From you and me

      Он ничего не видел. Вокруг была сплошная темнота, она обволакивала собой, словно тягучая смола, что даже одинокие факелы в помещении не давали достаточно света, чтобы хоть сколько-нибудь разглядеть дорогу. У Се интуитивно задержал дыхание, когда заворачивал за угол довольно узкого проёма, боясь увидеть что-то… или кого-то. Неожиданно он услышал крики летучих мышей, словно находился глубоко в пещере, но, вскинув голову, обнаружил, что потолка вовсе не видно — глаза застилала непонятная дымка или туман. Парень тяжело выпустил воздух из сжавшихся лёгких и напряжённо шагнул вперёд. Куполообразное помещение по всему периметру тускло освещалось факелами, закреплёнными на стенах. В середине на невысокой платформе спиной к У Се лежал человек. Он не подавал признаков жизни — дыхание не трогало его груди. У Се зажал рукой рот, боясь громким дыханием разбудить загадочного мужчину напротив, тем самым выдав себя. Ему даже не пришло в голову, что тот мог быть мёртвым, он просто боялся произвести лишний звук. Медленно, стараясь не делать резких движений, он тихо направился к лежащему, осторожно дотрагиваясь до его плеча и, наконец, разворачивая к себе. Бледная кожа, испещрённая глубокими морщинами, бескровные синие губы, покрытые сеточкой трещин, словно человек постоянно облизывал их при жизни, глубоко впалые глаза с сухими ресницами — всё это выглядело словно маска с застывшими эмоциями на худом измождённом лице. И лишь одежда умершего и меч, что тот так крепко сжимал в руке, позволяли узнать в нём Молчуна. Того самого, в котором так отчаянно нуждался У Се, того, кто постоянно оказывался рядом в минуты опасности, того… кому он так и не смог отплатить. И уже не сможет! Внезапно его озарила мысль. Он мёртв! Молчуна больше нет и никогда не будет! Он ушёл, покинув его навсегда! Лёгкие У Се сковало словно кованными цепями, он попытался закричать, что есть силы, но спазмы не давали полноценно вдыхать в себя воздух, так что он мог только глухо хрипеть и молча сожалеть об утрате. — У Се… — неожиданно протяжно сказал труп, открывая глаза, полные кровавых слёз, — это ты виноват, что я мёртв! Ты! Ты! Ты!       У Се с криком вскочил с постели, хватая крепкой хваткой окружающие предметы — оказалось сбитое одеяло. Пытаясь отдышаться, схватившись рукой за грудь, он постепенно восстанавливал дыхание, широко раскрытыми глазами глядя перед собой. Безумное чувство потери сводило его с ума. Будто и вправду тот человек умер, и они больше не увидятся, будто и правда У Се лишил его дыхания. Как же без него… — Боже… — на выдохе простонал парень, укачивая своё до сих пор ноющее после ранения плечо и пытаясь выкинуть из головы негативные мысли. Он ещё несколько минут посидел на кровати, откинувшись на подушки в попытках приманить сон, но тот упорствовал, и У Се плюнул на это дело. Встав, он взглянул на время. Час десять. Ему удалось поспать всего ничего, но и этого хватило, и, включив настольную лампу, он вновь обратился к своим записям, хаотично разбросанным по столу. Он искал различные зацепки, которые ему помогли бы отыскать пропавшего Третьего дядю. К сожалению, продвинулся он пока незначительно. В сентябре начнётся новый семестр, у него осталось не больше двух недель до того, как время на основные поиски сократится вдвое. Оказывается, в университете дяде Саньшену уже нашли замену, но по просьбе У Се не стали трогать его кабинет — там так всё и осталось, слегка тронутое временем, но на своих местах. На самом деле, Се не продвинулся так уж далеко, но был рад, что смог выудить нужную информацию у Паньцзы.

***

      После того, как, очнувшись в больнице, У Се обнаружил пропажу, он совершенно не мог найти себе места. Баюкая простреленное плечо, он долго рефлексировал о произошедшем в гробнице, но единственное, к чему действительно пришёл, так это к тому, что ещё одно исчезновение Третьего дяди он ему не простит. После, ещё полного злости и ожидания посетителей дня, У Се додумался и до того, что рад, что рядом нет этого громкого болтуна Панцзы, и что тот ему вот совсем ни капельки не нужен. Промелькнула мысль о Молчаливом братце, но после неё он себя как следует отругал — он ему вообще был никем, с чего бы беспокоиться об этом? Вся магия Чжан Цилина растворилась вместе с ним, оставив смутные воспоминания о чувстве защиты и незримой поддержке. — Вот и отлично! — Совсем обидевшись на весь свет, прогнусавил парень, и именно в этот момент зашёл Паньцзы, облачённый в такую же голубую больничную робу, как и он сам. — Третий молодой господин, — поздоровался он, прикрывая дверь за собой и ковыляя до кресла рядом с кроватью. — Паньцзы! Как ты? — Обрадовался тут же парень, уставившись на помощника его дяди — у него была перевязана голова в районе лба, он прихрамывал на правую ногу, но при этом пытаясь выглядеть лучше, чем есть. Из разреза голубой рубашки проглядывались бинты на груди. Ему действительно сильно досталось там, но сам У Се ещё не был в курсе, что произошло, и даже с опаской ждал рассказа. — Я в порядке, — кивнул головой мужчина, устраиваясь поудобнее в кресле, — я бывал в ситуациях и похуже, так что не волнуйтесь, Третий молодой господин, через пару недель я снова вернусь в строй! Как вы себя чувствуете, ваша рана беспокоит? — Сейчас я принимаю обезболивающее, так что всё в порядке, — неловко прикоснулся к плечу Се, но в его голосе прозвучала горечь, — знаешь, это моё первое ранение от оружия, ну, не считая дядиного ножа, — уточнил он, вспоминая своё детство. — Молодому господину не стоит так переживать, — улыбнулся мужчина, поддерживая своего подопечного, — первое ранение всегда запоминающееся, но позже входит в некую повседневность, — поделился опытом помощник, неловко почёсывая щёку. Выходило, будто Паньцзы обещал, что ранений будет только больше впереди. — Ты же был на войне, да? — Уточнил У Се, припоминая что рассказывали ему о нём, — тогда моя рана действительно пустяковая по сравнению с тем, через что прошёл ты… — Я видел многое, но лишь благодаря Третьему господину я сейчас могу с лёгкость говорить об этом, — с грустью сказал раненный, потускневшим голосом, и, когда он снова взглянул на человека перед собой, твёрдо произнёс слова, пытаясь вселить уверенность и себе, — Третий господин обязательно найдётся! Я приложу все свои силы на это, не волнуйтесь так сильно, Третий молодой господин! Мужчина позволил себе чуть поклониться в знак ответственности, но это вышло несколько неловко из-за травмы головы. — Паньцзы! — Возмутился У Се на это, — ты ранен, не стоит так себя вести! — Он так же неловко попытался остановить собеседника, — я действительно тебе верю, и ты очень верен моему дяде, — тщательно подбирая слова, ответил парень, — ты можешь рассказать, что произошло после того, как мы сбежали? Почему в итоге дядя Саньшен единственный, кто пропал в этот день? — К сожалению, не смотря на то, что я был там, я мало, что могу рассказать, — печально покачал головой Паньцзы, — почти сразу прозвучали подземные толчки, не смотря на то, что местность была практически не сейсмоопасной, кажется, где-то рядом началось океаническое извержение вулкана, что послужило обрушению некоторой части гробницы, — вздохнул мужчина, уставившись в окно за спиной У Се, — конечно, всё это породило суматоху, и многие ринулись искать выход из западни, не смотря на то, что люди Цзю Декао по-прежнему держали на мушках студентов… Мы с Третьим господином часть людей отправили по вашему пути, хотя я и не знал, правильной ли Чжан Цилин идёт дорогой, но рискнул поверить, что тебе нужна будет медицинская помощь, и он в любом случае найдет её для тебя… — Откуда такая вера в Молчуна? — Задал мучавший его вопрос У Се, но на самом деле, опасаясь услышать ответ, — я допускаю, что он много раз уже спускался с вами в гробницу, и вы прониклись к нему неким доверием, но… — но Се был очень зол и одновременно огорчён Чжан Цилином. Этот человек ни разу не навестил его, как и Толстяк! — Третий молодой господин, вероятно, вы многого не знаете, но Цилин действительно очень много раз спасал нас, — немного удивлённо уставился он на парня, — на самом деле, это чуть ли не единственный человек, которому я мог бы доверить вашу и свою жизнь… — Но почему? — Упрямо выспрашивал У Се, точно маленький ребёнок в "Детском мире", — такое доверие точно не может рождаться на пустом месте… — Чжан Цилин на самом деле эксперт в ловушках в гробницах, — задумчиво ответил мужчина, — у него есть некоторые проблемы с памятью, и он не всегда знает и помнит о чём-то, но, если это касается безопасности окружающих, ему нет равных! — Но… он всего лишь старшекурсник… — нахмурился парень, очевидно не до конца понимая всей сути имеющихся данных. Большой кусок информации упрямо скрывается от него. — Когда и люди Цзю Декао стали озираться в поисках выхода, — как ни в чём не бывало продолжил Паньцзы, тактично не замечая метания наследника семьи У, но и не желая раскрывать некоторые факты, — нам удалось уравновесить соотношение сил, но в какой-то момент что-то ударило меня по голове, и я лишился сознания, — честно признался бывший военный, — когда очнулся, Третьего господина уже не было рядом. — То есть ты тоже не знаешь, в какой момент дядя Сань пропал из виду… — задумался У Се, пытаясь в голове выстроить линию событий, но, казалось, что что-то значимое упрямо ускользает из внимания. — Как только выйду отсюда, я и мои люди тут же приступим к поискам, — пообещал Паньцзы, чуть поклонившись и довольно быстро оставляя парня одного размышлять. Он догадывался, что племянник его босса это так просто не оставит. В самом деле, этот человек был упрямее Третьего господина во много раз, и раз уже дело заходило о родственных связях — тут уже ему не было равных. Вот только Паньцзы знал — У Саньшен во сто крат хитрее, и даже его помощник не знал всех уловок этого человека…

***

      У Се оглушительно чихнул. Вместе с этим из рук выпала книга в кожаном переплёте, создавая дополнительный шум. Лао Ян, стоявший в темноте около кабинета профессора У вздрогнул и опасливо шикнул в открытую дверь. — Братец Се! — Возмущённо отозвался друг, вглядываясь в темноту коридора третьего этажа университета, — будь по-потише… — Просто не паникуй, — отозвался второкурсник, улыбаясь и перебирая документы, оставленные на столе с лёгкой руки Третьего дяди, — сейчас мало кого можно встретить в университете, тем более так поздно ночью. Расслабься и просто следи за обстановкой! — В-вот именно! — Ткнул пальцем в единственный источник света в руках Се Лао Ян, — з-зачем вообще ночью? — Захныкал друг, имея на самом деле довольно-таки трусливый нрав. У Се усмехнулся на это, подтверждая догадки о незаконности действий, а в голове пронеслось, что будь здесь Толстяк, тот бы непременно с удовольствием поскитался по пустым коридорам и порылся бы вместе с ним в чужих вещах. А вместо этого ему приходится шантажировать давнего друга, которому он как-то однажды помог. Подсвечивая себе фонариком, он переместился к деревянному комоду, на котором вместе с сантиметровым слоем пыли находился старенький и потрёпанный тубус. Имея достаточно насыщенный коричневый цвет, он был недостаточно широкий для древних свитков, но и достаточно просторен для современных. Причастность к гробницам его выдавали короткое основание и длинная крышка, которая завязывалась, а не защёлкивалась как на всех современных тубусах, да и ведущая надпись на нём была нанесена чернилами. Проведя пальцем по надписи, чтобы убрать пыль, парень заинтересованно повернул голову вбок, так как надпись была сделана в формате щупай*. — Сунь-Цзы, — наконец разобрал иероглифы У Се и тут же взбудоражился, рьяно освещая фонариком весь тубус, — тот самый трактат Сунь-Цзы**?! Откуда? — Тшш, — запричитал опять Лао Ян, паникуя и топчась на месте, кривясь лицом будто от боли, — У Се, заканчивай быстрее! — Подожди, — задумчиво кинул в сторону друга Се, привставая повыше на носочки, чтобы достать полностью тубус. Разум его кричал, что так не должно быть — такой трактат не будет спрятан в футляре, это неправильно. Не говоря уже о том, что здесь, в этом кабинете, совершенно точно не может быть оригинал «Искусства войны» и это ещё одна противоречащая вещь. Третий дядя принимал и любил только оригиналы, только первоисточник, не доверяя копиям и переписям, и если он однозначно знал, что это не тот самый трактат, так зачем ему вообще находиться здесь? — Что же ты скрываешь ещё? — Тихо спросил У Се, наконец, подцепив рукой предмет и в очередной раз оглушительно чихая. Он тут же шикнул от разлившейся от этого боли в плече и поспешил открыть находку. — Братец Се! У Се! — Внезапно рядом заверещал Лао Ян, тряся за руку, — там кто-то идёт, с-слышишь, там, там кто-то идёт сюда! — Тихо! — Схватив за предплечье паренька и выглянув на миг в коридор, он потащил его под стол, предварительно кинув взгляд на закрытую другом дверь и выключая свой фонарик. Шаги раздались совсем рядом, и парни задержали дыхание. Дверь всё же открылась. Се неловко переступил ногами, в поисках лучшего положения в таких тесных рамках стола. Кабинет был расположен как раз окнами в освещённый фонарями двор, так что в помещении было довольно светло, что не мешало рассмотреть, происходящее вокруг. Дверь тихо приоткрылась, и человек в чёрном просочился внутрь, оглядываясь по сторонам и ориентируясь совершенно без света. Он медленно осмотрелся и вдруг резко метнулся в угол кабинета, прямо к стеллажу со свитками. Движения его, судя по издаваемым звукам, были чётко отточены, потому как походка была легка для такой скорости действий. У Се про себя выругался, так как отчётливо понял, что кому-то понадобилась информация или что-то, что принадлежит его дяде, именно сегодня. И что-то подсказывало, что этот кто-то был не на стороне У Саньшена. Мужчина довольно грубо сбросил на пол несколько свитков, сочтя их незначительными, и так же резко метнулся к другой стороне кабинета, где стоял злосчастный комод. Он искал что-то конкретное. Парни затаили дыхание, боясь быть обнаруженными совсем рядом. У Се перехватил зажмурившегося Яна ладонью за рот, пытаясь пресечь его попытку похныкать. Он всячески показывал жестами Се, как ему страшно, что могло выдать их в любой момент. Наконец-то мужчина что-то нашёл, громко выругался на английском и с помощью ножа стал отрывать от стены карту Китая, на которой Третий дядя отмечал гробницы, в каких побывал. У Се ужасно возмутился на это, понимая, где спрятана возможная подсказка к местонахождению дяди. Её ни за что нельзя было отдавать в чужие руки! Тем более, карта была настолько старá, что могла порваться, соверши с ней любые механические действия. Парень, наплевав на конспирацию и возможное скрытое оружие в руках воришки, вскочил и, схватив первое, что попалось в руки, стремительно бросился на человека в попытке как следует ударить того по голове. Лао Ян, совершенно не ожидавший такого, заорал, чем и выдал нахождение в кабинете других людей. Скрытая атака У Се не удалась, а вор, толкнув тяжёлое кресло в сторону парня, вырвал оставшееся на стене от карты полотно и бросился к двери. — Стой! — Заорал уже Се, пытаясь перепрыгнуть препятствие, но был слишком медленным, и воришка стремительно ушёл. — Чёрт! — Выругался громко наследник семьи У, — чёртчёртчёрт, и вместе с главной подсказкой! Да что вообще в этой карте такого было! — От негодования он пихнул злосчастное кресло, больно ударившись о твёрдое основание, и только потом до него стало доходить. Этот воришка стащил тубус прямо из его рук! В темноте, когда он приготовился атаковать, он схватил трактат, чтобы ударить им, но в момент, когда мужчина сдвинул на него кресло, вместе с картой тот прихватил и тубус! У Се как никогда был зол. Мало того, что упустил вора, так и проворонил главные зацепки. — Это ты виноват! — Бросил Се Лао Яну и, больше не дожидаясь оправданий напарника, громко топая, покинул кабинет. Сжимая кулаки, в этот момент он очень сожалел, что с ним не было Сяо гэ, который наверняка одним движением мог остановить вора. И с каких пор он стал мысленно обращаться к тем двум предателям? *вертикальное письмо в Китае. ** «Искусство войны» — самый известный древнекитайский трактат, посвящённый военной стратегии и политике, написанный Сунь-Цзы. Состоит из 13 глав.

***

— Наведаемся туда днём, — поставил свой вердикт Паньцзы, когда У Се вкратце рассказал о том, что произошло, — вероятно, кто-то другой тоже разыскивает Третьего господина, и тоже вышел на то, что в кабинете полно зацепок. — Для чего кому-то ещё искать Третьего дядю? — Задумался парень, — ты не думаешь, что это странно, искать пропавшего человека таким способом? Не лучше было бы перерыть ту гробницу, в которой он пропал? Искать призрачные зацепки именно в тот момент, когда искали и мы… — Не акцентируйте внимание на этом, — похлопал по плечу сочувствующе Паньцзы, — вероятнее всего мы этим ничего не добьёмся… но узнать, для чего понадобилась карта, мы можем, возможно, так мы поймём, для чего понадобился Третий господин… — Мы с тобой оба знаем, кому на самом деле насолил дядя Сань, — сжимая кулаки, уверенно заявил парень, — но в чём-то ты прав, такими методами мы ничего не добьёмся, нужно действовать вопреки… хотя, я думаю, что трактат тот человек схватил по ошибке… — Третий господин, где бы он ни был, в будущем не избежит урагана с кровавым дождём***, нам остаётся только смотреть, куда дует ветер, — со вздохом пояснил мужчина, а затем, словно что-то вспомнив, покачал головой. — Что такое? — Заметил это движение успокоившийся наследник семьи У и присел рядом, — ты что-то узнал? — На самом деле, Третий молодой господин… — загадочно начал бывший военный, — есть один человек, который мог бы помочь вам в этом деле… он был несколько раз нанят У Саньшеном и зарекомендовал себя как профессионал. Я в самом деле думаю, что вы даже могли бы многому у него научиться… — Этот человек он… — задумчиво произнёс парень, — достаточно верный? Ему можно доверять? — Хм, порой он бывает жаден в плане награды, но в основном он на нашей стороне, в любом случае, он ещё ни разу не подвёл в решительный момент… — Тогда свяжись с ним, — встав, порекомендовал Се, — лишняя помощь проверенного человека будет как никогда кстати! По крайней мере, У Се надеялся, что тот человек будет более преданнее, чем те двое, которые спасли его и пропали с радара! Вот уж действительно на кого нельзя положиться! *** китайская идиома, обозначающая неприятные, опасные обстоятельства.

***

      В тот же вечер У Се проводил время за уборкой своей комнаты, одновременно разговаривая по громкой связи с родителями, что случалось довольно редко. — Сяо Се, дедушка был очень недоволен тобой, — мягко рассказывала мама последние новости, — мы ждали тебя в эти каникулы дома, но ты опять проигнорировал билет, который мы тебе выслали… — Мама, Третий дядя пропал, как я могу оставить это? — Довольно миролюбиво проворчал Се, но уже не надеясь на благоприятный исход. — Диди**** твоего отца во всём разберётся, — уговаривала женщина на том конце провода, — ребёнку вроде тебя не стоит туда соваться, даже если Саньшен брал тебя пару раз с собой, я не позволю ему лишить тебя будущего из-за этого! — Мам… — вздохнул парень, не став спорить, — дядя Сань единственный человек, который всегда был рядом со мной, как я могу бросить его в такой сложный момент? — Вместе с этой заученной фразой, У Се складывал вещи в стиральную машинку, отряхивая от пыли и грязи — оказывается среди них были те самые вещи, в которых он был в гробнице. — Сяо Се, да, я была не лучшей матерью тебе, — твёрдо заговорила она, и, когда рядом послышались посторонние звуки, наследник семьи У понял, что к разговору присоединился и отец, — но мы одна семья, дедушка не просто так дал тебе имя У Се*****, без своей семьи ты понесёшь только беды… — Мам… — У Се просто не мог понять, откуда у него берутся все эти беды с семьёй, — я давно не ребёнок, — но сказать он мог немногое, вместо этого он принялся вытеснять всё своё зло на одежду, резко встряхивая и с разлёту кидая её в корзину. — Конечно же ты ребёнок, — поняв, что в этот раз У Се не станет ей перечить, она перенеслась в более мирное русло, спросив, как он питается. Закинув в корзину пыльные брюки, он услышал, как что-то хрустнуло, стукнувшись о борта пластмассы. Нахмурившись, парень потянулся проверить, что он мог забыть в карманах, и, встряхнув ещё раз вещь, увидел, как на пол упал маленький предмет. — Ма, я перезвоню, — и, не дожидаясь ответа, нажал на кнопку завершения вызова. В замешательстве он поднял коробочку ближе к свету, не понимая, как это оказалось в его вещах. С интересом открыв находку, он понял, что это было маленькое записывающее устройство, рассчитанное на очень маленький объем вносимой информации. — Я знал, что дядя оставит себе обходные пути… — победно сжав в ладони диктофон, У Се улыбнулся. ****младший брат, здесь упоминается в отношении Второго дяди — У Эрбая. *****имя У Се означает «Не Зло», «непорочный», то бишь ещё наивный, соответственно, без фамилии «У», «Се» значит просто «Зло».