросила Анджи.       — Конечно! — объявил Кайто, — Мы были глупы, думая, что кто-то ещё захочет кого-то убить!       — А что на счёт попытки убийства Каэде? — возразила Харукава.       — Это... Не считается, — ответил начинающий астронавт.       — Но можем ли мы сказать, кто из нас является Кукловодом? — поинтересовался Гонта.       Сайхара задумался на мгновение, прежде чем заговорил.       — Если убийца — Кукловод, это значит, что он прибыл на место преступления после не сработавшей ловушки Каэде-сан и покинул место преступления через скрытую дверь позади книжного шкафа. Тогда, он использовал другой вход, чтобы покинуть спрятанную комнату и вернуться... Куда-то.       — Книжный шкаф закрылся пред нами, как только мы зашли в библиотеку, — вспоминала Акаматцу, — так что это значит, что это тот, у кого нет алиби на время между тем, как я кинула шар и тем, когда мы пришли.       — Чабаширо-сан и Момото-кун были с нами в то время, так что это не может быть кто-то из них, — начал Шуичи, — кроме того, поскольку мы не знаем, где другая дверь, это может быть кто угодно.       — Не кто угодно, — бросила Харукава в ответ, — Химико, Анджи и я были в игровой комнате в это время, так что у нас есть алиби.       — Что насчёт Гонты-куна? — спросил Момота.       — Гонта был в видеокомнате один, — признал энтомолог, — Но Гонта не Кукловод! Это совершенно не по-джентльменски!         — Мы тщательно осмотрели видеокомнату, — заверил Сайхара группу, — если бы там была скрытая дверь, мы бы нашли её.       — Затем у нас есть группа людей, которые ели свой последний ужин, — подумал Кайто вслух.       — Это были Поразительная Я, уродец в маске, мисс Горничная и отаку, да? — Спросила Миу.       — Остаются только Хоши-кун, Кибо-кун и Ома-кун, — заключила Каэде.       — Тенко знала, что это кто-то из этих мужломонстров!       — Пожалуйста, подумайте! — Крикнул Кибо, — Я бы не сделал такого!       — Ни-ши-ши...       Фирменное хихиканье Кокичи привлекло всеобщее внимание.       — Акаматцу-чан... Ты забыла кое-что... — Пропел он.       — Что?       — Теперь, когда у нас есть временные рамки преступления, чьё-то алиби больше не действительно, — посоветовал невысокий лжец.       — Чьё-то алиби не действительно? — Задумалась Каэде.       ВЫБЕРЕТЕ ПОДОЗРЕВАЕМОГО