Tutto per te, signorina.

***

      Дойти спокойно до дома для Чона оказалось целым испытанием. Впервые за всю его жизнь девушка призналась в своих чувствах так смело и чисто, понимая, что, скорее всего, надежды на взаимность нет. Главное — освободить себя от этой тяжести на душе. Хоть парень понимал, что его вины здесь нет, и любовь в принципе, штука жестокая, однако от неприятного чувства где-то внутри тот избавиться не мог. Будто теперь это ответственность, которую он должен нести, пока у той не пропадут чувства. «Каково ей сейчас? Стало ли ей легче? А может она придет домой, упадет в подушку лицом и весь оставшийся день прорыдает?» — все эти вопросы с догадками крутились в голове у Чонгука, не давая покоя до самого прихода. Также шатен не знал, стоит ли знать Бохён о случившемся, или этот душераздирающий диалог будет лучше оставить между ними? С одной стороны, Чону не хотелось нагружать Лим чем-то подобными, да даже предугадать её реакцию невозможно. Ведь всё же уже решено, зачем лишний раз тревожить любимую, чтобы та переживала? В другой стороны, вся эта ситуация может всплыть самым неожиданным образом для парня, и от серьезного разговора с Лим ему не отвертеться. Также последствия могут быть разные. Вплоть до потери доверия. А далее ему либо годами придется возвращать это доверие, либо же вовсе никогда не вернёт, вечно находясь под подозрением. Следовательно, когда партнёр под вечным недоверием другого, конфликты могут возникать очень часто, что может привести к расставанию. Всё-таки Гук сделал вывод, что лучше будет рассказать. Только вот не сейчас. Без лишних ушей и глаз, а именно, когда они останутся совсем одни.       — Медвежонок, мы дома! — кричит шатен из коридора, спуская с рук на ноги маленькую даму. — Ух ты, какие вы быстрые! — сразу же выходит из своей комнаты Лим, направляясь к малышке. — Ты нагулялась? — опустилась на корточки девушка, дабы быть на уровне ребенка. Дона довольно кивает, ожидая, что кто-то из них двоих обязательно разденет её. — Давай всё снимем, — улыбаясь, принимается освобождать девочку от верхней одежды Бохён. — Хм, я даже ревную, а где мой поцелуй в качестве благодарности за срочную помощь? — возмущается Чон, сложив руки на груди. Шатенка одарила его ухмылкой, попутно заканчивая снимать детские ботиночки. Далее та поднимается и подходит к Чонгуку так близко, что он от неожиданности даже немного смутился. Приходится притянуть его, обхватив руками шею, чтобы коснуться губ на пару секунд. — Sei felice, signore? (Вы довольны, сеньор), — улыбаясь, интересуется Бохён. — No. Vorrei di più da te. (Нет. Я хотел бы большего от вас), — практические шепчет той в губы парень. Но единственное, что сейчас может сделать дама это пожать своими плечами. Она как бы дала понять: «Прости, но сейчас возможности нет». Девушка возвращается к Доне, что уже успела устроиться на диван, изучая в маленьких ручках пульт от телевизора. Однако видно, насколько всё безуспешно, поэтому та с мольбой в глазах смотрит на Лим, чтобы та помогла. — Ох, нет, Дона, нам нужно сходить в ванную, а потом я включу тебе мультики, — объясняет девочке она. — Хорошо? — ожидая её реакции, задаёт вопрос Лим. Но вот особой охоты на юном лице не видно. Бохён знала, что с этим будут вероятные проблемы, так как малышка не очень любит принимать душ. Старшая сестра постоянно жаловалась на то, что каждый поход в ванную — это истерика, а когда нужно идти мыть голову, проще застрелиться. Но гигиена есть гигиена, и отлынивать от неё нельзя ни в коем случае. Даже, если придется попотеть. Чон вдруг резко поменялся в лице, будто что-то вспомнил, а после убежал на улицу, составляя дам без объяснений. Но те даже не успели начать беспокоиться, как парень вернулся. — Я совсем забыл, что купил подарок для нашей принцессы. Смотри, Дона, кто это у нас, — Гук протянул малышке упаковку различных резиновых игрушек животных. Материал позволял брать их с собой куда угодно детскому рассудку. — Только смотри, они ведь из магазина. Все грязные. Их нужно обязательно искупать, ты ведь позаботишься о них, да? — с милой улыбкой на лице интересовался Чонгук. Бохён отчасти даже завидовала его умению находить с детьми общий язык. Да ещё так быстро. И это при всём при том, что ранее у него не было опыта в няньках. Девочка неуверенно кивнула, но по глазам было видно, как сильно та обрадовалась новым игрушкам. — Вот умничка! Вы идите, а я подожду здесь. Выберу тебе мультик, — указал головой в направлении ванной комнаты Гук.        По началу стояла идеальная тишина. Были слышны всплески воды, очевидно, девочка играла с новым подарком, но когда включился душ, пара хныков всё-таки свершилось. Но по сравнению с тем, что описывала ее мама, то это просто неимоверное везение. Бохён выносит Дону, завернутую в жёлтом полотенце с вышитыми маленькими подсолнухами на нём. Губы поджаты, щёчки немного надуты и глаза слезятся, однако не плачет. Даже не думает об этом. — Ты моя умница, — хвалит Лим. У Чона же при виде такой картины натягивается улыбка. Парень тянет руки к девочке, чтобы Бохён передала её ему, а сама сделала, что следует. — Ты практически не плакала, принцесса. Такая молодец! — расположив Дону на своих коленях, произносит Чон. — Я выбрал тебе мультик, как и обещал, — указывает на экран телевизора парень, чтобы отвлечь малышку. Где-то начинает вибрировать телефон, подзывая владельца ответить на звонок. Зато слышно, как Лим бежит из ванной комнаты, не успев убрать всё необходимое за племянницей. — Да? — Бохён складывает детский шампунь и пенку для ванной в пакет, придерживая смартфон плечом. — Как у вас дела? — наверное, сотый раз за день интересуется неугомонная мать. — Я тебя предупреждаю, если ты будешь звонить и ночью с такими вопросами, брать трубку не буду. Что за дела, онни? Я отписывалась ежечасно, ты мне не доверяешь? — с претензией задаёт вопросы та, а затем, не выдержав, кладёт телефон на тумбочку, включив громкую связь. — Нет, дело совсем не в этом. Просто ты знаешь, какая Дона активная. Просто беспокоюсь, не устали ли вы, — отговаривается сестра. — Не устали. Только что искупала её, а она уже к Чону пошла. Я ей и не нужна, хах, только бы Гук был рядом, — с насмешкой говорит Лим. — Вот как. Смотри, а то без парня останешься, — подхватывает Юхён. — Да ради Бога. — Не понял, — резко поворачивается к ней шатен, не вынося такого предательства. Обе сестры заливаются смехом, а Дона, не понимая ситуации, просто улыбается, увидев, что всем весело (кроме Чона). — Что ж, я могу быть спокойна. Завтра приеду за ней где-то в двенадцать, — предупреждает она. — Я тебя умоляю, не звони за три часа до этого, — просит младшая. — Так и быть, дам вам выспаться. Но ты пиши, если возникнут проблемы! — не успокаивается мать. — Ой, всё! Наслаждайся отдыхом. Пока, — быстро кладёт трубку Бохён. Как только та переводит взгляд на шатена, то до сих пор видит недоумевающий взгляд, словно его действительно предали. — Я просто пошутила, — улыбаясь, старается отмазаться Лим. — Я тебя дождусь, принцесса, — уверенно произносит парень, укладывая подбородок на макушку девочки. — Пф, зачем ты будешь ей такой старый нужен? — продолжает заниматься делами та. — Почему это сразу старый?! — возмущается Чонгук. — А ты посчитай, сколько тебе будет, когда ей исполнится восемнадцать. — Вот и посчитаю! Сколько Доне полных лет? — будто ребёнок огрызается парень. — Три годика. — Ну и подумаешь… сорок! — обиженно продолжает тот. — Хах, ну конечно. Неощутимая разница, — с сарказмом произносит Лим. — А ты вот тогда будешь старая, — бубнит под нос он. — Мне будет тридцать пять, я в самом рассвете сил, — с гордостью говорит девушка. Чону ничего не остаётся делать, кроме как бросить убийственный взгляд на даму и отвернуться к мультику, что сейчас идёт по телевизору. Лим же, увидев всю эту картину, отпускает смешок и удаляется, чтобы подготовить спальное место для девочки.        — Дона, пора в кроватку! — кричит из своей комнаты Бохён, предварительно посмотрев на часы. Детское время прошло как раз таки и всем малышам пора укладываться. Чонгук поднимается с дивана вместе с девочкой, чтобы передать её в руки крёстной, что недавно подошла. — Ты останешься или уедешь? — почему-то шепчет та, хотя племянница даже не думала закрывать глаза, наоборот, она не понимала, зачем оказалась в руках Лим и по какой причине Чон её отдал. — Останусь, — смотря на Дону, осведомляет парень. — Вдруг тебе понадобится помощь, — объясняет он. — Но ты же понимаешь, что у нас не получится лечь вместе, — напоминает ему девушка. — Я лягу здесь на диване, а вы идите. Бохён умиляется данной ситуации. Уголки её губ тянуться вверх, и на лице появляется милая улыбка. Напоследок та кивнула Чону, а затем удалилась в направлении к своей комнате.       Лим застегивала последнюю пуговицу на детской рубашке. Дона всё это время буквально засыпала, сидя на кровати. Ей было абсолютно всё равно на работающий телевизор с мультиками, ведь дай той волю, она свалится, закрыв глаза, на всю оставшуюся ночь. Закончив с пижамой, Бохён чмокнула девочку в маленький лоб. Далее девушка взяла ее на руки и уложила хрупкое тело поудобнее, обложив подушками, чтобы та ненароком не упала, если будет ворочиться. Достаточно было укрыть ребёнка пледом, прилечь рядом на пару минуток для её же спокойствия, как скоро Лим услышала тихие посапывания. Дона настолько сильно вымоталась за сегодняшний день, что даже долгий дневной сон не помешал ей уснуть в считанные секунды. — Спи, красавица, — прошептала ей Бохён, практически невесомо погладив по волосам.       — Ты спишь? — выходя из-за угла, интересуется Лим у шатена, который уже устроился на диване. — Нет, — услышав голос любимой, резко подскочил Чон, оборачиваясь на девушку. — А ты чего не спишь, медвежонок? Дона уснула? — Сразу отрубилась, — улыбаясь, сказала она. — Я принесла тебе кое-что, — заинтриговала шатенка. Не успел Гук нахмурить свои брови, как кареглазая протянула какую-то сложенную одежду. — Что это? — забирает у неё из рук тот, попутно стараясь развернуть всё это. Загадочными вещами оказываются мужские футболка и шорты. Однако ему не принадлежащие. — Бохён, это?.. — Можно сказать, маленький подарок, — сразу же отвечает она. — Ты часто остаёшься у меня, но спать тебе не в чем, поэтому я решила позаботиться об этом. — Но откуда ты знаешь размер? — Подглядела, когда мы впервые… Чон поднимает хитрый взгляд на девушку, смутив её. — В общем, твои вещи лежали на кресле, и я решила посмотреть размер. Надеюсь, угадала, — ловко отмазалась она. — Да даже если не угадала, я натяну это, во что бы не стало, — героически прозвучало из его уст, что вызвало смех у Лим. Бохён, наконец, присела на диван, ожидая примерки. Чон расправил одежду, положив на спинку мебели, а сам встал. — Будешь наблюдать? — с ухмылкой спросил он, на что получил лишь уверенный кивок головой и заинтересованный взгляд. — Как пожелаешь, — не переставая улыбаться, принялся снимать с себя свитшот он. Перед глазами той открылся прекрасный вид на рельефный пресс с широкой грудью. Волосы немного растрепались, однако, когда Чон был без верха, это выглядело очень сексуально и соблазнительно для женского взора. Вскочив, не выдерживая такого давления, Лим осторожно коснулась его губ, а тот буквально через секунду охотно отвечал. Из-за её бальзама для губ с малиновым вкусом, всё соприкосновение доставляло неимоверное удовольствие обоим. Чон нежно обходился с ней в начале, но позже стал напористее, превращая слияние губ из «итальянского» в самый настоящий «французский поцелуй». Возбуждение и страсть росли. Шатен вновь повалил девушку на диван, нависая сверху, но разрывать уста не желал. Мужские пальцы путались в её волосах. Его язык смело и бесцеремонно проникал в рот дамы, а та вовсе не противилась. Ещё немного и она отдалась бы во власть искушения, оставив здравые мысли, но Чонгук резко отстранился. — Ты чего? — взволнованно интересуется Лим, бегая глазами по его лицу. — Нам нельзя, вдруг Дона проснётся. Ещё бы чуть-чуть и я бы не остановился, — тихо произнес он, а его горячее дыхание доносилось до женских губ. — Да, ты прав, — признала Лим, как бы этого не хотелось. — Прости, я сорвалась. — Ты не виновата, — улыбнулся Гук. — Если отпустишь мою шею, я смогу померить то, что ты мне купила. Бохён сразу же убрала руки, а Чон мигом слез с девичьего тела, принимаясь за примерку, которую прервала их страсть. Серые шорты и футболка цвета «хаки» идеально сидели на нем. Это радовало. — Спасибо тебе, медвежонок. Кто, как не ты, позаботилась бы об этом, — притянул её в свои объятия парень. — Стелить мне не нужно. Просто дай какой-нибудь плед. — Ты уверен? — обеспокоенно задала вопрос Лим. — Мне ничего не нужно, кроме тебя рядом, но ты занята маленькой принцессой, поэтому да, — отвертелся Чонгук, заставляя любимую покраснеть от подобной речи. Однако та спрятала алость своих щёк, искав плед в комоде. — Держи, — протянула мягкую вещь она. — Grazie, signorina. (Благодарю, синьорина) — Prego. (Всегда пожалуйста), — бросила на последок Лим, оставляя Чона одного в комнате, направляясь в свою, чтобы наконец-то лечь в кроватку, закутаться одеялом и проспать до самого утра.

***