Демон-хранитель

— Сильнее! Резче! Да ну тебя. Ты рубишь как девчонка, — Чимин рычит, злится, даже Чонгук под шумок свалил, боясь и на себя гнев обратить, а вот ангелу уже плевать. — Что плохого в особях женского пола? — спокойно спрашивает он, замахиваясь. Тэхён даже не подозревал, сколько мелких ангелов попадают ежедневно в Ад. Конечно, он сам — один из приближенных Всевышнего, какое ему дело до новобранцев. Но чтобы падших было настолько много… — Они слабые. Не способные ни на что. В этом мире ценят лишь мужчин. Ты редко увидишь дьяволиц в наших рядах, потому что они не выдерживают. Сбегают, а мы потом их казним, — хищно улыбается демон, но тут же лицо его краснеет, и он снова рычит. — Работай! — Работаю, Ваше Высочество, — язвит ангел. — А есть хоть одна дьяволица, которую все слушаются? — Была, — замирает и сглатывает тяжело Чимин, выдыхая громко. — Бывшая спутница жизни Намджуна. Ох, что за женщина была. Сильная. Волевая. Настоящий лидер. Весь Ад держала в строю, даже Джун ее слушался. Она была самой умной, утонченной и сильной девушкой из всех, что я встречал в своей жизни. — А где она сейчас? — Пропала. После привычного вечернего обхода Ада Лилит направилась в свои покои. На утро ее не нашли. Она ушла, и никто не знает куда. Говорят, что в мир людей, но проверить мы, увы, не в силах. Демонам туда вход запрещен. Мы бы вернули ее, будь это возможно. После ее ухода Джун поник. Он этого не показывает, конечно же, но в Аду появились проблемы, частые войны. Порядок нарушился. Это удручает, — вздыхает Чимин, а Тэхёну даже жалко его на секунду. — Так, хитрюга, работать. Разговорил меня. — Это та самая Лилит? Первая жена Адама? — тихо спрашивает ангел. Но натыкается на злой взор демона. — Я что сказал? А то я сейчас эту секиру возьму да как пообрезаю крылья твои! — Чимин, можно его на пару слов? — дубовая дверь отворяется, и в щель протискивается голова Чонгука. — Живо, — Тэхён кивает и выходит из пыточной, вдыхая свежий воздух: внутри слишком жарко и душно. — Что случилось? — Я видел Юнги, — начинает палач, озираясь по сторонам. — Он просил передать тебе, чтобы в полночь ты открыл окно. Он придет за тобой и вернет домой. — Что? Разве он в силах это сделать? — тихо спрашивает ангел, а его крылья мелко дрожат от радости. — Не знаю. Он сказал, что вернет тебя домой. На этом все, — быстро тараторит Чонгук и, воровато оглянувшись, шепчет. — На этом все. Возвращайся и делай вид, будто ничего не произошло. — Хорошо. *** День был сложным. Из головы не выходили слова палача, от предвкушения потели ладошки и горели губы. Глупая улыбка Тэхёна явно наводила Чимина на какие-то мыли, но не все ли равно? — Завтра в это же время. Только попробуй опоздать, — рычал он, но Тэхён его не слушал, лишь кивнул и убежал домой все с той же глупой улыбочкой на лице. Он выглядел как идиот. Довольный идиот. До полуночи оставалось столько времени, но занять себя ничем не получалось: книги падали из рук, перо тряслось и получались каракули, а мысли о демоне отдавались приятными судорогами в животе. Как он за столь короткое время смог стать таким родным? Почему от одной мысли хочется летать? Это же ненормально. Ангел пытался не думать об этом, но и в Аду он оказался из-за чувств своих глупых. — Печалишься? — спокойный голос доносится сзади, а Тэхён подскакивает и в объятия усмехающегося мужчины несется. — Ну, полно. Неужто так соскучился? — Я испугался, когда не увидел тебя! — ангел кулачком своим маленьким широкую грудь бьет и тут же голову туда кладет, глаза прикрывая и дыша шумно. — Не пропадай так больше, прошу. — На то были обстоятельства, — серьезнеет демон и крепче в своих руках тельце худое сжимает. — Я пропаду. Потому что верну тебя домой. Но сам останусь здесь, в Рай вход мне воспрещен, — чуть улыбается он и убирает с лица Тэ непослушную прядку волос. — Разве у тебя есть полномочия, чтобы это сделать? — тихо спрашивает Тэхён, в глаза напротив смотря. — Я найду выход, не переживай, — шепчет Юнги и наклоняется, мягко касаясь чужих губ своими. Его не отталкивают. Прижимаются ближе. Целуют в ответ. К кровати толкают. — Сейчас уже пойдем, — говорит демон в перерывах между поцелуями, а сам рубашку расстегивает. — Да. Уже сейчас, — вторит ему ангел, сдирая с партнера мешающую одежду. — Зачем носить костюмы в Аду? — бурчит он, роняя Юна на кровать спиной и на бедра его садясь. — Красиво и стильно, — улыбается тот сквозь поцелуи и стонет тихо, когда ангел паха его касается, руками своими неумелыми сжимая. — Раздражающе. Одежда летит на пол, как и подушки с одеялом, оставляя двум разгоряченным телам больше места. Тэхён вниз наклоняется и по члену чужому языком проводит невесомо, легко, на пробу, в глаза преданно смотря. Он руку берет, на затылок себе кладет, прося действиями управлять, да горло расслабляет, позволяя толкаться в том ритме, в котором угодно демону. — Это все прекрасно, — шепчет тот, — но если мы продолжим так, то закончим слишком рано. Ангела на живот укладывают и входят нежно, рот руками прикрыв. Поцелуями осыпают шею, плечи, спину. Шепчут на ухо слова нежные, слова любви. Как из сильного мужчины Тэхён превратился в дрожащего от любых прикосновений мальчика? Почему он греху предался, демону душу доверил без разговоров? Не пожалеет ли? Но разве это сейчас важно? Ему никогда еще не было так хорошо. Стонать в унисон, к груди сильной прижимаясь, бедрами подмахивать, удовольствия больше получая, и кончать одновременно с именами друг друга на устах — не Рай ли? И плевать, что они в Аду. Они вместе. Остальное неважно.

***

— Просыпайся, чудо, — Юнги мягко гладит лежащего рядом парня по щеке, оглаживая скулы и переходя на губы. — Мгм… не хочу я вставать, — сонно бурчит Тэхён и на живот перекатывается, руку на плечо демона закидывая. — А надо. За тобой сейчас Чимин придет, что мы ему скажем? — улыбается дьявол, пригибаясь и носом в щеку чужую тыкаясь. — Я в розыске, вообще-то. А отправить тебя домой не смог вчера, появились дела интереснее, — ухмыляется он и смачно по заднице ангельской шлепает. — Эй! — парень ударяет Юна в плечо кулаком и перекатывается на спину, мученически вздыхая. — Что теперь с нами будет? — Не знаю, солнце. Придется как-то это все… разруливать. А вот как — понятия не имею. — Зато я имею. Ангел с демоном синхронно голову поворачивают в угол комнаты, где на них устремляется огненный взгляд самого Намджуна. Он зол. Это видно. Юнги напуган. Понимает, что надо ангела прикрыть собой, удар на себя взять, но сдвинуться не может. — Я жду тебя у себя. Этот пусть не выходит отсюда. С ним разбираться будем потом. Юнги смотрит на парня и взглядом умоляет не двигаться, с Сатаной не конфликтовать и слушаться его. И Тэхён понимает. Молчит и головой кивает, на Властителя Ада даже не смотря — он ему не важен. Куда страшнее потерять любимого демона. Мало ли, что с ним сделают. Ангел давно уже признал, что любит его. Любит и все тут. Ничего не попишешь. — Я скоро приду, — одними губами шепчет демон, к Намджуну подходя. — Я буду ждать, — так же произносит Тэ, но они, кажется, уже мысли друг друга читать научились. В словах надобности нет. *** — Ты настолько обезумел? — рычит Сатана, стоит им оказаться в его дворце. — На все готов ради него, да?! — Я говорил тебе не разлучать нас. Ты послушал? Нет. Я нашел способ быть рядом с ним. Любимых я защищаю, а он был в опасности. Твой Чимин убил бы его за непокорность, — произносит Юнги, стараясь спокойствие сохранять. — А с каких это пор я должен слушать тебя? — в глазах у Намджуна черти пляшут, он очень зол. — Ты вообще знаешь, что вы натворили? — И что же? Любви предались. Не конец света, — хмыкает демон, но настораживается, когда босс ухмыляется. — Для тебя не конец. Его же убьют, — спокойно произносит он и на кресло кожаное садится, расслабляясь. — Почему это? — Ты вообще знаешь, за что он очутился тут? — спрашивает Сатана и, увидев замешательство в глазах напротив, заливается смехом. — Забавно. Его сюда сослали за любовь. Ангелам вообще любить никого нельзя, они только Богу преданы должны быть, а он влюбился. И не в абы кого, а в тебя, друг мой дорогой. — Погоди… Как он мог в меня влюбиться? Мы не виделись никогда, — хмурится Юнги. — Виделись. Когда я отправлял тебя в Рай с посланием от Лилит, помнишь? Там вы и встретились. У него забилось сердечко, и он влюбился. Как ванильно, — фыркнул Джун, расслабляясь полностью. — И как это влияет на его жизнь? — М-да, друг. Сразу видно, что ты не жил там. Когда прознают о том, что он отдал свою душу тебе и предался греху с демоном… его казнят. Чтобы другим пример не показывал. Хочешь такой судьбы для него? — Нет. — Тогда тебе нужно уйти от него. Он отработает свой срок, мы отправим его обратно в Рай и умолчим об этом. Но это лишь в том случае, если вы больше контактировать не будете. Прощу тебе ошибку твою. — Я понял. Попрощаться можно? — тихо демон спрашивает, в пол смотря. — Можно. *** — Юн! Что он сказал? — Тэхён к мужчине подлетает и обнять хочет, но его отталкивают. — Ничего особенного. Ты заканчиваешь свою работу здесь, а я возвращаюсь в сокровищницу. — Мы будем по ночам видеться? — Стоп, что? — Юнги смехом заливается наигранным и старается грусти в глазах не показывать. — Зачем? — Ну… я думал… — Погоди. Ты думал, что мы теперь вместе? Дурачок совсем? Мне всего лишь хотелось новых ощущений. А осквернять ангелов не каждый день приходится, — ухмыляется он, чувствуя, что его сердце разрывается от взгляда парня. — Ты… играл? — Ага. — И уйдешь сейчас? — Ага. — Я тебе совсем не важен? — Ага. Ты мне не нужен. Запомни это, — смеется демон и пальцами щелкает, в подземелье оказываясь тут же. Его лицо сразу меняется. Он не улыбается. Невесело. Ему больно. И он удивлен. Впервые за долгое существование ему больно. Это так ново и необычно… но он чувствует, словно живет. И ему это нравится. А Тэхён… Что до него, то тут и так все понятно. Сердце разбито. Душа украдена. Тело осквернено. Но худшее из этого то, что, несмотря на горе, к демону хочется. Безумно хочется.

***

— Что-то ты последние дни грустный, — тихо замечает Чонгук, когда Тэхён даже не смотрит на пришедшего ангела и просто отрубает ему крылья, ожидая следующего. — А есть повод радоваться? — спрашивает ангел, замахиваясь. Он больше не слышит криков, не видит крови. Душевная боль заполонила абсолютно всё, встала на первое место, заставляя забыться. Ему плевать на всех. Никого видеть не хочет. Внутри борьба происходит, одна часть молит о возвращении демона, мечтает снова коснуться губ нежных и прикосновения к коже почувствовать, а другая — ругается, кричит, плачет, видеть никого не желает, а демона убить хочет. Такого предательства он не ожидал. — Вернётся еще Юнги, не переживай, — пытается улыбнуться Чонгук, но натыкается на взгляд, полный боли. — Пусть не приходит. Ненавижу его. — Что случилось? — Воспользовался он мною. Выбросил, как щенка блохастого на улицу. Я ему надоел. Он хотел лишь одного — секса. Получил и свалил. Ненавижу. — Ох, ну… Таковы демоны. Что поделать, — пожимает плечами палач, к работе возвращаясь. — То есть для вас это нормально? Я отдал всего себя: душу, тело, невинность. Я принадлежал только ему. И после такого вы можете уйти? — Да. Пойми, у нас нет души. Мы не испытываем боли или жалости. Нам это неизвестно, неинтересно. Нужен только секс. — Это ужасно. — Таков наш мир, ангел. Мы живём так, — улыбается Чонгук и тему разговора меняет: — Мне сказали, что вечером ты возвращаешься назад в Рай. Рад? — Рад. — Не похоже. — Слушай, я просто устал, ладно? Не спал уже которую ночь. Поэтому не поднимай эту тему. — Хорошо. Кстати. Тебя Намджун хочет видеть сегодня, — на Чонгука устремляется пара взволнованных глаз. — Ты прикалываешься? Почему не сказал раньше? — Решил сначала узнать твоё состояние. — Узнал. И что теперь? Что мне ему сказать? Я же… — Тэхён, — сзади доносится уже знакомый голос Чимина. — Сатана ждёт тебя. — Так скоро? — А что? Принцессе нужно время? — язвит демон, посмеиваясь. — Иди ты… — Куда? — Обратно на свой пост, — рычит ангел, проходя мимо него и плечом специально задевая. *** — Ну, что же. Рад наконец-то познакомиться с тобой. Признаться, ты первый падший, с которым я общаюсь здесь, — начинает Намджун, взглядом приглашая собеседника сесть напротив. — Я не падший. Скоро вернусь домой, — спокойно отвечает Тэхён, опускаясь в кресло и стараясь выглядеть расслабленно. — Ох, мальчик мой. Мы же оба знаем, что ты давно пал, — усмехается демон, а у ангела неприятно колет в сердце. — Я не об этом поговорить хотел. Тебя вернут после нашего разговора. Чимин встретит тебя в пыточной — будь готов. — Хорошо. — Ответь мне на один вопрос: неужели он стоит того? — Чего именно? — Разве он стоит того, чтобы попасть в Ад? Разве стоит того, чтобы пасть? Разве стоит того, чтобы отдать ему себя? — тихо спрашивает Джун, пристально в глаза смотря. — Стоит, — твердо произносит Тэхён и с кресла своего встаёт. — Я не хочу больше разговор этот продолжать. Можно я пойду? — Иди, — кивает головой Сатана и, очертив рукой круг в воздухе, создаёт дверь. — Но перед твоим уходом я должен кое-что сказать. — Я слушаю. — Он не бросал тебя. Он спас тебя. — Что? — Тэхён хочет подойти ближе к Властителю Ада, но тут же оказывается снова в пыточной рядом с Чонгуком. — Эй! Вернись! — Пора домой, — произносит Чимин, хватая ангела за руку. — Я не хочу! Мне нужно поговорить с Намджуном! — Тебе сказали все, что ты должен знать. Теперь домой пора, — демон кладёт руку на стену и на ней появляется большая дубовая дверь. — Иди. Там врата Рая. Прощай. Тэхён её отворяет и, знакомым кивнув, шагает в пустоту. Он слышит, как проход за ним закрывается и исчезает. Видит перед собой свет и небеса. Золотые ворота, что открыты для него. Но он не рад. Он хочет обратно в Ад.