Tutto per te, signorina.

***

      Столь спокойный и тихий вечер у девушки выдался, что та скорее стремилась улечься в тёплую кровать и провалиться в царство Морфея, как и поступила. Но перед сном дама была вынуждена убраться во всем доме, ибо маленький гость, который приедет завтра с утра, слишком любопытен ко всему, что плохо лежит. Племянница была ещё малышкой. Всего лишь год жизни маленького беззаботного человечка. Однако Лим видела её слишком редко, что не очень хорошо для крёстной, поэтому стремилась это исправить. Её цель была в том, чтобы девочка в будущем доверяла ей все свои проблемы, могла спокойно и свободно себя чувствовать рядом с Бохён, то есть быть самой настоящей подругой. А доверие нужно заработать.        Девушку разбудил совсем не противно звонящий каждый день будильник, а вибрация на рядом стоящей тумбочке. Даже не взглянув на экран, та приняла вызов, толком не проснувшись. — Тётя Бохён, ты про нас не забыла? — раздался в трубке радостный голос сестры, что сопровождался детскими визгами на фоне. — С вами забудешь… — хрипло ответила она, лежа на кровати с закрытыми глазами, пытаясь прийти в себя, только вот справиться было слишком трудно, ведь веки казались Лим слишком тяжёлыми, чтобы держать их в открытом состоянии. — Ты всё ещё спишь? — удивлённо поинтересовалась родственница. — Представь себе, у меня выходной, — оповестила ту кареглазая. — Ты время видела? — продолжала заваливать вопросами собеседница. Шатенка недовольно цыкнула, еле заставив себя открыть глаза, чтобы взглянуть на часы. Стрелки показывали 7:20. — Юхён, ты издеваешься надо мной? — прошипела в трубку младшая. — А что?! — невинно воскликнула старшая. — Я думала, ты уже не спишь. — Я ждала вас к десяти, — объясняла девушка. — Так жди, мы только выехали. Просто решили проверить, помнишь ли ты о нас, — протараторила старшая в трубку, после чего сбросила. — И как это называется? — поинтересовалась, глядя в потолок та, будто ей кто-то даст ответ. В итоге, провалявшись пятнадцать минут в постели, Лим не смогла вновь отдаться сну, хотя буквально недавно готова убить тех, кто её разбудит. На улице стояла тишина. Совсем не как в будние дни, когда хлопали двери машин. Когда кто-то громко обсуждал свои темы в компании других людей или по телефону. Аж на уши давило. Единственный вопрос, который мучил барышню в данный момент, это спит ли её ненаглядный? Ведь ей хотелось предупредить того заранее, что сегодня они должны вместе, как та и обещала встречать маленькую гостью. Надеясь, что Чон ничего с ней не сделает, если вдруг Бохён нарушит его сон, она собрала всю волю в кулак и мысленно помолилась, судорожно нажимая на его контакт. Прошло буквально несколько гудков, после чего ответил хриплый мужской голос. — Любовь моя, ты время видела? — с некой претензией обратился к ней молодой человек. — Так я всё-таки тебя разбудила… — виновато произнесла девушка, что вызвало у Гука смешок. — А ты думала, что я вообще не сплю по ночам? — поинтересовался с вероятной улыбкой на лице тот. — Прости, хотела предупредить, что моя племянница прибудет совсем скоро, — объясняла причину своего раннего звонка шатенка. — Вот как… — принимал положение сидя Чон, понимая, что заваливаться снова смысла нет. — Что ж, во сколько прибудет маленькая принцесса? — Ближе к десяти, — Лим умилялась прозвищу, которое дал девочке парень. — Без двадцати девять жди, — проинформировал тот. — А! И ещё… будешь должна мне вкусный завтрак за то, что разбудила меня в такую рань, — ухмыляясь, предупреждал он. — Certo signore. (Конечно, сеньор) Завершив приятную дискуссию, дама ретировалась в ванную комнату для приведения себя в порядок. Много времени на удивление не потребовалось. Через пару минут она уже наглаживала какое-то белое лёгкое платье на завязках. Настроение было слишком летящим и хорошим. Да и погода радовала осенним тёплым солнцем вместе с лучами, которые проникали в светлую комнату. Лёгкий макияж, волосы, собранные в молочного цвета крабик, то самое прекрасное платье, что, безусловно, идеально смотрелось на девушке. Затем по списку следовало приготовление вкусного завтрака, как требовал Чонгук. В голове промелькнула идея сварганить венские вафли, украшенные ягодами и чем-нибудь сладким, тем более, что время позволяло. Завязав фартук да получше, чтобы ненароком не испачкать своё одеяние, Бохён умело орудовала столовыми приборами и продуктами для приготовления. Вафельница выдавала такие ароматные вафли, какие у Лим ещё ни разу не получалось приготовить. После всех махинаций, та выложила их на белую тарелку, полив сверху шоколадным соусом, и обложила голубикой и малиной, приобретённые специально для выпечки. Затем на стол пожаловал и кофе. Еда дожидалась молодого человека, который должен был приехать с минуты на минуту. Долго ждать не пришлось, дверной звонок раздался буквально через пять минут. — Скучала, медвежонок? — с милой улыбкой на лице, заключил в объятия тут же шатен, приподнимая девичье тело. — А ты? — задала встречный вопрос она, обвивая его шею руками. — Очень, — прошептал ей на ухо парень. — Spero che tu non abbia dimenticato la nostra conversazione? (Надеюсь, ты не забыла про наш разговор), — выпустил ту, наконец из крепких рук Чон. — Сome potrei? (Как я могла), — ухмыльнулась кареглазая, указывая на накрытый стол. Глаза парня загорелись при виде того, чего он никак не ожидал увидеть. Он стремительно поспешил занять место. — Ты сегодня в очень хорошем расположении духа? — Гук рассматривал неописуемо красивую даму, которая садилась на против. Улыбнувшись, она покачала головой, подтверждая его теорию, что вызвало ответную ухмылку у молодого человека. Чон поспешил продегустировать творение своей барышни. Насколько ему было вкусно, он просто не мог передать словами, поэтому молча наслаждался вафлями, прикрыв глаза от удовольствия, что заметила Бохён. Было приятно угодить парню тем, чем она никогда не хвалилась. — Пон…? — Это потрясающе… — опередил её тот, продолжая нахваливать девушку в мыслях. — Я очень рада, что тебе понравилось. — Выходи за меня, — бросил он, что заставило ту рассмеяться. — Ты сомневаешься, что я серьёзен в своих словах? — возмущался Чонгук, который на мгновенье даже перестал пережёвывать еду, прожигая взглядом Лим. — Нисколько, — успокоила его та, перестав смеяться. — Продолжай жевать, — напомнила ему она. Тот в ответ прищурился, но трапезу прерывать не стал.       Завтрак ушёл слишком быстро. Бохён была довольна не меньше, чем парень. — Сколько у нас ещё времени до мелкой? — вдруг поинтересовался он. — Час точно есть, — глядя на циферблат кухонных часов, ответила та. — А что? Однако в ответ она ничего не услышала. Лишь прожигающий её насквозь взгляд тёмных очей. Тот встал и уверенно направился к девушке, не смевшей закрыть глаза. Когда шатен преодолел расстояние, что разделяло их всё это время, он медленно провел тыльной стороной ладони по тёплым, но в то же время мягким щекам. — Если бы ты видела моими глазами, ты бы увидела, насколько прекрасна, — почти прошептал данную фразу молодой человек, от которой щеки дамы стали не тёплыми, а горячими. — Ты до сих пор смущаешься подобных фраз? — ухмыльнулся Чон. — Как мило… Гук приближался к девичьим устам, что та держала приоткрытыми. Он, накрыв барышню своими губами, целовал её нежно, плавно переходя от одной губы к другой. Мужская рука спустилась на шею и продолжала поглаживать тонкую кожу. Поцелуй становился напористее, а девушка для удобства поднялась со стула. Пальцы сжимали чёрный свитшот, так и норовя снять лишнюю одежду. Тем временем шатен спускался всё ниже, доходя до завязок на белом платье, которые та так усердно завязывала, даже не подозревая, что кто-то будет расшнуровывать её старания. Кареглазый был не в силах оторваться от сладких уст после шоколадного соуса, который немного да остался на губах юной дамы, но прервать столь прекрасное слияние пришлось, чтобы стянуть платье, которое Гук уже развязал для дальнейших действий. — Quindi sei più bella. (Так ты ещё красивее), — еле слышно произнёс он. В ответ, Лим, подцепив края верхней одежды на нём, потянула её вверх, оголяя мужской торс. — Anche tu. (Ты тоже), — улыбнулась она. Скрепив их пальцы, Чон повёл девушку к дивану в гостиной, а затем уложил, нависая над полуголым женским телом. Только парень потянулся к её зацелованным алым губам, как та остановила, удерживая ладонь на его груди. — Надо проверить дверь, — объяснила она, приподнимаясь, после чего у того, будто камень с души свалился, ведь Гук допустил мысль, что сделал что-то не так. — Я всё закрыл на ключ, — уложил её обратно шатен, вновь прильнув к желанным губам. — Точно? — разорвав поцелуй, уточнила она. — Да, лежи смирно, — приказал парень, пытаясь убедить ту. — Но. — Хочешь, чтобы я тебя связал? — отстранившись, грозно посмотрел кареглазый, на что та не дала точного ответа, ведь быть связанной им она была бы вовсе не против. Мужские пальцы блуждали по голой коже, вызывая у Лим табун мурашек. Добравшись до низа живота, её дыхание стало в разы тяжелее. Ухмыльнувшись такой реакции, Чон запустил руку под нижнее бельё, находя пульсирующую точку, которая так нуждалась в его ласках. Из груди девушки вырывались стоны, становившиеся всё громче и громче с каждым разом, ведь парень проник в женское лоно, вводя несколько пальцев, продолжая массировать клитор большим пальцем. Он оставлял красные засосы на открытых участках груди. Бохён чувствовала, что скоро сдастся, поэтому начала ёрзать бедрами в такт пальцам, помогая себе быстрее кончить. Чонгук одобрил её действия и прибавил скорость. Он наслаждался сладкими стонами, которые издавала под ним дама его сердца. Вдруг вырвался последний звук наслаждения, а ноги задрожали, свидетельствуя о конце. — Умница, — произносит молодой человек, целуя ту в лоб. — Отдыхай, я схожу в ванную, — удалялся он. Отходить пришлось совсем немного. Из ванной комнаты слышалась лишь льющаяся вода. «Неужели решил ополоснуться?» — задалась вопросом про себя Лим. Только вот, подойдя к двери, она услышала явные вздохи, которые Гук почему-то пытался сдержать, что заставило девушку пребывать в недоумении, поэтому та постучалась. — Да? — Открой мне дверь, — попросила Бохён. — Я ещё не закончил. — Открой мне, и я помогу тебе сделать это намного быстрее. Послышался звук открывшийся щеколды. — Как легко тебя уговорить, — улыбаясь, зашла в ванную она, обнаруживая парня, который, очевидно, ублажал себя самостоятельно. Встав рядом с ним, она провела рукой по изнывающему мужскому органу, что вызвало у Чона тихий стон. Та обхватила головку члена, опуская руку вниз, а затем вверх, медленными движениями, продолжая наблюдать за реакцией парня, который с блаженстве откинул голову назад, прикрыв глаза. Довольная увиденным, девушка принялась ускорять темп, чего тот явно хотел, но просить почему-то не торопился. — Тебе нравится? — требовала ответа она, возвращаясь к головке, немного сжимая её. — Да… — со стоном ответил Гук. — Не останавливайся, пожалуйста, — буквально умолял он. Дама решила повторить действия Чонгука и, дотянувшись до его шеи, принялась покрывать её мокрыми поцелуями, одновременно прибавляя темп. Он явно оценил подобные ласки барышни и через несколько минут закончил, громко дыша.

***