Three-Point Shot

      Первая группа обнаружила, что за одним из запертых ворот школы находились два огромных здания.       Одним из них было казино, которое двое учеников решили исследовать.       — Это место огромное! — объявила Акаматцу.       — Именно так, хотя на мой взгляд, здесь немного броско, — добавил Шингуджи.       Казино работало на системе игровых жетонов, которые могут быть обменяны на призы. Ни один из призов не был таким уж впечатляющим и здесь точно не было ничего, что могло бы помочь им сбежать, но возможность развлечения здесь, несомненно, привлекала.       — По крайней мере, мы можем не беспокоиться, что нам станет скучно, — отметила Каэде.       — Возможно, хотя азартные игры в прошлом привели к разорению не одного человека, — сказал Корекиë, по-видимому вспоминая.       — Говоришь из личного опыта?       — Боже мой, нет, — ответил антрополог, — я просто хочу избежать того, чтобы с кем-то случилось что-то несвоевременное.       Парень в маске повернулся и заметил кое-что интересное в главном зале казино.       — Ах, кажется, ты сорвала пресловутый джек-пот, моя дорогая.       Блондинка повернулась, чтобы проследить за его взглядом.       — Вау!       Это было превосходное пианино золотого цвета, соответствующее яркой атмосфере здания.       Акаматцу бросилась к нему и села на против инструмента, еë руки застыли над клавишами.       — О? Буду ли я удостоен такое чести, как частный концерт? — поинтересовался Шингуджи.       Каэде склонила голову.       — Нет, на самом деле, ты подал мне отличную идею! Мы могли бы устроить большую ночь в казино! Мы проведём время здесь все вместе, и мы могли бы нарядиться! Погоди… нет… у нас нет парадной одежды…       — Я уверен, мы сможем что-нибудь придумать — успокоил еë Корекиë.       — Спасибо, Шингуджи-кун, — Акаматцу улыбнулась, — знаешь, когда ты избавляешься от этой жуткой атмосферы, которую излучаешь, то становишься довольно милым парнем.       Корекиë поклонился в шутку.       — Я благодарю вас за комплименты, моя дорогая. Я так же наслаждаюсь вашей компанией. Вы часто напоминаете мне мою сестру.       — У тебя есть сестра? — Спросила Каэде.       — Да, я надеюсь, что когда-нибудь смогу познакомить тебя с ней.       — Это было бы мило, — пианистка улыбнулась.       — Извините, что помешал.       Третий участник их группы, Кибо, появился перед ними.       — О, привет! Как прошло твоё исследование в другом здании? — Поинтересовалась Акаматцу.       — Я боюсь, дверь закрыта, — объяснил Кибо, — но по вывеске снаружи, я полагаю, что это что-то под названием «Отель Любви».       Глаза двух учеников-людей расширились от шока.       — Боюсь, в моей памяти нет никакой информации о таком объекте. Может ли кто-то из вас объяснить мне, что это? — попросил Кибо в блаженном неведении.       Двое Абсолютных взглянули друг на друга, несколько смущённые таким поворотом событий.       — Только не это! — Быстро крикнула Каэде.

***

      Вторая группа нашла новое здание рядом со спортивным залом. В названном здании был довольно большой крытый бассейн, хотя воды в нём было не так много.       — Чувак… Вот тебе и регулярные заплывы, — возмущался Момота.       — Анджи думает, что всё идеально, — ответила художница, — вода идеально подходит для некоторых особых духовных техник, которые она хотела бы опробовать. У Анджи не было возможности сделать это с тех пор как она переехала с родного острова.       — Не совсем плавный переезд, да? — предположил Момота. Когда он был ребёнком, Кайто никогда не переезжал, но он знал от остальных, что это всегда нелегко.       — Всё, что имеет значение, это то, что Бог всегда с Анджи не зависимо от того, куда она направится, — сказала Ёнага, закрыв глаза, будто в молитве, — таким образом, Анджи знает, что она может найти покой, счастье и всё такое.       — Всё, что угодно для тебя, я полагаю, — пожал плечами Момота.       — Видимо, нам запрещено плавать ночью, — прокомментировал третий участник их группы, Хоши.       — Серьёзно? — спросила Анджи. Рёма указал на лист с правилами бассейна. — Блин… плавать ночью — самое лучшее.       — Понимаю, — ответил Кайто. — Конечно же, всё что угодно лучше, когда есть звёзды на небе, по моему мнению.       Хоши, в свою очередь, просто мрачно посмотрел на бассейн.       — Что-то не так? — Спросил Момота.       — Плаванье никогда не было вариантом для меня, — признал Рёма.       — О! Точно! Потому что ты был долго в тюрьме… — Осознание настигло высокого парня.       — Вообще-то, я говорил о своём росте, но спасибо, что напомнил мне об этом, — невозмутимо ответил Хоши.       — Не волнуйся, Рёма! — Подбодрила Ёнага. — Анджи может научить тебя плавать! Она учила плавать детей дома, типа, всё время!       — Не надо, — ответил бывший профессиональный теннисист, — мне всё равно.       — Оу-у, ну же, Рёма, не будь таким! Бог здесь, чтобы убедиться, что все смогут испытать самые весёлые моменты жизни! — весело воскликнула Анджи.       — Хах, — усмехнулся Хоши, — если Бог действительно есть, то я сомневаюсь, что он заботится обо мне.       После этих слов низкий юноша просто ушёл.       — Пусть идёт, — сказал Кайто, — он знает, как эффектно уйти.       — О чём он говорил? Бог есть, верно, Кайто? — Возразила Ёнага.       — Я поверю в него, когда увижу собственными глазами, — было ответом астронавта.       — Все здесь такие странные, кроме Анджи.

***

      Третья группа наткнулась на ещё две исследовательские лаборатории, и по счастливой случайности, они достались двум девушкам, предложив им рай на земле.       Лаборатория Химико была полна магических принадлежностей для всех мыслимых сценических трюков. Она протестовала, что её работа была не фокусами, а настоящей магией, хотя в любом случае казалась очень признательной за новые материалы.       И всё же, даже её восторг по причине того, что у неё были новые принадлежности, превзошёл восторг Чабаширы.       — О-о-ох, Тенко так рада видеть Юмено-сан в её стихии! — Поддержала Чабашира, — как думаешь, когда твоя магия полностью восстановится?       — Ну… — Химико задумалась, — я не очень много спала прошлой ночью из-за суда. Может быть, в течение нескольких дней?       — Тенко будет ждать столько, сколько тебе понадобится! Может быть, Тенко могла бы быть твоей прекрасной помощницей…       — Я не фокусник, я — маг — поправила Юмено.       — Ох, конечно… — Застенчиво ответила Чабашира, — Тенко не знает, что у неё было на уме. Юмено достаточно милая и сама по себе.       — Ты продолжаешь говорить подобные вещи. Ты лесби или что? — Спросила Химико.       Глаза Чабаширы полезли на лоб.       — Э-э… Давай проверим Тоджо-сан… — предложила она, выталкивая Юмено из комнаты.       Когда они прибыли в лабораторию Кируми, обе были в восторге от декора в стиле викторианской эпохи. Лаборатория напоминала староанглийский обеденный зал, только в стороне виднелась стена со стиральными машинами и множеством пылесосов различных марок и моделей.       — Вау… — восхищенно произнесли две посетительницы.       — Да. Это все, безусловно, облегчит мне работу. Я смогу вывести пятна с помощью этих чистящих средств. И мы можем делать общую стирку для простоты, — объявила Тоджо, отходя от ближайшего шкафа.       — Тенко не хочет, чтобы её одежда стиралась с одеждой этих кобелей! — Настояла мастер айкидо, — сама мысль об этом…       — Всё в порядке. У нас могут быть раздельные стиральные машинки для мужчин и женщин, — успокоила её Кируми.       — А… Ты когда-нибудь делаешь что-то помимо уборки? — спросила Юмено, зевнув.       — Я готовлю, — отметила горничная.       — А что ещё? — продолжала спрашивать Химико.       — Я готовлюсь к следующему поручению, — ответила Тождо, несколько озадаченная. — Что ты ещё хочешь, чтобы я сделала?       — Как ты развлекаешься? — Юмено уточнила.       — Я работаю в своё удовольствие, — объяснила Кируми. — Нет ничего более приятного, чем хорошо выполненная работа.       — Это звучит ужасно… — пробормотала Химико.       — И-и-и! — пропищала Чабашира. — Юмено-сан такая внимательная! Это делает ещё милей!       — Серьёзно, ты лесби или нет? — спросила Химико.       Тенко многозначительно промолчала.

***

      Ома проклинал своё невезение из-за того, что он был в четвёртой команде. Большую часть времени Гонта не был проблемой, но сейчас они были в его недавно найденной исследовательской лаборатории. Проще говоря, представляла собой один огромный террариум для насекомых с деревом посередине, на котором былм ульи.       — Бедные насекомые, — сетовал Гокухара, — до того, как Гонта пришёл сюда, наверняка никто не кормил их. Но сейчас всё в порядке. С Гонтой вы будете в безопасности!       — Рад слышать, — сказал Кокичи, — я пойду, проверю Ируму-чан.       — Повеселись!       — Я… попытаюсь, — ответил Ома, не совсем вежливо извиняясь. Как только он вышел из комнаты, Кокичи вздрогнул. Он вряд ли отнёс себя к тем, кто боится насекомых. Скорее, Ома считал, что просто испытывает отвращение к их присутствию. И это был последний гвоздь в крышку гроба его предыдущего плана.       Гонта не был умён, но он был, безусловно, самым физически способным из всех. Эти два качества делали его идеальным подчинённым, но теперь, когда у него есть своя лаборатория? Заботясь об этих отвратительных ползучих тварях двадцать четыре на семь?       Отметить его как «может быть» и двигаться дальше.       Идя по коридору, Кокичи заметил странную дверь, выполненную в 8-битном стиле, но запертую. Рядом, он увидел Миу возле сундука с сокровищами.       — Нашла что-нибудь? — спросил Ома.       — Извини, Мальчик-лжец, но нас обманули. Этот ящик пустой, как задница девственника.       — Хм-м… Интересно, что там было, — задумался Кокичи.       — Наверняка, что-нибудь большое и тяжёлое, — предположила Ирума, — О! Ещё я нашла лабораторию карлика.       — Которого из? — Спросил Ома.       — Карлика-теннисиста, — уточниила Миу, — чёрт, а у нас много коротышек тут, а?       — В самом деле. Я полагаю, это просто крытый теннисный корт? — поинтересовался абсолютный лидер.       — Ага. Эй, ты думаешь, они пропорциональны? — спросила Ирума из неоткуда.       — Под «они» ты имеешь в виду… — Кокичи на мгновение опешил.       — Чёрт, да! С таким голосом, как этот, его яйца, должно быть огромные! И я не имею в виду девстенные и пушистые. Или всё именно так? — Миу вздёрнула бровь на последнем высказывании.       Ома медленно попятился назад.       — Не уверен, но если ты узнаешь что-нибудь о Киибое, дай мне знать. Мне довольно любопытно.       Уходя, Кокичи услышал Ируму.       — Робосексуал, а?! Нечего стыдиться! Мы все проходим через эту фазу!       Технические ноу-хау Миу были полезными, но её характер слишком резкий, чтобы Ома мог его вынести. Однозначно «нет» на роль подчинённого.       Пока Кокичи бессмысленно бродил в попытке сбежать, он наткнулся на богато украшенную красную дверь, отделланую золотом. Ома потянулся к дверной ручке, но дверь приоткрылась и кто-то занявший комнату выглянул наружу.       — Что ты делаешь? — прямо спросила Харукава.       — Ох, мы проводим исследование. Это твоя лаборатория? — Кокичи попытался заглянуть за Маки, которая специально загораживала ему обзор.       — Да. И я не хочу, чтобы там кто-нибудь был, кроме меня. Понял? — Харукава нахмурилась.       — Ну же, ну же! Всего одним глазком? — умолял Ома. — Я никому не расскажу, я обещаю.       — Твои обещания и ломаного гроша не стоят, — напомнила ему Маки. — И если я снова застану тебя рядом с моей лабораторией, ты проснёшься в полном замешательстве, почему твои руки не на тех сторонах. — затем она захлопнула дверь перед лицом Кокичи.       — Хм-м… — пробормотал Ома. — Устрашающая, умная, способная хранить секреты и не боящаяся того, что о ней думают?       Идеально.