I. Первое чувство
9 августа 2021 г., 10:41
Тотспел, отель Villa Deluvia примерно 1.5 месяца с момента проклятия.
"Тупая Жозефина, сколько можно меня шпынять, – я расставляла посуду по верхним полкам кухонного гарнитура, стоя на стуле,– невозможно быть настолько противной, невозможно! Какого черта она относится ко мне, как к куску глины, застрявшему в обуви? Тупая престарелая рухлядь со своей наигранной мерзкой улыбочкой и прогнившей душонкой. Господи, когда я отсюда выберусь?" Последняя тарелка уже стояла на своём месте, и, как только я потянулась за заварником, полка хрустнула, и добрая доля посуды с грохотом разбилась о каменный пол. Я потеряла равновесие, стул качнулся назад. –Нет-нет-нет,– безуспешно пытаясь схватить ручку шкафа, я завалилась на пол,–твою мать! – в глазах потемнело, по телу резко прошёл жар,— Ааах, как больно,– спустя несколько секунд я нашла в себе силы расслабить веки и увидела, как из моего колена торчит огромный кусок стекла, – г-г-господи, я, наверное, разрезала сухожилия... Или что там рядом, не могу... Не могу даже облокотиться, чтобы посмотреть поближе, как больно...– не придумав ничего лучше, я завопила на весь особняк,– ПО-МО-ГИ-ТЕЕЕЕЕЕ! Послышался топот на верхних этажах, и вот с лестницы уже свесилась голова моего спасителя. –Лилит!– Лиам перепрыгнул через перила и побежал ко мне. –Осторожно, здесь все в стекле...–голос дрожал, я захлебывалась слезами. Не слушая, он моментально взял меня на руки и, не брезгуя испачкаться кровью или пораниться, понёс на стол. – Как тебя так угораздило? Что случилось, Лилит?– не успев договорить, он уже оказался в другой части комнаты, схватил какую-то скатерть, ведро и скрылся в полумраке. Я попыталась пошевелить ногой, но острая боль заставила меня сжать кулаки и лечь на стол. – Лилит, все хорошо? Я приоткрыла один глаз и посмотрела на Лиама, держащего кучу непонятных баночек, тряпок и всего, что он успел схватить в панике. – Думал, ты потеряла сознание, – он сел на стул напротив раны, немного смущаясь задрал юбку, чтобы понять масштабы бедствия и выдохнул, успокаивая себя же,– так, все хорошо. Рана не смертельная, сейчас я тебя подлатаю и все будет хорошо. Вдохни,– он вытащил стекло. Я грубо выругалась, на что Лиам лишь улыбнулся. – Ну-ну, тише,– он подул на колено и пододвинул стул ближе, чтобы убедиться в отсутствии других осколков. Кровь лилась всё так же, он оторвал кусок от скатерти, смочил ее и прижал к ране. Вся белая рубашка и брюки были испачканы кровью, но его это ничуть не смущало. Он взял другой кусок ткани, смочил в сильнопахнущей жёлтой мази и принялся протирать ей ногу. – Вот видишь, все обошлось, мазь все затянет, и будешь как новенькая. – А может нужно зашить рану? – Не нужно,– отрезал он, и я тут же закрыла рот. Меня смущало это "лечение" непонятной мазью, но выбора у меня не было... Хотелось верить, что до ампутации дело не дойдёт. Одной рукой он придавил ткань к ране, а другой взял меня за указательный палец и сжал его:" Будь осторожнее, я так напугался, когда увидел тебя...– все так же сжимая палец, он поднес его к своим горячим сухим губам и несколько раз отрывисто поцеловал.– Как повезло, что ты упала на колени, а не на голову, я мог и не спасти тебя...– Он улыбался, хотя глаза и выдавали беспокойство.– Таак, кровь, вроде, остановилась, теперь нужно все зафиксировать и отмыть." Я с улыбкой наблюдала за махинациями, которые он ловко проводил над моей ногой. Он суетился надо мной как курица-наседка, а каждый раз, когда я вздрагивала, он дул на ногу и смотрел мне в глаза так, будто этот взгляд был способен излечить все болезни. – Умница, я почти закончил, осталось все отмыть,– на секунду замешкавшись, осознав, что он израсходовал уже всю ткань, Лиам снял с себя рубашку и намочил ее,– все равно придется выбрасывать,– его звонкий смех разбудил меня от гипноза, в который я погрузилась, наблюдая за ним. Он был очень стройным, я не привыкла видеть мужчин с таким телосложением, но не смотря на внешнюю хрупкость в этом теле чувствовалась сила, которую он умело скрывал. Только спустя пару минут я поняла, как неприлично пялилась на него и опустила взгляд. Всю эту идиллию прервала Жозефина. Зайдя в дом, она увидела кучу битой посуды, открытые шкафы, меня, лежащую на обеденном столе, и полуголого Лиама, у которого даже волосы окрасились в красный. От всего этого зрелища в ее глазах промелькнула ярость вперемешку с растерянностью. Она нервно проглотила и выпрямилась, как струнка. – Что.. – Спокойствие, сестрица, не нервничай, – Лиам вскочил и замахал руками, закрывая меня от ее взора.– Главное, что все живы, а посуду давно надо было поменять. Мы приведем все в порядок к ужину, никто ничего не заметит. – Что эта девчонка опять выкинула? Лиам дернул рукой перед моим лицом, как бы приказывая молчать. – Это не она, полка не выдержала и обрушилась вместе с посудой. – Слабо верится,– она подходила все ближе, с хрустом давя стекло. Лиам распрямился, как птица, чувствующая опасность, всем своим телом он пытался защитить меня. – О всевышний, вы все в крови, посмотрите на себя, это все можно только сжечь,– она наигранно закатила глаза. – Значит сожжём, это всего лишь одежда, от потери одной тряпки мы не обеднеем. На удивление ее лицо быстро смягчилось, она подошла ближе и провела рукой по моей ноге. – Ты прав, главное, что никто не убился. Постарайтесь убрать все до вечера и снимите оставшуюся посуду из того злосчастного шкафа, я вызову плотника,– она потрогала грязные волосы Лиама, с облегчением выдохнула и удалилась. Лиам тут же повернулся ко мне, закусив нижнюю губу, и облокотился на стол, он выглядел, как нашкодивший ребенок. – Вот видишь, все обошлось, давай я посажу тебя на стул. Отдохни пока, а потом поможешь мне переставить всю посуду,– одной рукой он взял меня за ноги, а другой под лопатки, осторожно поднял и перенес на стул. В этих движениях было столько заботы, сколько мне не дарил ни один мужчина. Что-то по-братски теплое, но дающее понять, что я для него не просто подруга. Следующий час я провела, наблюдая за его быстрыми движениями. – Скажи честно, я непутевая служанка? От неожиданности он поднял брови. – Кто тебе такое сказал? – Я же сама это понимаю, я доставляю вам столько хлопот... – Ну ты чего,– он сел на корточки передо мной и, взяв за пальчики, легонько притянул к себе, заставив наклониться, – ты многое делаешь для нас. Без тебя сестрица бы давно свела себя в могилу. Ты бываешь немного неловкой, но это объяснимо и совсем не страшно. Без тебя наша жизнь была бы сущим адом,– мы сидели, прислонившись друг к другу лбами, смотря глаза в глаза. В какой-то момент меня подтолкнуло желание коснуться его губами. Всего один раз, без намёка на что-либо большее, просто поддаться порыву. От этого чувства я и сама не заметила, как сильнее сжала его руки, но тут же пришла в себя и отдернулась, понимая, что я только что могла натворить. Лиам молча встал, на лице промелькнула досада, но он тут же ее скрыл. – Сейчас будешь мне помогать, я буду подавать тебе посуду сверху, а ты ставить ее в вооон тот шкафчик. Сможешь стоять или мне перенести стул? – Смогу... "Что на меня вообще нашло? Что я творю? Откуда эти порывы? Боже, еще немного и я и вправду поцеловала бы его," – я зажмурила глаза, пытаясь привести себя в чувства. – Лилит, Лилиит? Открыв глаза, я увидела Лиама, стоящего на стуле и машущего рукой перед моим лицом: "Ты тарелки брать будешь?" Я махнула головой и быстро схватила все, что он держал. – Не торопись так, время еще есть, а то остатки посуды перебьем. Вскоре шкаф опустел, а мы устало выдохнули. Я чувствовала вину за то, что заставила своего, так сказать, господина, возиться с грязной работой. Он как будто почувствовал это и спокойно произнес: "Главное, не переживай попусту". – Мм?– Я удивленно повернулась. Взгляд был рассеян от усталости, я слабо что-то понимала, хотелось просто лечь. Как вдруг я ощутила, как кто-то хватает меня под локоть и тянет. Каким-то животным порывом Лиам прижал меня всем телом к себе, обхватив одной рукой за голову, а другой за лопатки, крепко сжимая, не давая пошевелиться. Я почувствовала, как быстро бьется его сердце, и как порывисто он дышит мне в ухо, почти обжигая его. Видимо, сам не ожидая такого порыва, он смутился и ослабил хватку, все еще не отпуская меня. Каждая мышца в моем теле напряглась. Не найдя ничего умнее, я обняла его за лопатки и расслабила голову на груди. Его кожа источала легкий запах ландыша, почему-то от этого мне стало очень спокойно. Он с облегчением выдохнул. – Спасибо, – он прошептал на ухо и несколько раз коснулся губами моего виска.– Нужно привести себя в порядок, сможешь дойти сама? – Д-да, – я смущенно держалась за висок, щеки горели, я все еще витала где-то не здесь, а когда окончательно пришла в себя, он уже ушел. Поднявшись в комнату, я переоделась и села на пол. "Что за чертовщина вообще происходит? Неужели он тоже что-то чувствует?– Я задумалась, – тоже? Почему я сказала тоже? – опершись лбом в ладони и тяжело задышала, в носу всё еще стоял аромат ландыша, – так, Селена, держи себя в руках, не хватало тебе еще привязаться к кому-то в этой дыре и остаться здесь навсегда." Я уже привязалась. Просто не могла себе это признать. Я желала этого белокурого странного парня, как в эмоциональном так и в физическом плане, просто отгоняла эти мысли. За эти два месяца многое в моей голове изменилось, я стала иначе смотреть на мир. Все они... Прима, Лиам, даже припадочная Жозефина благотворно влияли на меня. Я стала замечать красоту вокруг, поняла, что жизнь состоит не только из работы. В ней есть столько прекрасного. И та мысль, что покончив с проклятием я покончу и с ними вгоняла меня в тоску. Не выдержав напряжения я сползла вниз по стене и заплакала. "Да что со мной происходит? Почему... почему я чувствую все это, почему... Я не могу так, не привыкла... Сердце болит. Сидя в дорогом офисном кресле жизнь казалась такой простой, а здесь... Здесь все иначе, этот мир будит во мне то, что я так долго прятала внутри себя, прятала от себя...– Не в состоянии держаться я завыла волком от досады и от боли, переполняющей моё тело, – но почему он так испугался своих чувств? Он явно не ожидал от себя такого порыва...–я вскочила и задумалась,– ведь для него мы знакомы много лет, он уже давно разобрался в чувствах, что изменилось с появлением меня "нынешней"? Что, если это всё какая-то местная энергетика? Или на нем тоже проклятие и оно заставляет его действовать необдуманно. Или это все одна большая иллюзия, созданная, чтобы пробудить во мне чувства и никакого Лиама не существует? А даже если так, должна ли я поддаваться чувствам? Как же все сложно..." Остаток дня я провела шатаясь то по особняку, то по саду. За ужином Лиам не поднимал глаз, он быстро удалился, не пожелав никому добрых снов. Странно все это. Не может же он так измениться после одного порыва. Неужели он так испугался своих чувств, что теперь скрывается от меня?
