Воскресить демона

Цзян Ваньинь оцепенел. Минуты прошли в молчании. Бессмертная наставница опустила взгляд на тело внука. — Как вы воскресите его? — спросил он. Его голос слегка дрожал. — Сделаете живого мертвеца? Теперь пришел ее черед удивляться. Живой мертвец? Будь она помоложе она бы оскорбилась до глубины души. Какие низкие фокусы! Живой мертвец — бедная душа в бессмертном теле, которая вынуждена скитаться без цели по бренному миру. Друзья и семья умрут от старости, новую семью не завести. Кому может понравится ходячий труп, чье тело холоднее льда, а от плоти несет запахом гниения. Лишь одиночество и вечное изгнание ждало этого человека. — Нет, он будет обычным человеком из плоти и крови. Цзян Ваньинь весь воспрял, его безжизненные фиолетовые глаза потеплели и в них появился огонек жизни. Всё-таки Цзян Ваньинь хотел, чтобы Вэй Ин ожил. Неужели он хранил тело в надежде, что Вэй Усянь проснется? Но через мгновение его воодушевление сменилось недоверием. — Душу Усяня невозможно призвать. Заклинатели из Ордена Лань пытались, но без результата, — спешил поделиться мужчина. — Вот оно что, — безучастно ответила она. Глава Цзинь поведал ей, что Вэй Усянь был обвинен в использовании темной магии, и весь Цзянху пошел против него войной. Вэй Усяню пришлось использовать темное орудие, чтобы призвать мертвецов. Так началась битва. В процессе он убил сестру Главы Цзян, которая была Вэй Усяню старшей сестрой по ордену, и у них были очень близкие отношения. Глава Цзян направил на убийцу клинок и теснил его к обрыву, где, ни на секунду не колеблясь, пронзил мечом, и Вэй Усянь упал, а затем Цзян Ваньинь спустился с горы и забрал труп. «Не думаю, что смерть смогла удовлетворить жажду мести. Этот ничтожный считает, что Вэй Усяня нужно забрать из лап ненавистника и похоронить». Ей нужны были доказательства. Она понимала, что в чужих сладких речах могла скрываться личная выгода. В Цишане она не знала всей подоплеки, творящейся вокруг ее внука, поэтому была уверена, что Цзинь Гуаньшань искренен, но позже, слушая простой народ, она поняла, что ситуация труднее, чем кажется. Она видела, что оказалась права. Братоубийца не был таковым. Цзян Ваньинь покачал головой и опустился на колени. — Прошу вас, Бессмертная наставница, воскресите моего брата. Слева от нее втянул воздух Сяо Синчэнь. Она бросила на него осуждающий взгляд и улыбнулась. — Не нужно умолять меня. Эта старуха проделала длинный путь, чтобы исполнить эгоистичное желание. Я не откажусь от своих слов.

***

Новость о том, что Бессмертная наставница хочет воскресить отступника вызвала тихую бурю эмоций. Никто не хотел получить немилость наставницы и надеялись, что своей поддержкой они смогут заставить ее посетить их Орден. И, конечно, новость достигла Гусу Лань. Лань Ванцзи, наказанный стоянием на коленях перед стеной послушания, услышал эту новость от старейшин, которые перед стеной правил не побрезгали сплетничать и осуждать Бессмертную Наставницу. Вэй Ин мог воскреснуть и быть с ним. Лань Чжань стольким пожертвовал ради него и готов пожертвовать многим. Как он сам не догадался оживить его? В запретной секции библиотеки должны быть записи. Он досадно засопел в несвойственной себе манере, но не потерял стойкости в позе. За ним особо не присматривали и оставляли одного на долгие часы, зная, что он прилежно будет выполнять наказание и не посмеет отлынивать. Этим он и воспользовался. Ночью, когда дежурные обошли территорию около стены и убедились, что он ещё там, он встал и улизнул. Его меч сейчас находился в доме брата, а брат должен как несколько часов спать. Он быстро поднялся наверх, на высшую точку горы, где находились дома правящей ветви, и проник в дом брата. Бичэнь стоял на подставке в гостиной, куда обычно гости ставили свои мечи. Убедившись, что на Бичэне не наложено ни одно заклятье, он вытащил его из подставки и беззвучно добрался до окна. Брат его не заметил. Путь до Пристани Лотоса занял всю ночь, на утро он был у ворот и терпеливо ждал благоприятного часа, чтобы нанести визит.

***

Цансэ взахлеб рассказывала о красотах Пристани Лотоса, хвалила местную острую пищу и сладости. Больше всего её веселили лотосы: сладкие булочки с лотосами, супы с лотосами, вино из лотосов. Фонари с лотосами, флаги с лотосами, ширмы с лотосами, бумажные двери с лотосами, трон в форме лотоса. Баошань искреннее умилялась впечатлительности её маленькой ученицы, вернувшейся на гору после года обучения в Гусу Лань, куда она рвалась за Цзян Фэнмянем, юношей, которому помогла выбраться из заколдованного лабиринта возле горы, где поселилась Баошань. Мальчишка тогда был изнеможенный и побитый неизвестной нечистью, против которой самоуверенно пошел в бой, преувеличив свои способности и силы. Через несколько месяцев этот дурак снова бегал вокруг лабиринта и снова напоролся на нечисть. Цансэ пошла с ним, разругавшись с Наставницей. До Баошань почти не доходили слухи внешнего мира, поэтому она не знала всей драмы, разыгравшейся вокруг её непутевой ученицы. Только спустя год, когда Цансе вернулась на гору, притащив с собой мальчишку, Сяо Синчэня, которого нашла в полуразвалившемся сарае около холодного тела матери. Баошань, конечно, посчитала это оскорблением. Ей не был нужен годовалый ребенок, вместо зрелой, умелой и хорошо обученной ученицы с мощным Золотым Ядром. Простыми словами, она хотела передать своё дело ей и уйти на покой. Цансэ сказала, что встретила слугу Ордена Цзян по фамилии Вэй и планирует выйти замуж. Поклонилась три раза и была такова. С этого момента Баошань приоткрыла занавес и изредка слушала ходившие по миру слухи. «Ученица Баошань Санжэнь отказала Главе Ордена Цзян и сбежала со слугой!» «Ученица Баошань Санжэнь родила сына!» «Ученица Баошань Санжэнь уничтожила такую-то нечисть! Слава Цансэ Санжэнь!» «Ученица Баошань Санжэнь и её муж, сбежавший слуга Ордена Цзян, Вэй Чанцзе, были убиты в Илине.» У Цансэ остался сын где-то в Илине. Она обошла три города перед тем, как услышала, что Цзян Фэнмянь нашел его и забрал с собой на Пристань Лотоса. Глупая старушка вернулась на свою гору. Спустя годы, когда закончилась война, она услышала, как народ радовался смерти её внука, убитого собственным братом. Там полезли другие новости, некоторые обвиняли Вэй Ина в неблагодарности Ордену Цзян, другие винили Госпожу Цзян, которая из-за ревности была очень жестока с ним. Где была правда? Цзян Ваньинь выглядел уставшим, от того и безумным. В Храме Предков он, уткнувшись в пол головой, шептал предкам, она не хотела подслушивать. Лишь зашла, чтобы сказать, что всё для ритуала готово и можно приступать, но, видя вздрагивающие плечи, она не могла окликнуть его. Цзян Ваньинь не был таким, каким его представлял народ. Была поздняя ночь, она отошла от Храма Предков и прошла дальше по коридорам. Стражи в этой части не было, возможно, он разогнал их, чтобы они не видели его в таком состоянии. Один стражник правда стоял около одной из дверей. Из нее слышался детский плач. Баошань поморщилась. Синчэнь был еще тем плаксой в детстве, поэтому она предпочитала детей постарше, чтобы не возиться с ними. На самом деле все дети, которых она воспитывала с младенчества, сбегали в горы и были убиты или обмануты, она не хотела, чтобы Синчэнь повторил судьбу старших учеников. Ночью младенцы были более невыносимыми. Она вздохнула. Синчэнь, который для нее собирал информацию, сказал, что Цзян Ваньинь забрал племянника, Глава Цзинь даже не обратил на него внимания, напившись. Значит, дитя — это Цзинь Лин. Бедный ребенок. Женщина подавила желание взглянуть на племянника её внука и спрыгнула с моста на траву, а после переметнулась через стену. Весь день она провела за восстановлением тела внука в надлежащий вид. Лицом он вышел хорошим (она слышала, что он занимал четвертое место в рейтинге господ поколения), очень похожим на мужа Цансэ. Тело оказалось до безобразия худым, от былого сложения ничего не осталось. Она была уверена, что её внук имел выдающееся мужское тело. Кроме болезненной худобы её волновала ещё одна деталь. Золотое ядро. После смерти золотое ядро развеивается, но остаётся отпечаток. Внук имел прижженные меридианы вокруг ядровой камеры, будто кто-то специально вырезал Ядро и аккуратно прижег меридианы. Почему его Ядро было вырезано? Эти вопросы мучали её. У старцев сплетников в городе она ничего не смогла выяснить, все говорили, что Вэй Усянь сошел на кривую дорожку тьмы, вы не правы, это Ядро Главы было выжжено, а потом исцелено Бессмертной Наставницей. Тьфу. Она никогда раньше не встречала Цзян Ваньиня, и тем более не восстанавливала его Ядро. Одно дело нарастить плоть на кости, но вот Ядро… Откуда такие слухи? Она остановилась около ворот резиденции, заметив красивую статую человека в белых одеждах. Он неподвижно стоял в тени дерева и смотрел на ворота. Эти одежды не принадлежали Ордену Цзян, который одевался в сиреневый и украшал себя лотосами. Этот был в белом и облаках. Лань? Баошань надкусила мясной мантоу, который ей бесплатно отдала болтливая торговка, и принялась наблюдать. Гость, который стесняется войти? Гость, который ждет приглашение? Она громко всосала горячий бульон. Красивый юноша одарил её раздраженным взглядом и вновь принялся буравить ворота своими золотыми глазами. — Невоспитанный мальчишка! — пробурчала она и одним прыжком переметнулась через ворота. Цзян Ваньинь, который, судя по помятому ханьфу, уснул в Храме Предков, стоял около кровати, куда её ученик Сяо Синчэнь переложил Вэй Усяня. На его лице отразилось столько эмоций, что она решила не отвлекать его и оставить наедине со своими мыслями. — А-Чэнь, — она улыбнулась сонному лицу своего ученика и присела на кровать в доме, который отдали ей и ее ученику. Было раннее утро, ее ученик только проснулся. — Сладкие булочки с лотосами, попробуй. — Спасибо, учитель. Почему вы ходили на рынок сами? Ваше здоровье… — Не беспокойся, хотела послушать, о чем народ толкует. Синчэнь откусил кусочек и тщательно пережевал. — Думаете, с сыном шицзе плохо обращались? — спросил он. — Глава Цзян не выглядит плохим человеком. Она откинулась на подушку и принялась за второй мясной мантоу. Этому ребенку каждый человек казался хорошим. На теле внука она не нашла знаменитого ранения в сердце от меча Цзян Ваньиня, мальчик умер от падения с высоты. — Вы слышали историю. Прошлый Глава Ордена был влюблен в шицзе, после смерти шицзе и ее мужа он привел Вэй Усяня на Пристань Лотоса, а госпожа Цзян была очень ревнива, поэтому плохо относилась к мальчику. — Да, я слышала, — отмахнулась она. — Эта старуха много задолжала ученице. Дай ей побыть эгоистичной. Сам сказал, что слухи врут. Так что лучше помалкивай.

***

— Молодой господин, вам лучше не трогать, — сказала Баошань и пожалела, что не опиралась на посох, считая себя не настолько старой. Она бы хорошенько стукнула этого незнакомца по его бестолковой голове. Куда смотрит стража и Цзян Ваньинь. Он сверкнул на нее своими золотыми глазами и вытащил меч. — Кто вы? Что собрались делать с Вэй Ином? Она отскочила от лезвия меча и сложила печать, собираясь отразить следующий выпад. Бестолковый мальчишка был тем, кто буравил ворота утром. Неужели он пожаловал, чтобы поглазеть, как она проводит ритуал? Или пришел испортить приготовления? Её внук нажил много недоброжелателей. — Учитель! — Наставница! Цзян Ваньинь и Синчэнь одновременно ворвались в комнату. — Второй господин Лань? — удивился Цзян Чэн. — Учитель, вы в порядке? Не ранены? — Синчэнь спрятал ее за спину. Баошань убрала печать. Оба, Второй господин Лань и Цзян Ваньинь, пялились друг на друга идентичными ненавидящими друг друга взглядами. — Не беспокойся, А-Чэнь. Проверь, все ли талисманы на своих местах. — Да, учитель, — ученик начал тщательно проверять каждый листочек. — Что ты здесь делаешь? — спросил Цзян Чэн. — Слышал, что Бессмертная Наставница может оживить Вэй Ина, и пришел. Цзян Чэн закатил глаза и указал на Бичэнь. — Спрячь меч, господин Лань, — забурчал Цзян Чэн. — Это Бессмертная наставница Баошань Саньжэнь. — Приветствую Наставницу, — Второй Господин Лань сложил руки перед собой и поклонился. — Извините за недоразумение. Баошань проигнорировала его из вредности. Синчэнь доложил, что порядок и начертание талисманов не нарушены. Баошань подошла к столику, на котором лежали два фонарика-ловушки для душ. Она сделала два на всякий случай, надеясь, что на разнесенные по округе слухи прибежит красавица-заклинательница, которая во имя любви пойдет искать душу А-Ина. Смысл ритуала был в наличии любящего человека, ради которого душа захотела бы вернуться в мир живых. Если такого нет, то об успехе незачем говорить. Но вместо кроткой и милой заклинательницы она получила холодного и каменного заклинателя, который ткнул в нее мечом при первой же встрече. Плохих друзей выбирает её внук. Она со вздохом взглянула в окно, на полную луну, и повернулась к двум мальчишкам. Один внимательно следил за её движениями, а второй смотрел на Вэй Усяня и, к счастью, не пытался тыкнуть пальцем в его щеку. — Тогда начнём, — сказала она и зажгла курительные палочки. Второй господин Лань наконец оторвал взгляд от Вэй Усяня и посмотрел на нее. Она раздала каждому фонарь-ловушку для душ. — Техника Воскрешения очень сложная. Она нарушает законы небес, поэтому имеет некоторые риски. Если вы не хотите жертвовать чем-либо, то прошу отступить. — Какие риски, Наставница? — спросил Цзян Чэн. — Любая ошибка будет стоить вам жизни, либо душа Вэй Усяня развеется без возможности на перерождение. Это фонари для ловли душ, они помогут вам найти душу А-Ина. Цзян Чэн покрутил фонарь, который был прошит заклинаниями и поблескивал при свете свечей. Лань Ванцзи остался неподвижен. Оба были немногословными и сосредоточенными. Не хотели проигрывать друг другу и показаться перед друг другом невежественными. Жаль, они не были её маленькими любопытными учениками, ей всегда нравилось видеть восторг в их глазах. — Вы знаете, что душа человека делится на три разумные — хунь: земную душу — дихунь, изначальную душу — шихунь и телесную душу — жэньхунь; и семь животных душ — по. После смерти три души хунь разделяются и следуют по особому пути, — она взглянула на внимательных слушателей и продолжила лекцию. — Телесная и земная отправляются в загробный мир и на небеса, а изначальная остается привязана к трупу. Об изначальной душе мы не будем волноваться, так как она до сих пор в трупе. Вам предстоит найти земную и телесную душу. — Как мы найдем их? — С помощью фонарей. Они укажут вам направление. Она замолчала. С духовной стезей А-Ина возникли проблемы, потому что его Ядро было давно вырезано. Она использовала темную составляющую. Надеясь, что во времена, когда он использовал темную ци, у него было желание, которое он хотел бы исполнить. — Если Вэй Усянь захочет встречи с вами. Я спрашивала у Главы Цзян, есть ли у А-Ина невеста, близкие друзья. Ради одного из них он захотел бы вернуться. Но раз вас двое, мы довольствуемся этим. Цзян Ваньинь снова собирался что-то спросить, но сдержался. — После того, как вы найдете телесную душу и уговорите её войти в фонарь, вы должны отправиться за земной душой в Преисподнюю. Глаза каменного Ланя распахнулись. Цзян Чэн побледнел. — Поэтому пока не поздно, вы должны подумать, хотите ли вы, чтобы Вэй Усянь ожил. Если в вас есть капля сомнений, вам лучше отложить это дело. Они оба молчали. Она приняла молчание за согласие. — Хорошо. После того, как закончите с телесной душой, на рассвете, эта старушка будет ждать одного из вас на мосту Найхэ, где он сядет на бамбуковый плот, который отвезет в загробное царство. Только того, кто найдет его телесную душу. Только он один может отправиться в Преисподнюю. Она посмотрела на бледное лицо А-Ина, казалось, на его лице застыла улыбка. — Найти его в Царстве мертвых будет нелегко и опасно, особенно для живого человека. Придется быть осторожным и внимательным. Если вы попадете в беду, то вашу душу ждет та же участь, что и душу А-Ина — вы больше никогда не сможете переродиться. Поэтому снова прошу вас обдумать. — Я иду, — сказал Цзян Чэн. Второй господин Лань кивнул. И повторилось, один в сомнениях смотрел перед собой, второй — на Вэй Усяня. — Прошу, активируйте фонари вашей духовной энергией. Начнем же. Лань Ванцзы незамедлительно активировал фонарь. Цзян Ваньинь тоже активировал фонарь. — А после того, как найдется телесная душа?.. — Заклинание на вашем фонаре перенесет вас к желтой реке загробного мира, и вы на плоту вернетесь обратно. Баошань с любопытством смотрела, как смешалась энергия фонаря и ци Цзян Ваньиня. Это было странно. Цзян Ваньинь не мог обладать ци Вэй Усяня. Они покинули комнату. Женщина накрыла тело внука тканью и активировала печати. Талисманы перемещения загорелись. — Я отправлюсь, — сказала она Синчэню, вошедшему в комнату. — Да, учитель.