Ready to Comply

У Имущества новая миссия. Цель миссии — научиться быть человеком. Личностью. У него есть информация о том, как действуют люди, но пока оно не может применить ее к себе. Ему придется пересмотреть оценку самого себя и попытаться думать о себе, как о… человеке. Оно, на самом деле — он. И оно — человек. Значит, оно, — это он и человек. После нападения на базу Гидры Стив начинает вести себя по-другому. Имущество говорит, что не хочет покидать Стива, что хочет остаться с ним. Поэтому меньше переживая о том, что Имущество уйдет, Стив позволяет ему днем оставлять дверь в камеру открытой. Имущество даже может выйти из камеры и походить по башне. Или сходить в спортзал. Или дойти до общей зоны с открытым патио. В башне остается еще много запертых дверей и этажей, на которых для Имущества не останавливается лифт, но это все равно является намного большей свободой. К тому же ему разрешается делать это без присматривающего за ним Стива. Оно… он не видит в этом смысла. После неповиновения, после нападения на куратора его должны были закрыть окончательно. Они должны были что-предпринять, усилить меры безопасности, чтобы это больше не повторилось, а вместо этого они практически отпустили его на волю, давая еще больше шансов. Возможно, они хотели посмотреть, попытается ли оно… он снова ослушаться. А возможно, Стив поверил в то, что Имущество не собиралось покидать его. Это доверие. Хотя Имущество знает, что за ним все еще следят. ДЖАРВИС повсюду, и он наблюдает за каждым его шагом. ДЖАРВИС сообщит Стиву, если Имущество не подчинится, если Имущество нападет на кого-нибудь или если Имущество попытается уйти. Имущество понимает, что они просто несколько расширили камеру. Стиву по-прежнему не нравится отдавать приказы, но он просит Имущество не покидать башню. Просьба является приказом, просто отданным в другой форме. Оно… он не уйдет. Он останется в башне и будет практиковать веру в себя, как в личность. Задача сложная. Люди постоянно делают выбор. Когда вставать с постели, когда принимать душ, когда есть и что. Что делать днем, куда идти, с кем разговаривать и о чем. Вариантов много, и Имуществу непросто. Оно хочет, чтобы Стив отдавал приказы, но просьбы об этом расстраивают Стива. Выбрать, какую футболку надеть или что съесть, — легко. Решить, что делать весь день — тяжело. Слишком большое количество неизвестных переменных. Имущество знает, что уходить в камеру — неправильный выбор. Когда Имущество возвращалось и садилось на матрас, ожидая приказов, Стив приходил и уговаривал его выйти, или присылал Сэма. Тогда становилось проще, потому что они спрашивали Имущество, хочет ли оно сделать что-то конкретное, или предоставляли более короткий список вариантов. Имущество могло выбирать из этого списка, но знало, что Стиву это не нравилось. Через несколько дней Имущество просыпается утром, идет в спортзал и через час возвращается обратно. Стив снова отправляет к нему Сэма, потому что сам занимается работой с файлами Гидры. Узнав об этом, Имущество принимает решение. Оно решает упростить себе жизнь и выбрать то, что выбрал Стив. Если Стив изучает файлы Гидры, Имущество тоже будет изучать файлы Гидры. Принятие решения похоже на некое озарение. Мысли становятся яснее, мир — проще. Мир становится Стивом. Имущество считает, это очень разумно выбрало базисную точку отсчета. — ДЖАРВИС, — говорит Имущество, впервые обращаясь к компьютерному голосу, — где Стив? — Капитан Роджерс с мистером Старком в конференц-зале на тридцать седьмом этаже. Имущество задумывается. — Мне разрешено подниматься на тридцать седьмой этаж? — Я свяжусь с Капитаном… Капитан Роджерс спрашивает, вам будет удобнее подняться или ему спуститься к вам? Это простое решение. — Я пойду к нему. — Хорошо, сэр. Имущество не знает, как реагировать на обращение «сэр», поэтому игнорирует его. Оно выходит из камеры и подходит к лифту. Двери открываются, он заходит, и лифт везет его наверх. Когда он оказывается на нужном этаже, в коридоре уже ждет встревоженный Стив. — В чем дело, Бак? Все нормально? Имущество кивает. — Да. Я хочу посмотреть файлы Гидры. — Уверен? Стив выглядит еще более озабоченным. Имущество задумывается о том, правильно ли оно выбрало. — Я хочу посмотреть файлы Гидры, — повторяет оно. Если Стив снова усомнится в его решении, Имущество вернется вниз и придумает новый план, чтобы избежать слишком большого выбора, но эта мысль ему не нравится. Оно хочет, чтобы Стив не оставил ему выбора. — Там много по-настоящему ужасной информации, — вздыхает Стив, и Имущество понимает, что ему говорят «нет». От Имущества ждут исполнения желаний Стива, а Стив не хочет, чтобы оно видело содержимое файлов. Имущество кивает и отворачивается, обдумывая, чем еще оно может заняться. Вариантов слишком много, чтобы решить вот так сразу. — Бак, — говорит Стив. — Я… не… Я не хотел мешать тебе… просто… информация в файлах действительно страшная. — Он это уже пережил, — раздается из-за спины Стива голос Тони. — Неужели ему станет хуже, если он об этом прочтет? Это первый раз, когда он выбрал что-то, не связанное с введением тебе наркотиков, так что позволь ему сделать это, Роджерс. — Ты прав, — говорит Стив и снова смотрит на Имущество. — Прости. Идем. — Что ты сказал? — хмыкает Тони. — ДЖАРВИС, пожалуйста, скажи, что ты записал его слова о том, что я прав. Хочу сделать это новым рингтоном. — Обновление мелодии звонка произведено, — сообщает ДЖАРВИС. — Не будь мудаком, Тони. Тони ухмыляется. Имущество садится за стол рядом со Стивом. — Баки, — говорит Стив, — если захочешь остановиться… если станет слишком… просто скажи. — Перестань нянчиться с ним, Роджерс. Он недавно зверски расправился с десятком ученых Гидры. Стив сердито смотрит на Тони. Имущество мысленно ставит Тони двойку — он расстроил Стива. Но вслух он этого не говорит. Он не хочет раздражать Тони, который только что пригласил его присоединиться к ним. Тони поворачивается к Имуществу и говорит: — Мы просматривали файлы, которые нашли на складе. Там полно информации о том, как тебя обнуляли. Честно говоря, я удивлен, что после этого ты навечно не впал в кому. Или не сдох. — Обязательно быть таким грубым? — спрашивает Стив. Имущество не обращает внимания на слова Тони. Оно смотрит на зернистые изображения поперечных срезов мозга. Его мозга. Детали разобрать трудно, но там явно слишком много темных пятен. — В ходе первой стадии они воздействовали током на разные участки мозга, чтобы посмотреть, что будет. Они примерно представляли, где находятся отделы, отвечающие за память, но технология сканирования в то время была настолько несовершенной, что их действия напоминали попытку выполнить микрохирургическую операцию кувалдой. Там куча записей, на которых они допрашивают тебя или тестируют, воздействуют на мозг, а потом снова задают вопросы и проводят тесты, чтобы увидеть разницу. Нат нашла информацию, что все это длилось около шести месяцев, после окончания которых они убедились, что ты — чистый лист, готовый к программированию. — Они стерли тебе память, Бак, — тихо говорит Стив. Имущество знает это. Тони продолжает. — Как только они покончили с твоим прошлым, то сразу перешли к тренировкам послушания. Подчиняйся приказам или будешь наказан. Не сопротивляйся или будешь наказан. Послушаешь не того человека — будешь наказан, — Тони переводит взгляд на металлическую руку Имущества. — У них был прямой доступ к нервам через руку, поэтому они могли посылать болевые сигналы такой интенсивности, что обычный человек не выдержал бы. Наказание было буквально самой страшной болью, которую ублюдки Гидры могли тебе причинить. Для Имущества это не новость, а вот Стив бледнеет. — Господи… — он смотрит на Имущество. — Ты думал, я мог это с тобой сделать? — Действия без приказа караются десятью минутами наказания. Непослушание — тридцатью минутами наказания. Нападение на куратора — это сорок минут наказания. Попытка остановить куратора, отдающего приказы, — шестьдесят. Имущество может перечислить все временные интервалы несмотря на то, что во время наказаний теряло способность точно отслеживать время. Даже короткое наказание казалось вечностью. Тони хмурится. — Попытка остановить куратора, отдающего приказы, наказывалась строже нападения? — Имущество существует для того, чтобы подчиняться приказам. Попытка остановить куратора, отдающего приказы, недопустима. — Это ты помнишь лучше всего, да? — Тони наклоняется над столом. — Ну, если не считать фрагментов о маленьком Стиве. — Да. Первые ясные воспоминания Имущества были об уроках послушания и наказаниях. Послушание важнее боли, потому что никакая травма или корректировка не может причинить больше боли, чем наказание. — Начальные уроки послушания, на которых преподавались уровни наказания, сопровождались формированием послушания в сочетании с изучением исцеляющего фактора. — Они резали тебя, чтобы посмотреть, как быстро ты заживёшь? — спрашивает Тони. Имущество кивает. — И приказывали наносить себе увечья. — Господи… — выдыхает Стив. — Они говорили, что повиновение приказам важнее всего, даже твоего инстинкта самосохранения. Что ты не можешь делать выбор сам и можешь подчиняться только тому, кого назначили твоим куратором, — как-то слишком радостно говорит Тони. Стиву это, похоже, не нравится. — Какого черта ты скалишься? — шипит Стив. — Неужели ты не понимаешь? То, что произошло, — просто невозможно. Они сделали это основой его существования, построили его личность вокруг повиновения определенному человеку. Но потом появился ты, и он почему-то последовал за тобой, хотя ты не произнес ни одного кодового слова. Он сам сделал тебя своим куратором, не имея ни программ, ни полномочий. Ничего, кроме собственного выбора. — Неисправность, — подсказывает Имущество. — Чудо! Это было невозможно, — Тони переводит взгляд на Имущество. — Я не сразу понял. Когда Стив сказал, что у тебя не было выбора… ну… убивать моих родителей, я не поверил, но все это, — он машет рукой в сторону экрана, — делалось для того, чтобы ты больше никогда не смог ничего выбрать сам. Ты и не мог, а потом как-то умудрился выбрать Стива. Это очень похоже на собаку Павлова, звонящую в колокольчик. — Я не знаю собаку Павлова. — Павлов был одним из первых исследователей условных и безусловных рефлексов. Но это не важно. А важно то, что Гидра и другие ублюдки, замешанные в этой работе, пытались сделать основой твоей личности готовность подчиняться приказам, укоренив страх наказания так глубоко, что ты сам даже не мог помыться, пока Стив не разрешил тебе. Но ты все равно смог выбрать. Ты решил уничтожить книгу, вырубил Стива и в одиночку отправился за Гидрой, хотя данные файлов говорят, что сделать этого ты не мог. Тони возбужденно вскакивает. Имущество молча смотрит на него и не понимает, что это значит. Как это может помочь ему в его миссии стать человеком. Почему факт признания Имуществом Стива в качестве куратора кажется Тони таким странным и волнующим. Кажется, Стив тоже не понимает. — Что это значит? — спрашивает Стив. — А это значит, что, хотя мы, возможно, и не сможем починить мозг Шалтая-Болтая и сделать его таким, каким он был раньше, Пиноккио все же сможет стать настоящим мальчиком. Стив радостно вскидывается. — Думаешь, он сможет прорваться через свои программы? — Именно это я и сказал, — надменно тянет Тони. Стив выглядит так, будто чувствует себя очень счастливым и одновременно очень хочет дать Тони по морде.