Tutto per te, signorina.

Полтора часа спокойного сна. Абсолютно ничего не тревожило парня, пока тот сопел в свое удовольствие в удобном мягком кресле, которое оборудовал под свой сон. Всё это время ему ничего не снилось. Ни хорошего, ни плохого. Это означало лишь то, что Чон действительно устал и мозг полностью отдыхал. В последнее время со сном у него были явные проблемы. То работа не давала покоя, то самому как-то не спалось, то случалось что-то что не оставляло времени на покой. Сейчас же его никто не трогает. У кареглазого даже не возникает желание принять положение лёжа для своего же удобства. Однако, как говорится, всё хорошее когда-то кончается. Парень просыпается от того, что кто-то дёргает его за указательный палец, как будто этот кто-то тянет куда-то. — Дона, — окликивает девушка шёпотом маленькую девочку. — Дай Чонгуку поспать. Он же не будил нас, — продолжает шептать той, читая нотации Бохён. Только вот молодой человек уже проснулся, и уголки его рта ползут вверх, умиляясь тому, что кое-кто маленький соскучился по нему и требует внимания к себе. Лим же, увидев, что сон парня был всё-таки нарушен, даёт себе мысленный подзатыльник, как бы говоря себе, что не уследила за непоседой. Стоило лишь на несколько секунд отвлечься на сообщение от Хёмин, как племянница ускакала в другую комнату. — Прости, мы не хотели тебя будить, — смотря на девочку, извинялась девушка, хотя по проказнице так и не скажешь, наоборот, её цель была достигнута. Гук отпустил смешок и широко развёл руки для малышки, что его так старательно будила. Дона же, как только увидела сей жест, поспешила лезть на парня, дабы попасть в тёплые объятия того, кто ей так полюбился. Чон обхватил длинными пальцами детское тело девочки, чтобы прижать её к груди. Бохён была удивлена. Если бы её разбудили таковым образом, да ещё не дали нормально выспаться, то её наверняка бы настиг приступ неконтролируемой утренней агрессии. — Ну ничего себе… — бубнит себе под нос та. — Я даже начинаю ревновать, — наблюдая за этой сценой, признает Лим. — Иди я ещё и тебя обниму, — не переставая улыбаться, тянет ей освободившуюся руку Чонгук, а затем хлопает по коленке. — Хочешь, чтобы мы тебя раздавили на пару? Уж нет, ты мне нужен живым, — воздержалась девушка, однако так хотелось послушаться его. — Меня? Раздавить? Не смеши, — удивлённо смотря на Лим, говорит тот. — Чем же ты занималась, Дона? — вновь переведя взгляд на гостью, интересуется парень. — Ела, — с гордостью отвечает девочка. — Смотрела мультики, — вспоминает после нескольких секунд она, положив ладошки на широкие плечи кареглазого. — Умница, — хвалит Гук, мило улыбаясь. Наконец тот встаёт с кресла, одновременно держа малышку на руках. Он оглядывает девушку, подходя к ней всё ближе и ближе. Лим, не отрываясь, смотрит на Чона, ведь таким она видит его впервые, и насколько это приятно для глаз, просто не передать словами. Оказывается, он вовсе не подозревал, какой чуткий, нежный и заботливый может быть с детьми. Именно Дона помогла почувствовать эти качества в себе. Чонгук аккуратно убирает выбившуюся прядь из низкого пучка девушки за ухо, продолжая любоваться красотой своей возлюбленной. После молодой человек чуть наклоняется, чтобы подарить Бохён тёплый поцелуй в мягкую щеку. — Спасибо, что дали мне отдохнуть, — благодарит тот, будто это такое большое дело. — Тебе как-то помочь? — задаёт вопрос шатен, а у дамы словно дыхание перехватывает от такой заботы и тона, с которыми он обращается. — Мне неловко просить, — опуская глаза в пол, произносит та. — Брось. Как будто я делаю это каждый день, — заставляет сказать Гук. — Можешь немного погулять с Доной? Мне нужно прибраться в доме, но за ней нужно следить, поэтому это немного тяжело, — всё также стесняется Лим, не смея поднять глаз на Чонгука, думая, что просит слишком много, ведь племянницу привезли именно ей. В ответ на просьбу парень поднимает голову дамы за подбородок, придерживая его двумя пальцами. — Я всё сделаю, — твёрдо произносит тот, что заставляет Бохён улыбнуться. — Пойду соберу вам всё необходимое, — мигом подрывается Лим, словно они куда-то спешат. — Только не гуляйте слишком долго! — кричит она уже из другой комнаты. — Да, командир! — отвечает Гук, отпуская девочку, чтобы та оделась к прогулке. Сборы продлились недолго. Пару подгоняла малышка, приговаривая недавно выученное «быстрее», сидя уже полностью готовая на низком стульчике, поставленном специально для неё.       — Куда же мы с тобой пойдём? — оглядывая местность, спрашивает Чонгук, совсем не ожидая ответа от Доны, однако та указывает пальцем на тропинку, ведущую к скверу. Быть может, именно дети, гуляющие с родителями, что, вероятно, уже возвращались домой, привлекли её внимание. — Как прикажете, — заметив жест повелительницы коляски, направился в назначенное место парень. Но, не пройдя и половины дороги всего сквера, в поле зрения девочки попала детская площадка. Конечно же, Чон не смел пройти мимо, ведь та начала сама вылезать, чтобы пойти поиграть или познакомиться ребятами. Шатен аккуратно помог освободиться малышке от держащих её ремней коляски, после чего она сразу же рванула в желаемое место. — Дона! Подожди! — не успевал за ней Чонгук. Припарковав «карету» принцессы около ближайшей лавочки, парню пришлось ходить за непоседой по пятами, лишь бы она не угодила в неприятности.       — Чонгук? — его окликает какой-то женский голос. Кареглазый сразу же принимается искать ту, что позвала его. Вдруг кто-то касается плеча, вынуждая обратить на него внимания. — Ёнми? — не менее удивлённо произносит парень. — Что вы тут делаете? — продолжает тот. — Что и все находящиеся здесь люди… Гуляю, — бегая глазами по местности, быстро нашла ответ девушка. — Это я вас здесь вижу впервые. Столько раз гуляла в этом сквере и ни разу с вами не пересекалась, — пытается вытащить из него хоть какую-то информацию та, ибо, увидев рядом с молодым человеком маленькую девочку, внутри неё всё буквально замерло. Может, он вообще уже молодой отец? Дона мигом подбежала к Гуку и принялась с интересом разглядывать коллегу Чона, держа того за указательный палец своими ладошками. Её большие карие глазки бегали по лицу незнакомой девушки, которая почему-то заговорила с Чонгуком. Переведя взгляд с шатена на только прибежавшую малышку, глаза Ёнми увеличились в размерах, пытаясь найти в голове хоть какое-то разумное объяснение. — Сестра? — не дожидаясь слов Чонгука, выдвинула своё предположение она. — Нет. Казалось, что с этим отрицанием внутри брюнетки всё остолбенело. — Это племянница моей девушки, — через несколько секунд он представил ей Дону. — Дона, это Ёнми. Она работает вместе со мной, — присаживаясь на корточки, чтобы быть на уровне ребёнка, знакомит их Чонгук. У Пак будто камень с души свалился. Она мило улыбнулась девочке и помахала рукой. — Привет, Дона! Наконец-то серьёзное, внимательное выражение лица у ребёнка сменилось беззаботной и радостной улыбкой во все молочные зубы. Малышка в ответ поприветствовала свободной ладошкой, но подходить близко к новой знакомой не спешила. Всё-таки Чонгук ей сразу полюбился, а также показался добрым и весёлым, с другими же Дона не спешила сближаться. — Вы не против, если я присоединюсь к вашей компании? — аккуратно попросилась Пак, не сводя глаз с девочки, будто первое разрешение должна получить от неё.       У Чонгука были предположения насчёт Ёнми. А именно, что девушка неравнодушна к нему. Конечно, для парня это может показаться слишком смелым выдвижением своих мыслей, однако давайте согласимся, что весомые причины думать об этом были. Её эмоции, реакции, поведение в целом заставляло так думать. Гук был не из тех парней-тугодумов, которые вовсе не понимают намёки. Единственное, что тот действительно не понимал, это то, почему Пак продолжает свои попытки сблизиться с ним, если знает, что рядом с ним любимая девушка и ничего не выйдет. Может, начиталась советов, мол: «Бейся за своё счастье до последнего»? Абсолютно не понятно, но с твёрдой уверенностью можно заявить, все её попытки «подвинуть» даму его сердца будут тщетны. — Неужели вы здесь гуляете совсем одна? — задаёт встречный вопрос Чонгук, помогая малышке подняться на горку, придерживая её за руку. — Представьте себе! Мне не с кем, — в её голосе слышится небольшое раздражение, будто парень задел её больную тему своим казалось бы простым вопросом. Однако ему чисто по-человечески стало жаль девушку, ибо знает, что одиночество — чувство ужасное. Создаётся ощущение, словно ты отвергнут миром и никому подавно не нужен. Он бросил недолгий взгляд на брюнетку, но она всё также стояла на приличном расстоянии от него, чтобы не пересекать границы. Вдруг услышит отказ. Тёмно-карие, практически чёрные глаза дамы разглядывали недавно опавшие листья, которые дворник, вероятно, не успел смести в одну кучу. — Мы с Доной не против вашего участия в нашей моционе, — ответил тот улыбаясь, стараясь походить речью на средние века. Та резко оживилась и очи её загорелись, ведь Пак совсем не надеялась, что будет участницей их прогулки. Наоборот, придётся бродить по тротуару, лениво перебирая ногами вперёд. Ёнми сразу же сократила это расстояние между ними, подойдя к горке, где малышка преодолевала препятствия, чтобы достичь своей цели и скатиться. Брюнетке новая юная знакомая показалась очень забавным ребёнком. С учётом того, что к детям Пак особой любви не питала. Брюнетка с особой внимательностью следила за действиями Доны, старалась найти общий язык, помогала забраться куда-либо при необходимости. В общем, справлялась ничуть не хуже Чонгука. Впервые за долгое время она чувствовала себя кому-то нужной, пускай даже маленькому ребёнку.       — Чонгук, — спустя полчаса прогулки обратилась к шатену коллега, сидя на лавочке, но не смея поднять глаз на него, чтобы, не дай Бог, не расплакаться, ибо то, что она сейчас сделает, достойно уважения. — М? — моментально отреагировал он, по привычке закусывая нижнюю губу. — Знаю, вы считаете меня жуткой прилипалой… — Что вы такое говорите? — сразу же прервал её Чон. — Нет, послушайте. Это очень важно. Вы наверняка догадались о моих чувствах к вам, — всё также не глядя на молодого человека, продолжала она. — И хочу быть с вами честна. Я ни в коем случае не преследую каких-то гнусных целей, чтобы поссорить вас с девушкой. Да, по началу я думала, что шансы у меня есть. Только вот, увидев её с вами на прогулке одним днем, я поняла, что поступаю эгоистично, не уважая ваш выбор. Было видно, с каким трудом ей даётся признаваться в подобных вещах, однако на сей раз смелость была выше трусости. От волнения Пак теребила влажную салфетку, которую просто так вытащила до разговора. Вероятно, готовясь. Чонгук был поражён её мужеством, что та проявила. Надо согласиться, что даже мужчины многие годы не смеют рассказать о своих чувствах к любимым. Ему не хотелось говорить: «Мне жаль, что так вышло», нет, значит, всё так и должно быть. Гуку лишь хотелось пожелать ей, чтобы та была счастлива с другим человеком, с которым чувства будут взаимны. Чтобы она избавилась от чувства одиночества. — Я бесконечно благодарен вам за откровенность и честность, — аккуратно начал он. — Стоит ли мне давать комментарии к вашему признанию? — Нет! Я не хочу ничего слышать. Прошу простить меня, но мне так будет спокойнее, — наконец-то Ёнми подняла глаза, но всё равно смотрела куда-то вдаль. — Тогда, я дам вам время, чтобы разобраться со своими чувствами. Как насчёт отпускных? Я договорюсь с директором. — Нет, Чонгук, вы меня не совсем поняли. Я благодарна вам за помощь, но, скорее всего, мне придётся искать другую работу. Чон понимающе качал головой, ведь скорее всего недооценил чувства дамы, если подумал, что отпуск всё исправит. — У меня есть знакомый, который поможет вам устроиться в другой ювелирный. Коллектив прекрасный, я уверен, вам будут рады, — шатен смотрел с надеждой на то, что Пак примет его помощь. — Было бы просто замечательно! — за последние минуты она впервые улыбнулась и взглянула на молодого человека.       Весь их диалог маленькая Дона потягивала яблочный сок из трубочки, внимательно наблюдая из коляски за разговаривающими взрослыми. Правда, ничего толком понять так и не удалось, поэтому девочка просто следила за их действиями. — Прошу прощения, — извинялся перед дамой Чон за телефон, который резко завибрировал в карме его пальто. — Да, медвежонок? — голос парня заметно повеселел. — Можете возвращаться. Я закончила, —проинформировала его Лим, лёжа на кровати в позе «звёздочки», ведь та неимоверно устала в буквальном смысле, вылизывая весь дом до блеска. — Скоро будем! — ответил тот, отключаясь. — Пойдёмте, мы вас проводим, — вставая со скамейки, с утверждением произносит он, подавая брюнетке руку. — Нет, не нужно. Мне в другую сторону, — мило улыбаясь, отказалась она. — Насчёт работы, мы ещё поговорим, — в заключение сказала та, подмигивая Доне на прощание, а после ушла в противоположном направлении, напоследок помахав Чону рукой. Её бежевый расстегнутый плащ поднимал ветер, а чёрные, как смоль волосы непослушно разбрасывало в разные стороны. Лишь Чон смотрел на удаляющийся силуэт.

***