Когда Роза и Огонь Едины

Рука Снейпа прошла сквозь стекло с грохотом, который ударил Гарри по ушам. Осколки со звоном разлетелись по комнате и рассыпались по улице внизу. — Ты сумасшедший ублюдок, — выдохнул Гарри, нащупывая палочку. Ему пришлось заползти под кровать, чтобы найти её, а затем свернуться в три погибели, прежде чем вскарабкаться на ноги. Поднявшись, он снова чуть не упал. Его призраки внезапно перешли в режим атаки, прорываясь сквозь кожу и сжигая все его внутренности. Гарри захотелось зажать уши руками и обнять себя, убаюкать, чтобы никогда такого больше не чувствовать. Да, вроде бы помогло. Мерлин, почему Снейп продолжал стоять к нему спиной, чтобы Гарри ничего не видел? Зазубренные фрагменты стекла изогнулись и свисли с оконной рамы, как стеклянные ножи. Солнечный лучик ломался на их краях, распространяя радужное сияние, которое отражалось на обнажённом бицепсе Снейпа, окрашивая кольцо появившихся синяков. Гарри был загипнотизирован видом предплечья Снейпа. Оно было то красное, то бледное, то сияло, то тускнело по мере того, как солнце закрывало облака, а его окровавленные пальцы протягивались к ветерку за окном. Пока Гарри стоял, моргая, боль, подобная уколам раскалёнными иглами, обожгла его глаза, пока они не заслезились. Он понятия не имел, что здесь только что произошло, всё, что окружало его, это боль. — Не двигайся, я принесу мамины розы, — прохрипел Гарри. Плечи Снейпа дёрнулись от звука или, возможно, от жжения шипов, обвивших мягкую кожу его локтя. Неровные концы его волос соскользнули вниз, когда он поднял подбородок. Затем, рыча ругательства, Снейп сделал внезапный гигантский шаг назад и выдернул руку из оберегов. С треском на пол полетели ещё осколки стекла. Рана стала ещё больше. Гарри рванул вперёд, когда отдача заставила Снейпа пошатнуться. Он обхватил Снейпа сзади обеими руками и поймал его, чуть не потеряв равновесие, когда Снейп навалился на него. Гарри собрался с духом и переложил палочку из руки в руку, ища положение, в котором она не упала бы. Несмотря на все попытки Гарри подкормить его, ублюдок всё ещё был слишком худым. Боже, не думай об этом. Зажмурив глаза, Гарри уткнулся лицом в затылок Снейпа. Пахло потом и сальными волосами. Придурок так тяжело дышал, что всё его тело содрогалось в длинных, дрожащих вздохах. Это было слишком похоже на секс. Закрыв глаза, Гарри не мог не реагировать на ощущение горячего, твёрдого тела, прижимающегося к его животу. Его член напрягся, и, чёрт возьми, он ненавидел себя прямо сейчас. Гарри удерживал Снейпа на месте, его стояк был прижат к его заднице, не потому, что Гарри находил это хоть немного эротичным, а потому, что, если бы он его отпустил, то Снейп бы растаял прямо перед ним. Странно, что именно он обнимал Снейпа. С его-то призраками. С чувством вины, обвивающим Снейпа, как паук обвивает муху. Он предполагал, что это именно это означает «не отпускать», но Гарри это уже не заботило. Затем этот ублюдок ослабил хватку, толкаясь вперед с забрызганной кровью звериной гримасой, которой Фенрир Сивый мог бы гордиться. Они стояли, глядя друг на друга. Гарри сказал первое, что пришло ему в голову. — Какого хрена ты это сделал? Снейп тяжело дышал через рот, верхняя губа подёргивалась. — Потому, что ты слабоумный идиот, — выговорил он, — я хотел показать тебе то, чего ты, очевидно, себе представить не можешь, — он выставил изуродованную руку перед собой и от этого у Гарри всё перевернулось. — Верно, ты мне показал, — сказал Гарри, поднимая старую палочку и желая только остановить кровотечение. — Стой спокойно и я… — Не будь таким чертовски заботливым, — пробормотал Снейп. Его неповреждённая рука схватила палочку и опустила её. — Посмотри на это. Но Гарри не мог, он мог только смотреть Снейпу в глаза. Его призраки заползали в его глазницы, чтобы тоже смотреть, видя смерть, видя, как убийца получает то, что ему причитается. — Это моя жизнь, — прошептал Снейп. — Вот чего мне стоит прикоснуться к открытому воздуху, без шипов, без пустоты, без смыкающихся стен, — он сжимал и разжимал изодранный кулак. Гарри отчаянно хотелось что-то сказать, но он не доверял своему голосу. Что, если он станет плеваться ядом? Что, если его призраки всё таки овладеют им? — Мысль о том, что ты… Что ты испытываешь ко мне такие чувства, которые могут коренным образом изменить карательное проклятие, настолько явно абсурдна, что мы никогда больше не будем об этом говорить. Вот как выглядит полное отрицание моего существования, Поттер. Представь это, если сможешь. Его изуродованная рука опустилась на плечо Гарри и через несколько секунд рукав мантии Гарри потемнел от капель крови. Приглушённый звук возвестил о ярко-красных пятнах, появляющихся на его белых брезентовых кроссовках. Снейп проигнорировал их и другой рукой отодвинул чёлку Гарри, проводя большим пальцем по шраму, снова и снова. От него пахло кровью, сексом, тёмной магией, всем, что у Гарри стало ассоциироваться с возбуждением. — Я не удивлён, что ты не можешь это изменить. Но если ты, — Снейп вздохнул, — если ты не можешь, то никто не может. Никто из ныне живых, — солнце пробивалось сквозь пасмурное небо и в потоке бледно-золотого света и серебристых зайчиков, окно внезапно заискрилось. Снейп осмотрел стены одурманенными глазами. Его следующие слова были такими тихими, что Гарри показалось, что он читает по губам, а не слышит реальный голос. — Так что это зависит от меня. Я не могу так долго ждать. Несколько секунд солнечный свет сиял так сильно, что, казалось, пытался обрести форму. Затем он исчез, оставив комнату серой. — Чёрт возьми, Дамблдор! — словно забыв, что Гарри был прямо перед ним, прорычал Снейп. Внутренности Гарри, уже горящие от вины, туго сжались узлом. — О, заткнись. Почему у тебя всегда виноват кто-то другой? — если он оттолкнёт этого ублюдка, то, вероятно, упадёт, так что всё, что Гарри мог сделать, это положить руки на грудь Снейпа, предупреждая его. Кончик его палочки упёрся в горло Снейпа. — Неужели у тебя даже не хватает приличия не оскорблять людей, которых ты убил? В какой бы транс не погрузился Снейп, он из него резко вынырнул. — Не берись судить о том, о чём ты, чёрт возьми, не знаешь. О, извини, это означает всё, что касается меня. Было странно стоять вот так вместе, когда Снейп опирался на него для поддержки. Напряжение между ними было настолько сильным, что Гарри знал, — его призраки сейчас находятся в пьяном блаженстве. Когда Снейп говорил, склонив голову, его губы щекотали ухо Гарри, которое было… Явно не в состоянии что-то воспринимать. Вся ситуация была слишком интимной. Гарри захотелось резко повернуться. — На этом урок окончен, Поттер. Исцели меня, как истинный спаситель, которым ты являешься, а затем убирайся к чертям из моей жизни. Мы будем считать все остальные долги списанными, — пробормотал Снейп. — Подними руку, — коротко сказал Гарри и продолжил делать то, о чём попросил Снейп. Остановив кровотечение и залечив самые глубокие раны, он продолжил. — Что за долги? — Я спас тебя, — ответил Снейп. — Ты сделал всё, что мог, чтобы спасти меня. Я имел над тобой власть, — он сделал короткую паузу, пока Гарри магией стягивал кожу на его локте, — и мне удалось вынести тебя из ада и выбросить в радостный мир. С нумерологической точки зрения это было не так сложно, как снять ошейник через силу любви, но по-другому… — он молча смотрел, как палочка скользит вверх и вниз по его руке и из-под грязной корочки появляется белая кожа. Он вдруг повысил голос. — Акцио Крововосполняющее зелье! — послышался звон и дребезжание из туалета, прежде чем пузырек размером с пивную бутылку вылетел зигзагом из двери и врезался в поднятую руку Снейпа. Когда Гарри издал с отвращением звук «Я так и знал», он пожал плечами, вытащил пробку зубами, выплюнул её на пол и выпил всё содержимое бутылки. С каждым глотком его кадык подпрыгивал. Руны резко стали выделяться на его коже. Снейп левитировал пустую бутылку к шкафчику. — Если бы я ошибся, — он сделал паузу, чтобы вытереть рот, — удаление крестража убило бы тебя. Что? Руки Гарри ослабли, а разум на секунду приостановил все свои процесы. Этого не может быть. Но нет, конечно может. Знакомая вина и холод распространились по нему. Его призраки очнулись. Они узнали Снейпа. Он узнал Снейпа. Он должен был предполагать, что Снейп оставит его и уйдёт. Это мог быть любой Пожиратель Смерти в чёрном. Но был только один волшебник, предавший обе стороны. Прежде чем Гарри осознал это, перед его глазами вспыхнуло пламя. Он вспомнил этот ужасный шипящий вой и ослепляющую агонию той ночи, кровь, заливающую его лицо, Пожирателя Смерти, который… — Чёрт, — сказал уже не Гарри. — Это был ты. Из его палочки вырвалось пламя. Снейп дёрнулся назад и Гарри промахнулся. — Мерлин, ты, должно быть, ослеп. Да, Поттер, это был я. Я был там, в тени. Наблюдал за тобой по приказу Дамблдора. Я Пожиратель Смерти, который вырвал кусок Тёмного Лорда из твоей головы. Гарри затрясся, вспоминая тот пожар внутри него и краем глаза замечая нарастающий жар в комнате. — Ты… О Боже, это ты сделал это. Ты тот, кто проклял Рона. Когда-нибудь Снейп пожнёт последствия. — Мерлин, защити меня от глупых людей, — с усилием Гарри подавил заклинание, срывающееся с его губ, которое задушило бы ублюдка на месте. — Ты бы сделал такой вывод, Поттер. Думай головой. Моей единственной целью в ту ночь было сохранить тебе жизнь и уничтожить Тёмного Лорда. Я понятия не имел, совместимы ли эти цели. К чёрту всё это, я не имел к этому никакого отношения. Словно от одного взгляда на Гарри у него заболела голова, Снейп ущипнул себя за лоб большим и указательным пальцами. — Если бы я увидел куда летит заклинание, я мог бы попытаться заблокировать его. А может и нет. Это зависело бы от времени. Я не мог позволить, чтобы меня разоблачили как предателя, — он опустил руку и посмотрел на Гарри. — Я и так старался, чтобы избежать проклятия со стороны моих коллег с обеих сторон, — он скрестил голые руки, беспокойно блуждая пальцами по новому выступающему шраму. На этот раз Гарри не очень-то старался сделать всё аккуратно. — Как только заклинание настигло его, — холодно сказал Снейп, — ни я, ни кто-либо другой не могли ничего сделать. О, Мерлин. Тело Гарри запульсировало, воспоминания о том ужасном пламени стояли у него перед глазами, появилось искушение покончить с этим здесь и сжечь этот жалкий уродливый дом и этого ужасного человека дотла. Осознание того, как сильно он в конечном итоге хотел Снейпа, сделало его физически больным, как сильно он хотел его сейчас, даже зная, зная, что это Снейп проник в него и вывернул его душу наизнанку, вырывая то, что жило с ним с младенчества. Грудь Гарри болела, и вряд ли имело значение, подожжёт ли он дом или нет, потому что он уже горел. Его сердце бешено стучало от его ускоряющегося понимания. Блять, сука. Гарри застонал. — Успокойся, дурак. Немедленно, — сказал Снейп. Моргнув, Гарри увидел крошечные лучи оранжево-золотого цвета, прорывающиеся из трещин в штукатурке, извивающиеся под потолком, освещая самые темные углы комнаты. Дым начал подниматься между половицами. Быстрее и быстрее разгоралось пламя, теперь больше похожее на язычки, танцующие везде и всюду. — Поттер! — рявкнул Снейп и Гарри с криком: "Что?" развернулся и полоснул воздух палочкой. Ваза с букетом роз Эйлин взорвалась. Он стоял, задыхаясь, и смотрел, как бутоны падают на пол. Цветы на длинных стеблях рассыпались, шипя там, где касались дыма. Снейп выругался и опустился на колени, чтобы собрать их, кашляя. Гарри огляделся, благоговея перед ярким, резким огнём, взметнувшимся вверх по стенам. Он ничего не делал, чтобы остановить это. Потому что сокрушительная правда поразила его, тошнотворные, неправильные и невыносимые факты наконец-то всплыли. Снейп был фигурой в маске Пожирателя Смерти, тем, кто заставил Гарри молить о пощаде. Это Снейп уничтожил Тёмного Лорда. Затем он ушёл, а Гарри полз за ним на четвереньках, умоляя и рыдая по охваченному огнём Министерству, потеряв сознание от боли, а Снейп — что? Гарри мог только представить. В это время Снейп снял костюм Пожирателя Смерти и аппарировал? Вынес Гарри в безопасное место на виду у всех авроров и членов Ордена? Это навсегда отпечаталось в его памяти, это чувство безопасности, сердцебиение Снейпа, полное предательство, которое он испытал, когда первым порывом Снейпа было бросить Гарри, и всё же он мягко опустил его. Но не это вызывало у него отвращение. Это была не грязная, постыдная тайна, скручивающая его сердце. — Поттер, остынь! Гарри взмахнул палочкой и Снейп полетел, сильно дёрнувшись в сторону. Над его головой пронеслись искры, когда от стены оторвалась пылающая балка. Упав на Снейпа, будто прилипнув к нему, Гарри с ужасом понял, что обереги загорелись. Он прижался к Снейпу, сгребая в горсть чёрную футболку и заглядывая через худое плечо. Как это произошло так быстро? Повсюду вспыхивал огонь. Отойдя в сторону — невозможно было стоять рядом со Снейпом, он был окружён огнем со всех сторон, — он взмахнул палочкой. — Фините Инкантатум! Что оказалось так же полезно, как сказать «Отстань!» оборотню. — Позади тебя, Поттер! — крикнул Снейп и Гарри обернулся на звук разбитого стекла. Газообразное облако огня вырвалось из дверного проёма туалета. — Зелья, — выкрикнул Снейп позади него. — Это не обычный огонь. Его тянет к магии. Обеспокоенный этим, Гарри сосредоточился изо всех сил, и из его палочки полились струи воды. Широкие тёмные полосы веером покрывали стены, расползаясь вниз. Пламя шипело и звенело, а вода испарялась, превращаясь в пар. Ругаясь, Гарри попытался всё заморозить. Неудачно. Вся комната трещала, чёрные шипы и белые розы порхали и исчезали из поля зрения, словно бабочки, летящие к нектару. Огонь распространился, поедая лианы оберегов. Белые лепестки цветов испарились, теперь только пепел наполнял воздух. Цветы встали на дыбы, набрасываясь на Снейпа. Он сам увернулся от горящего кнута, увлекая за собой Гарри. — Сделай что-нибудь, — прорычал Снейп. — Мне плевать, если ты сожжёшь этот проклятый дом дотла. За исключением одной маленькой детали, которую я не могу оставить. Я не могу уйти. — Скажи мне, что делать, и я сделаю это! — Поттер, ты волшебник или нет? Используй свою магию! — Я не знаю как! Снейп уставился на него в ярости и недоверии. — Бежим, — рявкнул Снейп, схватив Гарри за руку. Словно ад ждал именно этого момента, дверь спальни раскрылась, изрыгая огонь. На них обрушился жар и Снейп оттащил Гарри назад. Присев на корточки, он прохрипел Гарри в ухо: «Заклинание головного пузыря». Гарри так трясло, что ему потребовалось дважды переспросить, чтобы понять, о чём тот говорит. Они прижались друг к другу, в шоке глядя на разрастающееся пламя. Прижавшись к Снейпу, Гарри почувствовал, как тот сильно дёргается. Он взглянул вверх, лицо Снейпа было совершенно неподвижным, глаза расширились в страхе. Он выглядел намного моложе. Гарри проследил за его взглядом и вскочил на ноги. — Нет! — закричал он. — Слишком поздно! — Снейп схватил его за мантию и дёрнул Гарри вниз. — Ничего не поделать. Гарри опустился на колени на пол, сглотнув. Тусклая металлическая рамка на шкафу почернела. По бокам торчало несколько обрывков палёной бумаги. От фото осталась только прожжённая дырка.